Арабские страны: сентябрь 2017 г. (дайджест)

Сентябрь для арабских стран был в первую очередь связан с проведением референдума о независимости в курдском автономном регионе Ирака, поскольку данное событие является потенциальным катализатором для масштабных изменений, затрагивающих сразу несколько ключевых государств региона. На сирийском направлении фиксируется ликвидация последних очагов террористической группировки «Исламское государство» (запрещенной в Российской Федерации). Дипломатический трек ознаменовался чередой визитов высших должных лиц из государств арабского мира для переговоров в Россию. «Йеменский» и «Катарский» кризисы развиваются в соответствии с инерцией, набранной в предыдущие месяцы.

 

КАТАР

14 сентября конфликт между арабскими странами Персидского залива преодолел 100-дневный рубеж. На протяжении сентября по различным каналам Катар транслировал готовность перейти к диалогу ради урегулирования кризиса в отношениях с «арабским квартетом». 8 сентября именно с такого ракурса был освещен телефонный разговор между Тамимом бин Хамадом аль-Тани и наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бин Салманом, состоявшийся по инициативе эмира Катара. Также готовность своей страны сесть за стол переговоров с четырьмя арабскими государствами катарский монарх еще раз подтвердил в ходе совместной пресс-конференции с канцлером Германии Ангелой Меркель. Однако инициатива катарской стороны не получила развития.

На этом фоне Доха продолжает демонстративно сближаться с Ираном в публичном пространстве. В конце августа посол Катара в Иране вернулся к исполнению своих обязанностей в Тегеране после 21-месячного отсутствия в иранской столице.

Обмен нелицеприятными заявлениями между Катаром и блоком арабских стран во главе Саудовской Аравии попал в прямой эфир телевидения.

Вместе с тем в своей вступительной речи на министерском заседании Лиги арабских государств (ЛАГ) представитель Катара, государственный министр Султан бин Саад аль-Мурайкхи назвал Иран «уважаемым государством» и указал на потепление отношений Дохи с Тегераном после установления рядом арабских стран блокады против Катара. Что закономерно спровоцировало резкую реакцию со стороны оппонентов катарских властей в межарабском кризисе.

 

СИРИЯ

 

5 сентября сирийские правительственные войска прорвали блокаду города Дейр эз-Зор, продолжавшуюся в течение трех лет. С лета 2014 года город с населением 100 тысяч человек был окружен вооруженными формированиями террористической организации «Исламское государство». В течение этого периода продовольствие, медикаменты и другие предметы жизненной необходимости  в Дейр эз-Зор доставлялись только по воздуху, а атаки боевиков отбивал гарнизон из примерно 5 тысяч военнослужащих. Успех военной операции был гарантирован ударом элитных подразделений правительственных войск (4-я моторизованная дивизия и отряды «Тигров» под командованием бригадного генерала Хасана Сухейля) одновременно с двух направлений.

В итоге, помимо организации «дороги жизни» для населения города, впервые за несколько лет была открыта для сообщения трасса Дамаск – Дейр эз-Зор. К  концу месяца правительственные войска держат под контролем 85% городских территорий. Столь стремительному продвижению сирийской армии способствовала активная помощь Минобороны РФ. Путь для наступления армейцев со стороны Пальмиры и Ракки был расчищен российскими ВКС, а на этапе штурма прилегающей к Дейр-эз-Зору авиабазы и окрестностей этого крупного населенного пункта подключились Силы специальных операций России. Российские военные дважды обеспечили союзникам форсирование Евфрата — на понтонных средствах и через малый автодорожный мост. Случаи массовых переходов боевиков под знамена правительственной армии подтверждают тезис о том, что в этот раз не стоит ожидать длительного противоборства в городской черте.

Сирийские войска успешно отражают попытки боевиков контратаковать – совместное наступление террористических группировок «Джебхат Фатх аш-Шам» и «Исламское государство» на западе и востоке Сирии (в провинциях Идлиб и Дейр-эз-Зор), попытка захватить участок трассы Дейр-эз-Зор – Пальмира, завершились провалом.

В это время к концу месяца поддерживаемые Соединёнными Штатами формирования арабо-курдской коалиции «Сирийские демократические силы» выходят на этап завершения операции по освобождению города Ракка в одноимённой провинции от террористического элемента. Штурм города ведется с июня 2017 г.

Этот месяц принес еще одну значимую для региона юбилейную дату – 30 сентября исполняется два года с начала боевой миссии российских ВКС в Сирии. Благодаря уничтожению обширной инфраструктуры террористов и поддержке с воздуха, сирийская армия смогла освободить 90% своей территории.

Ранее на шестом раунде переговоров в Астане в совместном коммюнике Россия, Турция и Иран как гаранты перемирия в Сирии объявили о создании четырех зон деэскалации и ирано-российско-турецкого координационного центра для согласования действий в данных районах. В дайджестах арабских стран за предыдущие месяцы уже были рассмотрены отдельные аспекты решения о создании зон деэскалации. Здесь же необходимым представляться добавить, что силы спонсоров в данном случае играют роль миротворцев. Основной упор делается при этом именно на каналы народной дипломатии, которые позволят обществу самому восстанавливать горизонтальные торговые и социальные связи. Отсюда важность создания местных комитетов по национальному примирению, которые собственно и являются официально признанным механизмом такой дипломатии.

 

РОССИЯ

Роль России на Ближнем Востоке за последние несколько лет существенно усилилась и особенно после военного вмешательства России в сирийский конфликт в сентябре 2015 года. Российское военное и политическое присутствие в регионе стало реальным фактором. Особенно актуально это для Ливана, стабильность и безопасность которого напрямую зависит от обстановки в Сирии. В этом контексте 13-15 сентября состоялся официальный визит премьер-министра Ливана Саада Харири в Российскую Федерацию. В состав делегации вошли вице-премьер, министр информации, министр финансов, министр внутренних дел, министр общественных работ и транспорта, министр экономики и торговли и министр культуры. В ходе визита ливанский премьер провел встречи с председателем правительства Российской Федерации, министром иностранных дел, а также переговоры с президентом РФ В.В. Путиным.

Закрепление признания статуса влиятельного внерегионального актора на Ближнем Востоке происходит на фоне упрочения формирующегося миротворческого статуса Москвы в ливийском кризисе. Сначала Грозный, а затем Москву с визитом посетил вице-премьер Ливии Ахмед Майтиг. Представитель правящего в Ливии правительства национального согласия обсуждал исключительно невоенную сторону урегулирования конфликта – отдельные аспекты инклюзивного политического процесса, предметные особенности возвращения производственных мощностей в страну, прагматичное использование безопасного Севера Ливии (коридора с запада на восток протяженностью 2 тыс. км вдоль средиземного моря) и т.д. Одновременно в Москву прибыл официальный представитель Ливийской национальной армии, бригадный генерал Ахмед аль-Мисмари. Он провел встречи с представителями российского МИДа и Минобороны, а также с российскими экспертами и экспертными кругами. Эти переговоры носисли принципиально иной характер. «Мы представляем вооруженные силы и далеки от политических вопросов», — дал комментарий о цели своего визита Аль-Мисмари на пресс-конференции в Москве.

Российская дипломатия работала с представителями региональных сил не только на своей территории – 12 сентября Министр обороны РФ С. Шойгу побывал с официальным визитом в Сирии, а Министр иностранных дел С. Лавров с рабочими визитами посетил Джидду (9-10 сентября) и Амман (11 сентября).

 

ЙЕМЕН 

В Йемене продолжает сохраняться поляризация по линии противостояния саудовских и эмиратских интересов. В начале месяца ОАЭ запретили президенту Йемена А.М. Хади, позиционируемому как креатура Эр-Рияда, въезд в Аден. Таким образом, Абу-Даби развивают свою стратегию об исключительном контроле над южными провинциями и ключевыми портами Йемена.

 

ИРАКСКИЙ КУРДИСТАН

25 сентября состоялся референдум о независимости автономного региона Иракского Курдистана от Ирака. По данным Высшей независимой избирательной комиссии Курдистана, явка на плебисците составила 72,61%. Из этого числа избирателей автономии 92,73% проголосовали за независимость.

Здесь необходимо отметить, что Москва заняла нейтральную позицию по данному вопросу, выступая за сохранение диалога между Багдадом и Эрбилем, в рамках которого стороны должны решить все внутренние противоречия. В то время как сам факт проведения референдума был отрицательно воспринят международным сообществом и практически всеми странами региона.

В связи с этим под сомнение ставится принципиальная возможность фиксация в реальности результатов волеизъявления. Напоминаем читателям, что прецедент референдума уже случался в 2005 году, однако в практической плоскости результаты оформлены не были.

Реакцию Багдада на курдское волеизъявление на конец сентября можно оценивать как достаточно сдержанную. Помимо логичной в данных условиях тональности риторики единственным практическим шагом по выражению своего недовольства оказался запрет на  прямое воздушное сообщение с Иракским Курдистаном. Несмотря на то, что решение было благосклонно воспринято странами-соседями по региону (Ливией, Катаром, Египтом, Турцией и Ираном), премьер-министр Ирака Хайдер аль-Абади отказался связывать его напрямую с проведением плебисцита. Официальной причиной послужил отказ Эрбиля передать под контроль федерального правительства все контрольно-пропускные пункты автономии на границе с Ираном, Турцией и Сирией.

 

***

Зачистка последних анклавов ИГ на территории Сирии и Ирака ожидается в самой краткосрочной перспективе. Все больше ответственности за будущий формат и устойчивость государственных институтов ложится на дипломатов, местные и центральные органы власти. Динамика йеменского и ливийского кризиса также демонстрирует тенденцию к отходу от преимущественного прямого (вооруженного, экономического) способов воздействия на оппонента. Роль военных с падением интенсивности боевых действий перестает быть ключевой, а значит, баталии переместятся за столы переговоров. По официальным и неофициальным каналам со стороны основных игроков стоит ожидать сигналы, контурирующие переговорные позиции сторон, их требования, пространство для торга/маневра.

В.Аватков, Д.Тарасенко