«Доха против всех»

5 июня 2017 г. Саудовская Аравия, Египет, Бахрейн, ОАЭ, Йемен и Ливия разорвали дипломатические отношения с Катаром. Крупнейшие арабские авиакомпании Emirates и Etihad Airways (ОАЭ), Saudia (КСА), Gulf Air (Бахрейн) и Egypt Air (Египет) прекратили воздушное сообщение с Дохой.

 

Противостояние за роль руководящего центра наиболее влиятельных фондов и организаций, действующих в интересах заказчика с разной степенью легальности, между Эр-Риядом и Дохой долгое время находилось в стадии пассивного негативизма. Влияние основного реципиента спонсорской поддержки Катара и одновременно его главного международного проекта, а именно организации «Братья-мусульмане», на политический процесс на Ближнем Востоке мешает устремлениям сразу нескольких ключевых игроков в арабском мире, как традиционных, представленных Египтом и Ливией, так и нарождающихся в лице Саудовской Аравии и ОАЭ.

При этом ранее хорошим тоном для данного противостояния считалось проведение политики «не выносить сор из избы», в чем были заинтересованы обе стороны холодного конфликта. В случае неприятия действий одной из сторон, другая стремилась передать надлежащий сигнал по непубличным каналам, демонстрируя миру единство арабских монархий в рамках формата ССАГПЗ. Таким образом, степень напряженности в отношениях вычислялась лишь по косвенным признакам – например, столкновениям соответствующих «proxy-» группировок на сирийско-иракском, ливийском и египетском театрах боевых действий.

Однако во второй половине мая 2017 г. сторона, которую в этом противостоянии условно можно характеризовать как «просаудовский блок», пошла на прямую эскалацию отношений. Известные медиа-холдинги  «Аль-Арабия» и «Скай ньюз Арабия», принадлежащие королевской семье, развернули информационную кампанию против Дохи, в ходе которой бывшего эмира Хамада бен Халифу обвиняли в сговоре с бывшим лидером ливийской Джамахирии М. Каддафи и экс-президентом Йемена А. Салехом против саудовской монархии. Принимая во внимание дискуссионный характер подлинности материалов, важно отметить, что масштаб и публичность подобных сигналов свидетельствует о серьезности намерений Эр-Рияда.

Нынешняя эскалация в отношениях имеет явно выраженную периодизацию. Так, в качестве следующего этапа можно рассматривать запрет властей ОАЭ, Саудовской Аравии и Египта на деятельность катарского телевещателя и аффилированных с ним информационных ресурсов (были заблокированы сайты Al Jazeera, Qatar News Agency, Аl-Watan, Аl-Raya, Аl-Arab, Аsh-Sharq и т.д.) с формулировками «поддержка терроризма и экстремизма», «распространение лживой информации».

Подобная постепенность действий, с четко выраженной градацией (каждый следующий шаг оказывался обстоятельней предыдущего) подразумевает наличие определенных требований к катарскому руководству, невыполнение которых провоцирует более серьезный нажим.

Приоритетными требованиями Египта и Ливии является прекращение поддержки ассоциируемых с Дохой вооруженных формирований на Синае и северо-востоке Ливии.  В то время как для Саудовской Аравии главным лотом, безусловно, выступает снижение уровня партнерских отношений с Ираном. Об этом достаточно прямолинейно намекают материалы саудовских СМИиК, где ранее публиковалась неподтвержденная впоследствии никем информация о переговорах на территории Ирака между министром иностранных дел Катара М. бен Абдель Рахманом и командующим специальным подразделением корпуса стражей исламской революции «Кодс» генералом Касемом Сулеймани.

Одним из решающих факторов, катализировавшем нынешнее противостояние, оказалась публично бескомпромиссная позиция новой вашингтонской администрации по ряду принципиальных в данном контексте вопросов. Стремление кабинета Д. Трампа укрепить свое положение на Ближнем Востоке за счет внесения позитивных изменений в палестинско-израильское противостояние идет вразрез с ранее деструктивной позицией ХАМАС по этой проблематике. Известная, из-за публичной артикуляции, модальность американского президента к организации «Братья-мусульмане», которая заключалась в позиционировании последней в качестве террористической группировки, послужила сигналом к действию для Каира  Эр-Рияда и Абу-Даби. Подобная невольная, но активная степень вовлеченности США в прежде локальное противостояние выступила для Дохи в качестве «черного лебедя». Смягчение позиции групп влияния по ключевым для Вашингтона вопросам начало происходить еще до саммита в Эр-Рияде (см. «дайджест арабских стран: май 2017»). Стремление к дальнейшему снижению напряженности подтверждалось сообщениями о том, что руководство эмирата выражало готовность депортировать ограниченный круг должностных лиц группировки ХАМАС с территории эмирата с формулировкой «по причине внешнего давления на государство»

В 2014 г. мировая общественность уже становилась свидетелем подобного эпизода с отзывом послов КСА, ОАЭ, Бахрейна из Катара. Урегулирование конфликта заняло около 9 месяцев, статус отношений удалось сохранить на высоком уровне. На сей раз расстановка сил и совокупный баланс факторов отличаются от тех, что наличествовали два года назад. Например, исчезла острая необходимость продемонстрировать единение арабских государств под правильными знаменами по поводу конфликта в Йемене. Воздушная и морская транспортные «блокады» будут способствовать большей сговорчивости беспокойного эмирата.

***

Говорить о намеренном вмешательстве внерегиональных акторов в этот конкретный эпизод противостояния не представляется возможным, поскольку дальнейшая поляризация арабского мира не выгодна ни Москве, ни Вашингтону. США теряют последние надежды на реализацию проекта METO (Middle Eastern Treaty Organization – прообраз НАТО на БВ). России, выступающей с позиций «экспортера безопасности», также не выгодно возникновение дополнительных точек напряженности с высоким конфликтогенным потенциалом. Несмотря на то, что потенциально и та и другая сторона могут быть задействованы в качестве посредников в процессе восстановления, ключи от еще одного ближневосточного кризиса стоит искать как раз на Ближнем Востоке, а именно в Эр-Рияде, Каире, Абу-Даби и Дохе.

Д. Тарасенко

Турция: май 2017 г. (дайджест)

Турецкое руководство продолжает реализовывать курс на укрепление централизованной власти, что нашло отражение в избрании президента страны на пост председателя правящей Партии справедливости и развития. В стране по-прежнему действует режим ЧП, и имеют место массовые аресты и увольнения.

Западное направление турецкой внешней политики сохраняет сложный характер: в середине месяца состоялась встреча Эрдогана и Трампа, которая продлилась всего 20 минут и прошла на фоне ряда разногласий внешнеполитического характера; имел место конфликт с Германией, по вопросу допуска немецких военных в Инджирлик.

Тем не менее по российско-турецкому направлению были достигнуты успехи, а именно отмена взаимных ограничений на поставки сельскохозяйственной продукции.

Турция и Россия

3 мая президент Турции прибыл в Сочи, где провёл переговоры с российским лидером. Главной темой переговоров стал, прежде всего, вопрос двустороннего торгово-экономического сотрудничества.

По итогам встречи стороны отметили, что им удалось достичь некоторых договорённостей по вопросу снятия ограничений на ввоз турецкой сельхозпродукции в Россию, а также либерализации визового режима для граждан Турции.

Кроме того, главы двух государств обсудили вопрос поставок в Турцию российских зенитно-ракетных систем С-400, а также создание в Сирии зон деэскалации.

Уже 4 мая Турция сняла пошлины на импорт пшеницы из России, которые были введены 15 марта и составляли 130%.

22 мая в Стамбуле состоялся саммит Организации Черноморского экономического сотрудничества, приуроченный к её 25-ой годовщине. В ходе своего выступления Эрдоган обратил внимание на важность общих ценностей для сотрудничества стран региона, а также коснулся вопроса визовых барьеров в рамках региона, отметив, что Турция сделала и продолжает делать значительные шаги в этом направлении.

В саммите также принял участие премьер-министр России Дмитрий Медведев. В ходе своего визита в Стамбул он провёл ряд двусторонних встреч, в том числе с президентом Эрдоганом и премьер-министром Турции Йылдырымом. По их итогам России и Турции удалось прийти к окончательному соглашению в вопросе торгового сотрудничества: стороны подписали совместное заявление о взаимном снятии ограничений в торговле. Для Турции это значит отмену ограничений на ввоз в Россию всех видов сельскохозяйственной продукции, за исключением помидоров.

Внутренняя политика

21 мая в Анкаре прошёл внеочередной съезд правящей Партии справедливости и развития (ПСР), в ходе которого её председателем был избран президент страны Реджеп Тайип Эрдоган, который, к слову, был единственным кандидатом на этот пост.

Воссоединиться с партией Эрдогану позволила одна из поправок к конституции страны, принятых по результатам референдума 16 апреля 2017 года, которая позволяет главе государства оставаться членом той или иной партии в период своих полномочий.

Напомним, что Эрдоган является одним из основателей ПСР. В 2014 году он покинул партию в соответствии с законом, запрещающим президенту.

На ситуацию в стране обратили внимание в ООН. В начале мая Верховный комиссар ООН по правам человека Зейд Раад аль-Хусейн выразил обеспокоенность массовыми арестами и увольнениями в Турции, которые начались после попытки государственного переворота в июле 2016 года. Он отметил, что, учитывая их объём, маловероятно, что они происходят при соблюдении законных процедур. В свою очередь, власти США призвали Турцию к скорейшей отмене режима чрезвычайного положения, который также всё ещё сохраняется с 2016 года.

Турция и США

16 мая Эрдоган осуществил визит в Соединённые Штаты, где встретился с президентом страны Дональдом Трампом. Согласно сообщениям СМИ, встреча продлилась всего 20 минут. По её итогам Трамп заявил, что США готовы поддержать Турцию в борьбе против Исламского государства (ИГ; запрещённая в России террористическая организация), а также Рабочей партии Курдистана (РПК).

Оба лидера заявили, что переговоры прошли в позитивном ключе. Тем не менее, нужно отметить, в начале мая в Белом доме приняли решение начать поставки вооружений курдам, а именно партии «Демократический союз» (PYD). Это вызвало шквал критики со стороны турецких властей, которые считают, что PYD и её боевое крыло «Отряды народной самообороны» (YPG) связанны с РПК, признанной в качестве террористической организации как Турцией, так и США.

Саммит НАТО

25 мая в Брюсселе прошёл саммит НАТО. На нём присутствовал президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. На полях саммита турецкий лидер встретился с председателем Европейского совета Дональдом Туском и председателем Европейской комиссии Жан-Клодом Юнкером. В ходе встречи политики подтвердили приверженность реализации положений соглашения по беженцам, отметили важность оживления отношений Турции и ЕС, а также подчеркнули необходимость укрепления сотрудничества в борьбе с терроризмом. Стороны также обсудили кипрский вопрос, который является одним из препятствий на пути вступления Турции в Евросоюз.

Эрдоган также провёл встречу с канцлером Германии Ангелой Меркель, чтобы обсудить вопрос допуска немецких представителей в Турцию. Напомним, что ранее между Турецкой Республикой и ФРГ имел место конфликт, связанный с отказом первой предоставить немецким парламентариям доступ к военной базе Инджирлик, где находятся около 250 военнослужащих бундесвера, которые входят в западную коалицию против ИГ (запрещённая в России террористическая организация). В свою очередь, Меркель заявила, что Германия будет искать альтернативу Турции в этом вопросе. Министр иностранных дел Турции прокомментировал заявление следующим образом: «Если хотите сблизиться с нашей страной, ведите себя как друг, а не как начальник. <…> Если Германия хочет уйти из Инджирлика, она знает, мы её уговаривать остаться не будем».

Напряжённость в отношениях с Западом вылилась и в отказ ряда стран Европы от проведения по предложению Эрдогана следующего саммита НАТО в Турции. Германия, Франция и ряд других стран-членов альянса оправдали отказ, заявив, что если они пойдут на этот шаг, то может сложиться впечатление, якобы они поддерживают внутреннюю политику турецкого руководства.

Экономика

Несмотря на разногласия политического характера, в начале мая министр экономики Турции Нихат Зейбекчи встретился со своим немецким коллегой. В ходе совместной пресс конференции политики заявили что общей целью государств является увеличение объёма взаимной торговли в два раза до 70 миллиардов евро в год.

Кроме того, Турция начала реализацию крупного проекта, а именно строительство аэропорта в Кувейте, тендер на который выиграла турецкая компания Limak Holding. Оно обойдётся конгломерату в 4,4 миллиарда долларов. В церемонии закладки фундамента принял участие Эрдоган, который отметил, что  данный проект является символом «присутствия Турции в регионе».

Согласно данным министерства культуры и туризма страны, туристическое направление экономики страны испытывает значительный подъём. Так, объём иностранных туристов увеличился, по сравнению с показателями прошлого года, на 18,1%, достигнув объёма в 2,07 миллиона человек. Также, российские туристы доказали свою значимость для туристической отрасли Турции, так как их число увеличилось на 485,7 %, и достигло 181 тысячи человек (больше чем представителей любых других государств).

***

Как уже отмечалось, политический курс турецкого руководства не претерпел каких бы то ни было значимых изменений за прошедший период. Отношения с Западом по-прежнему остаются достаточно напряжёнными, хотя Турция предпринимает попытки по налаживанию отношений с Соединёнными Штатами, однако усилия малорезультативны.

Нужно отметить, что внешняя политика Турецкой Республики идет едва ли не в отрыве от её экономической политики, что продемонстрировали переговоры министра экономики Турции Нихата Зейбекчи с его немецкой коллегой Бриггитой Циприс на фоне ряда политических конфликтов двух государств.

Учитывая стремления Турции приобрести статус мировой державы, представляется очевидным, что сложившаяся конфигурация внутренней и внешней политики страны является уже в некоторой степени устойчивой, а значит её дальнейшее развитие продолжится по пути, который можно наблюдать сегодня.

В.Аватков, А.Финохин