Турция: июль-август 2017 г. (дайджест)

Период с июля по август 2017 года охарактеризовался неспокойной внутриполитической обстановкой в Турции. Уже в начале июля прошли масштабные акции представителей двух политических лагерей, а именно: сторонников президента Эрдогана и представителей оппозиции. Продолжились мероприятия по консолидации власти в руках действующей элиты.

На внешнеполитических рубежах Турция продолжает доказывать свою состоятельность в качестве региональной и мировой державы, что находит отражение в закупках российских ЗРК С-400, сотрудничестве с изолированным Катаром и взаимных выпадах в отношениях с Евросоюзом.

Внутриполитическая обстановка

15 июля состоялась годовщина попытки военного переворота в Турции. В этой связи имел место ряд событий и мероприятий, носящих прежде всего пропагандистский характер. Так, 15 июля Турция праздновала учреждённый в октябре 2016 года президентом Эрдоганом День демократии и национального единства, приуроченный к попытке военного переворота в июле 2016 года. По всей стране прошли массовые шествия, участие в которых приняли сотни тысяч турецких граждан и десятки городов.

Кроме того, турецкие пользователи мобильных операторов «Turkcell» и «Vodafone» вместо привычных гудков могли услышать поздравление президента Эрдогана с праздником: «Как президент я приношу поздравленья с праздником 15 июля, Днём демократии и национального единства, желаю мученикам прощения, а героям – здоровья и благополучия». Также 16 июля перед резиденцией президента в Анкаре был открыт мемориал, посвящённый жертвам переворота, который представляет из себя людей, несущих полумесяц и звезду, являющиеся символом ислама и изображенные на государственном флаге Турции.

Тем не менее, едва ли можно говорить о том, что размах мероприятий соответствует самому событию. Помпезность, с которой отмечался праздник сопоставим с мероприятиями, приуроченными ко дню победы над нацистской Германией, однако масштаб двух трагедий абсолютно несоразмерен.

Несмотря на все попытки действующего руководства консолидировать вокруг себя турецкий народ, общество Турции по-прежнему остаётся разрозненным. Это продемонстрировал так называемый «Марш справедливости», организованный лидером Народно-республиканской партии (НРП) Кемалем Кылычдароглу. Поводом к его началу стал приговор в отношении депутата от НРП, журналисту Энису Бербероглу о тюремном заключении  на 25 лет по обвинению в передаче главному редактору газеты Cumhuriyet видеозаписей, на которых были запечатлены грузовики с оружием, направляющиеся к турецко-сирийской границе. За 25 дней (с 15 июня по 9 июля) участники Марша, число которых в последние дни достигало практически двух миллионов человек, преодолели расстояние от Анкары до Стамбула (около 450 километров), где завершили его многотысячным «Митингом справедливости». Организованная главной оппозиционной партией политическая акция даёт понять, что Эрдоган и его приближённые всё еще не могут единолично контролировать политическую жизнь государства и вынуждены считаться с оппозицией, поддержка которой весьма высока.

17 июля Великое национальное собрание Турции (турецкий парламент) в четвёртый раз продлило действие режима ЧП на территории страны на 3 месяца. Таким образом, наряду с расширенными полномочиями, турецкое руководство продолжает сохранять значительный контроль над политической и общественной жизнью в стране, что вызывает немало критики со стороны правозащитников.

19 июля в турецком правительстве произошёл ряд перестановок. Так, вице-премьер Нуреттин Джаникли занял пост министра обороны, а министр обороны Фикри Ышик и министр юстиции Бекир Боздаг назначены вице-премьерами. Однако, ключевые посты министра экономики и министра иностранных дел – с точки зрения российской внешней политики – остались за Нихатом Зейбекчи и Мевлютом Чавушоглу, соответственно.

Проводимая Анкарой политика закручивания гаек во внутриполитической сфере дала о себе знать и 2 августа (2017 года), когда состоялась встреча военного и политического руководств страны. По итогам заседания, которое прошло под руководством премьер-министра Бинали Йылдырыма, Верховный военный совет Турции постановил заменить командующих армией, военно-воздушными силами и флотом страны, кандидатуры которых позже были одобрены президентом страны. Таким образом, действующая власть берёт под всё более плотный контроль турецкую армию, которая с момента создания Турецкой Республики являлась гарантом светскости в стране и была в значительной степени автономна от представителей политического руководства.

Поставки С-400

Наиболее значимым событием российско-турецких отношений в июле 2017 года стало заключение соглашения по закупке Турцией российских ЗРК С-400 «Триумф». Об этом 25 июля заявил президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Согласно договорённостям, Турция заплатит 2,5 миллиарда долларов за поставку в 2018 году двух дивизионов системы противоракетной обороны и производство ещё двух на территории самой Турецкой Республики. Вопрос передачи технологий остаётся ключевым для турецкого истеблишмента; этот и другие технические нюансы будут обсуждаться в ходе дальнейших встреч. Сделка вызвала немало критики со стороны партнёров Турции по НАТО, которые обращали внимание на несовместимость С-400 с системами Североатлантического альянса. Тем не менее, в Пентагоне отметили, что соглашение является суверенным решением Турецкой Республики. Со стороны Турции такой шаг объясняется, очевидно, её стремлением навязать западным коллегам свои правила игры, а также желанием закрепиться на мировой арене в качестве одного из её ключевых игроков.

Помимо прочего, в середине июля Турция подписала соглашение с европейским концерном «Eurosam», согласно которому Турция совместно с Францией и Италией будет разрабатывать собственную систему ПРО. Отмечалось, что соглашение не повлияет на закупки российских систем С-400.

Отношения с Западом

Взаимные претензии и упрёки между Турцией и европейскими государствами по поводу членства первой в ЕС по-прежнему имеют место быть. 6 июля Европейский парламент принял резолюцию, которая призывает Европейскую комиссию и страны-члены ЕС прекратить переговоры о присоединении Турции, в случае если та откажется внести соответствующие изменения в свою конституцию.

В Турции резолюцию раскритиковали, заявив о своём отказе её рассматривать. Эрдоган, в свою очередь, подчеркнул, что ЕС «тратит время» Турции. Тем не менее, стоит отметить, что турецкий лидер уже не первый раз грозит Евросоюзу выходом из переговоров: ещё в марте 2017 года он выразил предположение, что после апрельского конституционного референдума Турция может провести ещё один плебисцит посвященный вопросу членства в ЕС. Спустя практически полгода турецкое руководство не предприняло никаких конкретных шагов в этом направлении, ограничиваясь лишь критикой в адрес западных коллег. Такое поведение лишь подтверждает тот факт, что турецкий истеблишмент не намерен отказываться от членства в Европейском союзе, рассматривая его, по всей видимости, как один из инструментов расширения своего влияния в мире, в целом, и на Западе, в частности.

Весьма напряжёнными остаются отношения Турции с Германией. Новый виток взаимных разногласий возник после задержания турецкими властями немецкого правозащитника Петера Штойдтнера. После этого Берлин ужесточил рекомендации для туристов, направляющихся в Турцию, на что Анкара отреагировала, обвинив Германию в «большой политической безответственности» из-за разжигания конфликта между двумя странами. Противоречия носят, прежде всего, политический характер, однако министр иностранных дел ФРГ Зигмар Габриэль заявил, что Германия намерена пересмотреть свою экономическую политику в отношении Турции.

В середине августа на фоне усложнившихся двусторонних отношений Эрдоган высказал предположение, согласно которому причиной негативной риторики в отношении Турции является попытка обеспечить поддержку немецкого электората перед парламентскими выборами в сентябре 2017 года. При этом интересен тот фак, что 18 августа Эрдоган призвал немецких граждан не голосовать на предстоящих выборах за Ангелу Меркель (лидер ХДС и ХСС) и Мартина Шульца (лидер Социал-демократической партии). За это он подвергся критике министра иностранных дел ФРГ Зигмара Габриэля, который обвинил Турцию во вмешательстве в избирательный процесс в Германии.

Сотрудничество с Катаром

В полном соответствии со своими многочисленными внешнеполитическими доктринами, Турция продолжает осуществлять шаги по расширению влияния на Ближнем Востоке. Одним из таких шагов является налаживание военно-политического сотрудничества с Катаром, который, как известно, в июне 2017 года подвергся блокаде ряда арабских государств. 20 июля Турция завершила переброску своих военных в Катар, которая началась 12 июля.

Уже 6 августа Анкара и Доха провели совместные военно-морские учения «Железный щит». Сообщалась, что учения охватывали мероприятия по воспрепятствованию проникновению и нарушению границ, восстановлению контроля над жизненно важными объектами, координации действий, планированию и оценке обстановки.

Кроме того, 16 августа из турецкого порта Алиага вышло судно c гуманитарной помощью для Катара.

Сотрудничество с изолированным и в то же время одним из богатейших государств мира, по всей видимости, рассматривается Анкарой как возможность в сотрудничестве с Дохой создать альтернативный центр силы в регионе, чтобы противостоять его традиционным лидерам и распространять своё влияние.

Турция и Россия

Помимо положительных моментов в двусторонних отношениях, которые выразились во встрече Путина и Эрдогана в рамках саммита G20 в Гамбурге 8 июля, а также встрече министров иностранных дел двух государств на полях регионального форума АСЕАН в Маниле 8 августа, в ходе которых представители России и Турции обсудили сотрудничество по Сирии, а также ряд вопросов экономического характера, среди которых АЭС «Аккую» и газопровод «Турецкий поток», в отношениях двух стран по-прежнему имеют место некоторые противоречия. Одним из таких противоречий является вопрос импорта в Россию турецких томатов. Власти Турции отмечают, что запрет крайне негативно сказывается на турецкой экономике. Анкара пригрозила России ответными мерами. Тем не менее, обе стороны надеются достигнуть компромисса посредством переговоров, которые, по сообщениям турецких изданий, должны проходить в рамках Измирской международной ярмарки с 18 по 22 августа.

В то же время, 11 августа МИД Турции выступил с заявлением, осуждающим санкции в отношении России. Ранее, 2 августа, президент США Дональд Трамп подписал пакет антироссийских санкций. В интервью агентству IHA глава турецкого внешнеполитического ведомства отметил, что Турция не поддерживает санкции против России, так как они наносят ущерб и турецкой экономике.

***

Политика нынешней правящей элиты Турции, направленная на сосредоточение власти в руках узкой группы людей и начавшая отчетливо вырисовываться после парламентских выборов 2015 года, очевидно, окончательно сформировалась и укрепилась после апрельского референдума 2017 года. Действующий президент и его сторонники продолжают предпринимать шаги по отстранению от рычагов власти иных политических групп, в том числе и военных.

Обстановка внутри страны демонстрирует, что раскол турецкого общества всё ещё силён. Многомиллионные шествия оппозиции заставляют руководство Турции беспокоиться и искать новые способы устранения элементов, потенциально способных составить ему конкуренцию. Тем не менее, тот факт, что «Марш справедливости» прошёл с позволения властей, говорит о том, что турецкий истеблишмент видит опасность сложившейся ситуации и ищет способы умиротворить турецкий народ.

По всей видимости, теперь Турция рассматривает Запад не столько как партнёра, сколько как средство реализации своих внешнеполитических амбиций (о чём говорит «заигрывание» с ЕС). Происходит своеобразная диверсификация внешнеполитических связей, что за рассматриваемый период выразилось в поэтапном укреплении отношений с Россией, а также развитии военно-политического сотрудничества с изолированным Катаром.

Очевидно, что как внешняя, так и внутренняя политика Турецкой Республики в среднесрочной перспективе не претерпит каких бы то ни было значительных изменений. Смене вектора турецкой политики могут поспособствовать социальные и политические потрясения внутри страны, потенциал возникновения которых при нынешнем состоянии турецкого общества весьма высок, хоть он и сдерживается взвешенными действиями правящих кругов.

В.Аватков, А.Финохин

Референдум в Турции: раскол?

Турецкий референдум в минувшую пятницу завершился достаточно предсказуемо: из примерно 50 миллионов голосовавших вносимые изменения поддержали 51,41%, против же высказались 48,59% избирателей. Разница ничтожно мала, что ведет к закономерным выводам о расколе турецкого общества примерно на две равные половины.

И хотя после оглашения предварительных результатов, свидетельствовавших о том, что поправки всё-таки проходят, на улицы крупных городов высыпали спонтанные толпы сторонников изменений или, если быть более точными, сторонников Эрдогана, вряд ли они могут быть довольны такой минимальной победой, которая ставит под вопрос реальную легитимность поправок.

Противники изменений также выходили на улицы вечером 16 апреля, но заявлять о каких-то массированных выступлениях не приходится — проходили он в Кадыкеё, традиционно молодежном и светском районе Стамбула, и в тех регионах, что традиционно очень привязаны к ататюркизму, в первую очередь, это Измир.

Итак, в турецком обществе существует очевидный раскол, который, кажется, неизбежно должен привести к кризису. Предпосылки понятны — половина населения страны недовольна авторитаризмом Эрдогана, его желанием аккумулировать всю власть в стране в своих руках, отходом от принципов светскости, заложенных создателем Турецкой республики Мустафой Кемалем Ататюрком, чей культ до сих пор весьма силен в Турции; другая же половина видит в Эрдогане сильного лидера, который вывел Турцию на новые позиции на международной арене, сделал из неё регионального лидера, с позицией которого должен считаться Евросоюз, США и Россия; также многие сторонники апеллируют к экономическому подъему страны в годы правления Эрдогана, в населении ещё очень жива память о не самой удачной с экономической точки зрения жизни Турции во второй половине XX века.

Однако ту атмосферу, что охватила сейчас противников эрдогановской политики, можно назвать скорее атмосферой уныния и смирения с собственной судьбой. Люди нехотя, но принимают изменения, отказываются активно выступать против них. И в этом огромная заслуга политики Эрдогана. Кстати, в подобном же состоянии турецкое общество находилось и после повторных парламентских выборов в 2015 году.

Турецкий лидер достаточно удачно обезопасил себя от возможного взрыва народного недовольства. Фактически сейчас в Турции нет ни СМИ, ни крупных политических лидеров, которые способны повести за собой противников курса Эрдогана. Армия успешна выведена из управления страной, попытка переворота позволила Эрдогану закончить свою с ней борьбу, которая была начата ещё в первые годы его власти. Та же попытка переворота позволила весьма жестко добить гюленовские структуры, которые за счет своих ресурсов вполне могли бы оказать влияние на происходящее после выборов в стране.

Не менее важной кажется и роль СМИ в предвыборной агитации — практически все действующие и крупные телевизионные каналы транслировали в последние месяцы исключительно выступления в поддержку изменений, речи Эрдогана и его сторонников транслировались целиком почти каждый день, в то время как позиции их противников уделялись совсем небольшие куски эфира. Этому способствовало проведенное в рамках чрезвычайного положения постановление правительства об отмене необходимости предоставлять одинаковое эфирное время всем политическим позициям. Это представляется особенно важным — в Турции частью национальной культуры является постоянное присутствие в жизни включенного телевизора, это происходит даже во время дружеских и семейных застолий, даже если гости собрались просто о чем-то поговорить, телевизор обязательно должен быть включен.

Таким образом, мы оказываемся в ситуации, когда в стране есть большое количество недовольных происходящим, но нет такой силы или даже события, которое могло бы вывести их на улицы. К своей автократии Эрдоган идет исключительно демократическим путем, административный ресурс используется очень мягко и не вызывает возмущения у широких масс. Да, у CHP есть некоторые претензии к подсчету голосов в некоторых избирательных пунктах, однако эта новость достаточно быстро проскочив вечером дня голосования к следующему дню оказалась почти забыта. В то же время в интернете присутствует интересный видеоролик в очень плохом качестве, в котором, по утверждению автора съемки, изображена фальсификация голосов на одном из избирательных участков. Но качество видеозаписи настолько плохое, что кроме пропечатывающего неясные бумаги мужчины там сложно что-то различить.

Гораздо более любопытным является вопрос, связанный с изменением условий голосования по ходу самого голосования. Здесь следует коснуться самой процедуры выборов в Турции. Всем избирателям выдавался разделенный цветом на две половины бланк, одна из сторон которого была подписана «за», другая «против». Избиратель должен был пропечатать нужную ему половину печатью с надписью «предпочтение», запечатать в специальный, выдаваемый на избирательном участке конверт, и опустить в урну для голосования. Конверт и бланк, в свою очередь, должны были быть пропечатаны особой печатью избирательной комиссии. Однако в пять часов вечера турецкий Центризбирком обнародовал постановление, что действующими считаются как непропечатанные бланки, так и принесенные со стороны конверты, обосновав это поступившими со множества участков жалобами на то, что местные избирательные просто не успели всё пропечатать. Противниками изменений это было воспринято как свидетельство фальсификации, тема стала педалироваться в газете Cumhuriyet, органе CHP. Вечером 17 апреля в крупных городах Турции и некоторых районах Стамбула состоялись разрозненные акции, участники которых протестовали против решения Центризбиркома. Но это вряд ли можно назвать крупными выступлениями, скорее попыткой ухватиться за последнюю соломинку, постараться не потерять надежду. Даже в Измире, традиционном оплоте CHP, люди уже практически потеряли надежду, если верить поступающим оттуда сведениям.

ОБСЕ так же обращает внимание в своем предварительном докладе на указанные выше нарушения, а именно неравный доступ к медиаресурсам и ситуацию с печатями на конвертах и бланках.

Таким образом, главной точкой напряженности являются именно непропечатанные бланки, пересчет которых мог бы изменить итоги референдума. Определенное количество людей на протесты в Турции по этому поводу организовать вполне возможно, особенно если в течение ближайших дней всплывут какие-то факты злоупотреблений такого рода. Есть и некоторая вероятность, что такие демонстрации смогут вызвать неадекватную реакцию со стороны Эрдогана, что выведет на улицы только больше людей. С другой стороны, именно во время этих акций могут состоятся провокации, подставляющие нынешнего главу государства.

Итак, в любом случае, раскол турецкого общества, который подтвердил этот референдум, это очень важный знак для всех участников ближневосточного процесса. Сможет ли оставаться стабильной страна с такой мощной поляризацией общества? Впрочем, нельзя считать турок, проголосовавших на референдуме против, достаточно гомогенной группой, среди них есть определенное количество сторонников Эрдогана как лидера, но не имеющих желания менять существующий политический строй. В то время как противоположная им группа кажется гомогенной полностью. Хотя и их внимание можно перехватить, если на сторону противников Эрдогана перейдет кто-нибудь из людей, ассоциирующихся с успехами ПСР и её руководством.

А.Рыженков

Внутренние факторы сближения Турции с Россией: мир или перемирие?

С начала 21 века отношения России и Турции развивались по восходящей траектории, это было обусловлено взаимовыгодным экономическим сотрудничеством, в особенности в энергетической сфере. Однако, как и в 19, 18 и даже в 17 веках, отношения между Россией и Турцией движутся по синусоиде. Это говорит о том, что после каждого цикла-сближения следует цикл-конфронтации. Во многом, это связано с тем, что страна по-прежнему находится в процессе поиска своего места на мировой арене. Сейчас уже очевидно, что Турцию не устраивает положение только лишь региональной державы, политический истеблишмент в лице правящей Партии справедливости и развития (ПСР) пытается выдвинуть свои притязания на превращение Турции в мировую державу. При этом высшее руководство пытается балансировать в проведении своей внешней политики на противоречиях мировых держав, что зачастую приносит Турции определенные выгоды в краткосрочной перспективе, однако порою подобные попытки торговаться или шантажировать своих международных партнеров загоняют Турцию в политическую изоляцию.

Сейчас можно наблюдать довольно серьезное изменение во внешнеполитическом курсе Турции. Политическая элита страны, убедившись в ошибочности слепой веры в своих западных союзников, коренным образом пересматривает собственные взгляды на приоритеты внешней политики. Поворот в сторону России наметился еще в мае 2016 года. Тогда с поста премьер-министра был снят Ахмет Давутоглу. Это событие примечательно и символично тем, что именно этот человек был двигателем сближения Турции с Западом, а так же именно он в ноябре 2015 года заявил, что российский самолет был сбит по его личному приказу.

Через месяц 27 июня общественность увидела первые результаты переоценки внешней политики Турции. Президент Эрдоган направил Владимиру Путину письмо, в котором он выразил сожаления в связи с гибелью российского пилота Олега Пешкова. Данный шаг, осуществленный во многом благодаря личным связям правительственных и бизнес кругов двух государств, а так же при личном содействии президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, позволил сторонам прийти к взаимоприемлемому исходу. Россия была удовлетворена тем, что все-таки получила извинения, а Эрдоган сумел сохранить свое лицо, что очень важно для восточного лидера.

Вслед за этим в Турции в ночь с 15 на 16 июля была осуществлена попытка военного переворота, которая в итоге не увенчалась успехом. Военные потерпели фиаско, а действующий президент сумел сплотить вокруг себя не только турецкий народ, но и практически всю политическую элиту, которой под страхом проводимых в стране расследований по делу о причастности к перевороту пришлось так же выразить свою поддержку правящим кругам и выступить с осуждением путчистов.

Таким образом, данный неудавшийся переворот развязал Эрдогану руки в проведении единоличной внутренней и внешней политики, а так же позволил по-новому раскрутить образ «всемирного врага» проповедника Фетхуллаха Гюлена, который из политического и духовного наставника Эрдогана превратился в его главного противника. Мало того, что турецкое руководство обвинило его в осуществлении попытки государственного переворота, согласно заявлениям турецких официальных лиц, он так же оказался причастен и к инциденту со сбитым российским самолетом.

Переворот 15 июля стал своего рода катализатором смены вектора внешнеполитического курса Турецкой Республики с запада на Россию. При этом важно отметить, что без взаимной воли обоих государств данного сближения не могло произойти. Обе стороны только потеряли от снижения уровня двусторонних отношений. Причем, речь идет не только об экономическом сотрудничестве, но и о политическом взаимодействии.

Турция и Россия – два евразийских государства, которые играют огромную и порою даже решающую роль в разрешении глобальных проблем человечества. При взаимном сотрудничестве, и это уже видно сейчас, удалось разработать новые пути политического урегулирования сирийской проблемы. Активно набирает обороты переговорный процесс глав внешнеполитических ведомств России, Турции и Ирана. И он уже принес определенные результаты, о которых свидетельствует проведение межсирийских переговоров в Астане, в которых принимали участие не только представители официального Дамаска, но и сирийской оппозиции. Данный переговорный механизм развеял миф о безальтернативности коалиции во главе с США в разрешении кризиса в Сирии и борьбы с терроризмом.

При этом очень тревожным является тот факт, что процесс восстановления двусторонних отношений России и Турции по-прежнему остается хрупким и неустойчивым. Об этом свидетельствуют трагические события, случившиеся в конце прошлого года, когда в Анкаре был убит посол России в Турции А.Г.Карлов. Сразу же после случившегося руководство Турции вновь обвинило во всем сторонников Фетхуллаха Гюлена, «просочившихся» в военные и государственные структуры Турции. Однако настораживает преждевременность данных заявлений сделанных, до проведения следственных мероприятий, а так же тот факт, что убийца состоял на службе в полиции, в рядах которой так же были проведены серьезные «антигюленовские» чистки после попытки государственного переворота.

Именно поэтому сегодня, восстанавливая и развивая отношения с Турцией, необходимо пристально следить за тем, чтобы за добрыми намерениями не скрывалась подковерная политическая игра каких-либо третьих сил. В противном же случае подобные отношения будет вновь ожидать период осложнения и конфронтации. Очень важно, чтобы стороны не останавливались на достигнутом и сумели выстроить отношения во взаимовыгодном русле, и только тогда можно будет понять, чем является данный виток российско-турецких отношений: всеобъемлющим миром или только лишь перемирием перед новым столкновением.

В.Аватков, С.Панов

——

Статья подготовлена в рамках проекта МГИМО «Внутриполитический процесс в Турецкой Республике на современном этапе»

Турция: ноябрь 2016 (дайджест)

Турция: ноябрь 2016 (дайджест)

В ноябре Турция продолжила идти по традиционному для себя курсу как в области внутренней, так и внешней политики. На внешнеполитической арене путем расширения контактов со странами из самых разных регионов мира Турция продолжает пытаться расширить свое присутствие за пределами традиционных для нее регионов влияния. Помимо этого, во внешней политике сохраняются традиционные ценности для современной внешней политики Турции, а именно политика защиты мусульман по всему миру и враждебность по отношению к великим державам.

Однако, несмотря на общую предсказуемость внешней политики, ей по-прежнему свойственна определенная импульсивность, особенно на сирийском направлении, что по всей видимости вызвано внутриполитическими противоречиями. Внутри страны правящая Партия справедливости и развития уверенно идет в сторону создания новой конституции. На данный момент идет согласование ее основных положений с двумя оппозиционными партиями. Успешно загнаны в угол курдские политические силы. Таким образом, Турция стоит на пороге внутриполитических преобразований, которые должны открыть новую главу в истории ее развития как государства.

 

Партия справедливости и развития успешно продолжает процесс разработки новой конституции. На данный момент основным вопросом является согласование ее с двумя оппозционнными партиями – Народно-республиканской партией и Партией националистического движения. После октябрьских арестов и предъявления обвинений Селахаттину Демирташу и Фиден Юксекдаг Демократическая партия народов фактически потеряла возможность политического влияния на работу Великого национального собрания Турции и таким образом выпала из процесса создания новой конституции.

Оппозиция в лице кемалистов и националистов в условиях сложившейся политической монополии правящей ПСР отказалась от попыток противодействия ей. Вместо этого, она пытается повлиять на формулировку наиболее важных статей нового основного закона. Наиболее активный диалог ведётся между Партией националистического движения и ПСР. Еще после выборов в ноябре 2015 года в СМИ высказывалось мнение, что именно националисты окажут поддержку ПСР в процессе создания новой конституции. По всей видимости, так оно и произойдет.

29 ноября в СМИ появилась информация о том, что ПСР направила националистам пакет из 12 статей, по которым последние не согласились с 4,5. Учитывая, что высока вероятность того, что эти статьи в том или ином виде войдут в финальную версию нового основного закона на них стоит обратить особое внимание:

  • Первая касается компетенции расширения полномочий президента в законодательной области. В частности, президент получит право, в случае обнаружения в законодательстве пробелов, самостоятельно издавать решения, имеющие силу закона (ордонансы), чтобы эти пробелы восполнить. До этого такими полномочиями было наделено только Великое Национальное Собрание Турции.

ПНД выступает против данного предложения, резонно задаваясь вопросом относительно того, смогут ли ордонансы президента реально решить важные законодательные проблемы, как это, например, было с законом о половых преступлениях против несовершеннолетних, который стал одной из самых обсуждаемых тем в Турции в ноябре.

  • Другая важная статья касается наделения президента правом распускать по собственному желанию парламент. Националисты выступают против данного предложения, настаивая на том, что не нужно создавать иерархию в отношениях парламента и президента.
  • Половинчатым вопросом Партия националистического движения признает вопрос преодоления вето президента. Хотя ситуация, при которой нынешний турецкий парламент мог бы разойтись во мнениях с президентом, выглядит нереалистичной, ПСР требует, чтобы парламент имел полномочия преодолевать вето президента только имея квалифицированное большинство, то есть порядка 360 голосов. Националисты не согласны, но пока и конструктивной альтернативы выдвинуть не могут.

Резонный вопрос возникает относительно того, что происходит на данный момент с Демократической партией народов, которая в качестве одной из основных направлений своей деятельности выделяет защиту меньшинств, в первую очередь, курдов.

Напомним, что еще в середине октября ее лидеры были арестованы и против них были выдвинуты обвинения. На данный момент расследование их дел продолжается, против них выдвигаются все новые обвинения, в частности, в осуществлении пропаганды в пользу террористической организации (то есть в пользу Рабочей партии Курдистана).

Нельзя не отметить, что уход с политической сцены на время таких значимых фигур, как Демирташ и Юксекдаг, помог Партии справедливости и развития более эффективно запустить процесс обсуждения новой конституции.

Давлению подвергаются не только лидеры и представители Демократической партии народов , но и все организации, которые в той или иной мере связаны с курдами. Как заявил 2 ноября Демирташ, в Турции за последнее время было закрыто 146 курдских печатных изданий и 20 телеканалов. Среди них единственная ежедневная газета, издаваемая на курдском языке, Azadiya Welat и единственное женское новостное агентство в Турции Jinha.

Таким образом все достижения Партии справедливости и развития первых лет ее нахождения у власти, а именно предоставление довольно широких свобод всем меньшинствам в Турции, открытие СМИ на курдском и других языках, создание школ курдского языка, сводятся на нет.

Логично, что в такой ситуации Рабочая партия Курдистана продолжает свою террористическую активность. Очередной теракт произошел в городе Диярбакыр 4 ноября, в результате которого погибли 8 человек, в том числе 2 полицейских. Начиненный взрывчаткой автомобиль взорвался у здания полиции.

Таким образом, Турция сейчас находятся в определенном порочном круге. Чем больше власти давят на курдов, тем более жесткий ответ дает Рабочая партия Курдистана. Это, в свою очередь, сопровождается новыми санкциями со стороны действующей власти. Однако результат один: от этого все больше страдают мирные жители как в курдских районах Турции, так и на западе страны.

 

Особенностью нынешней политической ситуации в Турции является довольно сильная подвижность политических акторов. Страна проходит через период трансформации и это позволяет новым политическим силам стремительно развиваться и выходить на национальную политическую сцену.

Примером такого быстрого политического взлета является совсем недавно возникшая партия Долунай. Примечательным является то факт, что в основе ее программы лежит объединение в единую политическую силу пастухов со всей страны.

Учредителем партии является Сердар Окуюджу, который в 2009 году вышел из Партии справедливости и развития, в которой он возглавлял молодежное крыло в Муданье. За короткий срок партия сумела открыть свои представительства в 60 провинциях страны. Ее официальной целью является борьба за власть на выборах  2019 года.

На первый взгляд такой проект может показаться несерьезным, но при более детальном рассмотрении становится понятно, что он имеет под собой довольно крепкую основу.

Ведь напомним, что на данный момент в Турции жители, проживающие в деревнях и маленьких городах поддерживают Партию справедливости и развития. Однако, безусловно, партия власти в силу необходимости мыслить и действовать глобально не может поставить только бедные слои населения во главу своей политики. Зато это сможет довольно успешно сделать Долунай, которая фактически займет нишу партии, защищающей бедные слои населения. А без своего «сельского» электората Партия справедливости и развития вряд ли сможет повторить свой успех на выборах 2019 года.

Поэтому за такими новыми игроками необходимо следить внимательно, в краткосрочной перспективе именно они способны повлиять на ситуацию в стране.

 

Государственное строительство в Турции идет полным ходом. Напомним, что в период после переворота несколько тысяч судей и прокуроров были отправлены в отставку по подозрению в сотрудничестве с террористической организацией Фетхуллаха Гюлена.

В такой ситуации экспертами задавался логичный вопрос: сможет ли турецкое правительство найти новых высококлассных специалистов в этой области в такой короткий срок, чтобы обеспечить нормальное функционирование Турции судебной власти.

Как выяснилось, с данной задачей руководство страны справилось: в ноябре было назначено 3022 новых судьи в гражданские и уголовные суды и 918 – в административные суды.

Не остается сомнения, что недавно назначенные судьи будут в своих решениях учитывать политику Партии справедливости и развития, но возникают сомнения относительно того, смогут ли они грамотно разрешать даже те дела,которые не имеют политического значения. Ведь у них нет соответствующего опыта, а коллег, которые могли бы им помочь, осталось совсем немного.

Таким образом, по крайней мере в области судебной власти, можно отметить, что политика ПСР по борьбе с гюленистами привела к негативным для общества результатам: упало качество судебной защиты, под угрозой оказалась справедливость принимаемых судебных решений.

 

Внешняя политика

 

Большим преимуществом сайта министертсва иностранных дел Турции явялется то, что на нем ежемесячно выеладывается количественный отчет касательно внешнеполитических контактов на всех уровнях в государстве. Это дает возможность оценить внешнеполитическую активность Турции за конкретный период.

Сравнивая ноябрьские данные с данными за октябрь можно сделать следующие выводы:

Количество официальных визитов за ноябрь составило:

На уровне президента 9
На уровне премьер-министра 7
На уровне министров 114
На уровне депутатов 108
Общее количество внешнеполитических контактов: 550

 

Активность загранучреждений:

Интервью для СМИ 95
Пресс-конференции 12
Размещение официальных заявлений 14

 

 

 

Анализируя данные, представленные на сайте МИД Турции, в первую очередь, необходимо выделить довольно широкую георгафию заграничных визитов президента, что становится уже традиционной отличительной чертой многовекторной политики Турции. В ноябре президент Эрдоган сумел посетить Белоруссию, Узбекистан и Пакистан, таким образом охватив Восточную Европу, Центральную Азию и Южную Азию.

Во время своего визита в Белоруссию принял участие в открытии Минской мечети, что является особенно показательным. Эрдоган продолжает чувствовать себя лидером исламского мира или, по крайней мере, позиционировать себя в его качестве, активно участвуя во всех религиозных событиях в Европе. Защита исламских ценностей уже давно стало отличительной чертой турецкой внешней политики.

На фоне многовекторной политики Турции в Азии продолжаются ее  конфликтные отношения с Европейским Союзом. Все больше становится понятно, что спор между ними не имеет решения в ближайшей перспективе, что заставляет обратить особое внимание на российско-турецкие отношения.

Анализ российско-турецких отношений необходимо начать с интервью, которое посол России в Турции А.Г. Карлов дал в ноябре турецкой газете Миллийет. Напомним, что это не первый раз, когда российский посол использует одно из крупнейших турецких СМИ для донесения до турецкой общественности позиции России по основным вопросам российско-турецких отношений. В декабре 2015 в интервью той же Миллийет он впервые озвучил 3 условия, при выполнении которых была бы возможна нормализация отношений между двумя странами.

Теперь же он дал свою оценку перспективам, которые имеют российско-турецкие отношения в посткризисный период. Карлов заявил, что основным вопросом, который будет рассматриваться в ходе предстоящего в декабре визита в Москву премьер-министра Турции Б.Йылдырыма, станут торгово-экономические отношения между двумя странами. Однако он считает, что понадобится как минимум один-два года для достижения тех цифр, которые существовали до 24 ноября 2015 г. Но, по его мнению, важно другое, а именно то, что обе стороны демонстрируют желание достичь прежнего уровня отношений и даже его превысить

Карлов также затронул сирийский вопрос: “Мы поддерживаем сирийскую государственность. Если ее разрушить, то появится вторая Ливия. Любые внешнеполитические инициативы, которые мы могли бы предпринять вместе с Турцией, будут направлены на установление мира в регионе и во всем мире”.

Важные комментарии российский посол также сделал по вопросу взаимотношений Турции со своими западными партнерами. Он подчеркнул, что страны ЕС часто давят на Турцию, не дают ей развивать отношения с Россией и в своей политике используют принцип «Хорошо все то, что плохо для России».

 

***

Подводя итоги, необходимо сделать важный вывод: нынешнюю политику Турции необходимо рассматривать только в тесной взаимосвязи с ее внутриполитической ситуацией. Только в этом случае появится возможность дать трезвую оценку, например, заявлением президента Турции о том, что «турецкая армия находится в Сирии, чтобы свергнуть Асада».

Надо учитывать, что такие заявления направлены на внутреннюю аудиторию, поскольку ПСР вынуждена постоянно держать свой электорат в тонусе, поскольку в самом ближайшем будущем в Турции пройдет референдум, на котором будет решаться вопрос новой конституции. Подобные воинственные заявления не будут иметь никаких внешнеполитических последствий, но позволят избирателю ощутить значимость своей страны, ее способность оказывать влияние на ситуацию в регионе.

Поэтому нет никакой необходимости воспринимать данные заявления, как очередной переворот в отношениях. Турция проходит через период внутренней трансформации, которая вынуждает политиков порой принимать импульсивные и недальновидные решения.

Читатели могут не согласиться с данной позицией, резонно отметив, что многие эксперты еще в октябре 2015 года отмечали, что на выпады Турции в сторону России не надо обращать особое внимание, поскольку это связано с предвыборной агитацией в Турции. Тем не менее, это закончилось тем, что был сбит российский самолет.

На такое заявление необходимо дать ответ, состоящий из двух частей:

Во-первых, Россия, безусловно, должна придерживаться новой, более жесткой, политики в отношении Турции. Турция – это не союзник России, а партнер, важный игрок в ряде регионов, с которым необходимо взаимодействовать, но на которого нельзя рассчитывать.

Во-вторых, выборами 1 ноября 2015 года выборы в Турции не закончились. Только после того, как будет принята новая конституция Турции, которая окончательно закрепит власть Эрдогана, ПСР перестанет опасаться за внутреннюю стабильность и перестанет играть на публику, используя внешнюю политику.

 

В.Аватков, М.Кочкин

Турция: октябрь 2016 (дайджест)

Турция: октябрь 2016 (дайджест)

С момента попытки переворота 15 июля прошло уже больше 3 месяцев, подошел к концу срок режима чрезвычайного положения. Пришло время понять, сумела ли Турция ликвидировать последствия масштабного государственного кризиса и вернуться к состоянию стабильного развития.

Можно дать однозначный ответ, что руководство страны не предпринимает действия по выводу страны из кризиса. Наоборот, она искусственно поддерживает состояние кризиса для использования его в своих целях. Попытка переворота и борьба с террористической организацией Фетхуллахчистов (ФЕТО) остаются главными составляющими внутренней и внешней политики страны.

Такая ситуация негативно сказывается на социальной и экономической жизни страны: и представители бизнеса, и оппозиционные партии, и общественные движения, которые сначала поддержали действия правящей Партии справедливости и развития (ПСР), перешли к аккуратной критике режима в связи с неэффективностью его политики и открытым злоупотреблением той властью, которой он оказался наделен в условиях режима чрезвычайного положения и обладания подавляющим большинством депутатских мандатов в парламенте.

 

Правительство Турции использует все возможности для трансформации страны, которые ей предоставила попытка переворота 15 июля. 11 октября Советом министров было принято решение № 1130, в соответствии с которым режим чрезвычайного положения в Турции был продлен еще на 3 месяца. Официальной датой начала второго этапа режима стало 19 октября. Такое решение было также поддержано парламентом – Великим Национальным Собранием Турции. Таким образом, у ПСР будет еще три месяца на реализацию запланированных масштабных внутриполитических преобразований. Остановимся только на ряде из них.

На политическую повестку дня вернулся вопрос создания новой конституции страны, и в октябре ПСР сумела добиться большого прогресса по этому вопросу. В СМИ даже появились некоторые подробности относительно того, какие положения ПСР намеревается закрепить в этой конституции:

  • В случае, если новая конституция (или масштабные поправки к старой конституции) будет принята на всенародном референдуме, то она вступит в силу в 2019 году. В тот же год пройдут новые парламентские и президентские выборы.
  • Глава государства в соответствии с новым основным законом будет называться «başkan». Срок его полномочий, как и сейчас, будет длиться 5 лет с возможностью повторного переизбрания.
  • Кандидатов на пост президента смогут выдвигать партии, набравшие на предыдущих выборах более 5%. Пока остается неясным, будет ли в Конституции установлена возможность выдвижения беспартийного кандидата.
  • Новая конституция скопирует американскую модель и введет пост вице-президента.
  • Также в связи с переходом к президентской системе министры больше не будут избираться из числа депутатов. Однако это вряд ли окажет большое влияние на расстановку сил в правительстве. Ожидается, что пост премьер-министра будет сохранен, но его полномочия будут существенно сокращены.

 

Таким образом, новая система будет соответствовать признакам, которыми обладает классическая президентская форма правления.

 

Такой расклад вызвал довольно большое недовольство среди оппозиции. Наибольшее несогласие с планами ПСР продемонстрировал лидер Народно-республиканской партии Кемаль Кылычдароглу. Он выразил уверенность, что само предложение о переходе к президентской форме правления противоречит «духу победы над переворотом»: все 4 партии после 15 июля подписали совместный документ о приверженности парламентской системе и демократии. Теперь же одна из сторон, не учитывая мнение парламентариев, а следовательно и народа, стремится разрушить эту систему и переждать всю власть президенту.

Однако в нынешней ситуации, когда у правящей Партии справедливости и развития есть практически конституционное большинство в парламенте, даже отчаянное сопротивление оппозиции в лице Кылычдароглу вряд ли сможет ее остановить.

Другим уже, казалось бы, забытым вопросом, который был поднят в октябре президентом, стала смертная казнь. Эрдоган подтвердил, что он готов подписать закон о ее введении. Однако по-прежнему остаются сомнения относительно этого решения и той реакции, которое оно вызовет в обществе. В соответствии с уголовным законодательством Турции уголовный закон обратной силы не имеет, то есть даже если смертная казнь будет введена, она не может применяться в отношении участников переворота. Если же турецкое руководство примет решение нарушить и эту норму, то ее ждут большие проблемы в отношениях с Евросоюзом, который внимательно следит за развитием демократического общества в Турции. Есть основания полагать, что на такой крайний шаг ПСР не пойдет, а разговоры о введении смертной казни используются для запугивания несогласных. Тем не менее, более мелкие поправки в уголовное законодательство, расширяющие полномочия следователей и прокуроров в обход судей, уже разрабатываются министерством юстиции.

В рамках режима чрезвычайного положения продолжается борьба власти со средствами массовой информации. В соответствии с декрет-законами №675 и 676 были закрыты новостное агентство «Диджле» и газета «Азадийе Велат», издававшаяся на курдском языке. Еще более ожесточенная борьба идет за одну из главных оппозиционных газет Турции – Джумхурийет. Ее противостояние с ПСР идет уже 1 год и началось оно с того, что в тюрьму за «государственную измену» был посажен главный редактор газеты Эрен Эрдем. В феврале 2016 года Конституционный суд постановил, что содержание Эрдема в тюрьме незаконно, и он был отпущен на свободу. Теперь речь уже идет о закрытии всей газеты. В ее защиту выступили Кылычдароглу и его Народно-республиканская партия.

Однозначно, что действующая власть будет продолжать проводить политику подавления свободы слов в стране. У нее есть необходимые ресурсы для этого как политические, так и правовые. Теперь все зависит от того, сможет ли общественность встать на сторону отдельных СМИ, которые подвергаются атаке. И Джумхурийет – одна из немногих газет, которая может рассчитывать на обширную социальную поддержку.

Отдельным аспектом режима чрезвычайного положения является экономическая политика правящей партии. Уже привычными стали нападки Эрдогана на Центральный Банк Турции, которого президент традиционно обвиняет во всех экономических проблемах страны.

Теперь слово взял премьер-министр страны Бинали Йылдырым, который обвинил уже частные банки Турции в нежелании работать на благо страны и предупредил их, что в руках руководства государства есть необходимые инструменты для воздействия на банковскую систему.

Это можно считать своеобразным ответом на критику действующего положения дел в экономике, которую позволил себе президент Денизбанка Хакан Атеш в начале октября. По его мнению, введение режима чрезвычайного положения было необходимо, но бесконечно он продолжаться не может, поскольку это оказывает негативный эффект на экономику Турции, ее экспортный потенциал и положение в мировых кредитных рейтингах. Власти, однако, к мнению бизнеса не прислушались и продлили режим чрезвычайного положения еще на 3 месяца.

 

Первыми же признаком того, что РЧП реально оказывает крайне негативное влияние на экономику страны, стал проект нового бюджета страны, который был предложен министром финансов Наджи Аабалом. Данный проект предусматривает увеличение налоговой нагрузки на рядовых граждан и бизнес с целью сокращения дефицита бюджета.

http://www.cumhuriyet.com.tr/haber/ekonomi/621359/AKP_nin_2017_hedefleri…_Butcenin_yuku_yurttasin_sirtinda.html

Таким образом, турецкая  внутренняя политика не то, что не выходит из режима чрезвычайного положения, а, наоборот, все больше в него погружается. Правящая партия в таком состоянии чувствует себя очень комфортно, поскольку она может реформировать страну так, как посчитает нужным. Образ же внешнего врага в лице Гюлена и его организации служит оправданием любых действий, которые ограничивают права и свободы граждан или негативно сказываются на экономике.

 

Внешняя политика

 

Тема переворота и Гюлена в октябре присутствовала и во внешней политике Турции, но, в отличие от внутренней, не была единственной. Турция продолжила проводить политику многостороннего расширения внешнеполитических контактов с участниками международных отношений из разных регионов мира. Остановимся на наиболее важных внешнеполитических событиях октября.

По-прежнему для Турции крайне важными внешнеполитическими проблемами остаются кризисы в Сирии и Ираке. Несмотря на то, что 5 октября между заместителем министра иностранных дела Ахметом Йылдызом и послом Ирака Хисхамом аль-Алави состоялась встреча, но обсуждалась на ней только антитурецкая резолюция, принятая днем ранее иракским парламентом. Ирак по-прежнему крайне отрицательно относится к тому, что Турция совершает без его разрешения на его территории военнеы операции против курдов. Однако нет оснований ожидать, что Турция изменит свою позицию: скорее всего, она продолжит вести агрессивную политику в отношении Ирака, направленную одновременно на защиту национальных интересов и расширение своего влияния.

Наиболее ярким проявлением агрессивной политики в октябре стало заявление президента Турции Эрдогана о несоответствии современных границ Турции Национальному обету 1920 года. В первую очередь, это касается территорий Сирии и Ирака. Эрдоган открыто заявил, что «Алеппо раньше принадлежал нам и был частью исламской цивилизации, то же самое касается и Мосула и Киркука».

Серьезность намерений Турции и в отношении Сирии продемонстрировал министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу, который 25 октября в ультимативной форме заявил, что «если курдские группировки в Сирии не уйдут, Турция может ввести свои войска на территорию Сирии (игра слов çıkmak/çıkarmak)».

Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу с 4 по 5 октября принимал участие в «Брюссельской конференции доноров Афганистана». Эффективность данного механизма вызывает вопросы в связи уже с тем фактом, что в нем принимает участие около 70 государств, большинство которых исторически не имеют отношения к проблеме Афганистана, например, Австралия, Бразилия, Албания и Бруней.

Низкая эффективность работы конференции доказывается тем, что турецкий МИД по ее окончании не отметил результаты работы конференции, а сделал акценты на своих собственных достижениях: по его заявлению, Турция в период с 2002-2015 предоставила Афганистану помощь в размере 3 миллиардов долларов. Чавушоглу также заявил, что в планах Турции с 2018 по 2020 год инвестировать в развитие Афганистана еще 150 миллионов.

Заинтересованность Турции в Афганистане объясняется ее историческим участием в делах этого государства. 1 марта 2016 года две страны отмечали 95-летие установления дипломатических отношений. С 2001 года Турция участвовала в работе Международных сил содействия безопасности на привилегированных условиях: ее войскам было разрешено не принимать участие в боевых действиях на территории Турции наравне с военными из других стран.

На данный момент афганская проблема является для Турции «статусной». Участие в ее решении ставит Турцию в один ряд с другими ведущими мировыми державами. Этим объясняется ее стремление расходовать экономические и политические ресурсы на участие в таком сложном международном кризисе.

Европейское направление также было проработано турецкими дипломатами. 6-7 октября Мевлют Чавушоглу провел переговоры со своим коллегой из Италии Паоло Джентилони. 7 октября в Турцию с визитом прибыл министр иностранных дел Испании Жозе Мануэль Гарсиа-Маргалло. Стоит напомнить, что турецко-испанские отношения находятся на довольно высоком уровне.

Это стало результатом того, что в 2005 году под эгидой ООН тогда еще премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоганом и премьер-министром Испании Хосе Запатеро был запущен проект «Альянс Цивилизаций». Его задачей стало улучшение отношений между западным и исламским мирами. На данный момент эта организация не достигла особых успехов, но она остается залогом тесных отношений Турции и Испании.

Отдельным направлением турецкой внешней политики остается взаимодействие с мусульманским миром и, в первую очередь, арабскими странами.

С этой целью Турция принимает участие в работе целого ряда международных организаций, к которым относятся, в частности, Совет сотрудничества Турции и стран Персидского залива и Организация исламского сотрудничества (ОИС).

Первый механизм был создан в 2008 году, в него вошли помимо Турции 6 стран: Бахрейн, Кувейт, Оман, Катар, Саудовская Аравия и ОАЭ, но особенного успеха он не имел. Последняя встреча прошла в 2012 году. На этот раз наиболее важные переговоры прошли между королем Саудовской Аравии Салманом, в стране которого и проходило заседание Совета. 43-й саммит Организации исламского сотрудничества прошел с 18 по 19 октября в Узбекистане. Данная организация характеризуется большим количеством участников и большим переплетением различных интересов.

Однако, как отмечают турецкие СМИ, Турции в рамках обоих форматов удалось добиться своей главной цели: и Совет сотрудничества Турции и стран Персидского залива, и ОИС признали ФЕТО террористической организацией. Это стало большим успехом Эрдогана, поскольку он сумел объединить весь исламский мир против своего главного политического оппонента и большого авторитета среди мусульман всего мира Фетхуллаха Гюлена.

Нельзя не уделить особое внимание и турецко-казахским отношениям. С 19 по 20 октября прошло заседание совместной группы стратегического планирования Совета сотрудничества высшего уровня. Чавушоглу и в этот раз выделил первое место во время переговоров проблеме попытки переворота. Он заявил, что уверен, что в борьбе Турции с Гюленом Казахстан будет на ее стороне. Однако данное заявление звучало более как просьба, чем убеждение.

Казахстан является важным, но непростым для Турции партнером. Он проводит многостороннюю политику выстраивания тесных отношений как с Россией (в рамках ЕАЭС), так и Турцией (в рамках Тюрксой). Казахстан также занимает неоднозначную позицию в отношении Гюлена. Поэтому в официальных речах турецкое руководство «уверено в своих тюркских братьях», но на практике им остается только надеется на благосклонность казахских коллег.

Важное событие в октябре произошло и в российско-турецких отношениях. Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган 10 октября во время энергетического саммита в Стамбуле подписали соглашение по двум ниткам «Турецкого потока».

Мощность каждой нитки составит 15,75 миллиардов кубометров газа. Одна из них предназначена для турецких потребителей, другая – для европейских. Окончание строительства первой нитки планируется на вторую половину 2019 года.

Это проект должен стать залогом позитивных отношений между двумя странами на новом этапе их развития.

Однако Владимир Путин не является единственным представителем России, с которым Эрдоган взаимодействует напрямую. 11 октября он лично встретился с российским муфтием Равилем Гайнутдином во время торжественного вечера по случаю 9-го Евразийского исламского совета. Разговор велся на турецком языке.

Турецкие СМИ отметили, что такой поступок Эрдогана является знаком особого уважения к российским мусульманам. В свою очередь, Равиль Гайнутдин похвалил российского и турецкого президентов за решение нормализовать отношения.

Традиционно Турция проявляет особый интерес к развитию отношений с нетрадиционными для себя союзниками, которые, однако, имеют больший потенциал на мировой политической и экономической аренах. В этой связи с 5 по 7 октября в Турции с официальным визитом находился министр иностранных дел Сингапура Вивиан Балакришнан. Напомним, что еще в 2014 году отношения между двумя странами были выведены на уровень стратегического партнерства.

Однако нельзя не отметить, что за последние 5 лет существенных сдвигов в экономических отношениях между двумя странами не произошло: по данным сайта министерства иностранных дел Турции с 2010 года размер торгового оборота составляет около 800 миллионов долларов. Возможно, это объясняется тем, что на английской версии сайта сингапурские компании турецкие дипломаты называют японскими.

Другое важное направление для Турции – Африка. С ней связываются большие экономические надежды, поскольку экспортоориентированной экономике Турции необходимы новые рынки для поддержания роста. Для укрепления своих позиций в этом регионе с 31 мая по 3 июня президент Турции Эрдоган посетил такие страны восточной Африки, как Уганда и Кения. 31 мая министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу посетил Руанду.

26 октября же с визитом в Турцию прибыл министр иностранных дел Судана Гхандур. Главной темой переговоров снова стала организация Фетхуллаха Гюлена и совместная борьба с ней.

 

Подводя итоги, хотелось бы обратить внимание на интересную статистку, которую представило Министерство иностранных дел Турции по поводу своей внешнеполитической активности попытки переворота 15 июля 2016 года.

 

Количество официальных переговоров
На уровне президента 61
На уровне премьер-министра 85
На уровне министров 568
На уровне депутатов 1414
Общее количество внешнеполитических контактов всех видов 8178

 

Активность загранучреждений
Интервью для СМИ 2223
Пресс-конференции 229
Размещенные официальные заявления 486

 

Если учесть, что во время большинства переговоров поднимался вопросов Гюлена и его организации, из приведенной статистики можно увидеть масштаб кампании, которую провела Турция за 3 месяца на мировой арене в рамках своей борьбы с ФЕТО. Можно официально заявить, что курс на объединение мирового сообщества в борьбе с Гюленом становится неофициальной главной идеологемой турецкой внешней политики.

В то же время нельзя не учитывать, что Турция продолжает проводить «политику моста между Европой и Азией». Это четко видно из географии визитов турецкого министра иностранных дел. Встречи с арабским коллегами у него легко сменяются переговорами с европейцами и наоборот. Фактически Турция пытается выступать своеобразным переводчиком, поскольку в основе ее государственной культуры лежат как европейские, так и азиатские принципы и ценности.

Другой отличительной чертой внешней политики становится постепенный рост ее агрессивности. Турция уже полностью отошла от курса «ноль проблем с соседями» и пытается воздействовать и на региональных игроков в лице Сирии и Ирака, и на мировые державы такие как США и Евросоюз с помощью методов шантажа и угроз.

 

***

 

В турецкой политике сложилась ситуация, которую на протяжении долгого времени ждала Партия справедливости и развития. Она сумела аккумулировать в своих руках достаточные политические и социальные ресурсы для начала резких, порой даже бесцеремонных, преобразований общества в своих интересах. Важно, что если бы над Турцией в реальности нависла угроза, подобная угрозе развала государственности после Первой мировой войны, то переход к авторитарной форме управления государством на краткосрочный период был бы оправдан. Однако на данный момент такая угроза для Турции отсутствует и кризисное состояние в стране поддерживается государством искусственно. Это только порождает недовольство оппозиции и бизнес-структур, которым становится все труднее находить общий язык с действующей властью.

Тем не менее, очевидно, что выше приведенные группы населения не представляют собой большую политическую силу, в связи с чем не стоит ожидать, что они смогут что-то противопоставить правящему режиму. С высокой долей вероятностью ПСР будет продолжать проводить свою политику при довольно высокой поддержке населения. Важными будут позиции США и России, от которых многое зависит сегодня в плане будущего Турции и всей системы международных отношений в целом.

 

В.Аватков, М.Кочкин

Турция: сентябрь 2016 (дайджест)

Турция: сентябрь 2016 (дайджест)

 

Турция в сентябре 2016 года начала постепенно выходить из кризисного состояния, в которое ее ввело руководство страны 2 месяца назад, решившее сделать из попытки государственного переворота, произошедшей в ночь с 15 на 16 июля, рычаг для внутриполитических чисток и выстраивания новой внешнеполитической концепции. Однако политическая элита Турции не учла, что помимо краткосрочного объединения общества и устранения внутренних соперников, такая политика может привести к экономической изоляции, подозрительному отношению стран-партнеров и оттоку человеческого капитала из страны. Первые признаки этих негативных последствий начали проявляться уже в сентябре 2016 года. При этом укрепляется тренд на расширение консультаций с Россией, хотя происходит это медленно, но положительная динамика уже видна.

В первую очередь, среди негативных последствий необходимо отметить результаты гонений внутри страны, которые правящая Партия справедливости и развития начала в июле этого года и продолжает до сих пор. Краткие итоги этого процесса подвела находящаяся в оппозиции Народно-республиканская партия, которая 28 сентября опубликовала доклад, посвященный нарушению прав человека в Турции после попытки переворота. По утверждению составителей доклада, правящая Партия справедливости и развития, введя на территории страны режим чрезвычайного положения, подорвала устойчивость государства, избавившись от десятков тысяч ценных кадров и опытных работников в самых разных сферах.

Доклад, в частности, приводит следующие цифры: за указанный период от своих должностей были отстранены 93 тысячи государственных служащих, в отношении 40 тысяч еще продолжается расследование. Что касается военных структур, то из армии было уволены 3 534 военнослужащих.

Санкции были применены также в отношении профессорско-преподавательского состава высших учебных заведений. Общее количество профессоров, которые были отстранены от работы по распоряжению руководства вуза или уволены в соответствии с решениями государственных органов, превысило 6 тысяч человек.

Как сообщается в докладе, помимо этого, из-за связи с террористической организацией Фетхуллаха Гюлена были закрыты 35 медицинских организаций, 1061 образовательная организация, 129 фондов, 1125 дернеков, 15 университетов, 19 профсоюзов, 45 газет, 23 радиостанции и 4262 организации.

При этом, стоит отметить, что часть компаний не закрываются, а в них по распоряжению суда назначается внешний управляющий (кайюм). Так, в частности, произошло с 3 компаниями 21 сентября: по решению суда в компании «Bereket Yemek», «Ulusoy Güvenlik Sistemleri» и «Doğu Karadeniz İnşaat Malzemeleri» были назначены внешние управляющие. Складывается ощущение, что правящие в Турции элиты используют попытку переворота не только для подавления своих политических соперников, но и для перераспределения в пользу себя собственности внутри страны.

Более того, нет оснований полагать, что аресты и увольнения закончатся. Как сообщает сопредседатель про-курдской Демократической партии народов Селахаттин Демирташ, у него есть информация, что в октябре будут выдвинуты обвинения против 22 членов его партии. Необходимо отметить, что на этот раз причиной преследований депутатов станет не подозрение в их причастности к организации Гюлена, а закон, вступивший в силу в мае 2016 года, согласно которому появилась возможность лишать депутатов парламента иммунитета, в случае совершения ими уголовных преступлений. Однако общей картины это не меняет: в Турции продолжается преследование инакомыслящих под любым имеющимся предлогом.

Реакция в обществе в отношении политики чисток ПСР остается неоднозначной. Несмотря на то, что многомиллионные митинги летом 2016 года подтвердили приверженность турецкого общества курсу, который проводит президент Реджеп Тайип Эрдоган, отдельные общественные организации продолжают выступать против репрессий.

Так, 24 сентября состоялся 600-й митинг организации «Матери субботы». В рамках этого митинга собираются люди, близкие которых подверглись насилию или были убиты в Турции в период с момента переворота 1980-го года. На этот раз лозунгом митинга стало следующее заявление: «Мы еще раз заявляем, что не будем молчать, когда дело касается политики запугивания, мы не прекратим вспоминать  тех, кого мы потеряли, и требовать справедливости, мира и искренности!».

Курдский вопрос остается одним из центральных  в области внутренней политики Турции, несмотря на то, что эта тема стала меньше тиражироваться в мировых СМИ. В восточной части Турции продолжаются военные операции турецкой армии против вооруженных курдских отрядов. Одновременно гонениям подвергаются также и местные жители. 23 сентября комендантский час был введен на территории еще 18 деревень,  расположенных  в провинции Диярбакыр. Официально объявляется, что подобное положение  вводится с целью защиты мирного населения. Однако на практике люди больше страдают от невозможности выйти на улицу, поскольку это препятствует работе школ, магазинов и больниц, чем от боевых действий.

Важный шаг со стороны турецкого руководства был сделан по вопросу сирийских беженцев, проживающих на территории Турции. В частности, президент Эрдоган заявил, что в Турции «началась подготовка к предоставлению гражданства беженцам». Он отметил, что Турция приняла у себя уже 3 миллиона беженцев, на содержание которых ей пришлось потратить 12 миллиардов долларов. Внешняя же помощь составила лишь 500 миллионов долларов. Чтобы дать беженцам возможность жить и развиваться, руководство страны намерено начать процесс выдачи беженцам разрешения на работу и даже гражданства Турции.

 

Внешняя политика

 

В области внешней политики необходимо, в первую очередь, отметить две программные речи, которые произнес президент Турции сначала в Шанхае на саммите стран Большой двадцатки, а потом на открытии Генеральной Ассамблеи ООН. Сразу хотелось бы сказать, что для Эрдогана это является довольно типичным ходом: он нередко использует трибуны крупных международных организаций и форумов для того, чтобы представить всему миру общий обзор внешнеполитических ориентиров своей страны.

Во время пресс-конференции, состоявшейся по окончании саммита Большой двадцатки в Шанхае 5 сентября, Эрдоган в своей речи уделил большую часть времени внешнеполитическим вопросам, напрямую связанным с Турцией, оставив общемировые проблемы в стороне.

В первую очередь, Эрдоган в очередной раз предупредил мировое сообщество  о той угрозе, которая исходит от террористической организации, именуемой в Турии FETÖ – террористическая организация Фетхуллахчистов. По его сведениям, она функционирует  на территории более 170 государств и осуществляет свою деятельность в таких областях, как образование, религия и торговля.

Эрдоган также затронул наиболее неоднозначное внешнеполитическое решение турецкого руководства за последние несколько месяцев, а именно решение о проведении наземной военной операции на территории Сирии, которая получила название «Щит Евфрата». Президент Турции объявил, что операция была проведена в сотрудничестве с умеренной сирийской оппозицией и была целиком и полностью направлена только против членов террористической организации «Исламское государство». Сильным аргументом стало утверждение Эрдогана, что турецкая армия предприняла данные действия, чтобы дать возможность сирийским беженцам, которые сейчас находятся на территории Турции, вернуться в безопасности к себе на родину. Тему беженцев Эрдоган позже продолжил. По его подсчетам, на территории Турции сейчас находятся уже 3 миллиона граждан Сирии и Ирака. Общие затраты на их содержание достигли 12 миллиардов долларов, а с учетом средств, потраченных различными неправительственными организациями, – 25 миллиардов.

Таким образом, Эрдоган попытался доказать всему миру оправданность операции в Сирии.

Говоря о сирийской проблеме, Эрдоган подтвердил, что его позиция по Сирии не изменилась. Он назвал Асада «убийцей», заявил, что ему становится стыдно из-за того, что этот человек еще находится у власти.  Он также выдвинул предложение Путину и Обаме о создании беспилотной зоны над Сирией.

Отдельное внимание он уделил отношениям Турции с хозяйкой саммита – Китайской Народной Республикой. Он подтвердил, что  у двух стран существует понимание по всем вопросам, в первую очередь, по вопросу борьбы с терроризмом. Также Турция целиком поддерживает китайский проект Нового шелкового пути и готова активно участвовать в его реализации. Стороны подписали 3 соглашения в области энергетики и 1 – в области сельского хозяйства.

На вопрос одного их журналистов о том, что для него по-настоящему ценно, Эрдоган дал по-настоящему турецкий ответ: «Единственное государство, единственная родина, единственный флаг, единственный народ».

Во время своей речи в ООН президент Турции расширил круг обсуждаемых вопросов. Повторив дословно ряд тезисов, высказанных в Шанхае, он сделал ряд важных новых замечаний. В частности, он заявил, что продолжаются кризисы во многих странах, от Украины до Йемена. Тем самым, Эрдоган подтвердил заинтересованность Турции в участии в решении всех этих проблем, которые выходят далеко за рамки того региона, в котором Турция обычно осуществляла свою политику. Эрдоган также еще раз заявил, что его страна не признала и не признает присоединение Крыма к Российской Федерации, а также результаты парламентских выборов на полуострове.

В очередной раз Эрдоган сделал свое любимое заявление о том, что «мир больше пяти» и что мировая безопасность не должна держаться на решениях, которые принимаются пятью государствами.

Отдельно хотелось бы отметить двусторонние отношения между Турцией и Великобританией. С 25 по 27 сентября министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон посетил с официальным визитом Турцию. В рамках своего визита он провел встречи со своим турецким коллегой Мевлютом Чавушоглу.

Джонсон заявил о готовности подписать соглашение  о создании зоны свободной торговли между Великобританией и Турцией. Это особенно важно с той точки зрения, что Великобритания, жители которой на референдуме приняли решение о выходе из состава ЕС, в скором времени перестанет быть связана договорами, заключенными Европейским союзом и ей придется заново создавать материально-правовую базу взаимодействия со своими важнейшими региональными партнерами, к которым, безусловно, относится и Турция.

Интересно, что масштабные изменения в правилах торговли между двумя странами волнуют турецких журналистов гораздо меньше, чем найденные ими турецкие корни британского министра. Как отмечает большинство турецких СМИ, Борис Джонсон является внуком османского политического деятеля Али Кемаля, который был казнен по приказу Мустафы Кемаля Атаюрка.

 

 

В отношениях США и Турции решающим вопросом остается проблема экстрадиции Фетхуллаха Гюлена в Турцию. Поскольку консенсуса по этому вопросу пока добиться невозможно, отношения между странами остаются в подвешенном состоянии. Возможно определенное прояснение наступит после президентских выборов, поскольку ряд американских СМИ сообщают, что организация Гюлена является одним из спонсоров кампании Хиллари Клинтон.

Такая же ситуация сохраняется и в отношениях между Россией и Турцией. Договоренности о создании зоны свободной торговли между двумя странами переплетаются с антироссийскими заявлениями Эрдогана во время его речи в ООН. Это еще раз подтверждает хрупкость недавно восстановившегося партнерства между двумя странами.

 

Экономика

 

Главной экономической новостью в сентябре стало изменение международным рейтинговым агентством Moody’s суверенного рейтинга Турции. Напомним, что в первый раз рейтинг был снижен другим агентством – S&P Global Ratings – сразу после неудачной попытки переворота 15 июля: S&P понизило долгосрочные и краткосрочные суверенные рейтинги Турции в местной валюте — до BB+/B с BBB-/A-3 соответственно. На новости о снижении странового рейтинга курс турецкой лиры к доллару упал ниже 3,07 — до рекордно низкого уровня. До попытки переворота 15 июля за доллар давали менее 2,9 лиры.

Moody’s же предпочло, в отличие от своего конкурента, не принимать решения по поводу Турции сразу после переворота и отложила оценку инвестиционной привлекательности экономики Турции до сентября. Это вызвало надежду у турецкого руководства, что, оценив развитие экономики страны в более долгосрочной перспективе, агентство учтет такие достижения страны, как небольшой дефицит бюджета и стабильное погашение внешних займов на протяжении уже долгого времени, и не станет понижать рейтинг Турции. Однако вместо этого 24 сентября Moody’s указало на подверженность экономики страны оттоку иностранного капитала, сокращение золотовалютных резервов и неясные перспективы роста. Таким образом Moody’s понизило суверенный рейтинг Турции до уровня Ba1 с прогнозом «Стабильный», а долгосрочный кредитный рейтинг страны — с Baa3 до Ba1 (значительный кредитный риск) со «Стабильным» прогнозом.

Такое решение вызвало довольно сильное раздражение у турецкой политической элиты, которая привыкла напоминать своим избирателям и зарубежным партнерам о высокой инвестиционной привлекательности Турции. В частности, Эрдоган перед опубликованием доклада Moody’s заявил, что его абсолютно не волнуют решения американских аналитических агентств, они намеренно делают ошибки, экономика Турции сильна, как никогда. А вице-премьер Турции Мехмет Шимшек выразил надежду, что иностранные инвесторы не будут обращаться к рейтинговым агентствам при анализе экономического положения Турции, потому что агентства крайне негибко реагируют на экономическую изменения в стране.

 

Вывод

 

Подводя итоги, необходимо сделать ряд выводов: во-первых, Турция начинает проходить через период ощущения негативных последствий эксплуатации переворота. Инвесторы со всего мира стали с подозрением относиться к нестабильной внутриполитической обстановке в стране.

Есть основания полагать, что в скором времени станут больше ощущаться последствия в социальной сфере. Возникают сомнения относительно того, сможет ли руководство страны за короткий срок заместить такое большое количество квалифицированных и опытных судей, прокуроров, адвокатов, военных, профессоров и врачей, которые были уволены.

Во внешней политике сохраняется определённая стабильность. В представленной Эрдоганом доктрине внешней политики нет коренных преобразований. По-прежнему очевидно, что позиция Турции по большинству вопросов остается противоречащей  интересам России, поэтому процесс потепления в отношениях с Турцией будет непростым и чрезвычайно хрупким.

В.Аватков, М.Кочкин

 

 

 

Турция: апрель 2016 г. (дайджест)

В апреле Турция сумела добиться серьезных внешнеполитических успехов, грамотно используя свои внешнеполитические ресурсы. Европа фактически оказалась в зависимом положении от Турции: одни страны (Германия) боятся увеличения потока мигрантов, другие (Польша) заинтересованы в вовлечении Турции в европейскую игру, чтобы усилить давление на традиционных лидеров. Использовав саммит ОИС, Турция также сумела показать, что она хочет и может являться лидером на Ближнем Востоке и даже во всем мусульманском мире.

Однако внешнеполитическим успехам никак не соответствует сохранение нестабильности внутри страны, которая поддерживается военной операцией против курдов, раздорами между партиями и внутри партий.

 

Внутренняя политика

 

В апреле внутриполитическая жизнь Турции традиционно текла бурно, отражая многоликость турецкого общества и многочисленность неразрешенных проблем, которые не дают ему развиваться в условиях стабильности и мира, а, наоборот, только усиливают состояние кризиса.

Даже в правящей Партии справедливости и развития, считающейся монолитом и единым целым людей, преследующих одинаковые цели, нет ощущения единства, потому что все лидеры партии идут по своему пути.

Наиболее ярким примером этого стало заявление, которое сделал 26 апреля руководитель фракции ПСР в парламенте Исмаил Кахраман. Он заявил, что не видит необходимости в том, чтобы лаицизм оставался одним из основных принципов турецкой государственности. Это заявление вызвало непонимание не только у представителей оппозиционных партий (как метко заметил лидер Народно-республиканской партии Кемаль Кылычдароглу, «у нас с приграничных территорий прилетают ракеты, а вас волнуют только проблема лаицизма»), но и у однопартийцев Кахрамана. В частности, премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу выступил с опровержением, заявив, что в новой конституции будет сохранен принцип лаицизма и гарантированы равные права для представителей всех религий, которые проживают на территории Турции.

Однако и сам премьер-министр в апреле подвергся нападению со стороны членов своей партии: исполнительный комитет Партии справедливости и развития лишил Ахмеда Давутоглу права назначать руководителей местных отделений партии, что, по всей видимости, является показателем зреющего недовольства других высокопоставленных членов ПСР чересчур большой самостоятельностью Давутоглу при принятии политических решений. Изначально в 2002 году тот же исполнительный комитет наделил этой функцией тогдашнего руководителя партии Реджепа Тайипа Эрдогана.

Все это является показателем того, что в Партии справедливости и развития, которая ставит перед собой цель полностью реформировать турецкое общество, нет единства и что раскол будет только усиливаться, потому что желания идти на компромиссы ни у кого нет. В турецкой политике вообще не сформировалась культура поиска компромисса: и многопартийность в парламенте, и плюрализм мнений внутри партии всегда приводят только к расколу и стагнации.

Продолжается раскол и в Партии националистического движения. Напомним, что ещё в феврале оппозиционное крыло обратилось в турецкий суд с требованием, провести внеочередные выборы нового главы партии в связи с тем, что действующий лидер Девлет Бахчели не может достойно выполнять свои функции. 8 апреля стало известно, что 12 мировой суд города Стамбул вынес решение в пользу оппозиционного крыла партии националистов, предоставив им возможность провести в мае внеочередные выборы. Однако радоваться оппозиции пока рано. Руководство ПНД подало апелляционную жалобу, в результате чего исполнение ранее принятого решения было приостановлено, а шансы на то, что новые выборы пройдут, как планировалось, в начале мая существенно снизились. Разрешение конфликта в партии националистов остается одним из наиболее важных вопросов для внутриполитической жизни страны. Смена власти может повлечь смену политического курса партии, что не исключает, переход ПНД на сторону ПСР.

На фоне политических распрей политиков внутри страны продолжается необъявленная гражданская война, которая сопровождается как террористическими актами, так и контртеррористическими  операциями.  12 апреля в Диярбакыре прогремел взрыв целью которого стал участок внутренних войск, который унес жизни 2 человек. Ранения получили 27 военных и 7 гражданских. Также, как сообщают вооруженные силы Турции, 30 апреля, во время контртеррористической операции, снайпером, принадлежащим к Рабочей партии Курдистана, был убит капитан турецкой армии. И это только официальная статистика. По неофициальным данным, реальное количество погибших турецких военнослужащих за все время вооруженного противостояния с РПК исчисляется сотнями.

Более того, ожидать, что боевые действия закончится в ближайшем будущем нет. Как заявил 19 апреля Р.Т. Эрдоган, «единственное решение проблемы – это уничтожение Рабочей партии Курдистана как таковой». По мнению президента, турецкое руководство испробовало все возможные демократические способы решения проблемы, но ни один их не сработал, поэтому остались только «способы военных операций».

Нельзя не отметить, что Эрдоган кривит душой, делая такие заявления. Обострение отношений с РПК началось точно после неудачных для партии выборов 7 июня 2015, когда ПСР не сумела набрать достаточно голосов даже для формирования однопартийного правительства. Решение о возобновлении вооружённого конфликта с РПК – это осознанное решение партии власти, которая решила вывести на передний план фактор безопасности перед досрочными выборами в ноябре. Поэтому говорить о том, что все демократические способы решения проблемы были использованы, неуместно.

Внутренняя нестабильность в Турции приводит к замедлению экономического роста. К такому выводу пришел Всемирный банк, отметивший в своем докладе, что в 2016 году темы составят 3,5%, в то время как в 2015 году эта цифра составила 4%. Особое влияние на снижение окажут геополитические риски и кризис в отношениях с Россией.

Что касается России, то все более очевидными становятся убытки, которые нанесли санкции, наложенные Россией, в первую очередь, в области туризма. По данным, предоставленным Турецким институтом статистики, за первую четверть 2016 года прибыль от туризма сократилась на 16,5 % по сравнению с аналогичным периодом в 2015. Основными причинами этого эксперты выделяют сокращение числа российских туристов, приезжающих  в страну, и проблемы с безопасностью в стране, вызванные десятками террористических актов. Аналитики сообщают, что подобное падение наблюдается впервые с 2006 года.

Тем не менее, хоронить турецкую экономику не надо. Турция проводит многостороннюю и внешнюю, и внешнеторговую политику, что дает свои результаты. Одним из последних признаков этого стало заявление президента страны о скором создании зоны свободной торговли с Катаром, что может укрепить экспорт и, как следствие, всю экспортоориентированную экономику Турции.

 

Внешняя политика

 

Внешнюю политику Турции в апреле можно традиционно разделить на три основных направления:

  • Ближневосточное, которое проявляется в участии в решении региональных проблем и налаживании отношений с арабским миром
  • Западное, которое распадается на европейский и американский векторы
  • Глобальное, связанное с довольно разрозненным выстраиванием отношений с различными странами мира

Наиболее важным для Турции событием на восточном направлении стал саммит Организации Исламского Сотрудничества, который прошел в Стамбуле с 13 по 15 апреля. К присутствующим на саммите лидерам исламских государств обратился президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, который отметил необходимость выработки общей внешнеполитической стратегии странами ОИС и позитивно оценил те усилия, которые уже были предприняты. «Вместо того, чтобы ждать, пока внешние силы начнут вести борьбу с терроризмом и решать другие кризисов внутри исламских государств, мы должны сами достигнуть поставленных целей в этой области с помощью созданной нами   Исламской коалиции по борьбе с терроризмом», — заявил президент Турции.

Гордость Эрдогана также вызвал тот факт, что именно на саммите в Стамбуле сумели встретиться лидеры Ирана и Саудовской Аравии, отношения между которыми переживают период напряженности с начала этого года, вызванной казнью в Саудовской Аравии шиитского проповедника.

Сам Реджеп Тайип Эрдоган также по окончании саммита пригласил в свою анкарскую резиденцию президента Ирана Хасана Рухани. Во время совместной пресс-конференции по итогам переговоров Эрдоган отметил правдивость того, что у двух стран сложилось разное виденье региональных проблем и что в отношениях Турции и Ирана в последние годы наблюдался резкий спад. В то же время, стороны подтвердили свою приверженность борьбе с терроризмом и поддержанию территориальной целостности таких государств, как Ирак и Сирия. Лидеры двух стран также сошлись во мнениях, что важной проблемой является  усиливающаяся в мире исламофобия.

К Ближневосточному направлению логично отнести реакцию президента Турции на мероприятия, связанные с 101-й годовщиной геноцида армян в Османской империи. В этом году турецкий лидер избрал довольно необычный подход для того, чтобы дать оценку данному событию. В письме, которое она адресовал Патриарху Армении, Эрдоган выразил соболезнование погибшим в 1915 году, а также их родственникам, которые еще остались в живых. Помимо этого, президент Турции потребовал, чтобы третьи страны не вмешивались в этот конфликт и не разжигали вражду между двумя соседними странами. Это является явным намёком на Россию, которая отказывается выстраивать отношения с  нынешним официальным правительством Турции и считает Армению одним из своих главных союзников.

Ожидается, что изменения могут произойти в турецко-израильских отношениях: 7 апреля в Лондоне состоялись переговоры между турецкой и израильской делегациями. По сообщению, которое разместило министерство иностранных дел Турции на своем официальном сайте, стороны сумели достигнуть определенного прогресса. Условия соглашения не сообщаются, но турецкий МИД пообещал уже на следующих переговорах, которые состоятся совсем скоро, заключить официальное соглашение. Напомним, что отношения между Турцией и Израилем испортились после того, как в 2010 году 10 турецких активистов, которые пытались прорвать блокаду Газы, были убиты израильскими военными.

Что касается западного направления, то основной интерес вызывает то, как Турция использует фактор мигрантов из Сирии, чтобы добиться поставленных  целей на европейском направлении, а именно отмены визового режима между Турцией и странами ЕС.

Фактически на данный момент германо-турецкие (которые такими темпами рискуют в ближайшем будущем стать турецко-германскими) отношения является прямым отражением того, по какому пути идут отношения со странами Европы. Стоит выделить два основных события: продолжение давления со стороны Турции на журналиста Бохмермана и визит канцлера Ангелы Меркель в сопровождении Дональда Туска и Франца Циммермана в Газиантеп, турецкий город на границе с Турцией.

Во время визита в Газиантеп Меркель сопровождал премьер-министр Ахмет Давутоглу, который чувствовал себя хозяином ситуации и который ярко демонстрировал немецкому канцлеру свой инструмент давления, проживающий в палаточном городке в Газиантепе, что вряд ли вызвало у нее радость.

Еще большее неудовлетворение вызвало у Меркель тот факт, что ее изначальное решение поддержать президента Турции в его конфликте с немецким журналистом, который написал обидные стихи про Эрдогана, обернулось большим внутриполитическим недовольством. Хотя Меркель впоследствии признала ошибочным свое решение встать на сторону турецкого лидера, это не смогло изменить ситуацию: немцы не довольны политикой канцлера, которая идет в разрез с национальными интересами.

На европейском направлении отдельно стоит выделить отношения Турции с Польшей, которые переживают период развития. В частности, 20 апреля 2016 года Турцию с рабочим визитом посетил министр иностранных дел Турции Витольд Ващиковский. Признаком того, что Турция придает особую важность Польше стал тот факт, что перед тем, как провести переговоры с министром иностранных дел Турции Мевлютом Чавушоглу, Ващиковский был встречен президентом Турции, премьер-министром и председателем ВНСТ.

Стороны отметили, что взаимодействие двух стран будет продолжаться не только по двусторонней линии, но и в рамках НАТО, в связи с тем, что Турция будет оказывать помощь в проведении саммита НАТО в Варшаве с 8 по 9 июля.

Взаимоотношения с НАТО также остаются важным направлением турецкой политики на западном направлении. Во время пресс-конференции, которую Мевлют Чавушоглу провел вместе с Генеральным Секретарем НАТО Йенсем Столтенбергом, последний отметил, что высоко ценит вклад Турции в работу альянса, и особо выделил успехи по борьбе с нелегальной миграцией в Эгейском море.

В отношениях с Россией в апреле продолжился тренд на разрыв имеющихся между странами связей: это выразилось в том, что сначала 15 апреля на территории Турции был закрыт доступ к сайту информационного агентства «Спутник», которое на турецком языке доносит до граждан Турции позицию России по целому ряду национальных и международных вопросов. Позже, 20 апреля, на территорию Турции был закрыт въезд главному-редактору Sputnik-Турция Туралу Керимову. Также в конце апреля стало известно, что турецкое новостное агентство Cihan закрыло свой корпункт в Москве.

Случился также и давно ожидаемый разрыв в области ядерной энергетики: как стали известно, 27 апреля «Росатом» намерен продать долю в 49% в турецкой АЭС «Аккую». Эта новость фактически говорит о том, что Россия отказывается от своих обязательств по выполнению проекта строительства атомной электростанции. Такое решение не может не встретить одобрения, потому что многие эксперты давно признали данный проект невыгодным для России: в частности, он предполагал, что все издержки по строительству будут возложены на Россию, в то время как оплата будет производиться только после окончания строительства АЭС за счет доходов от продажи электроэнергии.

Таким образом, Турция сумела добиться существенных успехов на каждом из направлений своей внешней политики. Что касается западного направления, то Турция практически дожала ЕС: 4 мая станет известно, примет ли ЕС решение о введении безвизового режима с Турцией. На восточном направлении Турция в апреле выступила как лидер мусульманского мира: Эрдоган как новый временный председатель задавал тон заседанию ОИС, а также провел переговоры с лидерами практически всех важных стран региона Ближнего и Среднего Востока: Ирана, Саудовской Аравии, ОАЭ.

Российское направление по-прежнему остается в состоянии депрессии. Стороны только сокращают двусторонние контакты. Таким же направлением для Турции можно считать и Египет: между двумя странами нет оснований для возобновления диалога.

Остаются основания полагать, что в мае внешне- и внутриполитические курсы продолжат развиваться в том же направлении. Особый интерес вызывает тот факт, как закончатся противостояния внутри Партии справедливости и развития и Партии националистического движения: каждое из них может оказать существенное влияние на и так нестабильную ситуацию в Турции.

 

В.Аватков, М.Кочкин

Турция: март 2016 г. (дайджест)

Дайджест по событиям в Турции за март 2016 года

 Март 2016 года предсказуемо прошел  по традиционному для Турции плану: внутри страны власть принимает все возможные усилия для подавления инакомыслия и укрепления своих позиций, что вызывает гнев оппозиции, которая однако никак пока повлиять на сложившуюся ситуацию. Это происходит на фоне продолжающейся гражданской войны и ставших уже регулярными террористических актов как на юго-востоке Турции, так и в крупнейших городах страны. В то же время на внешнеполитической арене Турция предпринимает усилия для диверсификации своих внешних связей и укрепления своих позиций. Тем не менее, не все проходит гладко: параллельно с успехами в Европейском союзе и Иране усиливается напряжение в отношениях  с США, остаются на крайне низком уровне отношения с Россией. Экономическая ситуация в стране также не дает поводов для позитивных прогнозов: гражданская война с курдами, теракты, сокращение числа туристов из России – все это способствует традиционно высоких для Турции в последние годы темпов экономического роста. Таким образом, Турция продолжает жить в состоянии нестабильности, оставаясь непредсказуемым партнером для других стран.

 

Внутренняя политика Турции

 

В марте 2016 года в Турции продолжилось давление на средства массовой информации со стороны правительства, целью которого является получение контроля над всеми внутриполитическими процессами. В самом начале месяца это желание проявилось в фактически рейдерском захвате газеты «Zaman».

Средства массовой информации традиционно играют важную роль во внутренней политике Турции: это связано с большими тиражами и любовью турок к печатной прессе. Более того, несмотря на все стремления власти, у нее практически никогда не получалось подчинить себе средства массовой информации. Газеты и телеканалы в Турции отражают интересы и позиции разных групп населения с разными политическими взглядами.

Газета «Zaman» на момент февраля 2016 года была крупнейшей в Турции газетой в стране, тираж которой превышал 550 000 экземпляров в день. Она всегда придерживалась оппозиционных взглядов и с критикой относилась к политике действующих президента и премьер-министра. Она также занималась активным оправданием одного из главных противников действующей власти – Фетхуллаха Гюлена, руководителя движения «Хизмет», проживающего на данный момент в США.

Стремясь полностью обрубить все каналы влияния Гюлена в стране, в марте 2016 года по очевидной инициативе правительства были предприняты жесткие меры. 6-й мировой уголовный суд Стамбула по запросу прокуратуры Стамбула вынес решение о назначении временного управляющего в газету в связи с «неэффективностью ее работы».

В Турции данное решение было воспринято как атака на свободу слова. Но несмотря на протесты как сотрудников газеты, так и обычных граждан, недовольных нарушением права на свободу прессы, которое закреплено в Конституции страны, «Zaman» начала работать по новым правилам: уже на следующий день после назначения временного управляющего риторика газеты резко изменилась: «Zaman» заняла проправительственную позицию и вышла с большой фотографией Эрдогана на обложке.

Тем не менее, активная атака на журналистов не дает Партии справедливости и развития реализовать свои цели на внутриполитической арене. Оппозиционные партии в стране по-прежнему занимают непреклонную позицию и отказываются участвовать в работе парламентской комиссии по разработку нового основного закона в связи с нежеланием правящей Партии справедливости и развития идти на компромиссы по вопросу усиления президентской власти в стране.

Отдельные же политики делают и более критические замечания в отношении действующей власти: Кылычдароглу продолжает настаивать, что у руководителей Партии справедливости и развития и ее депутатов имеются тесные связи с террористами и что этот вопрос должен рассматриваться прокуратурой.

Однако о целостности оппозиции говорить нельзя: руководство Партии националистического движения ожидает решение суда, которое будет вынесено в середине апреля. Оппозиционное крыло, представленное Мерал Акшенер, Синаном Оганом и Корай Айдыном, наоборот, набирает все большую поддержку населения.

На юго-востоке Турции сохраняется режим военной операции, который параллельно сопровождается террористическими актами как в курдских районах, так и в крупных городах: 13 марта 2016 года в Анкаре в парке Гювен унес жизни 37 человек. Ответственность за теракт взяла на себя организация Соколы Свободы Курдистана. 19 марта взрыв прогремел уже в Стамбуле на улице Истикляль. Погибли 5 человек.

Тем не менее, несмотря на сохранение атмосферы террористической угрозы и политической раздробленности, Партия справедливости и развития продолжает идти по пути построения «Новой Турции».

В ставшей уже ежемесячной речи, посвященной результатам в создании «новой страны», премьер-министр Ахмет Давутоглу отметил, что действующая власть существенно укрепила Турцию  по сравнению с 2002 годом. Особые успехи были достигнуты в области экономики: если в 2002 году бюджет страны составил 119 миллиардов турецких лир, то в 2015 год эта цифра достигла – 570 миллиардов. Такие рассуждения, хотя и выглядят для простого населения привлекательными, нельзя использовать в качестве аргументов: в 2001 году Турция пережила серьезный экономический кризис, более того, все 1990-е годы экономика развивалась со значительными затруднениями. Поэтому низкие показатели 2002 года – результаты экономической нестабильности предыдущих лет.

Помимо этого, премьер-министр в очередной раз отметил, что Турция – многонациональная страна, где разговаривают на разных языках.

В то же время очевидно, что между реальностью и видимостью, которую стремится создать действующая власть, наблюдается большой диссонанс. Экономика страны в кризисе в связи с тем, что на юго-востоке страны фактически продолжает идти гражданская война.  Помимо этого, Турция переживает раскол по национальному признаку, а премьер-министр заявляет о всеобщем единстве.

Продолжая тему экономики, необходимо отметить, что в марте можно выделить целый ряд причин замедления экономического роста страны. Среди них  выделяют регулярные террористические акты, ссору с Россией, и влияние кризиса на представителей среднего класса в России.

Ожидается, что такая ситуация приведет к сокращению доходов от туризма в 2016 году на четверть – то есть 8 миллиардов долларов.

Также ожидается, что туристы из Германии, которые номинально могли бы заменить россиян, также отказываются от поездок в Турции в связи с угрозой терактов. Пока падение числа туристов оставила всего 1,6%, но ожидается, что в туристический сезон, который длится с апреля по сентябрь падение будет более существенным.

Премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу объявил, что будет реализован план помощи туристическому сектору, который включает в себя выделение помощи компаниям для реструктуризации их долгов в размере 255 миллионов турецких лир (87 миллионов долларов). Тем не менее, остается непонятным, смогут ли эти реформы исправить сложившуюся ситуацию.

Во внутренней политике страны в данный момент трудно выделить какие-либо позитивные тенденции: деструктивная политика, проводимая действующей властью, наносит удары по всем сферам общественной жизни. И есть все основания, что пока Партия справедливости и развития не достигнет своих целей, подобный политический курс будет продолжаться.

 

Внешняя политика

В марте Турция продолжила вести традиционную для себя многовекторную политику, которая основывается на взаимодействии с как можно большим количеством субъектов международных отношений. Таким образом Турция планирует перейти из категории региональных держав в мировые.

В начале месяца президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган совершил визиты в целый ряд африканских стран: Гвинею, Нигерию и Гану. Президента сопровождали высокопоставленные лица из числа министров и делегация крупных бизнесменов. В результате переговоров между странами были учреждены экономические советы. Ожидается, что подобные визиты должны увеличить количество иностранных инвестиций из Турции в страны африканского континента и, как следствие, влияние Турции.

Однако наиболее крупный успех Турции в апреле был достигнут на традиционно важном для нее европейском направлении. Проблема беженцев, решить которую Европейский Союз не в состоянии, по-прежнему остается важным инструментом влияния в руках турецких политиков.

20 марта вступило в силу соглашение между Европейским Союзом и Турцией, согласно которому теперь все нелегальные мигранты, которые попали в Европу через территорию Турции, будут высланы обратно. Однако за каждого отправленного обратно мигранта Европейский Союз обязуется принять на своей территории сирийского беженца. В результате между Турцией и ЕС образуется своеобразный круговорот: нелегалы отправляются из Европы обратно в Турцию, а зарегистрированные беженцы получают официальную возможность переехать из Турции в Европу.

В соглашении также говорится о мерах поощрения Турции за ее помощь в разрешении миграционного кризиса. Турции уже начался перевод транша в 3 миллиарда долларов, который должен пойти на создание инфраструктуры для размещения беженцев. Если потребуется, еще 3 миллиарда могут быть выплачены в 2018 году.

Европейская сторона также пообещала ускорить процесс отмены виз для граждан Турции и вступление ее в Евросоюз. Сообщается, что безвизовый режим между Турцией и странами-членами Шенгенской зоны будет введен к концу июня 2016 года.

Несмотря на заключение соглашения, не все европейские политики выразили свою удовлетворенность тем планом, который был предложен Турцией. Остаются сомнения, что договоренности будут реализованы в столь короткие сроки, поскольку по данному вопросу есть не только политические, но и административно-технические трудности. Уже в апреле-мае станет понятно, является ли это соглашение уступкой Турции или обманным ходом.

Главный сторонник помощи беженцам и выстраивания союза с Турцией в Европе – Германия – готова идти на такие уступки, даже если это вредит ее имиджу. Своеобразной лакмусовой бумажкой современных  немецко-турецких отношений является инцидент с турецким журналистом, который сочинил ироничные стихи про президента Эрдогана. Отношение Эрдогана к подобному творчеству хорошо известно: в Турции с момента вступления его в должность президента летом 2014 года число дел по обвинению в оскорблении президента достигло 1700.

Однако президент Турции решил показать, что его авторитет не имеет границ или что по крайней мере эти границы находятся за территорией Европы 28 марта посол Германии был официально вызван в министерство иностранных дел Турции, где ему была выражена нота протеста.

Позже уже в апреле канцлер Германии Ангела Меркель выступила с заявлением, в котором сделал акцент не на столь важной для европейцев свободе слова, а на необходимости уважения персоны президента Турецкой Республики: она заявила, что выступает за начало расследования данного инцидента и возможное осуждение журналиста по статье Уголовного кодекса, касающегося оскорбления лидеров иностранных государств.

Таким образом, есть все основания полагать, что козырная карта в лице беженцев, которая сейчас находится в руках Эрдогана, достаточно весома, чтобы заставить европейцев, и в первую очередь, Германию идти на уступки.

Другое старое направление во внешней политике Турции, которое недавно получило новое измерение, – Иран. Несмотря на политические разногласия, в первую очередь, по вопросу Сирии, обе страны идут друг другу на встречу по вопросам экономики. С 5 по 7 марта с официальным визитом в Тегеране находился премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу. 19 марта состоялась встреча главы МИД ИРИ Мохаммеда Джавада Зарифа с его турецким коллегой Мевлютом Чавушоглу. На совместной пресс-конференции по итогам встречи было отмечено намерение Ирана увеличить товарооборот с Турцией до 30 млрд долларов (по итогам 2015 года он составил 9,7 млрд долларов).

В то же время, пока авторитет Турции в Европе и Иране растет, у нее назревают новые сложности со своим главным союзником – США. Показателем этого, стал ядерный саммит в Вашингтоне, который проходил с 31 марта по 2 апреля.

Сначала президента Эрдогана по его прибытии в Вашингтон не встретил ни один высокопоставленных американских чиновников, только коллеги Эрдогана: министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу и посол Турции в США Сердар Кылыч. Потом появились слухи, что президент Обама не сможет встретиться с президентом Турции в связи с большой занятостью. Встреча однако состоялась 1 апреля, но и она была омрачена негативными для турецкого президента событиями, которые произошли за день до этого во время выступления Эрдогана с речью в Брукингском институте: охрана Эрдогана грубо не пропустила на лекцию журналистов, в конфликт вмешались сотрудники университета и полиция. Впоследствии cоветник президента США по национальной безопасности Бен Родс заявил, что он не знает точных обстоятельств дела, но в то же время призвал уважать права журналистов и свободу прессы.

Необходимо также выделить два важных события в отношениях с Россией. В первую очередь, это взятие под стражу 31 марта Арпаслана Челика, виновного в убийстве российского летчика Олега Пешкова. Долгое время в СМИ появлялась информация о том, что Челик свободно посещает массовые мероприятия, в том числе и похороны известных личностей, и что правительство Турции взяв его под стражу делает определенный реверанс в отношении России, который должен стать сигналом к переходу к нормализации двусторонних отношений.

Однако очевидно, что подобных жестов со стороны Турции для Российской Федерации недостаточно, еще в декабре 2015 года посол России в Турции Карлов официально озвучил три основных пункта, выполнив которые двусторонние отношения снова могли бы начать улучшаться:

  • принести свои извинения в связи с нападением на самолет и гибелью российских военных.
  • взять на себя вину за произошедшие события и обеспечить наказание виновных в произошедшем.
  • возместить убытки в отношении России.

Одного взятие под стражу будет недостаточно, поэтому говорить о резком изменении внешнеполитического курса России в отношении Турции пока преждевременно.

Тем более, что параллельно с подобными жестами продолжаются турецкие  провокации в особенно важном для России регионе – Крыму. 22 марта стало известно, что турецкий сухогруз «Лира» врезался в строящийся рабочий мост через Керченский пролив. Инцидент произошел еще вечером 19 марта. Сухогруз «Лира» принадлежит турецкой компании Turkuaz Shipping Corp, им управлял гражданин Турции.

Необходимо отметить, что инцидент произошел через день после празднования 2-й годовщины возвращения полуострова Крым в состав России. Несмотря на то, что причастность турецких властей к данному инциденту доказать невозможно, можно быть уверенным, что пока случаются такие провокации, отношения между двумя странами на прежний уровень не вернутся.

 

***

Подводя итоги, необходимо отметить, что в ближайшие месяцы стоит ожидать более активных действий турецких властей по вопросу строительства «Новой Турции», особенно в области создания новой конституции. Предвестниками этого стали ролики, подготовленные молодежными структурами Партии справедливости и развития. Во внешней политике центральное место продолжат занимать переговоры с Европейским союзом. Однако всегда напомнить о стремлении Турции по максимуму расширить свои внешнеполитические связи: прекрасной возможностью для этого станет саммит Организации исламского сотрудничества, который пройдет в Стамбуле в середине апреля.

 

В.Аватков, М.Кочкин

Турецкий парламентаризм и российско-турецкие отношения

19 января в МГИМО МИД России прошел круглый стол «Турецкий парламентаризм и российско-турецкие отношения», организованный Международным аналитическим центром «Rethinking Russia» и Центром востоковедных исследований. В рамках мероприятия проводилось обсуждение расстановки политических сил, положения власти и оппозиции (как парламентской, так и внепарламентской) в Турции, а также текущего состояния российско-турецкого взаимодействия.

В новый год с монографией по внешнеполитическому дискурсу ведущих субъектов турецкой политики

В ближайшее время будет завершен годовой труд по подготовке монографии – «Внешнеполитический дискурс ведущих субъектов турецкой политики (2010 – 2015 гг.)». Монография была подготовлена авторским коллективом под научным руководством В.А.Аваткова в рамках совместной деятельности Центра востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии и Международным аналитическим центром «Rethinking Russia». 

Монография “Внешнеполитический дискурс ведущих субъектов турецкой политики (2010 – лето 2015 гг.)” представляет собой первое комплексное исследование речей и заявлений лидеров парламентских партий Турции. Такой нестандартный подход к исследованию внутриполитической обстановки в Турецкой республике даст читателям возможность оценить, как проекты, заявленные представителями политической элиты были реализованы в реальной жизни, и были ли они реализованы вовсе.
Монография «Внешнеполитический дискурс ведущих субъектов турецкой политики (2010 – лето 2015 гг.)» чрезвычайно актуальна в контексте последних событий вокруг сбитого турецким режимом российского Су-24 в небе над Сирией.
Турецкий режим, сбив российский военный самолет, фактически солидаризировался с ИГ и, исходя из собственных корыстных нефтяных интересов, осуществил политическое предательство. Турция не отказалась от своих амбициозных и опасных планов как в регионе, так и внутри России, нанесла «удар в спину» своему партнеру.
С учетом данных фактов еще более важным и актуальным представляется изучение риторики всех субъектов турецкой политики.