Турция: март 2018 г. (дайджест)

В марте произошло достаточно много важных событий, так или иначе отразившихся на внутренне- и внешнеполитической жизни Турции. Во внешнеполитическом дискурсе Турецкая Республика продолжает развивать двусторонние контакты с Россией, которые выражаются в осуществлении официальных визитов и проведении телефонных переговоров. Кроме этого, наблюдается активность государства в Сирии, где Турция добилась значительных успехов в рамках операции «Оливковая ветвь». При этом практически неизменной остается политика Турции в отношении Западных стран и США, где все еще немаловажное место занимают разногласия по ряду политических вопросов.

Внутренняя политика Турции по-прежнему характеризуется укреплением вертикали власти, политической борьбой партий за своих избирателей, и усилением консервативной риторики. Одним из важнейших событий за последний месяц также стало первое испытание баллистических ракет турецкого производства.

Отношения с Россией

За последний месяц во внешней политике с точки зрения российско-турецких отношений, центральным событием, безусловно, стал официальный трехдневный визит в Россию министра иностранных дел Турецкой Республики Мевлюта Чавушоглу. Главной целью визита, который продлился с 12 по 14 марта, было участие министра в шестом заседании Российско-Турецкой Совместной группы стратегического планирования, который действует в рамках Совета сотрудничества высшего уровня, проведение переговоров с российским коллегой С.В. Лавровым, а также участие в Московской международной туристической выставке (MITT).

Помимо этого, 13 марта М. Чавушоглу посетил МГИМО, где выступил с речью о внешней политике Турции, затронув также и вопрос российско-турецких отношений. Глава турецкого внешнеполитического ведомства подчеркнул важность российско-турецкого сотрудничества в сфере политики, культуры и совместных экономических проектов – трубопровода «Турецкий поток» и АЭС «Аккую», закладка фундамента которой состоится в начале следующего месяца. По словам Чавушоглу, в данном мероприятии также примут участие главы России и Турции. В ходе своей речи министр особенно отметил сотрудничество двух стран в борьбе с терроризмом, совместные успехи в Сирии, а также важность системы создания глобальной безопасности в будущем, в которую, по мнению министра, должны быть вовлечены не только Россия и Турция, но и другие акторы международных отношений.

Похожие вопросы обсуждались и 14 марта в ходе вышеупомянутого шестого заседания Российско-Турецкой Совместной группы стратегического планирования, однако, по заявлению министров, сделанному в ходе совместной пресс-конференции по итогам мероприятия, основной целью переговоров все-таки была подготовка к предстоящей встрече лидеров России и Турции – В.В. Путина и Р.Т. Эрдогана в рамках заседания Совета сотрудничества высшего уровня, намеченного на начало апреля, а также трехсторонней встречи лидеров России, Турции и Ирана, которая также пройдет в турецкой Республике 4 апреля. Примечательно, что визит В. Путина в Турцию станет для главы Российской Федерации первой зарубежной командировкой с момента его переизбрания и вступления в должность, что, безусловно, подчеркивает важность российско-турецкого сотрудничества и стремление России дальше развивать двусторонние контакты с Турецкой Республикой. Во время переговоров министры достигли договоренностей в экономической области, в первую очередь, относительно продолжения снятия ряда экономических ограничений и облегчения визового режима, а также в сфере военно-технического сотрудничества. Министры подтвердили выполнение контракта на поставку Турции ЗРК С-400, подчеркнув, что отношения в этой области развиваются «в соответствии с достигнутыми президентами договоренностями». Акцент также был сделан на том, что следующий 2019 год станет для двух государств Годом культуры России в Турции и Турции в России, что означает взаимодействие государств не только в экономической и политической сферах, но и реализацию культурно-гуманитарного сотрудничества. Не без внимания осталась и ситуация в Сирии. Помимо важности продолжения работы в рамках астанинского саммита и всеобъемлющего взаимодействия, С. В. Лавров, отвечая на вопрос журналиста, также отметил, что Турция обсуждает с Россией в том числе и те вопросы, которые имеют место быть на переговорах с американской стороной.

16 марта начала свою работу экспертная встреча по Сирии в Астане, в которой приняли участие министры иностранных дел России, Турции и Ирана. В ходе переговоров особое внимание было уделено вопросу обмена пленными М. Чавушоглу, который ранее, находясь в Москве, заявлял о том, что единственной целью проводимых Турцией на территории Сирии военных операций является борьба с терроризмом, на этот раз призвал стороны к поиску политического разрешения кризиса, особенно отметив важность переговоров в Астане.

Несмотря на то, что Россия и Турция достаточно активно взаимодействовали за последний месяц, на вышеупомянутых встречах двусторонние контакты не закончились – 30 марта стало известно о проведении телефонных переговоров министров иностранных дел России и Турции, в ходе которых главы МИД двух стран обсудили предстоящие встречи глав государств, запланированные на начало следующего месяца. Исходя из позитивного развития двухстороннего взаимодействия, такие достаточно частые контакты говорят, во-первых, о намерении сторон укреплять двустороннее сотрудничество, во-вторых о придании чрезвычайной важности предстоящей встрече, которая требует столь детального обсуждения.

В то же время, несмотря на положительную риторику турецких властей в отношении России, некоторые противоречия все же сохраняются. Только этим можно объяснить заявление Министерства иностранных дел Турции по поводу четвертой годовщины воссоединения Крыма с Россией. Даже после успешно проведенных встреч и ясности перспектив на дальнейшее сотрудничество, в Турции по-прежнему не могут простить России присоединение полуострова, населенного крымскими татарами, которое, согласно заявлению, противоречит нормам международного права.

Отношения с Западом

Отношения Турции с западным миром характеризуются как сложные: конструктивный диалог по-прежнему отсутствует, а какие-либо контакты и встречи, призванные наладить отношения, носят, скорее, формальный характер. Так, например, диаметрально противоположные взгляды по Сирии не позволяют Турции и США наладить двусторонний диалог. И вместо того, чтобы искать компромиссы, лидер Турции продолжает обвинять США в невыполнении обязательств, с каждым разом ужесточая риторику.

Так, например, в ходе своего выступления перед членами Партии справедливости и развития 20 марта, Р.Т Эрдоган раскритиковал политику США на Ближнем Востоке, уличив Белый дом в обмане и содействии терроризму. Слова по этому поводу не стал подбирать и министр иностранных дел Турции М. Чавушоглу, который, выступая в МГИМО, заявил, что турецко-американские отношения находятся на гране разрыва из-за поставок вооружений сирийским военизированным формированиям. В то же время, помимо внешнеполитических противоречий, неясной остается ситуация по вопросу военно-технического сотрудничества двух стран. 20 марта руководитель комитета по международным делам парламента Турции Волкан Бозкыр заявил о том, что США могу приостановить поставки Турции американских истребителей F-35 из-за заключенного ранее соглашения с Россией о поставках комплексов С-400. Позднее министр национальной обороны государства заявил, что контракт с Россией не окажет никакого влияния на военно-техническое сотрудничество Турции и США, в том числе – на поставку истребителей. Противоречивые высказывания властей в данном случае могут говорить либо о переменчивой позиции США по этому вопросу, что, как правило, Соединенным Штатам не свойственно, либо о том, что у официальных властей Турции также имеются противоречия по этому вопросу. В любом случае, заявления официального представителя МИД Турции о том, что переговоры о закупке систем ПВО Patriot с США и европейским Eurosam продолжаются, дают Турции шанс на то, что США не прервет переговоры в условиях существующей критики российско-турецкого сотрудничества по поводу С-400. Кроме этого, 30 марта стало известно о проведении сторонами пятой секции турецко-американского торгового диалога по оборонной промышленности, в которой приняли участие сотрудники Министерства экономики Турции, Госдепартамента, а также Министерства обороны двух стран.

Интересным и принципиально важным для турецко-американского сотрудничества представляется и то, что в период между визитом в Москву и Астану министр иностранных дел Турции 15 марта успел посетить Азербайджан, где состоялась четырехстороння встреча глав МИД Азербайджана, Турции, Ирана и Грузии. Также стало известно, что М. Чавушоглу примет участие в конференции министров иностранных дел стран Движения неприсоединения, которая пройдет в Баку с 5 по 6 апреля. Участие турецкого министра в такого рода мероприятии как минимум странно, поскольку Турция сама является членом НАТО, а ее участие в такого рода мероприятии может рассматриваться как определенный сигнал в сторону Соединенных Штатов.

Что касается двусторонних встреч и других контактов, за последний месяц лидеры США и Турции провели несколько телефонных переговоров – 22 и 30 марта – в ходе которых обсуждалось турецко-американское взаимодействие. Важным с точки зрения нормализации отношений должен был стать визит главы турецкого МИД М. Чавушоглу в США, запланированный на 19 марта, в ходе которого были предусмотрены переговоры министров иностранных дел двух стран и консультации по поводу Сирии, однако после сообщения об отставке Госсекрета Р. Тиллерсона, внешнеполитическое ведомство Турции поспешило заявить о переносе визита. Примечательно, что дата визита не уточняется.

Нельзя назвать позитивными и отношения Турции с Европейским Союзом. Главным событием на этом направлении для Турции стал проведенный 27 марта саммит «ЕС-Турция», однако, не успел саммит начаться, как 23 марта председатель Еврокомиссии поспешил дать характеристику предстоящей встрече и, надо отметить, прогнозы эти были не слишком утешительными для Турции. Жан-Клод Юнкер наряду со стремлением Европы взаимодействовать с Турцией, также заявил о нарастающих противоречиях между Турцией и ЕС, и оказался прав. В ходе вышеупомянутого саммита, который состоялся в Варне, стороны в очередной раз охарактеризовали существующие противоречия, однако конкретных и эффективных шагов по их преодолению ни одной из сторон предложено не было. Так, представители ЕС продолжали упрекать Турцию за ее политику в Сирии, на Кипре и в Эгейском море, Турция же в лице Р.Т. Эрдогана, который назвал вступление в ЕС стратегической целью государства – продолжала заявлять о выполнении ей всех пунктов, необходимых для вступления в Союз, а также том, что ЕС не выполняет обещания по поводу отправки 3 млрд. долларов, обещанных в рамках соглашения по сокращению миграционного потока. Также турецкого лидера волновал вопрос о пересмотре Таможенного союза и упрощенном визовом режиме, однако никакой конкретики на этот счет Эрдоган также не получил. И если по завершении саммита его итоги в целом были не очень понятны, то на следующий день ясности внес премьер министр Турции Б. Йилдырым, заявив, что Турецкая Республика не увидела к ней справедливого отношения со стороны Европы.

Таким образом, Европейский Союз по-прежнему опасается активности Турции в мире и в особенности на Ближнем Востоке, продолжая, по словам канцлера Австрии С. Куртца, видеть в Турции «стратегического партнера», но не члена ЕС. Однако Турцию такая позиция не устраивает, и она успешно выстраивает отношения с Россией на фоне неудач на Западе. Показательным с этой точки зрения стало решение Турции не поддерживать европейские страны в принятии мер против России из-за дела Скрипаля, что в контексте усиливающихся противоречий между Турцией и Европой также приобретает особую значимость.

Ближний Восток

Главным событием для Турции на Ближнем Востоке стало взятие Африна в рамках операции «Оливковая ветвь», о котором было объявлено президентом Турции 18 марта. Турецкая армия в каком-то плане действительно может считать это успехом, ведь для того, чтобы занять приграничный Джараблус в рамках предшествующей данной операции «Щит Евфрата», Турции потребовалось приблизительно полгода, в то время как о завершении «Оливковой ветви» было объявлено спустя всего несколько месяцев, после ее начала, однако при этом принципиально важно учитывать, что «Оливковая ветвь» проводилась при поддержке сирийской оппозиции.

Президент Турции Р.Т. Эрдоган в привычной ему манере поспешил провести параллель между ранними достижениями Турции в Джараблусе, Эль-бабе и Азазе, отметив тем самым еще одну, «очередную», победу турецкой армии на территории Африна. Согласно официальной информации Генштаба, в ходе операции было уничтожено 3603 террориста, число погибших турецких солдат составляет 46 человек, раненых – 225, однако по неофициальной информации количество пострадавших гораздо больше. Интересно также и то, что на этом свое пребывание на территории Сирии Турция завершать не собирается, наоборот – в планы государства, по словам президента Эрдогана, входит укрепление позиций, на этот раз в Манбидже и Идлибе. Однако здесь у Турции могут возникнуть проблемы, которые, тем не менее, не сильно пугают турецкое руководство. Турцию нисколько не смущает тот факт, что в Манбидже расположены подразделения США, ведь, Турция уже придумала и даже озвучила план действий каждой из сторон в соответствии с турецким сценарием развития событий. По словам, М. Чавушоглу, именно США и Турция будут контролировать выход Сил народной самообороны (СНС) из города. Помимо этого, в конце месяца Турция приступила к подготовке операции на северо-востоке Сирии и севере Ирака, направленной на зачистку территории от курдских формирований, о чем также было заявлено в ходе заседания Совета национальной безопасности, которое состоялось 28 марта и продлилось целых 4 часа 20 минут.

Активность Турции на Ближнем Востоке вызывает противодействие не только официальных властей государств, на территориях которых данные операции проводятся, но и третьих лиц, а противостояние Турции с курдами, которым оказывают поддержку страны Запада, постепенно экстраполируется на двусторонние отношения Турецкой Республики с другим сторонам конфликта, в первую очередь – США и странам Европы. При этом позиции Эрдогана не меняются – он продолжает критиковать всех, кто так или иначе посягает на те сирийские территории, которые затрагивают интересы Турции. Так, например, 30 марта президент Турции, раскритиковал политику Франции, которая, по сообщениям некоторых СМИ, поддержала курдов и заявила о намерении ввести свои войска в Манбидж, и если обвинения Турции по поводу «неправильной» позиции относительно сирийского вопроса в адрес европейских стран звучат не так часто, то аналогичные обвинения в сторону Соединенных Штатов официальные лица Турции делают на регулярной основе.

Внутриполитическая обстановка

За последний месяц во внутренней политике Турции произошло два значимых события – одно из них касается предстоящих выборов, другое – военного потенциала Турецкой Республики.

13 марта после обсуждений и слушаний парламент Турции все-таки одобрил законопроект об изменениях в выборное законодательство. Теперь партии имеют право объединяться в союзы, выступая на выборах в форме коалиций, при этом 10-ти процентный порог для прохождения в парламент изменен не был. Кроме этого, нововведения предусматривают возможность объединения избирательных округов. Учитывая противоречивые поправки в законодательство, которые, к тому же, были предложены правящей ПСР, новость о принятии парламентом законопроекта была встречена общественностью без особого энтузиазма, более того – была подвергнута острой критике, в особенности – со стороны оппозиции. Однако критика, пусть даже в крупном масштабе, Р.Т. Эрдогана в его стремлении укрепиться у власти вряд ли остановит. «Народный альянс» – именно так теперь называется коалиция правящей Партии справедливости и развития (ПСР) и Партии националистического движения (ПНД) – призван победить на запланированных на 2019 год выборах, а также изменить политический курс Турции – уверенно заявил Р.Т. Эрдоган в ходе съезда ПСР в провинции Гиресун 25 марта. Помимо этого, на фоне слухов о проведении досрочных выборов, президент также подчеркнул, что об этом не может быть и речи, что, скорее всего, стоит воспринимать всерьез лишь по одной причине – в настоящее время ПСР не готова идти на выборы в связи с рядом нерешенных проблем как во внутренней, так и во внешней политике, а, следовательно, в связи с недостаточной подготовленностью электората – правящей партии важно получить большинство, поскольку от этих выборов зависит слишком многое – речь идет о политическом будущем как самого Эрдогана, так и его партии.

Кроме темы выборов в Турции широко обсуждались военно-технические успехи государства. Разработки Турции в этой области не стоят на месте и начинают приносить первые плоды. 25 марта Турецкая Республика впервые испытала баллистические ракеты собственного производства и, к слову, успешно. Два вида ракет – GÖKDOĞAN (малого радиуса действия) и BOZDOĞAN (среднего радиуса действия) – разработка которых по плану будет завершена в 2020 году, впервые были представлены общественности в рамках XIII Международной выставки продукции оборонной промышленности в Стамбуле в 2017 году. Следующие испытания также запланированы на 2018 год, однако теперь запуск планируется провести по движущимся целям с наземной установки, а также с самолета.

В настоящее время, на фоне укрепления неоосманизма во внешней и национализма во внутренней политике особую важность приобретают практически любые события, связанные с какой-либо победой Турецкой Республики (причем не важно – в прошлом или в настоящий период времени), поэтому отдельное внимание в Турции было уделено празднованиям по случаю 103-летия со дня победы в битве при Чанаккале (также известная как Драданелльская операция), состоявшимся 18 марта. Битва при Чанаккале стала одной из самых успешных в истории республиканской Турции. В связи с этим в провинции Чанаккале состоялось памятное мероприятие, посвященное жертвам сражения, в котором приняли участие президент Турецкой Республики и премьер-министр государства.

Экономическая ситуация

Экономическую ситуацию в стране в целом нельзя назвать стабильной, поскольку экономические показатели не демонстрируют высоких результатов. Тем не менее, в сфере международной торговли для Турции произошли некоторые изменения, в первую очередь затрагивающие российско-турецкое сотрудничество.

29 марта Россельхознадзор разрешил поставки томатов в Россию еще двум предприятиям, таким образом увеличив их количество до 14. В настоящее время доступ на российский рынок имеют следующие фирмы: Ozaltin, Agrobay, Sural, Dilek Gida Dagitim, Ergun Halcilik Ambalaj Nakliyat, OZ GUR-OK, Smyrna Seracilik, Tayftar Tarim, Kaltun Organiktar, Burak Karabucak, Seratac Seracilik, Taurus Tarim San. Кроме этого, в ходе заседания Российско-Турецкой Совместной группы стратегического планирования отмечалось, что за последний год товарооборот между двумя странами увеличился более, чем на 37%, достигнув 21, 6 млрд. долларов. Также реализуется один из крупнейших российско-турецких проектов – «Турецкий поток». Согласно сообщениям Газпрома, по состоянию на 6 марта, уложено более 930 км, что уже составляет 50% морского участка.

Вместе с этим, внутриэкономическая ситуация Турции оставляет желать лучшего. Наблюдается высокий уровень инфляции – за последний месяц турецкая лира упала приблизительно до 4,0375 по отношению к доллару, при этом также достигнув рекордного минимума относительно евро – 4,9778. Причина таких низких показателей кроется в зависимости Турции от притока иностранного капитала. В связи с этим правительству государства приходится предпринимать меры по защите иностранной валюты. Так, например, в ходе седьмого экономического саммита «Улудаг», который состоялся 23 марта в провинции Бурса, вице-премьер Турции Мехмет Шимшек отметил, что правительство намерено ограничить задолженность в иностранной валюте для крупных предприятий (ранее аналогичная мера была предпринята для малых и средних).

Среди позитивных событий стоит отметить увеличение Турцией экспорта в области оборонной промышленности. 12-14 марта в Катаре прошла международная военно-морская выставка и конференция, в ходе которой Турция и Катар подписали контракт на поставку Дохе турецких беспилотников Bayraktar TB2, ранее протестированных Турцией в борьбе против терроризма в Сирии. И хотя сведений о контракте обнародовано не так много, сомнений в том, что такое соглашение имеет место быть практически нет. Во-первых, потому что Турция и Катар на протяжении долгих лет являются стратегическими союзниками и партнерами, во-вторых, по причине того, что по состоянию на начало марта, согласно обнародованным данным Секретариата оборонной промышленности Турции, за последние несколько месяцев экспорт оборонной промышленности вырос на 16,6 % и составил 258,9 млн. долларов.

***

Таким образом, на внешнеполитической арене Турция по-прежнему пытается укрепиться в качестве независимого игрока, критикуя практически каждое действие западных коллег, при этом не получая почти никаких преференций. Наладить отношения с США и Европейским Союзом Турции, вероятно, поможет только отход от политики самоуверенности и амбициозности, что, однако, несвойственно турецкому руководству. Смелые, а иногда достаточно жесткие заявления, которые позволяет себе Р.Т. Эрдоган в адрес своего некогда ближайшего союзника – США – показывают не столько наличие у Турции реальной власти и авторитета, сколько, скорее, отсутствие четко выработанного плана действий. По этой причине в последнее время безрезультатно заканчиваются турецко-европейские саммиты, а с США по-прежнему отсутствуют какие-либо договоренности по Сирии. Таким образом, на современном этапе, единственным направлением, где Турция может отличиться стабильностью являются отношения с Россией, однако и в них сохраняются определенные разногласия.

Похожим образом складывается ситуация во внутренней политике. Правящая Партия справедливости и развития во главе с Эрдоганом пытается обеспечить себе успех, уже сейчас редактируя предвыборное законодательство с целью извлечения определенных выгод, а также организовывая широкомасштабные митинги в поддержку военных операций, что, вероятно, будет продолжаться и дальше. Однако сегодня за проводимыми в соседней Сирии военными кампаниями, красноречивыми речами президента о величии и единстве Турции и показательным укреплением оборонного потенциала по-прежнему скрываются одни из самых низких экономических показателей Турции за последние годы и значительное количество пострадавших в ходе проводимых военных действий, что ставит под сомнение успех и правильность осуществляемой руководством Турции политики.

В. Аватков, А. Сбитнева

Арабские страны: март 2018 г. (дайджест)

Март для арабских стран Ближнего Востока закрепил тенденции начала года: временная консолидация связки Турция-Иран-Россия на сирийском треке, длящаяся и усугубляющаяся раздробленность сирийской оппозиции, закрепление за Россией статуса центра силы в регионе, активно борющийся с террористической угрозой Египет и новый виток противостояния Катара и «арабского квартета».

 

СИРИЯ

На министерской встрече Ирана, Турции и России от 16 марта сторонами были зафиксированы три основных положения коллективного видения развития ситуации на сирийском направлении: отказ от силового воздействия на Дамаск; сохранение и развитие астанинского формата переговоров; гибкая позиция по вопросу силового воздействия на группировки в зонах деэскалации с отказом от роста их числа.

Последнее из положений приобретает особую актуальность в условиях фрагментации сирийской оппозиции на территории зон деэскалации, что способствовало установлению над этими зонами фактически внешнего протектората. Так, большинство оппозиционных фракций Большого Идлиба теперь действует исключительно в интересах Турции, а Амманское соглашение между Иорданией, Россией и США по юго-западной зоне вывело из игры Южный фронт Сирийской свободной армии.

Также часть о «гибкой позиции» по зонам деэскалации несет особую смысловую нагрузку для Дамаска, который сегодня систематически подвергается обвинениям со стороны Запада в том, что манипулируя достигнутыми соглашениями о прекращении огня, он использует ситуацию для проведения «веерных» операций, используя затишья на одних участках фронта, перебрасывает военные подразделения на другие. Сначала – на Восток Сирии для разблокирования города Дейр эз-Зор и взятия под контроль прилегающих к нему областей, что, безусловно, ускорило конец «халифата». Затем – в регион Идлиба. После, пользуясь выполнением российско-турецких договоренностей о разделе сфер влияния в этой «зоне деэскалации», – в район Восточной Гуты.

Несмотря на однозначно негативную оценку западными политиками и СМИ роли Москвы на сирийском пространстве, ООН признает лидерство Москвы в решении гуманитарных проблем в Сирии.

16 марта в Женеве, в ходе совещания целевой группы по оказанию гуманитарного содействия Сирийской Арабской Республике, координатор ООН в Сирии Али Аз-Затари подчеркнул, что российский Центр по примирению враждующих сторон (ЦПВС) играет ведущую роль в проведении гуманитарной операции по эвакуации мирного населения из Восточной Гуты. Подобный взгляд на проблему сирийского урегулирования нашел свое отражение в ходе обмена мнениями между министром иностранных дел Российской Федерации Сергеем Лавровым и со спецпосланником генсека ООН по Сирии Стеффаном де Мистурой от 29 марта в Москве. Во время переговоров стороны согласились, что главный акцент должен быть сделан на дальнейшую интенсификацию усилий по реализации итогов Конгресса сирийского национального диалога в Сочи.

 – Восточная Гута

2 марта идея России организовать гуманитарный коридор для эвакуации жителей из осажденной Восточной Гуты была названа «смехотворной» официальным представителем Госдепартамента США Хайзер Нойерт. 21 марта в Восточной Гуте, пригороде Дамаска, начал действовать третий гуманитарный коридор. Более тридцати тысяч людей покинули осажденный район подобным путем. Это вынуждает боевиков идти на переговоры.

Так, 16 марта боевики группировок «Джейш аль-Ислам», «Файлак ар-Рахман» и «Ахрар аш-Шам» опубликовали совместное заявление. Они присоединяются к заявлению де Мистуры, сделанному ранее и подтверждают свою приверженность к выполнению резолюций ООН и своему участию в политических процессах, основанных на этих резолюциях.  Группировки готовы начать прямые переговоры с Россией в Женеве под эгидой ООН для обсуждения механизмов и процедур необходимых для осуществления Резолюции Совета Безопасности ООН №2401, которая предполагает прекращение огня.

Также при содействии Международного Красного Полумесяца и российской Военной полиции с переменным успехом проводятся операции по трансферу боевиков и членов их семей из осажденных районов в провинцию Идлиб. Камнем преткновения выступает вопрос вывоза оружия. Открытым остаётся вопрос с эвакуацией боевиков группировки «Джейш аль-Ислам» из наиболее крупного населённого пункта в восточном пригороде Дамаска – города Дума. Ранее командование «Джейш аль-Ислам» отклонило условия эвакуации и замирения, заявив, что продолжит борьбу с «войсками режима».

К концу месяца под контроль правительственных войск перешло более 90% административных пределов Восточной Гуты. Это стоило САА более 500 жизней солдат и офицеров, убитых во время наступления.

– Идлиб

Между тем 14 марта идлибские вооруженные формирования организовали наступление на правительственные силы на северо-западе провинции Хама. Целью операции, что получила название «Гнев Гуты», было оттянуть на себя части асадовских войск и таким образом помочь заблокированным в Восточной Гуте боевикам. По заявлению оперативного штаба в операции приняли участие такие группировки как: «Джейш Изза», «Джейш Нухба», «Джейш Ахрар», «Сарайя Бухари», «Джейш Шааб», отряды входящие «Джабхат Тахрир Сурия» и другие. При этом уже 15 марта ,несмотря на успешное наступление коалиции различных банд, части САА смогли вернуть себе большую часть позиций. Наземные части правительственных войск при поддержке авиации контратаковали и заставили джихадистов отступить,  потеряв технику и часть личного состава.

Провальное контрнаступление развернулось на фоне непрекращающихся столкновений в Идлибе между бандами «Хайат Тахрир аш-Шам» и «Джабхат Тахрир Сурия». Помимо прямых боестолкновений и пропагандистских интернет-баталий за умы сторонников, группировки прибегают к откровенной лжи. Руководство обеих группировок направляет джихадистов в Идлиб под предлогом борьбы с Исламским государством, которого там нет и в помине.

 

ИРАК

Процесс урегулирования между Багдадом и Эрбилем в этом месяце получил новую веху. 13 марта власти Ирака прекратили действие запрета на международное сообщение аэропортов Курдистанского автономного региона на севере страны, введённое в связи с прошедшим там в сентябре прошлого года референдумом о независимости. На данный момент стороны договорились о разрешении споров между правительством Ирака и властями автономии на основе конституции Ирака, что в практическом измерении подразумевает единство и суверенитет Ирака, передачу под контроль центральных властей пограничных переходов и аэропортов, сохранение прежних границ автономии, передачу добываемой в регионе нефти федеральному правительству и т.д.

 

ЕГИПЕТ

Самым значимым внешнеполитическим событием марта для крупнейшей арабской республики стал официальный визит Мухаммеда бен Сальмана в Египет. 4 марта Президент АРЕ Абдель Фаттах Ас-Сиси оказал гостю достойный прием – от личной встречи наследника престола в Каирском аэропорту и до вовремя подоспевшего решения по спорным островам в Красном море.

Египетский президент хорошо понимает, что Мухаммед бен Сальман станет следующим королем Саудовской Аравии и, по всей видимости, будет еще долго занимать престол. Исходя из этого, с ним необходимо поддерживать доверительные отношения для того, чтобы в будущем иметь доступ к кредитами и инвестициями саудовского королевства. Подписан ряд межправительственных договоров, включая соглашение о начале работы совместного Саудовско-Египетского фонда инвестиций. Принц Мухаммед и президент ас-Сиси достигли договорённости об усилении экономических связей и запуске совместных проектов, в частности, в туристическом секторе на побережье Красного моря. Особые надежды правительство АРЕ возлагает на планы именно на последний пункт – строительство города Неом стоимостью 500 млрд долларов в северной части КСА вблизи границ с Египтом и Иорданией. Руководство Египта надеется на то, что этот проект обеспечит работой десятки тысяч египтян.

Стороны отметили необходимость повышения уровня координации в борьбе с терроризмом и другими угрозами в ближневосточном регионе. Так, панарабская газета Asharq Al-Awsat приводит слова президента Ас-Сиси о том, что «безопасность арабских стран (Персидского) залива является неотъемлемой частью безопасности Египта».
На внутриполитической арене в о главе повестки оказались президентские выборы, которые состоялись 26−28 марта. Результаты предсказуемо оказались в пользу действующего главы государства. За президента Сиси проголосовали больше 90% от принявших участие в выборах граждан. Его единственный конкурент Муса Мустафа Муса набрал около 3%.

Одним из центральным пунктов программы Абдель Фаттаха Ас-Сиси был и остается вопрос обеспечения безопасности. Последние недели «предвыборной гонки» разворачивались в контексте масштабной антитеррористической операции, развернувшейся на Синайском полуострове. Армия Египта ведет боевые действия против ИГ, задействуя максимум доступного им военного компонента  — пехоту, танки, артиллерию и авиацию. Успех операции весьма относителен, поскольку боевики филиала ИГ успели закрепиться на севере полуострова, создав множество хорошо оборудованных и скрытых позиций, которые позволяют переждать очередной авианалет.

При этом для данной операции стянуто максимум сил и средств, и практически вся авиация. В этой связи египтяне на уровне президента даже отказали своим ливийским союзникам  в лице командующего силами Палаты представителей в Тобруке Халифы Хафтара в воздушной поддержке запланированного ранее наступления на один из важнейших оплотов ливийских джихадистов Дерну.

 

РОССИЯ

Начало месяца для России было омрачено трагическим событиями на аэродроме Хмеймим. 6 марта, в Сирии потерпел крушение российский транспортный самолет Ан-26. На борту находилось 26 пассажиров и шесть членов экипажа, все они погибли. Причиной катастрофы стала техническая неисправность.

 

В марте Россия продолжила оставаться центром «паломничества» для всех заинтересованных в стабилизации ситуации в регионе. Сегодня, 5 марта, в Москве состоялась встреча заместителя министра иностранных дел России Олега Сыромолотова с заместителем председателя Консультативного совета Саудовской Аравии Яхьей Ас-Самааном, сообщили в МИД страны. В ходе беседы были обсуждены некоторые актуальные вопросы дальнейшего развития многоплановых российско-саудовских отношений с акцентом на пути активизации двустороннего взаимодействия в сфере борьбы с международным терроризмом, другими глобальными вызовами и угрозами.

26 марта в Кремле прошли переговоры Владимира Путина с эмиром Катара Тамимом бин Хамадом аль-Тани. В ходе российско-катарских переговоров были обсуждены перспективы наращивания двустороннего взаимодействия в различных областях и актуальные темы международной повестки дня. Главы государств отметили тенденцию к развитию отношений между странами и росту взаимного доверия.

 

КАТАР

22 марта власти Катара опубликовали список физических лиц и организаций, причастных к террористической деятельности и связанных с правительствами так называемого «арабского квартета» (Саудовская Аравия, Египет, Бахрейн и Объединённые Арабские Эмираты). В черный список, созданный Дохой, вошли 19 экстремистов и 8 структур, в частности йеменская ассоциация «Аль-Ихсан», действующая в крупнейшей провинции Йемена Хадрамаут, и ячейка террористической группировки «Исламское государство» на Синайском полуострове — «Вилайет Синай», а также 6 катарских экстремистских групп. В него также включены 11 катарцев, по 2 подданных Саудовской Аравии и Иордании и четверо египтян.

Эксперты считают, что подобный шаг полуостровного эмирата является упреждающим ударом в рамках стремления «арабского квартета» опубликовать так называемую «Черную книгу», которая должна быть наполнена фактами поддержки катарцами международных террористических и радикальных организаций.

 

***

После завершения операции в Восточной Гуте САА продолжит операции по возвращению контроля за территориями. Дипломатический процесс будет строиться вокруг Астанинского процесса и договоренностей в Сочи, а также на дефрагментации оппозиционного «фронта», что потенциально позволит по одному вовлечь наиболее договороспособные силы в диалог. Прочие конфликты и кризисы в текущем месяце не получили качественно нового развития, соответственно, прогноз по ситуации будет оставаться прежним.

 

Д.Тарасенко