Турция: сентябрь 2018 г. (дайджест)

Осень для Турции началась с чрезвычайно важных событий на внешнеполитическом направлении. За последний месяц президент Эрдоган успел побывать в Тегеране, где принял участие в трехстороннем саммите Россия – Турция – Иран; Сочи, где был принят В.В. Путиным; Берлине, ставшим местом переговоров лидера Турции с ключевыми политическими фигурами Германии, а также США, где лидер Турции выступил на сессии Генеральной Ассамблеи ООН.
Внутриполитическая обстановка характеризуется относительной стабильностью, которая, однако, иногда нарушается массовыми арестами и тяжелой экономической ситуацией.
Внешняя политика
7 сентября столица Ирана стала местом проведения очередного трехстороннего саммита формата Россия – Турция – Иран. Несмотря на то, что по итогам переговоров, призванных обсудить ситуацию в Сирии, была принята итоговая декларация и в основном звучали слова об общем стремлении урегулировать конфликт, в ходе обсуждения некоторых вопросов у лидеров возникла оживленная дискуссия, показавшая, что позиции трех стран по вопросу обсуждаемой проблематики все же несколько различаются.
Предметом обсуждения, заслужившим особого внимания стран-гарантов Астанинского процесса, стал северо-западный сирийский район Идлиб. При этом до конца непонятно, была ли дискуссия запланированной или же разговор стал достоянием общественности по неосторожности организаторов, вероятно не проследивших за тем, чтобы микрофоны были выключены. Так или иначе стало известно, что в ходе переговоров, президент Турции Р.Т. Эрдоган заявил о том, что в регионе необходимо объявить перемирие, к которому, по его словам, должны присоединиться в том числе и террористические группировки, а также предложил коллегам не отдавать Идлиб под контроль официального правительства САР. Позиция Турецкой Республики в этом вопросе ясна – Турция опасается нового притока беженцев, который может быть спровоцирован военными действиями в Идлибе, однако в ответ на инициативу президента Турции глава России В.В. Путин справедливо заметил, что если стороны могут быть ответственны за себя в вопросе соблюдения вышеупомянутого перемирия, то за террористические группировки – нет. Лидер Ирана Х. Рухани, в свою очередь, согласился с тем, что группировки должны сложить оружие, при этом отметив, что Иран намерен сохранить свое присутствие в Сирии, но выступает за вывод с территории американских подразделений. В конечном итоге стороны составили декларацию, состоящую из 12-ти пунктов, и сошлись на том, что будут искать способы урегулирования ситуации в соответствии с принципами Астанинского процесса. Также на саммите было решено, что следующая встреча состоится в России.
Тем не менее, вскоре стороны поняли, что вопрос Идлиба не станет ждать следующего саммита и требует принятия решения уже сейчас. С этой целью президенты России и Турции встретились спустя всего 10 дней после их последней встречи, 17 сентября в Сочи, однако на этот раз без главы Ирана. По итогам двусторонних переговоров было принято решение о создании демилитаризованной зоны в провинции Идлиб глубиной 15-20 километров к 15 октября. При этом к 10 числу следующего месяца планируется вывести из региона тяжелое вооружение оппозиционных групп, включая танки, минометы и так далее. При этом контроль над демилитаризованной зоной будет осуществляться Россией совместно с Турцией.
Еще одним важным внешнеполитическим событием стало выступление президента Турции на полях 73-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке. Не считая ставшее уже традиционным выражение «мир больше пяти», которое в очередной раз прозвучало с трибуны Генассамблеи, выступление лидера Турецкой Республики в целом было посвящено общим вопросам, в том числе урегулированию конфликта в Сирии, гуманитарной деятельности, где Эрдоган не удержался от того, чтобы не похвалить свою страну за то, что она, по его мнению, преуспевает в этом направлении, а также борьбе с терроризмом. Не обошлось и без жалоб на Западный мир и США в частности. Так, например, колкости в адрес Соединенных Штатов прозвучали в контексте отказа экстрадировать Ф. Гюлена, а также активной критики торговых войн. Кроме того, уже по возвращении лидер Турции добавил, что выступление Д. Трампа было противоречивым, ссылаясь на высказывания президента Соединенных Штатов о Палестине. Что касается ЕС, то здесь Эрдоган припомнил западным коллегам соглашение по беженцам, обвинив их в том, что их обещание по финансированию не выполняется в полной мере. Кроме того, в сети активно обсуждается демонстративный уход Р.Т. Эрдогана во время выступления лидера США Д. Трампа, который, по некоторым сведениям, был связан исключительно с необходимостью президента Турции подготовиться к своему выступлению. Как было на самом деле – известно одному только Эрдогану, но даже если президент Турции действительно покинул зал Генассамблеи без каких-либо намерений продемонстрировать США свое презрение, то более удачное совпадение и придумать сложно.
Наряду с этим, в конце сентября Р.Т. Эрдоган нанес государственный визит в Берлин, сопровождавшийся массовыми протестами против его приезда. Программа визита была обширная – от встречи со Штайнмайером до переговоров с Меркель, однако итоги можно описать следующим образом – интересы сторон где-то совпадают, но и противоречия сохраняются. Германия снова недовольна положением прав человека, Турция – претензиями Берлина. Кроме того, Эрдогану в очередной раз отказали в проведении встречи с турецкой диаспорой Германии, а проведение пресс-конференции Р.Т. Эрдогана и А. Меркель по итогам переговоров вообще находилась на грани срыва из-за того, что на нее был аккредитован получивший несколько лет назад политическое убежище в Германии журналист турецкого происхождения Д. Дюндар, обвиняемый Турцией в разглашении государственной тайны. Сам Дюндар впоследствии от участия в конференции отказался. Таким образом, существенного прогресса по европейскому направлению не наблюдается. Вероятно, ситуация может несколько измениться по итогам ожидаемого четырехстороннего саммита между Россией, Турцией, Германией и Францией, однако пока о сроках его проведения точная информация отсутствует.
Внутриполитическая обстановка
Последний месяц во внутренней политике Турции преобладает тема безопасности. 25 сентября Генштаб Турции анонсировал проведение Турецкой Республикой с 28 сентября по 7 октября на востоке Средиземного моря учений «Синий кит – 2018» (Mavi Balina 2018) с целью отработки действий по противолодочной обороне, где примут участие ВМС и ВВС государства. Помимо самой Турции, в период проведения учений среди участников также можно будет заметить ВМС и ВВС США, Саудовской Аравии, Байхрейна, Катара, Кувейта, Алжира, Азербайджана и Румынии. Помимо того, отдельное место во внутриполитической жизни Турции занимает вопрос террористической угрозы. В то время как лидер государства повсеместно заявляет о стремлении Турции бороться с терроризмом, внутри страны продолжаются массовые аресты по подозрению в террористической деятельности.
Так, например, за сентябрь в стране было арестовано как минимум 85 военнослужащих и большое количество гражданских лиц. При этом стоит упомянуть, что большая часть арестованных – подозреваемые в связях с FЕТО и РПК (признаны террористическими только на территории Турции), а не с международно признанной в качестве террористической и запрещенной на территории Российской Федерации ИГИЛ, поэтому такие «контртеррористические» меры в случае Турецкой Республики могут рассматриваться как один из способов укрепления власти Эрдогана путем отправления за решетку неугодных ему лиц. Эта точка зрения подтверждается тем, что 7 сентября суд Турции вынес приговор сопредседателю прокурдской Демократической партии народов (ДПН) С. Демирташу, который по совместительству являлся соперником действующего президента на июньских выборах, заняв там третье место. Демирташа, который вот уже на протяжении 22-х месяцев находится в тюрьме, приговорили к четырем годам и восьми месяцам тюремного заключения по обвинению в пропаганде терроризма. При этом, учитывая предъявленные ранее обвинения, сегодня политику в общей сложности грозит 142 года тюремного заключения, поэтому в целом можно считать, что С. Демирташ, как и ряд других недружественных Эрдоагну деятелей, исключен из политической жизни Турецкой Республики. При этом особенно показательно, что на фоне вышеперечисленных арестов в Турции по-прежнему звучат взрывы и осуществляются новые террористические акты. Один из последних, в результате которого погибли как минимум два человека, произошел в юго-восточной провинции Ширнак. В организации, как и всегда, подозреваются представители РПК.
Наряду с этим, в некоторых западных СМИ, ссылающихся на официальных лиц Турецкой Республики, появилась информация о том, что 12 октября, после очередного заседания суда, из-под домашнего ареста может быть освобожден американский пастор Э. Брансон, задержание которого стало главным поводом для введения США санкций в отношении Турции. При этом отмечается, что Брансон будет освобожден только в том случае, если США прекратят оказывать давление на Турцию.
Также в сентябре представители турецких политических партиий уже начали задумываться о предстоящих местных выборах, которые состоятся в марте 2019 года. 14 сентября президент Р.Т. Эрдоган заявил, что не исключает возможность формирования альянса с националистической партией, как это было сделано в феврале для участия в президентских выборах. После этого, 25 сентября, были осуществлены первые контакты заместителей председателей правящей ПСР и ПНД, по завершении которых стороны условились сохранить альянс и продолжить переговоры по этому вопросу по возвращении в страну президента Эрдогана, который, как ожидается, должен встретиться с лидером Партии националистического движения Д. Бахчели.
Экономическая ситуация
Экономика Турции, как и прежде, переживает не самые лучшие времена, однако при этом некоторые положительные изменения все же наблюдаются.
По сравнению с предыдущими месяцами, когда из мира экономики, казалось, ушло словосочетание «рост лиры», в сентябре она впервые за долгое время смогла укрепить свои показатели. Отрицательным моментом этой истории является то, что увеличились они относительно ненамного и не без помощи Центрального банка. 13 сентября Центробанк Турции, по завершении заседания по монетарной политике, принял решение повысить ключевую ставку сразу на 625 базисных пункта до 24%, что практически мгновенно отразилось на показателях национальной валюты Турции, позволив ей подорожать на 5% и достичь уровня, равного 6,08 за доллар. Вместе с тем, разовое укрепление валюты не означало достижения полной экономической стабильности – утром следующего дня, 14 сентября, курс лиры, пусть ненамного, но все же снова снизился. Вместе с тем, исторический с 2010 года рекорд побили предельно низкие показатели валовых валютных резервов Центробанка Турецкой Республики, которые уменьшились на 1,25 млрд. долларов. Таким образом, по состоянию на конец месяца, курс лиры достигает 6,01 по отношению к доллару, однако ее рост экономисты связывают прежде всего с надеждами на нормализацию отношений Турции с США и ЕС, чего в ближайшее время может и не случиться.
Вместе с тем, правительство Турции осознает необходимость борьбы с экономической нестабильностью. По этой причине в сентябре Турция представила так называемую новую экономическую программу, призванную предотвратить крупномасштабный экономический кризис. Амбициозная цель новой программы, озвученная министром финансов Турции Б. Албайраком, выглядит следующим образом: рост в 5%, начиная с 2021 года. Кроме того, правительство ожидает постепенного снижения уровня инфляции до 6% в 2021 году и уровня безработицы до 11,9% в 2020 году. В соответствии с выдвинутым Турцией планом, основная его идея заключается в сокращении государственных расходов, прежде всего, на инфраструктурные проекты. Вероятно, именно по этой причине было отложено на 3 года строительство нового проекта Эрдогана – канала «Стамбул», который должен был соединить Черное море с Мраморным.
***
Сентябрь стал для Турции особенно плодотворным с внешнеполитической точки зрения. Активное участие Турецкой Республики в трехсторонней встрече со странами-гарантами Астанинского процесса – Россией и Ираном – свидетельствует о заинтересованности государства не только в урегулировании сирийского кризиса, но и в дальнейшем развитии контактов со своими союзниками, а принятие решения по Идлибу в ходе двусторонних переговоров между главами России и Турции демонстрирует умение сторон слышать друг друга и искать компромиссы даже там, где изначально позиции, как стало известно по завершении трехсторонней встречи в Тегеране, могут различаться.
Что касается европейского направления, то в целом положительным фактором может считаться активизация контактов Турции с Германией, даже несмотря на то, что пока они не приносят желаемых результатов. Противоречия все еще имеют место быть, однако, в отличие от США, Турция и Германия, по всей видимости, осознали, что самым верным способом преодолеть или хотя бы сгладить имеющиеся разногласия является двусторонний диалог.
Экономика Турции, как уже отмечалось, не отличается стабильностью. Центробанк Турции, вопреки мнению президента, принимает экстренные меры по поддержанию национальной валюты, однако их по-прежнему недостаточно, что на практике демонстрирует неустойчивый курс турецкой лиры. Вместе с тем, нельзя также утверждать, что новая экономическая программа Турецкой Республики существенно спасет положение, ведь даже в том случае, если ситуация начнет налаживаться, всегда есть новая порция санкций и экономического давления со стороны США, которые, как бы не продолжал отрицать Эрдоган, к сожалению, все еще могут оказывать существенное влияние на турецкую экономику в своих целях.
В. Аватков, А. Сбитнева

Турция: июль-август 2018г. (дайджест)

Прошло уже несколько месяцев с того момента как Турция превратилась из парламентской в президентскую республику. За это время состоялась торжественная церемония инаугурации президента, стал известен состав нового правительства, члены которого уже приступили к активному исполнению своих обязанностей, а страна тем временем постепенно продолжает привыкать к новым политическим реалиям, причем как на внутри-, так и на внешнеполитическом направлении.
Отличительной чертой внешнеполитического курса Анкары за последние два месяца стало резкое ухудшение отношений с США, однако теперь не только в политической сфере, но и в области финансов и экономики, а также в равной степени резкое налаживание контактов со странами Евросоюза.

Отношения с Россией
В настоящий период времени российско-турецкие отношения развиваются в положительном ключе, о чем свидетельствует количество контактов на высшем и высоком уровнях, которое в последнее время увеличилось в разы. Активизация двустороннего взаимодействия происходит на фоне ухудшения отношений Турции с Западом, которое продолжается по меньшей мере вот уже несколько месяцев. С точки зрения Турецкой Республики, Россия стала одной из главных стран-партнеров в условиях нового внешнеполитического курса, реализуемого переизбранным в июне президентом Эрдоганом. Сегодня Анкара ищет поддержку в лице Москвы и в то же время сама старается считаться с мнением российской стороны, предпринимая попытки стать ближе к России и связанным с ней организациям и структурам.
Так, например, на полях очередного саммита лидеров БРИКС, состоявшегося в июле в Йоханнесбурге, Р.Т. Эрдоган, также присутствовавший на встрече, заявил о намерении Турции присоединиться к альянсу, попутно с этим напомнив, что все пять стран БРИКС, а также Турция, являются членами G20, и интеграция Турецкой Республики в данную структуру положительно скажется на взаимодействии государств в рамках работы обоих блоков. И хотя позднее Эрдоган говорил о том, что страны союза тепло приветствовали его предложение, президент России В.В. Путин в свою очередь заявил, что расширения состава БРИКС пока не планируется, однако не исключил такого развития события в дальнейшем. В то же время, в ходе встречи лидеров России и Турции, которая также состоялась на полях саммита, В.В. Путин отметил подъем в отношениях двух государств в разных сферах, в то время как Эрдоган в привычной ему манере иронично упомянул о «чувстве ревности», которое, по его словам, вызвано у некоторых стран турецко-российским сближением. Под «некоторыми» Эрдоган подразумевал государства западного мира во главе с США, и даже если в громких словах главы Турции на тот момент была доля правды, намного больше эмоций у указанных стран должны были вызвать дальнейшие двусторонние контакты на разных уровнях, имевшие место в августе. Чего только стоит приглашение турецкой стороной министра иностранных дел России С.В. Лаврова принять участие в совещании послов и постоянных представителей Турции при международных организациях, состоявшееся 13-14 августа. Важно, что российский министр, который осветил ключевые направления внешней политики России, а также провел переговоры со своим турецким коллегой, впервые прибыл Анкару с целью посещения такого рода мероприятия. И хотя от начала до конца она прошла за закрытыми дверями, данная встреча, очевидно, придала импульс дальнейшему развитию двусторонних контактов. После этого столицу Турецкой Республики в период с 17 по 18 августа посетила делегация Госдумы во главе с председателем В. Володиным. Цель его приезда была не менее интересной и заключалась в участии в шестом съезде Партии справедливости и развития, а также проведении переговоров с лидером Турции по его завершении. Середина и конец августа ознаменовались ответными визитами турецкой стороны – 17 августа в Москве состоялись переговоры министра обороны РФ С. Шойгу с министром национальной обороны Турции Х. Акаром. Во время повторной встречи 24 августа к ним также присоединился глава Национальной разведывательной организации Турции Х. Фидан. Обе встречи были посвящены вопросу урегулирования ситуации в Сирии, возвращению на родину сирийских беженцев, а также региональной безопасности на Ближнем Востоке в целом. В то же время, 24 августа, в столице России прошли переговоры министра иностранных дел России С.В. Лаврова с его коллегой М. Чавушоглу, прибывшим в Москву с ответным визитом. В ходе встречи обсуждался широкий круг проблем, в том числе сирийский вопрос, процесс реализации ряда совместных проектов, вопрос отмены визового режима, а также грядущие встречи. Одна из таких встреч, по предварительным данным, состоится в сентябре в Тегеране и станет продолжением так называемого астанинского процесса, объединяющего лидеров России, Ирана и Турции, а также очередным продолжением российско-турецкого взаимодействия.

Отношения с Западом
Несколько иным образом складываются отношения Турции с западными коллегами, в особенности с Соединенными Штатами. Антизападные настроения уже достаточно давно прослеживались в риторике турецких властей, однако гневные слова в адрес Америки переросли в решительные действия только сейчас.
На этот раз поводом для очередных разногласий стала, казалось бы, давно забытая история об американском пасторе, в свете планомерного ухудшения турецко-американских отношений вновь приданная огласке. Эндрю Брансон – как уже отмечалось, американец, проживающий в Турции и арестованный осенью 2016 года сперва за нарушение иммиграционного законодательства, а вскоре и за предполагаемые связи с Ф. Гюленом – лидером запрещенной в Турции организации FETO и по совместительству главным виновником и зачинщиком неудавшегося в июле 2016 года переворота по версии турецкого следствия. На протяжении долгого времени стороны не могли достичь согласия по этому вопросу – США требовали предоставить Брансону свободу, турки в обмен на это требовали экстрадиции Гюлена. Так и не сумев найти компромисс, Соединенные Штаты решили использовать данную ситуацию как предлог для новых обвинений Турции в нарушении прав и свобод, а также для последовавших за этим мер – сначала в виде ограничений в отношении отдельных министров, а затем в виде полноценных экономических санкций. Примечательно, что в конце июля Брансон все же был отпущен под домашний арест, что, однако, не остановило США от дальнейшей конфронтации. Разумеется, что за разногласиями по вопросу Брансона скрываются более значимые и непримиримые противоречия, например, по Сирии, отказу Турции поддержать антииранские санкции, по вопросу покупок С-400 и более независимой внешней политики Анкары. Соединенные Штаты устали от амбиций Турции, в то время как сама Турция устала быть пешкой в руках Вашингтона. В последнее время Р.Т. Эрдоган прямо заявляет о готовности искать новых партнеров, демонстрируя явное нежелание сотрудничать с США, но при этом пока не делая каких-либо поспешных выводов о членстве в НАТО, не считая уже привычных заявлений о необходимости закрыть военную базу Инджирлик, которые, к слову, были активно поддержаны турками в сети хэштегом #incirlikkapatılsın. Таким образом, если раньше лидера Турции от конкретных действий в отношении США останавливала политическая неопределенность перед выборами, то теперь, когда все уже решено, Эрдоган наконец перешел к реализации внешнеполитического курса не в пользу Соединенных Штатов. Стоит отметить, что кризис двусторонних отношений достиг таких масштабов, что заслужил внимание пресс-секретаря Генерального секретаря ООН С. Дуярича, призвавшего стороны решить свои проблемы путем двустороннего диалога, однако его слова внимания «враждующих» сторон, по всей видимости, не удостоились и до сих пор так и не были услышаны.
При этом в настоящее время наблюдаются изменения по линии Турция – ЕС. Санкционная политика США, которая коснулась как стран Евросоюза, так и Турции, вероятно, вопреки ожиданиям Соединенных Штатов, стала благоприятным фактором для турецко-европейского сближения. Турецкая Республика предприняла попытки восстановить контакты с самыми проблематичными за последние несколько лет с точки зрения двусторонних отношений государствами – Германией и Нидерландами. Так, например, лидеры двух государств Р.Т. Эрдоган и А. Меркель провели телефонные переговоры, в ходе которых была отмечена важность сотрудничества между странами. Кроме этого, некоторые немецкие министры и политики высказываются за то, чтобы оказать финансовую помощь Турции, чего еще несколько лет назад от представителей Евросоюза услышать было практически невозможно. При этом стороны, судя по всему, готовы обсуждать не только экономические и двусторонние вопросы, но и проблемы регионального характера. В настоящее время известно о том, что идет подготовка к четырехстороннему саммиту в непривычном формате Россия, Германия, Франция и Турция по вопросу сирийского урегулирования. При этом стоит отметить, что за налаживание диалога с Турцией в конце августа высказался и лидер Франции, призвав стороны выработать стратегическое партнерство с Турецкой Республикой. Что касается Нидерландов, то о восстановлении отношений с этой страной было объявлено в совместном заявлении двух стран, однако впервые эта тема поднималась министрами иностранных дел государств еще в июле на полях саммита НАТО. При этом интересно, что вновь приоритетным стал вопрос вступления Турции в ЕС – о желании продолжить переговоры по этому поводу заявляли в МИДе Турции, и, вероятно, до тех пор, пока у заинтересованных сторон есть причины восстанавливать отношения, такие разговоры еще будут иметь место в турецко-европейской политике.

Ближний Восток
Ближневосточная политика Турции за последнее время не претерпела значительных изменений. В настоящее время на политической арене Ближнего Востока, а именно его сирийской части, ведется серьезная борьба за провинцию Идлиб, где Турция, по понятным причинам, принимает активное участие.
Идлиб, расположенный на северо-западе страны, остается единственным регионом, находящимся под контролем боевиков. При этом Идлиб также является одной из так называемых зон деэскалации, за безопасность которой Турецкая Республика, наряду с другими странами-гарантами – Россией и Ираном, – несет ответственность. Кроме этого, особый интерес у Турции данный регион вызывает ввиду его непосредственной близости к приграничной турецкой провинции Хатай и другим районам, в которых государство ранее проводило свои операции и которые Турции рассматривает в качестве своей зоны влияния. Неудивительно, что в августе президент Эрдоган заявлял о том, что Турция готовит новые военные кампании на сирийском пространстве, а спустя некоторое вооруженные силы государства были замечены при переброске войск. За последние несколько недель августа Турция действительно сконцентрировала на приграничных с Сирией территориях большое количество военной техники. В то же время интересно, что на встрече со своим российским коллегой в Москве глава МИД Турции М. Чавушоглу заявил о необходимости невоенного решения конфликта, что коррелирует с позицией России по этому вопросу, однако не слишком убедительно звучит на фоне заявлений Эрдогана о подготовке новых военных операций и стягивании в район провинции Хатай на турецко-сирийской границе военной техники, которая теоретически в любой момент может быть применена Турцией с целью достижения ее интересов.
В то же время Турция, несмотря на то, что переговоры по Манбиджу продолжаются, больше не может рассчитывать на поддержку Соединенных Штатов, а поэтому вынуждена считаться с международным сообществом, прежде всего, в лице союзников по астанинскому процессу. Так, например, помимо вышеупомянутых двусторонних контактов России и Турции сирийская проблематика обсуждается Турцией в двустороннем формате с Ираном, с которым ее теперь объединяет не только союзничество в рамках астанинских переговоров, но и общая проблема в лице США. Так, например, в ходе не анонсированного ранее визита, 29 августа министр иностранных дел Ирана посетил Турцию, где обсуждался в том числе и вопрос урегулирования сирийского кризиса.

Внутриполитическая обстановка
9 июля в здании парламента в Анкаре Р.Т. Эрдоган во второй раз в своей жизни принес президентскую присягу, после которой, по уже сложившейся традиции, направился в мавзолей М.К. Ататюрка, а затем в президентский дворец. Именно там состоялась торжественная церемония инаугурации переизбранного президента, после чего глава государства огласил новый состав правительства, тем самым «дав старт» переходу от парламентской республики к президентской.
Как предполагают конституционные поправки, вступившие в силу после июньских выборов, должность премьер-министра, которую занимал Б. Йилдырым, упраздняется. Отныне Эрдоган сам возглавляет правительство, которое и было сформировано под его руководством. Вместе с этим, стало известно о появлении новой должности вице-президента, которую занял Фуат Октай, и, нужно отметить, появление данной персоны в числе приближенных к Эрдогану лиц неслучайно. Ф. Октай начинал свою карьеру на государственной службе с Управления по предотвращению и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций, которое он возглавлял с 2012 по 2016 годы. Тогда Управление находилось в ведении премьер-министра, пост которого в то время занимал именно Эрдоган, что позволяет сделать вывод о том, что Октай и нынешний президент знакомы достаточно давно. Кроме того, новый вице-президент компетентен в вопросах внутренней и внешней политики государства – в 2016 году он принимал участие во встрече Эрдогана с канцлером Германии А. Меркель, а затем занял пост заместителя премьер-министра. Особо интересным в биографии Октая является тот факт, что во время попытки переворота в июле 2016 года он оказывал сопротивление повстанческим силам, что немаловажно для Эрдогана, и даже добился трансляции выступления премьер-министра на одном из турецких телеканалов. Кроме того, он принимал участие в координационной деятельности военных операций в Сирии – сначала это была «Щит Евфрата», затем «Оливковая ветвь». Исходя из этого, можно предположить, что на должность «правой руки» Эрдогана и требовался именно такой человек, как Октай – хорошо знакомый с политическим курсом Турции, более того, поддерживающий инициативы государства и готовый отстаивать его интересы. Что касается нового правительства, то свои посты удалось сохранить лишь 3 людям – М. Чавушоглу так и остался во главе Министерства иностранных дел Турции, в то время как С. Солу и А. Гюль остались в должности министра внутренних дел и министра юстиции соответственно, остальные министры были назначены Эрдоганом на свои должности впервые. Так, Х. Акар, бывший глава генштаба, занял пост министра обороны, Б. Албайрак, стоявший во главе министерства энергетики, стал министром финансов и казначейства, З.З. Сельчук возглавит министерство труда, социального обслуживания и семьи, М. Варан – министерство промышленности и технологий, Д. Туран – министерство транспорта и инфраструктуры, Б. Пакдемирли – министерство сельского и лесного хозяйства, З. Сельчук – министерство образования, М. Касапоглу – министерство по делам молодежи и спорта, М. Эрсой – министерство культуры и туризма, а М. Курум – министерство экологии и градостроительства. При этом Эрдоган принял решение сократить количество министерств – с 21 до 16. В число упраздненных символично вошло Министерство по делам ЕС, функции которого отныне возложены на МИД, а также Министерство экономики, ставшее частью Министерства торговли.
Другим важным внутриполитическим событием можно назвать 6-й съезд правящей ПСР, где выступил с заявлениями президент Эрдоган, единогласно переизбранный в качестве председателя партии 1380 делегатами. Выступление главы государства на съезде в основном было посвящено новым вызовам, стоящим перед Турцией, а также громким словам Эрдогана о величестве турецкой нации. Так, президент в очередной раз раскритиковал политику США в отношении Турции, заявив, что турецкий народ готов и может противостоять подобным провокациям, не давая в обиду национальные интересы государства. Что касается решений, которые переизбранный президент уже успел принять, то одним из первых стал отказ продлевать режим ЧП, который был введен в стране два года назад. Решение Эрдогана вполне объяснимо – после попытки переворота и вплоть до июньских выборов главе государства было необходимо не допустить очередной дестабилизирующей ситуации, способной подорвать авторитет президента, и введение режима ЧП являлось единственным предлогом, позволяющим контролировать неугодную президенту деятельность, ссылаясь на необходимость обезопасить государство. Теперь же, когда полнота власти сосредоточена в руках Эрдогана, и он может взять под свой контроль большую часть процессов самостоятельно, режим ЧП перестал быть нужным. Таким образом режим ЧП перестал действовать 19 июля, однако при этом пресс-секретарь президента И. Калын заявил, что при необходимости он снова будет введен.

Экономическая ситуация
В то время, как полным ходом идет реализация крупных экономических проектов, в которых задействована Турция, например, в виде «Турецкого потока», завершенного уже на 80%, экономика страны переживает настоящий кризис, который, однако, спровоцирован внешнеполитическими и внешнеэкономическими факторами.
Напряженность двусторонних отношений Турции и США вылилась в открытую торговую войну, которая в значительной степени подорвала лиру и турецкую экономику в целом. Начало стремительному ухудшению отношений было положено 1 августа, когда Соединенные Штаты ввели санкции в отношении министра внутренних дел и министра юстиции Турции в качестве ответа за отказ освободить Э. Брансона. На этом Д. Трамп не остановился и позже принял решение повысить пошлины на алюминий (20%) и сталь (50%), ввозимые из Турции, а результате чего курс лиры по отношению к доллару резко понизился, а 10 августа турецкая лира обновила исторический минимум с 2001 года, обрушившись на 18%. После этого президент Турецкой Республики неоднократно выступал с заявлениями о том, что Турция не станет терпеть подобного отношения и примет ответные меры. Какое-то время реакция Турции ограничивалась предупредительными, хотя и достаточно жесткими, высказываниями в адрес Вашингтона, призванными прекратить начатые провокации. Тем не менее, когда показатели инфляции в стране в прямом смысле этого слова превзошли все ожидания Центробанка, когда турецкая лира стала самой обесценившейся валютой после аргентинского песо, и когда стало понятно, что Вашингтон непреклонен перед «вразумительными» речами турецкого президента, специалисты почти во всем мире стали твердить о необходимости принятия Центробанком Турции экстренных мер по поддержанию национальной валюты. В частности, свою обеспокоенность выразили представители МВФ, ожидающие от Турции конкретных действий по урегулированию экономической ситуации. Однако вместо этого Эрдоган призвал жителей поменять доллары на лиры с целью поддержания турецкой валюты, озвучил инициативу объявить войну американским гаджетам, которая была поддержана частью турецких граждан, и в итоге принял решение бороться с Америкой свойственным ей же образом.
15 августа Турция объявила о введении дополнительных пошлин на ряд американских товаров. В числе самых высоких – табачные изделия (60%), алкоголь (140%), автомобили (до 120%) и косметическая продукция (до 60%). Президент Эрдоган, в свою очередь, днями ранее заявил, что с США доллары, а с Турцией Аллах и, возможно, отчаянные изречения турецкого президента действительно были услышаны Всевышним, но Турцию поддержало большое количество стран, в том числе Россия, Китай и даже представители ЕС, в частности, Германия. Вероятно, именно эта поддержка и стала одним из поводов к решительным действиям турецкого руководства, которое тоже слышало повсеместную критику американской политики и предполагало, что Турецкая Республика не останется одна в этой ситуации. Как итог, американо-турецкое противостояние спровоцировало разговоры о необходимости проводить расчеты по вопросам двусторонней торговли в национальных валютах со многими из стран. Например, данный вопрос уже обсуждался Россией и Турцией в ходе двусторонних переговоров. Кроме того, в беде не оставил Турцию и ее давний друг Катар, согласившийся инвестировать в турецкую экономику 15 млрд. долларов и подписавший со страной двустороннее соглашение по обмену валют в рамках этого проекта, тем самым дав Турции шанс на постепенное восстановление.

***
В настоящий период времени Турция переживает переломный этап в своей истории. Эпоха кардинальных перемен, причем одновременно во внешней и во внутренней политике происходит на фоне крупнейшего за всю историю существования государства экономического кризиса, с чем Турецкая Республика не сталкивалась никогда. На данный момент можно сказать, что экономика Турции держится из последних сил, и, несмотря на то, что президент отказывается повышать ставки и влиять на ситуацию изнутри, руководство активно ищет сотрудников на мировой арене и, судя по тому, что пока находятся источники финансирования в лице Катара и есть общее понимание необходимости урегулировать ситуацию, надежда на светлое будущее турецкой лиры пока сохраняется. При этом можно сказать, что действующего лидера Р.Т. Эрдогана такого рода ситуация не сильно смущает – он вполне уверен в своих действиях и, во всяком случае пока, без паники принимает происходящие изменения. Во внешнеполитическом плане Турция убедилась в том, что концепция глобального лидерства США уже исчерпала себя и приняла решение стать страной, открытой для внешнего сотрудничества. В мировых СМИ массово обсуждается возможность формирования нового союза формата Россия – Турция – Иран и даже Китай – как главных «жертв» санкционной политики Соединенных Штатов. Однако, если с Россией и Ираном у Турции действительно наблюдается координация на всех уровнях, то говорить о формировании долгосрочных союзов с Китаем пока действительно рано. Дружба против США – одно из немногих (если не единственное) обстоятельств, сближающих эти две страны на данном этапе. Та же ситуация складывается с Европейским Союзом – общие претензии к политике Д. Трампа вынудили стороны забыть прошлые обиды, а также массу неразрешимых двусторонних проблем и сосредоточиться на коллективной критике Соединенных Штатов. Тем не менее, уже сейчас можно предположить, что восстанавливающийся сегодня союз Турция – ЕС – явление, скорее всего, эпизодичное. Внезапное сотрудничество государств, которые еще несколько месяцев назад отказывались от контактов друг с другом, – вынужденное и, как следствие, недолговременное. Вопрос заключается лишь в том, кто первым сойдет с дистанции, а если быть точнее – кто первым наладит отношения с причиной этого сотрудничества – США.

В. Аватков, А. Сбитнева

Турция: июнь 2018г. (дайджест)

В июне в Турции прошли внеочередные всеобщие выборы. Победу в президентской гонке одержал действующий президент Р.Т.Эрдоган, в парламентской – союз ПСР и ПНД, в рамках которого правящая Партия справедливости и развития получила наибольший процент голосов избирателей.
Внешняя политика государства характеризуется стабильностью: после выборов напряженность между Турцией и Западом сохраняется, а Турецкая Республика развивает региональные контакты и усиливает свои позиции в ближневосточном регионе, в частности – в Сирии и Ираке.
Внешняя политика
Внешнеполитический курс Анкары за последний месяц не претерпел практически никаких изменений. Отношения с Западом по-прежнему характеризуются сохранением имеющихся противоречий. Соединенные Штаты все еще высказывают свое недовольство по поводу закупок турецкой стороной российских ЗРК, угрожая введением санкций, однако Турцию, похоже, такой вариант развития событий не пугает – Анкара, как и раньше, не намерена отказываться от выгодного контракта с Россией. Некоторые успехи были достигнуты Турцией и США на сирийском направлении. В начале июня министры иностранных дел США и Турции М.Помпео и М.Чавушоглу провели встречу, в ходе которой обсудили ряд вопросов относительно двусторонних турецко-американских отношений, а также ситуации в Сирии. В частности, стороны согласовали дорожную карту по Манбиджу – району на севере Сирии, который является главным противоречием Вашингтона и Анкары. Стороны отметили, что им еще предстоит работа по выводу курдских формирований, и что реализация данной дорожный карты займет приблизительно полгода.
Что касается отношений со странами Европы и Евросоюза в частности, то они осложняются на фоне проводимых в стране выборов. Европа уже не раз заявляла о том, что Турция не соответствует европейским стандартам, а накануне проведения голосования антитурецкая риторика усилилась вдвойне. И хотя существенных нарушений в ходе проведения выборов выявлено не было, наблюдатели ОБСЕ постоянно акцентировали внимание на неравном положении кандидатов, а также на том, что голосование проходило в период действия в стране режима ЧП. Современная Европа желает видеть у власти в Турции более лояльного Западу кандидата и боится последствий вступления в силу изменений Конституции страны, которые призваны укрепить власть президента, а также усилить консерватизм и националистические настроения в турецком обществе. В настоящий момент переговоры Турции о вступлении в ЕС находятся на грани срыва, и эти слова подтверждаются официальными источниками. Так, например, в Совете ЕС заявили о том, что Турецкая Республика с каждым днем все дальше отдаляется от Евросоюза и поспешили напомнить о приостановлении работы по модернизации таможенного союза между сторонами, о невыполнении Турцией необходимых критериев для присоединения к ЕС, а также о недемократическом режиме, господствующем в стране. В то же время разрывать контакты с Турцией навсегда Европа не намерена. Евросоюз заинтересован в Турции с точки зрения сокращения потока мигрантов, поэтому заявил о готовности выделить 3 млрд. евро для борьбы с миграционным кризисом. Турция, в свою очередь, заявила о несправедливом отношении к ней со стороны Европы, а президент страны и вовсе призывал свой народ «преподать урок» Западу на июньских выборах, тем самым только усиливая и без того растущую напряженность в двустороннем взаимодействии.
Также Турция продолжает укреплять позиции на Ближнем Востоке. Объектом воздействия Турецкой Республики, как и всегда, является Сирия. Так, в соответствии с вышеупомянутой дорожной картой, турецкие военные вошли в Манбидж, заняв окраины города. Помимо этого, премьер-министр государства заявил о намерении Турции создать новую зону безопасности, протяженность которой будет проходить от северной части Сирии и Ирака до границ Ирана. Также в июне Р.Т.Эрдоган объявил о начале новой операции в Ираке в горах Кандиль, где сосредоточены курдские формирования, однако, если учитывать тот факт, что курды периодически подвергаются обстрелам Турции на протяжении уже нескольких месяцев, то данная операции была начата уже давно, а сейчас просто приобрела официальный статус. Что касается международного сотрудничества по вопросу сирийского урегулирования, то 18-19 июня в Женеве прошли консультации, нацеленные на создание конституционного комитета, в которых приняли участие страны-гаранты перемирия Россия, Турция, Иран, а также спецпредставитель генсекретаря ООН по Сирии С.де Мистура, однако ввиду противоречий, в том числе по вопросу состава конституционного комитета, каких-либо существенных результатов достичь пока не удалось.
Внутриполитическая обстановка
Центральным событием месяца на внутриполитической арене стали президентские и парламентские выборы, которые состоялись 24 июня. Претенденты на пост главы государства избирались по системе простого большинства (50+1). В случае, если ни один из кандидатов не наберет нужного количества голосов, предусматривался второй тур, где должны были участвовать два кандидата, набравшие самый высокий процент в первом туре. Вопреки всем ожиданиям и предположениям о том, что действующий президент Р.Т.Эрдоган может не победить в первом туре голосования или не победить вообще, лидер государства одержал победу в президентской гонке. Несмотря на многочисленные оппозиционные митинги, прокатившиеся по Турции накануне решающего для страны дня, лидер Турецкой Республики набрал 52,6% голосов избирателей, в то время как его основной конкурент от Республиканской народной партии М.Индже получил 30,6%. Очевидно, что проведение досрочных выборов было нужно действующему руководству во многом для того, чтобы не позволить другим кандидатам и их партиям укрепить свои позиции до 2019 года (когда изначально планировалось проведение выборов), и данный план сработал. Далее по списку расположились С.Демирташ (Демократическая партия народов) – 8,4%, М.Акшенер (Хорошая партия) – 7,3%, Т.Карамоллаоглу (Партия счастья) – 0,9% и кандидат от Партии родины Д.Перинчек, получивший всего 0,2% голосов. М.Индже по завершении выборов заявил, что признает поражение, хотя и считает выборы не совсем честными. С одной стороны, победу Эрдогана действительно нельзя назвать слишком уверенной – он получил чуть больше половины от всех голосов, с другой – ему впервые за долгое время удалось добиться поддержки тех регионов, которые не стремились голосовать за него ранее, например, за Эрдогана свои голоса отдали многие жители Стамбула. При этом интересно, что в выборах, фактически призванных определить будущее Турецкой Республики, участвовало рекордное с 1987 года количество избирателей – 87%. Что касается реакции на результаты, то она была вполне сдержанной, причем как со стороны политиков, так и простых турецких граждан. Пока что в стране не наблюдается масштабных митингов и беспорядков, свойственных для эмоциональных и достаточно политизированных турок, как правило, требующих пересмотра результатов или проведения очередного этапа голосования. Исходя из этого можно заключить одно: турецкий народ выбрал именно Эрдогана. Однако действительно ли население поддерживает проводимый президентом курс или среди кандидатов на столь ответственную должность просто не было более достойных альтернатив – сказать сложно, ведь у действующего президента достаточно как противников, так и сторонников, но 24 июня решающий голос, очевидно, был за последними. Так или иначе, в среднесрочной перспективе Турцию ждут большие перемены, а сам президент теоретически сможет находиться у власти вплоть до 2028 года, продолжая осуществлять начатую им ранее политику по укреплению позиций Турецкой Республики на региональном и международном пространствах и вертикали власти внутри страны.
Что касается парламентских выборов, то победу на них одержал «Народный альянс», состоящий из Партии справедливости и развития и Партии национального движения – совместно они получили 53,7% голосов и 344 места в Меджлисе, что позволяет альянсу сформировать большинство. При этом у самой ПСР, получившей 42,6% голосов, в действительности будет меньше половины мест в парламенте – 295, а значит, что остальные 305 мест из 600 возможных займут союзническая ПНД (11,1% голосов) и оппозиционные фракции, в сумме получившие 45,6% голосов. Для Партии справедливости и развития ситуация в целом могла бы сложиться более успешно, однако учитывая конституционные реформы, предусматривающие переход к президентской республике по итогам выборов, функции парламента в значительной степени станут условными, а полнота власти будет сосредоточена в руках президента Турецкой Республики и по совместительству – председателя ПСР Р.Т.Эрдогана.
Экономическая ситуация
На внешнеэкономическом направлении, как и на внешнеполитическом, Турция стремится продемонстрировать свою независимость и самостоятельность. Так, например, министр экономики Турции объявил о введении против США пошлин на сумму в 300 млн. долл. Таможенные пошлины устанавливаются на 22 категории импортируемых из США товаров, в частности, на алкоголь, автомобили, табак и рис. Кроме этого, Турция заявила о том, что не станет приостанавливать торговое сотрудничество с Ираном из-за решения Соединенных Штатов ввести против государства санкции. Что касается энергетического сектора, то в то время как активно идет строительство «Турецкого потока», Турция запускает альтернативный Трансанатолийский газопровод TANAP, протяженность которого составила 1,85 тыс.км. Предполагается, что первые поставки газа в Европу начнутся в июне 2019 года.
На достаточно непростую внутриэкономическую ситуацию в стране повлиял исход выборов – лира, показатели которой в предвыборные дни были минимальными, возросла на 2% до 4,58 за доллар. Однако гарантий дальнейшего роста национальной валюты по-прежнему нет, а ситуация на рынках также оставляет желать лучшего. Более того, согласно данным турецкого статистического института TurkStat, индекс экономического доверия в Турции сегодня составляет 90,4 пункта, что является рекордно низким показателем за последние полтора года. При этом интересно, что такого рода экономическая нестабильность сопровождалась обещаниями Эрдогана вывести Турцию на новый уровень развития, соответствующий России и США. И хотя подобные заявления Эрдогана звучат слишком смелыми, сегодня правительству Турецкой Республики действительно пора ненадолго отвлечься от политической повестки дня, где уже появилась какая-то определенность, и заняться экономическими вопросами.
***
В июне Турция пережила одно из самых главных событий за последние несколько лет. Турецкая Республика выбрала президента, а также определила, какие партии будут представлены в парламенте. Результаты этих выборов, безусловно, окажут влияние как на внутриполитическую жизнь государства, так и на внешнеполитическую. И если с внутренней политикой все относительно понятно – Р.Т.Эрдоган, в последнее время известный своими националистическими настроениями, с наибольшей степенью вероятности продолжит политику дальнейшей консерватизации турецкого общества, начатую им несколько лет назад, то изменения на внешнеполитической повестке дня станут более значительными. Не стоит и пояснять, что эти изменения, скорее всего, коснутся отношений Турции со странами Запада, которые, очевидно, не слишком рады победе «диктатора» Эрдогана и его партии в президентской и парламентской гонках. Западу нужна демократическая и зависимая от него Турция, однако властные круги, как и большинство граждан Турецкой Республики, похоже, так не считают, и победа кандидата, нацеленного на усиление антизападных настроений – наглядное тому подтверждение.

В.Аватков, А.Сбитнева

Турция: май 2018 г. (дайджест)

В преддверии досрочных выборов, запланированных на июнь, руководство Турции пытается укрепить свои позиции на всех возможных внешнеполитических направлениях, пытаясь одновременно найти союзников на мировой арене в лице России и других стран, а также заполучить голоса избирателей.

На внутриполитической повестке дня наблюдается усиленная подготовка к предстоящим выборам, сопровождающаяся началом предвыборных кампаний партий и их кандидатов, а также достаточно тяжелой экономической ситуацией, полностью справиться с которой властям по-прежнему не удается.

Отношения с Россией

Президент Турции Р.Т. Эрдоган все чаще акцентирует внимание на том, что именно Россия является одним из основных стратегических партнеров государства. Так, лидер Турции заявил, что о прекращении сотрудничества с Россией не может быть и речи, даже в случае применения Западом санкций.

Подобные заявления вызваны намерением США ограничить Турции поставки истребителей F-35 за решение последней приобрести российские комплексы С-400. Усиление пророссийской риторики продиктовано политическими реалиями, в которых в последнее время оказалась Турция. Учитывая скорое проведение досрочных парламентских и президентских выборов, которые, вероятно, не будут признаны легитимными рядом стран западного мира, Эрдоган стремится заручиться поддержкой России, в последнее время разделяющей позиции Турции по ряду внешнеполитических вопросов, в частности, по необходимости сохранения ядерной сделки с Ираном, которую президенты двух стран обсудили в ходе телефонных переговоров 11 мая. К тому же, не слишком долго Турция переживала по поводу возможного отсутствия F-35 в списке технических вооружений своей армии, найдя им замену в лице аналогичных многофункциональных Су-57, как и в случае с ЗРК – российского производства. Также две страны продолжают координацию действий в Сирии. 24 мая в Анкаре с целью обсуждения сирийской проблематики спецпредставитель президента РФ А. Лаврентьев и замглавы МИД РФ С. Вершинин были приняты их турецкими коллегами, а 31 мая состоялась встреча спецпредставителя президента РФ с президентом Турции. Помимо этого, 29 мая были проведены телефонные переговоры Путина и Эрдогана, посвященные этой же теме. Также стало известно, что дальнейшее обсуждение данного вопроса продлится в ходе трехстороннего саммита в формате Москва – Анкара – Тегеран, который может состояться уже в конце августа или начале сентября.

Отношения с Западом

Отношения Турции с США в настоящий период времени переживают новый виток напряженности.

Помимо вопроса поставок F-35, взаимодействие осложняют внешнеполитические противоречия, связанные с переносом Соединенными Штатами своего посольства из Тель-Авива в Иерусалим, а также решением о выходе из СВПД. В качестве ответа Эрдоган 14 мая отозвал для консультаций посла Турции из Вашингтона, правда, ненадолго – уже 31 мая дипломат вернулся обратно. Однако на этом негласная конфронтация не закончилась: позже глава МИД Турции М. Чавушоглу заявил о намерении Турецкой Республики закрыть одну из главных американских баз «Инджирлик». Поводов, как и всегда, было достаточно много – Турция вспомнила и о поддержке США курдских формирований в Сирии, и даже об отказе в экстрадиции Ф. Гюлена, однако подобные заявления, как и неоднократно звучащие высказывания о выходе из НАТО, повторяются руководством страны достаточно часто, и почти всегда с определенной целью – в данном случае призваны лишний раз подчеркнуть независимость Турции перед грядущими выборами.

В рамках отношений в формате Турция – ЕС не остался незамеченным трехдневный визит лидера Турецкой Республики в Великобританию, в ходе которого президент Эрдоган был принят с королевой Елизаветой II и премьер-министром Т. Мэй. В мировых СМИ визит, длящийся с 13 по 15 мая уже окрестили «предвыборным». В ходе своего выступления в стенах Королевского института международных отношений Chatham House, президент Турции публично подверг критике действия США в отношении палестинцев, усомнился в главенствующей роли Америки на Ближнем Востоке, а также пожаловался на недостаточное содействие Европейского Союза по вопросу беженцев. В то же время, Эрдоган поспешил напомнить о важнейшей роли Турции в рамках обеспечения гуманитарной помощи и борьбы с террористическими группировками. Также, несмотря на то, что ряд европейских стран, решительно выступил против проведения митингов в поддержку турецкого президента и его партии, среди которых традиционно находится Германия, Австрия и Нидерланды, выступление Эрдогана перед турецкой общиной в столице Боснии и Герцеговины все же имело место, а вступление Турции в ЕС, по его словам, все еще отвечает интересам государства.

Ближний Восток

Последний месяц внимание мирового сообщества на ближневосточной арене приковано к событиям, происходящим в секторе Газа. Турция, рассматривающая себя в качестве одного из главных игроков Ближнего Востока, не смогла воздержаться от комментариев и ответных мер, предопределив очередной этап напряженности в отношениях с Израилем, которые только недавно получили импульс к развитию после инцидента 2010 года.

В связи с гибелью палестинцев в ходе столкновений с израильскими силами, а также открытием посольства США в Иерусалиме, Эрдоган обрушился с обвинениями на Израиль, назвав его террористическим государством. Также президент объявил трехдневный траур по погибшим и призвал созвать экстренное заседание Совета Безопасности ООН и саммит Организации исламского сотрудничества. Нарастающую конфронтацию между странами усугубил также тот факт, что Турция и Израиль обменялись послами.

Что касается Сирии, то Турция продолжает укреплять свое присутствие в Африне и на северо-западе Алеппо путем создания там военных баз. Так, к маю в этих регионах появились три турецкие базы, а также три пункта мониторинга, расположенные в провинциях Идлиб и Хама и призванные контролировать соблюдение режима прекращения огня.

Внутриполитическая обстановка

В мае Высшая избирательная комиссия Турции одобрила список из шести кандидатов в президенты, а по всей стране был дан старт предвыборным кампаниям.

Предвыборная программа действующего главы государства и одного из главных претендентов на победу в выборной гонке Р.Т. Эрдогана стала вполне предсказуемой. Среди главных задач – укрепление сотрудничества с Россией, а также поиск контактов с США и ЕС. Вместе с этим, отмечены слабо сопоставимые с вышеуказанными пунктами необходимость решения кипрского вопроса, поддержка палестинского народа, а также приверженность сохранению территориальной целостности Украины по вопросу крымского полуострова. Также интересно, что, в соответствии с решением Высшей избирательной комиссии Турции, каждый кандидат может получить финансовую поддержку своей предвыборной кампании в размере не более 13,916 лир от одного человека. Поэтому, в то время как лидер страны почти в каждом уголке государства активно доносит до народа мысль о том, что Турция добилась немалых успехов на региональной арене и вскоре станет мировой державой, правящая Партия справедливости и развития (ПСР) массово распространяет хештег «#SendeDestekOl» и собирает «пожертвования» в поддержку предвыборной кампании своего кандидата.

Кроме этого, к парламентским выборам продолжают готовиться партии, и, чем ближе выборы, тем интереснее и смелее звучат их предвыборные заявления. Так, например, председатель главной оппозиционной Народно-республиканской партии (НРП), которая представлена на выборах в союзе с еще двумя националистическими силами, К. Кылычдароглу сосредоточился не только на внешних вызовах, но и на внутренних проблемах, пообещав за 4 года решить курдский вопрос. Однако, как именно партия намерена устранить одну из острейших внутриполитических проблем, с которой Турция не может справится уже на протяжении долгих лет, он не пояснил. Кандидат от «Хорошей партии» М. Акшенер, в свою очередь, пытается выстроить предвыборную кампанию на жесткой критике действующих властей, акцентируя внимание на реализуемом внешнеполитическом курсе и бедственном экономическом положении.

Также заслуживает внимания тот факт, что в разгар предвыборной гонки Эрдоган особенно жестко отвечает на нападки своих конкурентов. Так, например, глава государства подал в суд на кандидата от Народно-республиканской партии (НРП) М. Индже за его высказывание о давних контактах Эрдогана и Ф. Гюлена, которые сам президент отрицает.

Экономическая ситуация

Месяц начался с долгожданного для Турции события с точки зрения внешней торговли – 1 мая Россия разрешила ввоз томатов турецким предприятиям без каких-либо ограничений. Кроме этого, 26 мая турецкая «Botas» и «Газпром» заключили соглашение о сухопутной части газопровода «Турецкий поток», строительство которой будет осуществляться совместной проектной компанией «TurkAkim Gaz Tasima A. S.». Также стало известно о том, что Россия выплатит Турции 1 миллиард долларов в рамках соглашения о скидке за поставки газа в 2015 и 2016 годах. Не менее важной стала новость о подготовке к старту другого турецкого проекта – Трансанатолийского газопровода (TANAP), альтернативного «Турецкому потоку», который будет запущен 12 июня.

В то же время, на фоне успехов на внешнеэкономическом направлении, отвечающие за экономику страны ведомства пытаются сделать все возможное для предотвращения обвала национальной валюты и поддержания турецкой экономики в целом. Центральный банк Турецкой Республики, который 23 мая созвал экстренное заседание после падения курса турецкой валюты на 5,1%, попытался укрепить лиру путем повышения ставки поздней ликвидности с 13,5 до 16,5%. Мера оказалась своевременной, и уже к 25 мая курс лиры к доллару возрос почти на 3%, что, однако, не является гарантией дальнейшего укрепления валюты. К тому же, действующий президент Эрдоган, мотивированный необходимостью придерживаться принципов глобального управления денежно-кредитной политики, открыто выступает против повышения процентных ставок, отчаянно призывая турецких граждан хранить свои сбережения в национальной валюте, не размениваясь на доллар и евро.

***

В настоящий период времени внутренняя и внешняя политика Турции остается заложницей выборов, до которых остается чуть меньше месяца. Официальная Анкара по-прежнему придерживается выдвинутого ранее курса, ориентированного на сближение с союзниками и самостоятельность, пытаясь экстренно исправить все недочеты с целью привлечения максимального количества сторонников. При этом, уверенно выдерживает нарастающую конкуренцию оппозиция, к несчастью для Эрдогана и ПСР уже завоевавшая значительный процент избирателей. Утверждать, кто из заявленных кандидатов займет пост главы государства пока что достаточно сложно, как и сложно предугадать, насколько предвыборные лозунги и обещания политиков будут соответствовать действительности после выборов, ведь даже на данном этапе некоторые из них звучат не только неубедительными, но и в принципе трудно реализуемыми на практике.

В. Аватков, А. Сбитнева

Израиле-палестинский конфликт как фактор в турецкой предвыборной гонке

В последние недели в Турции складывается чрезвычайно любопытная ситуация. Сливаются две темы — одна из внутренней, вторая из внешней повестки. Первая — приближающиеся парламентские и президентские выборы 24 июня. Вторая — очередное обострение палестино-израильского конфликта, и реакция на него Турции как, пожалуй, самой популярной сейчас страны суннитского мира.

Сперва следует отметить, что электоральные предпочтения современной Турции довольно стабильны. Избиратели голосуют не за партийную программу, а за «цвета» и стоящих за ними лидеров. С известными допущениями каждый турок за счёт своего социального окружения, семьи оказывается крепко привязан к определённой партии.

Чтобы отобрать такой «приписной» электорат партиям приходится включать в свои выступления те дискурсы, которые турецкое общественное мнение традиционно приписывает иным политическим группам. Например, недавно появившаяся на политической арене Хорошая партия (тур. İYİ Parti) активно работает с темой национализма, что приводит к ним сторонников Партии националистического движения (тур. Milliyetçi Hareket Partisi), и кемализма — это уже явные заигрывания с избирателями Национально-республиканской партии (тур. Cumhuriyet Halk Partisi).

Тема же палестино-израильского конфликта из крупных политических групп в основном используется правящей Партией справедливости и развития (тур. Adalet ve Kalkınma Partisi), лидеры которой позиционируют себя защитниками угнетенных мусульман по всему миру. Однако чаще всего в моменты эскалации противостояния дело ограничивается словесными выступлениями, созывом «очередного» внеочередного заседания Организации стран исламского сотрудничества и призывами к бойкоту израильских товаров. Что не помешало за последние 13 лет товарообороту между Турцией и Израилем вырасти в 2,5 раза с двух до почти пяти миллиардов долларов.

Интересно так же, что в 2017 году в Стамбуле состоялись два крупных митинга, посвященных поддержке палестинского народа, оба были организованы непарламентской исламистской Партией счастья (тур. Saadet Partisi) при молчаливой моральной и материальной поддержке правящей ПСР — митинги проходили на крупнейшей стамбульской площадке для массовых мероприятий в Йеникапы, однако ни представителей, ни символики правящей партии на митинге не было.

Недавнее открытие здания американского посольства в Иерусалиме привело к новой вспышке насилия между палестинцами и израильтянами. То есть, как раз в разгар предвыборной борьбы в Турции, что позволило оппонентам действующего президента активно использовать эту тему, как практически единственный значительный шанс привлечь на свою сторону людей, традиционно отдающих голос за ПСР. Хотя тема палестинского государства важна для всех слоев турецкого общества, наибольшее значение ей придают консервативные религиозные жители. Так, Мухаррем Индже, кандидат от НРП, например, обещает сам исполнить старое обещание Эрдогана и лично отправиться в Сектор Газа, если его изберут президентом.

Понятно, что Эрдогану приходится держать удар и, вот, 18 мая он уже лично выступает в Стамбуле на митинге в Йеникапы в поддержку Палестины.

В ближайший месяц, когда турецкая предвыборная гонка выходит на финишную прямую, следует внимательно следить за происходящим между Израилем и Палестиной. На фоне падающей лиры и опросов общественного мнения, отдающих действующему президенту только 42% голосов, Эрдоган может решиться на резкие действия, которые без сомнения принесут ему популярность как на родине, так и заграницей, однако ввергнут регион в ещё больший хаос. Турецкий президент — весьма импульсивный политик, не стоит так же забывать и о том, что решение о досрочных выборах было принято ещё и на позитивной волне, установившейся после успешного завершения Афринской операции.

Сам Израиль же полнится слухами, что нынешнее лето будет жарким, не только из-за средиземноморского климата.

А.Рыженков, Бурса, Турция

Турция: апрель 2018 г. (дайджест)

В апреле Турция пережила достаточно много важных событий, как на внутри-, так и на внешнеполитической повестке дня. Одним из ключевых стал визит президента России в Анкару, а также продолжение трехстороннего диалога в формате Москва-Анкара-Тегеран. Что касается отношений с Западом, то их можно охарактеризовать как стабильно нейтральные – за последний месяц существенного похолодания или, наоборот, потепления в диалоге с США или ЕС не наблюдалось.

Внутренняя политика охарактеризована ожесточенной борьбой партий за допуск к запланированным на июнь досрочным выборам, о которых объявил президент Эрдоган, укреплением союзов, а также ужесточением риторики председателей партий в отношении своих конкурентов.

Внешняя политика

Самым значимым событием последнего месяца для российско-турецкого взаимодействия стал первый после переизбрания на пост президента визит В.В. Путина в Турцию, который продлился два дня. 3 апреля глава государства, в сопровождении делегации, состоящей из ряда высокопоставленных министров, прибыл в Анкару, где был тепло встречен Р.Т. Эрдоганом. Официальная церемония приветствия прошла по стандартному сценарию – согласно дипломатическому протоколу, с ротой почетного караула, которую Путин приветствовал по-турецки, и другими почестями. Цель визита в целом соответствовала текущему внешнеполитическому курсу – на повестке дня по-прежнему находится укрепление двустороннего сотрудничества по ключевым вопросам, среди которых Сирия, ряд экономических проектов, в том числе и поставки ЗРК С-400, которые турецкий лидер просил ускорить. По итогам двусторонних переговоров, состоявшихся в первый день визита, главы России и Турции в очередной раз подчеркнули восстановление двусторонних отношений и выразили надежду на их дальнейшее развитие. 25 апреля стало известно, что Россия начала производство систем С-400 для Турции, начав тем самым исполнение заключенного ранее контракта.

Следующий день пребывания В.В. Путина в Турции ознаменовался проведением трехстороннего саммита глав России, Турции и Ирана, с целью обсуждения сирийского вопроса. 4 апреля по итогам саммита лидеры стран-гарантов опубликовали совместное заявление, в котором подчеркивается приверженность соблюдению резолюции ООН, обеспечению суверенитета и территориальной целостности Сирии, а также решению конфликта путем политического процесса. Тем не менее, в настоящее время Турция продолжает проводить политику двойных стандартов. Принципы, заявленные в итоговом документе саммита, не помешали президенту Эрдогану выразить поддержку осуществленным 14 апреля авиаударам коалиции, возглавляемой США, по объектам в Сирии. Позже аналогичное одобрительное сообщение, перечеркивающее принципы о невоенном урегулировании конфликта, достигнутые днями ранее на саммите в Анкаре, появились и на официальном сайте МИД Турецкой Республики. В этот же день Путин и Эрдоган провели телефонные переговоры, в ходе которых обсудили в том числе и обострившуюся обстановку в регионе, однако позиции сторон по поводу нанесенного США удара остались прежние, а если быть точнее – диаметрально противоположные. Кроме этого, Турция заявила о том, что не собирается передавать Африн под контроль официального правительства Сирии, о необходимости чего ранее говорил министр иностранных дел России Сергей Лавров.

Сирийский вопрос также обсуждался в ходе встречи глав МИД трех стран, которая состоялась 28 апреля в Москве. В ходе переговоров министр иностранных дел Турции М. Чавушоглу заявил о неприемлемости применения силы для разрешения сирийского кризиса, тем самым в очередной раз поставив под сомнения определенность внешнеполитического курса Анкары, которая двумя неделями ранее приветствовала авиаудары США. Помимо этого, стороны условились укрепить взаимодействие с ООН по созданию конституционного комитета, а также продолжать активную борьбу с террористическими угрозами. Что касается обвинений по вопросу применения химического оружия в Сирии, то стороны потребовали компетентного и своевременного расследования ОЗХО.

Сложными остаются отношения Турции с США и ЕС. Поддержка ударов США по сирийским объектам стала одним из немногих случаев, когда взгляды Турции и Соединенных Штатов сошлись. В остальном противоречия только усиливаются, и если раньше они в основном касались внешней политики, то сегодня США, совместно с ЕС, осуществляют попытки критиковать внутриполитическую систему Турции, осуждая процедуру досрочных выборов, что негативным образом сказывается на взаимодействии сторон. Нет никаких улучшений и на европейском направлении, где ЕС и Турция продолжают обмениваться взаимными претензиями. Так, например, в ежегодном докладе Еврокомиссии, который турецкие власти резко и решительно осудили, выражается точка зрения о регрессе Турции относительно процесса вступления в Евросоюз.

Внутриполитическая обстановка

На протяжении долгого времени турецкие СМИ муссировали слухи о возможном проведении досрочных выборов, некоторые эксперты даже осуществляли попытки назвать предположительную дату, которая, как правило, приходилась на август текущего года. В какой-то момент председатель Партии националистического движения (ПНД) Д. Бахчели, состоящий в союзе с правящей ПСР, фактически подтвердил догадки и даже призвал власти провести выборы 26 августа, однако 18 апреля президент Турции сделал заявление, которое стало неожиданным для всех – начиная от простых граждан, и заканчивая партиями и их кандидатами: досрочные парламентские и президентские выборы состоятся уже через несколько месяцев – 24 июня. Важно отметить, что за такой короткий срок ряд партий не успеет должным образом подготовиться к выборам и столкнется с рядом проблем относительно своего участия, на что, вероятно, и рассчитывал Р.Т. Эрдоган, принимая такие меры. Так, например, долгое время неопределенной оставалась судьба «Хорошей партии», возглавляемой М. Акшенер – одной из главных соперников нынешнего главы государства. Согласно действующему в Турции законодательству, «Хорошая партия» является слишком «молодой», а по этой причине не может принимать участия в выборах. Однако в последний день оглашения списков Высшей избирательной комиссией стало ясно, что партия Акшенер все же составит конкуренцию ПСР на грядущих выборах, причем не без помощи Народно-республиканской Партии (НРП), пожертвовавшей 15 депутатами, которые присоединились к «Хорошей партии» с целью предоставления ей необходимых 20 мест в парламенте. Критика, которой встретили новость в ПСР и ПНД, говорит лишь о том, что «Хорошую партию» действительно не ждали на выборах, и теперь победа Эрдогана и его Партии справедливости и развития не настолько очевидна, насколько была раньше.

Также 17 апреля состоялось заседание Совета национальной безопасности Турции, в результате которого было принято решение о продлении режима чрезвычайного положения еще на 90 дней. Таким образом режим ЧП в стране будет продлен уже в 7 раз. К слову, с точки зрения западных держав, именно продление режима ЧП, за что Турция неоднократно подвергалась критике, является основным препятствием для проведения честных и прозрачных выборов в июне.

Помимо этого, Турция продолжает развивать свои вооружения. Достижением прошлого месяца можно считать запуск первых баллистических ракет. Теперь Турецкая Республика намерена развивать сухопутную технику. 26 апреля Министерство обороны объявило победителя тендера на серийное производство первых в истории Турции танков собственной разработки Altay. Турецко-катарская компания ВМС, выигравшая тендер, должна будет поставить Турции 250 единиц техники в качестве первой партии. В рамках модернизации армии, данные танки должны заменить устаревшие немецкие и американские модели.

Еще одним важным событием месяца стало открытие первого в истории Турции Международного авиасалона Eurasia Airshow в Анталье, который прошел с 28 по 29 апреля. Среди участников Eurasia Airshow, где было представлено более 150 воздушных судов, помимо Франции, Великобритании, Ирана и других, также принял участие давний союзник Турции, с которым она активно развивает отношения в последнее время – Катар, а также Россия. Ранее Генеральный директор Eurasia Airshow заявлял, что данное мероприятие рассматривается не только с точки зрения развития авиации, но и двусторонних отношений с участниками, в частности, с широко представленной на выставке Россией.

Экономическая ситуация

Совместные экономические проекты стали одной из главных тем переговоров В.В. Путина и Р.Т. Эрдогана в Анкаре. Одним из главных по-прежнему является реализация АЭС «Аккую» в Мерсине. В ходе визита Владимира Путина лидеры приняли участие в закладке фундамента объекта, тем самым дав старт началу его строительства. Сегодня общий объем инвестиций в проект достигает 22 млрд. долларов. Предполагается, что первый энергоблок АЭС, которая по плану снизит зависимость Турции от угля и газа, будет запущен уже в 2023 году – к столетию Турецкой Республики. Не остался без внимания на переговорах уже ставший традиционным вопрос о поставках турецких томатов. В итоге 23 апреля «Россельхознадзор» допустил еще пять турецких предприятий до российского рынка, тем самым увеличив их количество до 20. По итогам переговоров также стало известно, что Российский фонд прямых инвестиций и турецкий суверенный фонд приняли решение открыть Российско-турецкий инвестиционный фонд, призванный развивать сотрудничество в сфере экономики, торговли и инвестиций. Известно также, что вклад в данный проект с каждой стороны составит 500 млн. долларов. Продолжает свое развитие еще один немаловажный совместный российско-турецкий проект. 30 апреля «Газпром» объявил о завершении строительства морской части первой нитки газопровода «Турецкий поток». Таким образом на настоящий момент выполнено уже 62% работ и построен 1161 километр газопровода. Министр энергетики России Александр Новак, входивший в российскую делегацию, сообщил, что сухопутный участок газопровода будет осуществлен совместной компанией.

Что касается экономики самой Турции, то ситуация остается неблагоприятной как для турецких компаний, так и для инвесторов. На фоне ухудшения экономических показателей, власти страны пытаются ослабить давление иностранных валют, в частности, доллара на национальную экономику. Так, например, Центральный Банк Турции принял решение вывести весь золотой запас, оценивающийся почти в 29 тонн, из США. Вслед за Центральным Банком золотые запасы начали вывозить и частные банки Турции, одним из который стал Halk Bankası.      Однако подобные действия, скорее, можно назвать недружелюбным политическим шагом в сторону США на фоне обострившихся двусторонних отношений, чем экономическими мерами. Лира по-прежнему нестабильна и уже давно не достигает высоких экономических показателей. Впервые за долгое время рост валюты наблюдался 13 апреля – тогда курс лиры к доллару достиг 4,08, что, тем не менее, все равно остается низким показателем для страны с развивающейся экономикой. Кроме этого, высокие показатели сохраняет инфляция. Несмотря на то, что, по данным Института статистики Турции, инфляция в стране постепенно снижается, она по-прежнему остается на достаточно высоком уровне, составляя 10% и оказывая неблагоприятное влияние на экономическую ситуацию страны.

***

Турецкая Республика в целом остается верна своему внешнеполитическому и внутриполитическому курсу, которого она придерживалась ранее. Во внешней политике Турция продолжает отстаивать свои национальные интересы, при этом по-прежнему не имея четкого плана действий, что вынуждает ее балансировать между союзниками по астанинскому процессу и США. Именно в силу своей неопределенности Турция позволяет себе сначала рассуждать о неприемлемости силового решения сирийского конфликта, а после этого поддерживать удары коалиции в регионе, лишний раз демонстрируя свою неспособность придерживаться односторонней позиции и желание угодить всем.

Объявление о проведении досрочных выборов во внутренней политике в очередной раз подтвердили намерения Эрдогана укрепить вертикаль власти и необходимость скорейшего перехода к президентской форме правления. Президент Турции понимает, что до 2019 года – официальной даты проведения президентских и парламентских выборов – он может не сохранить свои позиции и всерьез боится укрепления оппозиции. Тем не менее, учитывая политику Р.Т. Эрдогана, в том числе ухудшение отношений с рядом стран на международной арене и нестабильную обстановку внутри страны, гарантий, что проведение досрочных выборов существенно спасет положение турецкого лидера нет. Более того, в случае победы, граждане Турции будут ждать от Эрдогана решительных действий по исправлению ошибок и налаживанию как внешне-, так и внутриполитической ситуации, однако, насколько сам действующий лидер, вдохновленный необоснованными амбициями, понимает степень ответственности и серьезность происходящего, остается только догадываться.

В. Аватков, А. Сбитнева

Турция: март 2018 г. (дайджест)

В марте произошло достаточно много важных событий, так или иначе отразившихся на внутренне- и внешнеполитической жизни Турции. Во внешнеполитическом дискурсе Турецкая Республика продолжает развивать двусторонние контакты с Россией, которые выражаются в осуществлении официальных визитов и проведении телефонных переговоров. Кроме этого, наблюдается активность государства в Сирии, где Турция добилась значительных успехов в рамках операции «Оливковая ветвь». При этом практически неизменной остается политика Турции в отношении Западных стран и США, где все еще немаловажное место занимают разногласия по ряду политических вопросов.

Внутренняя политика Турции по-прежнему характеризуется укреплением вертикали власти, политической борьбой партий за своих избирателей, и усилением консервативной риторики. Одним из важнейших событий за последний месяц также стало первое испытание баллистических ракет турецкого производства.

Отношения с Россией

За последний месяц во внешней политике с точки зрения российско-турецких отношений, центральным событием, безусловно, стал официальный трехдневный визит в Россию министра иностранных дел Турецкой Республики Мевлюта Чавушоглу. Главной целью визита, который продлился с 12 по 14 марта, было участие министра в шестом заседании Российско-Турецкой Совместной группы стратегического планирования, который действует в рамках Совета сотрудничества высшего уровня, проведение переговоров с российским коллегой С.В. Лавровым, а также участие в Московской международной туристической выставке (MITT).

Помимо этого, 13 марта М. Чавушоглу посетил МГИМО, где выступил с речью о внешней политике Турции, затронув также и вопрос российско-турецких отношений. Глава турецкого внешнеполитического ведомства подчеркнул важность российско-турецкого сотрудничества в сфере политики, культуры и совместных экономических проектов – трубопровода «Турецкий поток» и АЭС «Аккую», закладка фундамента которой состоится в начале следующего месяца. По словам Чавушоглу, в данном мероприятии также примут участие главы России и Турции. В ходе своей речи министр особенно отметил сотрудничество двух стран в борьбе с терроризмом, совместные успехи в Сирии, а также важность системы создания глобальной безопасности в будущем, в которую, по мнению министра, должны быть вовлечены не только Россия и Турция, но и другие акторы международных отношений.

Похожие вопросы обсуждались и 14 марта в ходе вышеупомянутого шестого заседания Российско-Турецкой Совместной группы стратегического планирования, однако, по заявлению министров, сделанному в ходе совместной пресс-конференции по итогам мероприятия, основной целью переговоров все-таки была подготовка к предстоящей встрече лидеров России и Турции – В.В. Путина и Р.Т. Эрдогана в рамках заседания Совета сотрудничества высшего уровня, намеченного на начало апреля, а также трехсторонней встречи лидеров России, Турции и Ирана, которая также пройдет в турецкой Республике 4 апреля. Примечательно, что визит В. Путина в Турцию станет для главы Российской Федерации первой зарубежной командировкой с момента его переизбрания и вступления в должность, что, безусловно, подчеркивает важность российско-турецкого сотрудничества и стремление России дальше развивать двусторонние контакты с Турецкой Республикой. Во время переговоров министры достигли договоренностей в экономической области, в первую очередь, относительно продолжения снятия ряда экономических ограничений и облегчения визового режима, а также в сфере военно-технического сотрудничества. Министры подтвердили выполнение контракта на поставку Турции ЗРК С-400, подчеркнув, что отношения в этой области развиваются «в соответствии с достигнутыми президентами договоренностями». Акцент также был сделан на том, что следующий 2019 год станет для двух государств Годом культуры России в Турции и Турции в России, что означает взаимодействие государств не только в экономической и политической сферах, но и реализацию культурно-гуманитарного сотрудничества. Не без внимания осталась и ситуация в Сирии. Помимо важности продолжения работы в рамках астанинского саммита и всеобъемлющего взаимодействия, С. В. Лавров, отвечая на вопрос журналиста, также отметил, что Турция обсуждает с Россией в том числе и те вопросы, которые имеют место быть на переговорах с американской стороной.

16 марта начала свою работу экспертная встреча по Сирии в Астане, в которой приняли участие министры иностранных дел России, Турции и Ирана. В ходе переговоров особое внимание было уделено вопросу обмена пленными М. Чавушоглу, который ранее, находясь в Москве, заявлял о том, что единственной целью проводимых Турцией на территории Сирии военных операций является борьба с терроризмом, на этот раз призвал стороны к поиску политического разрешения кризиса, особенно отметив важность переговоров в Астане.

Несмотря на то, что Россия и Турция достаточно активно взаимодействовали за последний месяц, на вышеупомянутых встречах двусторонние контакты не закончились – 30 марта стало известно о проведении телефонных переговоров министров иностранных дел России и Турции, в ходе которых главы МИД двух стран обсудили предстоящие встречи глав государств, запланированные на начало следующего месяца. Исходя из позитивного развития двухстороннего взаимодействия, такие достаточно частые контакты говорят, во-первых, о намерении сторон укреплять двустороннее сотрудничество, во-вторых о придании чрезвычайной важности предстоящей встрече, которая требует столь детального обсуждения.

В то же время, несмотря на положительную риторику турецких властей в отношении России, некоторые противоречия все же сохраняются. Только этим можно объяснить заявление Министерства иностранных дел Турции по поводу четвертой годовщины воссоединения Крыма с Россией. Даже после успешно проведенных встреч и ясности перспектив на дальнейшее сотрудничество, в Турции по-прежнему не могут простить России присоединение полуострова, населенного крымскими татарами, которое, согласно заявлению, противоречит нормам международного права.

Отношения с Западом

Отношения Турции с западным миром характеризуются как сложные: конструктивный диалог по-прежнему отсутствует, а какие-либо контакты и встречи, призванные наладить отношения, носят, скорее, формальный характер. Так, например, диаметрально противоположные взгляды по Сирии не позволяют Турции и США наладить двусторонний диалог. И вместо того, чтобы искать компромиссы, лидер Турции продолжает обвинять США в невыполнении обязательств, с каждым разом ужесточая риторику.

Так, например, в ходе своего выступления перед членами Партии справедливости и развития 20 марта, Р.Т Эрдоган раскритиковал политику США на Ближнем Востоке, уличив Белый дом в обмане и содействии терроризму. Слова по этому поводу не стал подбирать и министр иностранных дел Турции М. Чавушоглу, который, выступая в МГИМО, заявил, что турецко-американские отношения находятся на гране разрыва из-за поставок вооружений сирийским военизированным формированиям. В то же время, помимо внешнеполитических противоречий, неясной остается ситуация по вопросу военно-технического сотрудничества двух стран. 20 марта руководитель комитета по международным делам парламента Турции Волкан Бозкыр заявил о том, что США могу приостановить поставки Турции американских истребителей F-35 из-за заключенного ранее соглашения с Россией о поставках комплексов С-400. Позднее министр национальной обороны государства заявил, что контракт с Россией не окажет никакого влияния на военно-техническое сотрудничество Турции и США, в том числе – на поставку истребителей. Противоречивые высказывания властей в данном случае могут говорить либо о переменчивой позиции США по этому вопросу, что, как правило, Соединенным Штатам не свойственно, либо о том, что у официальных властей Турции также имеются противоречия по этому вопросу. В любом случае, заявления официального представителя МИД Турции о том, что переговоры о закупке систем ПВО Patriot с США и европейским Eurosam продолжаются, дают Турции шанс на то, что США не прервет переговоры в условиях существующей критики российско-турецкого сотрудничества по поводу С-400. Кроме этого, 30 марта стало известно о проведении сторонами пятой секции турецко-американского торгового диалога по оборонной промышленности, в которой приняли участие сотрудники Министерства экономики Турции, Госдепартамента, а также Министерства обороны двух стран.

Интересным и принципиально важным для турецко-американского сотрудничества представляется и то, что в период между визитом в Москву и Астану министр иностранных дел Турции 15 марта успел посетить Азербайджан, где состоялась четырехстороння встреча глав МИД Азербайджана, Турции, Ирана и Грузии. Также стало известно, что М. Чавушоглу примет участие в конференции министров иностранных дел стран Движения неприсоединения, которая пройдет в Баку с 5 по 6 апреля. Участие турецкого министра в такого рода мероприятии как минимум странно, поскольку Турция сама является членом НАТО, а ее участие в такого рода мероприятии может рассматриваться как определенный сигнал в сторону Соединенных Штатов.

Что касается двусторонних встреч и других контактов, за последний месяц лидеры США и Турции провели несколько телефонных переговоров – 22 и 30 марта – в ходе которых обсуждалось турецко-американское взаимодействие. Важным с точки зрения нормализации отношений должен был стать визит главы турецкого МИД М. Чавушоглу в США, запланированный на 19 марта, в ходе которого были предусмотрены переговоры министров иностранных дел двух стран и консультации по поводу Сирии, однако после сообщения об отставке Госсекрета Р. Тиллерсона, внешнеполитическое ведомство Турции поспешило заявить о переносе визита. Примечательно, что дата визита не уточняется.

Нельзя назвать позитивными и отношения Турции с Европейским Союзом. Главным событием на этом направлении для Турции стал проведенный 27 марта саммит «ЕС-Турция», однако, не успел саммит начаться, как 23 марта председатель Еврокомиссии поспешил дать характеристику предстоящей встрече и, надо отметить, прогнозы эти были не слишком утешительными для Турции. Жан-Клод Юнкер наряду со стремлением Европы взаимодействовать с Турцией, также заявил о нарастающих противоречиях между Турцией и ЕС, и оказался прав. В ходе вышеупомянутого саммита, который состоялся в Варне, стороны в очередной раз охарактеризовали существующие противоречия, однако конкретных и эффективных шагов по их преодолению ни одной из сторон предложено не было. Так, представители ЕС продолжали упрекать Турцию за ее политику в Сирии, на Кипре и в Эгейском море, Турция же в лице Р.Т. Эрдогана, который назвал вступление в ЕС стратегической целью государства – продолжала заявлять о выполнении ей всех пунктов, необходимых для вступления в Союз, а также том, что ЕС не выполняет обещания по поводу отправки 3 млрд. долларов, обещанных в рамках соглашения по сокращению миграционного потока. Также турецкого лидера волновал вопрос о пересмотре Таможенного союза и упрощенном визовом режиме, однако никакой конкретики на этот счет Эрдоган также не получил. И если по завершении саммита его итоги в целом были не очень понятны, то на следующий день ясности внес премьер министр Турции Б. Йилдырым, заявив, что Турецкая Республика не увидела к ней справедливого отношения со стороны Европы.

Таким образом, Европейский Союз по-прежнему опасается активности Турции в мире и в особенности на Ближнем Востоке, продолжая, по словам канцлера Австрии С. Куртца, видеть в Турции «стратегического партнера», но не члена ЕС. Однако Турцию такая позиция не устраивает, и она успешно выстраивает отношения с Россией на фоне неудач на Западе. Показательным с этой точки зрения стало решение Турции не поддерживать европейские страны в принятии мер против России из-за дела Скрипаля, что в контексте усиливающихся противоречий между Турцией и Европой также приобретает особую значимость.

Ближний Восток

Главным событием для Турции на Ближнем Востоке стало взятие Африна в рамках операции «Оливковая ветвь», о котором было объявлено президентом Турции 18 марта. Турецкая армия в каком-то плане действительно может считать это успехом, ведь для того, чтобы занять приграничный Джараблус в рамках предшествующей данной операции «Щит Евфрата», Турции потребовалось приблизительно полгода, в то время как о завершении «Оливковой ветви» было объявлено спустя всего несколько месяцев, после ее начала, однако при этом принципиально важно учитывать, что «Оливковая ветвь» проводилась при поддержке сирийской оппозиции.

Президент Турции Р.Т. Эрдоган в привычной ему манере поспешил провести параллель между ранними достижениями Турции в Джараблусе, Эль-бабе и Азазе, отметив тем самым еще одну, «очередную», победу турецкой армии на территории Африна. Согласно официальной информации Генштаба, в ходе операции было уничтожено 3603 террориста, число погибших турецких солдат составляет 46 человек, раненых – 225, однако по неофициальной информации количество пострадавших гораздо больше. Интересно также и то, что на этом свое пребывание на территории Сирии Турция завершать не собирается, наоборот – в планы государства, по словам президента Эрдогана, входит укрепление позиций, на этот раз в Манбидже и Идлибе. Однако здесь у Турции могут возникнуть проблемы, которые, тем не менее, не сильно пугают турецкое руководство. Турцию нисколько не смущает тот факт, что в Манбидже расположены подразделения США, ведь, Турция уже придумала и даже озвучила план действий каждой из сторон в соответствии с турецким сценарием развития событий. По словам, М. Чавушоглу, именно США и Турция будут контролировать выход Сил народной самообороны (СНС) из города. Помимо этого, в конце месяца Турция приступила к подготовке операции на северо-востоке Сирии и севере Ирака, направленной на зачистку территории от курдских формирований, о чем также было заявлено в ходе заседания Совета национальной безопасности, которое состоялось 28 марта и продлилось целых 4 часа 20 минут.

Активность Турции на Ближнем Востоке вызывает противодействие не только официальных властей государств, на территориях которых данные операции проводятся, но и третьих лиц, а противостояние Турции с курдами, которым оказывают поддержку страны Запада, постепенно экстраполируется на двусторонние отношения Турецкой Республики с другим сторонам конфликта, в первую очередь – США и странам Европы. При этом позиции Эрдогана не меняются – он продолжает критиковать всех, кто так или иначе посягает на те сирийские территории, которые затрагивают интересы Турции. Так, например, 30 марта президент Турции, раскритиковал политику Франции, которая, по сообщениям некоторых СМИ, поддержала курдов и заявила о намерении ввести свои войска в Манбидж, и если обвинения Турции по поводу «неправильной» позиции относительно сирийского вопроса в адрес европейских стран звучат не так часто, то аналогичные обвинения в сторону Соединенных Штатов официальные лица Турции делают на регулярной основе.

Внутриполитическая обстановка

За последний месяц во внутренней политике Турции произошло два значимых события – одно из них касается предстоящих выборов, другое – военного потенциала Турецкой Республики.

13 марта после обсуждений и слушаний парламент Турции все-таки одобрил законопроект об изменениях в выборное законодательство. Теперь партии имеют право объединяться в союзы, выступая на выборах в форме коалиций, при этом 10-ти процентный порог для прохождения в парламент изменен не был. Кроме этого, нововведения предусматривают возможность объединения избирательных округов. Учитывая противоречивые поправки в законодательство, которые, к тому же, были предложены правящей ПСР, новость о принятии парламентом законопроекта была встречена общественностью без особого энтузиазма, более того – была подвергнута острой критике, в особенности – со стороны оппозиции. Однако критика, пусть даже в крупном масштабе, Р.Т. Эрдогана в его стремлении укрепиться у власти вряд ли остановит. «Народный альянс» – именно так теперь называется коалиция правящей Партии справедливости и развития (ПСР) и Партии националистического движения (ПНД) – призван победить на запланированных на 2019 год выборах, а также изменить политический курс Турции – уверенно заявил Р.Т. Эрдоган в ходе съезда ПСР в провинции Гиресун 25 марта. Помимо этого, на фоне слухов о проведении досрочных выборов, президент также подчеркнул, что об этом не может быть и речи, что, скорее всего, стоит воспринимать всерьез лишь по одной причине – в настоящее время ПСР не готова идти на выборы в связи с рядом нерешенных проблем как во внутренней, так и во внешней политике, а, следовательно, в связи с недостаточной подготовленностью электората – правящей партии важно получить большинство, поскольку от этих выборов зависит слишком многое – речь идет о политическом будущем как самого Эрдогана, так и его партии.

Кроме темы выборов в Турции широко обсуждались военно-технические успехи государства. Разработки Турции в этой области не стоят на месте и начинают приносить первые плоды. 25 марта Турецкая Республика впервые испытала баллистические ракеты собственного производства и, к слову, успешно. Два вида ракет – GÖKDOĞAN (малого радиуса действия) и BOZDOĞAN (среднего радиуса действия) – разработка которых по плану будет завершена в 2020 году, впервые были представлены общественности в рамках XIII Международной выставки продукции оборонной промышленности в Стамбуле в 2017 году. Следующие испытания также запланированы на 2018 год, однако теперь запуск планируется провести по движущимся целям с наземной установки, а также с самолета.

В настоящее время, на фоне укрепления неоосманизма во внешней и национализма во внутренней политике особую важность приобретают практически любые события, связанные с какой-либо победой Турецкой Республики (причем не важно – в прошлом или в настоящий период времени), поэтому отдельное внимание в Турции было уделено празднованиям по случаю 103-летия со дня победы в битве при Чанаккале (также известная как Драданелльская операция), состоявшимся 18 марта. Битва при Чанаккале стала одной из самых успешных в истории республиканской Турции. В связи с этим в провинции Чанаккале состоялось памятное мероприятие, посвященное жертвам сражения, в котором приняли участие президент Турецкой Республики и премьер-министр государства.

Экономическая ситуация

Экономическую ситуацию в стране в целом нельзя назвать стабильной, поскольку экономические показатели не демонстрируют высоких результатов. Тем не менее, в сфере международной торговли для Турции произошли некоторые изменения, в первую очередь затрагивающие российско-турецкое сотрудничество.

29 марта Россельхознадзор разрешил поставки томатов в Россию еще двум предприятиям, таким образом увеличив их количество до 14. В настоящее время доступ на российский рынок имеют следующие фирмы: Ozaltin, Agrobay, Sural, Dilek Gida Dagitim, Ergun Halcilik Ambalaj Nakliyat, OZ GUR-OK, Smyrna Seracilik, Tayftar Tarim, Kaltun Organiktar, Burak Karabucak, Seratac Seracilik, Taurus Tarim San. Кроме этого, в ходе заседания Российско-Турецкой Совместной группы стратегического планирования отмечалось, что за последний год товарооборот между двумя странами увеличился более, чем на 37%, достигнув 21, 6 млрд. долларов. Также реализуется один из крупнейших российско-турецких проектов – «Турецкий поток». Согласно сообщениям Газпрома, по состоянию на 6 марта, уложено более 930 км, что уже составляет 50% морского участка.

Вместе с этим, внутриэкономическая ситуация Турции оставляет желать лучшего. Наблюдается высокий уровень инфляции – за последний месяц турецкая лира упала приблизительно до 4,0375 по отношению к доллару, при этом также достигнув рекордного минимума относительно евро – 4,9778. Причина таких низких показателей кроется в зависимости Турции от притока иностранного капитала. В связи с этим правительству государства приходится предпринимать меры по защите иностранной валюты. Так, например, в ходе седьмого экономического саммита «Улудаг», который состоялся 23 марта в провинции Бурса, вице-премьер Турции Мехмет Шимшек отметил, что правительство намерено ограничить задолженность в иностранной валюте для крупных предприятий (ранее аналогичная мера была предпринята для малых и средних).

Среди позитивных событий стоит отметить увеличение Турцией экспорта в области оборонной промышленности. 12-14 марта в Катаре прошла международная военно-морская выставка и конференция, в ходе которой Турция и Катар подписали контракт на поставку Дохе турецких беспилотников Bayraktar TB2, ранее протестированных Турцией в борьбе против терроризма в Сирии. И хотя сведений о контракте обнародовано не так много, сомнений в том, что такое соглашение имеет место быть практически нет. Во-первых, потому что Турция и Катар на протяжении долгих лет являются стратегическими союзниками и партнерами, во-вторых, по причине того, что по состоянию на начало марта, согласно обнародованным данным Секретариата оборонной промышленности Турции, за последние несколько месяцев экспорт оборонной промышленности вырос на 16,6 % и составил 258,9 млн. долларов.

***

Таким образом, на внешнеполитической арене Турция по-прежнему пытается укрепиться в качестве независимого игрока, критикуя практически каждое действие западных коллег, при этом не получая почти никаких преференций. Наладить отношения с США и Европейским Союзом Турции, вероятно, поможет только отход от политики самоуверенности и амбициозности, что, однако, несвойственно турецкому руководству. Смелые, а иногда достаточно жесткие заявления, которые позволяет себе Р.Т. Эрдоган в адрес своего некогда ближайшего союзника – США – показывают не столько наличие у Турции реальной власти и авторитета, сколько, скорее, отсутствие четко выработанного плана действий. По этой причине в последнее время безрезультатно заканчиваются турецко-европейские саммиты, а с США по-прежнему отсутствуют какие-либо договоренности по Сирии. Таким образом, на современном этапе, единственным направлением, где Турция может отличиться стабильностью являются отношения с Россией, однако и в них сохраняются определенные разногласия.

Похожим образом складывается ситуация во внутренней политике. Правящая Партия справедливости и развития во главе с Эрдоганом пытается обеспечить себе успех, уже сейчас редактируя предвыборное законодательство с целью извлечения определенных выгод, а также организовывая широкомасштабные митинги в поддержку военных операций, что, вероятно, будет продолжаться и дальше. Однако сегодня за проводимыми в соседней Сирии военными кампаниями, красноречивыми речами президента о величии и единстве Турции и показательным укреплением оборонного потенциала по-прежнему скрываются одни из самых низких экономических показателей Турции за последние годы и значительное количество пострадавших в ходе проводимых военных действий, что ставит под сомнение успех и правильность осуществляемой руководством Турции политики.

В. Аватков, А. Сбитнева

Размышления после провинциального съезда Хорошей партии

11 марта в Бурсе состоялся первый съезд местного отделения Хорошей партии (тур. İYİ parti). Ранее проводившая в основном только встречи с избирателями партия в последние недели стала значительно больше внимания уделять организационным вопросам, только 11 марта съезды прошли в трёх городах — Зонгулдаке, Бурсе и Кайсери. Такую спешку следует связывать в первую очередь с циркулирующими в Турции слухами о возможном переносе президентских выборов с 2019 года на более ранний срок.

Лидер партии, Мераль Акшенер, в тот день отправилась съезд в Кайсери, жителям Бурсы же достался короткий, снятый в машине на айфон ролик с приветствием Мераль-аблы. Абла — турецкое слово, означающее «старшая сестра», а также используемое для обращение к женщине старше возрастом. Так её предпочитают называть все сторонники, слово это встречается и в официальной агитации. В Турции существует давняя традиция наименования крупных политических деятелей отвлеченными именами и Мераль «Абла» Акшенер встраивается в один ряд с Исметом Инёню, преемником Ататюрка, которого часто называли Национальным шефом (тур. Milli şef), Алпарсланом Тюркешем, крупнейшим турецким деятелем правого толка, его называли Лидером (тур. başbuğ) и, конечно же, Реджепом Тайипом Эрдоганом, которого сторонники часто именуют Главой (тур. Reis).

Вряд ли стоит останавливаться на всём содержании съезда в Бурсе, слишком много было исключительно организационных моментов, вопросов локального характера и не слишком информативных политических речей. Но всё же в ходе съезда можно было заметить любопытные детали, которые позволяют понять, какое же место хочет занимать формально правоцентристская Хорошая партия в турецкой внутренней политике.

В более ранней статье нашего центра  уже указывалось, что помимо значительной части аудитории Партии националистического движения, ныне вступившей в союз с правящей Партией справедливости и развития, Мераль Акшенер постарается также оттянуть часть электората у главной турецкой оппозиционной Народно-республиканской партии. Для этого Хорошая партия всячески старается указать на свою преданность идеалам кемализма. С двух гигантских растяжек в зал смотрят портреты Мераль Акшенер и Мустафы Кемаля Ататюрка, попеременно играют две песни — партийный гимн и Измирский марш (тур. İzmir marşı), главная турецкая республиканская песня, восхваляющая создателя республики Ататюрка. Однако не очень понятно, чем идеологически Хорошая партия отличается от Народно-республиканской кроме известной свежести лиц. Опять же прямых уколов в адрес главной оппозиционной партии пока не поступало, но были заявления, что в политический союз с Народно-республиканской Хорошая партия не войдет.

Главным гостем съезда в Бурсе был пресс-секретарь партии Айтун Чирай. В своем выступлении он последовательно критиковал всё то, что Партия справедливости и развития считает своими достижениями. Возросла роль страны на международной арене? — Турции следует сосредоточиться на своих национальных проблемах. Крупные инфраструктурные проекты? — Деньги налогоплательщиков потрачены не на то. Также Хорошая партия последовательно критикует Афринскую операцию в Сирии как операцию, которая проходит в угоду не национальных интересам, а личным амбициям руководства Партии справедливости и развития. Из крупных политических сил в Турции против неё выступает только прокурдская Демократическая партия народов. Возможно позицию Хорошей партии по Африну также стоит рассматривать как попытку привлечь курдских избирателей к Акшенер, вышедшей из националистических кругов, всегда известных своим жестким отношениям к курдам.

Перспективы Хорошей партии как партии на парламентских, так и Мераль Акшенер на президентских выборах пока туманны. Из-за своей довольно спорной риторики она вряд ли сможет оттянуть заметную часть электората у правящей Партии справедливости и развития, хотя и среди её сторонников есть люди, уставшие от авторитаризма Эрдогана. Для оппозиционных же партий появление Хорошей партии может оказаться фатальным из-за размывания голосов на выборах. Возможно именно поэтому под свой съезд партия Акшенер получила крупнейший и современнейший конференц-зал в четвертом по величине городе Турции.

Андрей Рыженков

Турция: февраль 2018 г. (дайджест)

В феврале во главе внешнеполитической повестки стоял, что ожидаемо, вопрос проводимой Турцией операции «Оливковая ветвь». Кроме того, сохранялась тенденция к сближению с Европейским союзом.

Основу внутриполитического дискурса формировали вопросы защиты детей – так, 2018 год был объявлен «Годом борьбы с эксплуатацией детского труда» –, а также расширения возможностей для получения государственных услуг гражданами страны.

В области экономики власти Турции осуществляют поиск возможностей для использования альтернативных источников энергии. Всё большую актуальность приобретает вопрос энергетической безопасности страны. Растёт роль электронной торговли в структуре экономики Турецкой Республики.

Внутриполитическая обстановка

Особое внимание обращает на себя тот факт, что в феврале 2018 года наблюдалось значительное усиление роли темы детей во внутриполитическом дискурсе турецкого руководства. Прежде всего, необходимо упомянуть встречу министра внутренних дел Турции Сулеймана Сойлу с группой детей, которые, согласно информации СМИ, самостоятельно установили в районе Бейтюшшебап провинции Ширнак флагшток, водрузив на него найденный ими турецкий флаг. В заметках проправительственных изданий подчёркивалось, что в ходе встречи дети держали в руках миниатюрные флаги Турции. Очевидно, сюжет был подан не только с целью демонстрации позитивного взаимодействия властей с представителями младших поколений, но и поднятия патриотического духа населения страны.

Не обошлось и без темы безопасности. В начале месяца между Министерством внутренних дел и Министерством национального образования Турции был подписан протокол о сотрудничестве, касающийся усиления во втором учебном полугодии наблюдения за школами по всей стране в целях защиты детей и молодёжи. Для этого будет задействовано 6 тысяч специальных отрядов и более 16 тысяч служащих.

13 февраля в городе Батман (административный центр ила Батман) Министерством внутренних дел и Обществом белого полумесяца (занимается в Турции вопросами поддержки людей с ограниченными возможностями) был открыт специально оборудованный учебный класс для детей, страдающих аутизмом. Примечательно, что сам город расположен в районе, преимущественно населённом курдами.

Кульминацией вышеупомянутых инициатив стало объявление 2018 года «Годом борьбы с эксплуатацией детского труда». В ходе церемонии, организованной в сотрудничестве с Международной организацией труда (МОТ), министр труда и социального обеспечения Турции Юлидэ Сарыэроглу заявила, что программы, запланированные в рамках этого Года, охватывают не только Турцию, но и другие страны, где актуален вопрос детского труда. Она также подчеркнула, что Турция входит в шестерку стран, первыми подписавших Международную программу по искоренению детского труда, предложенную МОТ.

На фоне постепенно возобновляемого сближения с Евросоюзом в Турции набирает обороты тенденция к информатизации общественной жизни. Ранее, в январе 2018 года, в стране начался массовый переход на новые идентификационные карты, которые заменят собой целый ряд документов, в том числе: паспорт и водительские права – а впоследствии и другие. В начале же февраля Главное управление по вопросам населения и гражданства Министерства внутренних дел Турции объявило о расширении функций введенного в эксплуатацию в 2017 году портала «e-Devlet». Прежде веб-сайтом предоставлялись документы, касающиеся прописки и места проживания обратившегося с запросом гражданина и его несовершеннолетних детей. Теперь турецкие граждане посредством портала могут получить отчёт об их родословной. По сообщениям властей, в первую неделю за предоставлением генеалогического отчёта обратились более 14,5 миллионов человек, что составляет 1/5 от общего населения страны. Система «e-Devlet» была разработана в целях упрощения бюрократических процедур, а также разгрузки центров по работе с населением. Документы, предоставленные сайтом, имеют ту же юридическую силу, что и выданные специализированными учреждениями.

Помимо прочего, в рамках расширения возможностей для получения гражданами муниципальных и государственных услуг в тестовом порядке в городе Тунджели было открыто бюро в рамках проекта «Открытые двери – двери нации». В январе (2018 г.) подобный центр предоставления услуг появился в Эрзинджане. Сообщалось, что действующие в рамках проекта центры будут выполнять роль своего рода посредников между гражданами страны и государственными учреждениями, занимаясь сбором жалоб, предложений и вопросов первых и решая их со вторыми. Воспользоваться услугами центра можно будет также с помощью интернет-портала, а информацию о решении той или иной проблемы получить посредством СМС-сообщения.

Внешняя политика

На внутриполитическом треке превалировали, главным образом, две темы, а именно: проводимая Турцией операция «Оливковая ветвь» и сотрудничество с Евросоюзом.

К середине февраля турецким военным удалось достигнуть некоторых успехов в районах Сирии, контролируемых курдами. Во-первых, как сообщали в Генштабе ВС Турции, в ходе военной операции турецкими солдатами были ликвидированы 1595 члена партии «Демократический союз» (PYD), Отрядов народной самообороны (YPG) и ИГ (запрещённая в России террористическая организация). Во-вторых, под турецкий контроль перешли пять сёл, расположенных в пригороде Африна, а именно Дураклы, Карри, Верхний Диван, Шарбанлы и Шедья.

При этом, вплоть до 15 февраля, с повестки американо-турецких отношений не уходил курдский вопрос. Анкара неоднократно высказывалась по вопросу присутствия американских военных в Сирии, расценивая это как угрозу для неё самой, а также для России и Ирана. Кроме того, турецкий истеблишмент, критикуя политику Вашингтона, продолжал настаивать на прекращении поддержки сирийских курдов со стороны Соединённых Штатов. Тем не менее, к середине месяца по итогам встречи Мевлюта Чавушоглу и Рекса Тиллерсона странам удалось достичь договорённостей по созданию механизма для нормализации двусторонних отношений.

На фоне неоднозначных оценок турецких действий в Сирии, министр внутренних дел Турции Сулейман Сойлу выступил с заявлением, в котором отметил следующее: «Мы не ответственны только за 780 тысяч квадратных километров земли, но в то же время мы все вместе ответственны за поддержание мира и братства на наших территориях. Их мы и пытаемся установить в Африне». Сойлу также подчеркнул, что, «несмотря на операцию «Оливковая ветвь», экспорт и экономика Турции, а также количество бронирований со стороны туристов растёт». По его мнению, «если бы Турция была слабой страной – все бы пытались повлиять на неё правовыми методами».

Что касается европейского направления, то здесь необходимо отметить участившиеся попытки Турции сблизиться с Европейским союзом, вплоть до возобновления переговоров о членстве. Например, в первых числах месяца Турция направила соответствующим структурам ЕС рабочий план по выполнению 72 условий, необходимых для введения безвизового режима. При этом, по мнению представителей в нём не хватает ещё 7 условий, выполнение которых Турция, однако, видит затруднительным. Так, например, Анкара опасается, что одно из требований, подразумевающее внесение изменений в антитеррористическое законодательство, может затруднить борьбу с PYD, YPG и ИГ (запрещённая в России террористическая организация). Тем не менее, в турецком руководстве заявили, что готовы работать по всем возникающим вопросам для достижения безвизового режима.

В феврале состоялись переговоры между премьер-министром Турции Бинали Йылдырымом и канцлером Германии Ангелой Меркель. Важно заметить, что по итогам встречи турецкий политик подчеркнул, что проблемы в отношениях двух стран в целом урегулированы. Он заявил, что страны буду принимать дальнейшие шаги по разрешению возникающих проблем и укреплению двусторонних отношений. Йылдырым также выразил надежду на то, что Берлин откажется от практики вмешательства во внутренние дела Турции и, имея в виду FETÖ (террористическая организация Фетхуллаха Гюлена), не будет поддерживать террористические структуры.

Некоторое потепление в отношениях с европейскими государствами всё же было омрачено небольшим инцидентом. Нидерланды официально отозвали из Анкары своего посла, въезд которого турецкие власти не допускали с весны 2017 года. Решение продемонстрировало, что на данном этапе стороны пока не способны найти конструктивное решение кризису, возникшему после того, как в марте 2017 года Нидерланды запретили выступления турецких политиков в преддверии конституционного референдума в Турции.

Экономическая ситуация

В энергетической повестке набирает актуальность вопрос использования альтернативных источников энергии. 6 февраля турецкий холдинг SANKO объявил о строительстве тепловой энергетической установки при цементном заводе в Бартыне, который перешёл во владение компании в 2005 году. Согласно проекту, установка будет использовать энергию тепла, полученную от переработки отходов производства, и позволит заводу самостоятельно обеспечивать около 25% потребляемого им за год электричества. На данный момент предприятие потребляет 110 млн. кВт⋅ч электроэнергии в год. Произведённая же самостоятельно энергия, как планируется, будет равняться энергии, потребляемой 20 тысячами жилых домов в год. Представители компании подчеркивали, что инициатива положительно скажется также и на экологической обстановке в регионе.

15 февраля на ГЭС на дамбе Ылысу была установлена 5-ая гидротурбина из 6-ти предусмотренных, что ознаменовало постепенное завершение строительства проекта. Плотина Ылысу, расположенная на границе провинций Ширнак и Мардин, является крупнейшей на реке Тигр. По уверению главы регионального отделения Управления водными ресурсами Турции Али Наджи Кёсалы шестая – и последняя – турбина данной ГЭС будет монтирована в течение ближайших двух месяцев. Дамба и ГЭС Ылысу, которые являются частью более масштабного так называемого Юго-Восточного Анатолийского проекта, станут основным элементом долгосрочных планов регионального развития. Юго-Восточный Анатолийский проект разрабатывается с середины 1950-х годов и включает в себя 22 дамбы и 19 ГЭС на реках Тигр и Евфрат и их притоках.

Ещё один энергетический проект, который, ко всему прочему, охватывает инициативы по созданию рабочих мест для осуждённых и переводу тюрем на самостоятельное обеспечение электричеством, реализуется в Измире. При тюрьме Фоча, расположенной в провинции Измир, началось строительство биогазовой электростанции, которая будет работать на отходах животноводческого комплекса. Заключенным будет предоставлена возможность получить специальное образование по более чем 180 направлениям, необходимым для функционирования электростанции, после чего они смогут устроиться на работу на данном предприятии. Таким образом предполагается частично решить проблему безработицы среди граждан с судимостью и покрыть 60% потребляемой тюрьмой энергии её же средствами.

Как видно, в Турции всё более обращают внимание на альтернативы традиционным источникам энергии. Связано это не только со стремлением диверсифицировать направления импорта энергоресурсов, но и обезопасить экономику страны от влияния внешнеэкономической конъюнктуры.

Так, по данным Института статистики Турции, стоимость импортируемого Турцией энергетического сырья выросла на 37%. Сообщалось, что, по состоянию на конец 2017 года, общая стоимость всех импортированных в Турцию товаров увеличилась на 17,7%, составив 233,79 миллиарда долларов. Тогда как стоимость импортируемых энергоресурсов, по сравнению с 2016 годом, возросла с 27,16 до 37,19 миллиардов долларов. Директор Института энергетических рынков и политики Турции (EPPEN) Волкан Оздемир подчеркнул, что подорожание связано не с увеличением объёма поставок, а с ростом цен на нефть, стоимость которой на протяжении 2017 года колебалась на отметках 55-60 долларов за баррель, а в последнем квартале года приблизилась к 70 долларам.

Не менее важное место в экономическом дискурсе заняла электронная торговля. По заявлению председателя совета директоров Ассоциации операторов электронной торговли Турции Эмре Экмекчи, за 2017 год рынок интернет торговли в стране вырос на 35% и стремительно продолжает увеличиваться. При этом он отметил, что доля розничной интернет торговли в экономике Турции составляет около 3,5%, тогда как средний уровень по миру равняется 10-12%. На данный момент в рамках Программы-2023 перед Турцией стоит цель достигнуть объёма электронной торговли в размере 350 миллиардов лир. По мнению Экмекчи, ключевым элементом для развития данного сектора экономики является инвестирование в инфраструктурные проекты. Важно заметить, что в феврале Министерство таможни и торговли, Министерство экономики и Ассамблея экспортёров Турции начали разработку «системы знаков доверия». Посредством неё потребитель сможет понять в каких интернет-магазинах безопасно совершать покупки, а в каких – нет, кроме того он также получит информацию о качестве обслуживания той или иной торговой площадки.

***

С начала 2018 года руководство Турции проводит некоторые корректировки как во внутре-, так и во внешнеполитическом курсе страны. Тенденция продолжила набирать обороты и в феврале. Можно наблюдать сближение между Турецкой Республикой и Европейским союзом, которое даёт повод ожидать возобновления переговоров по членству. Тем не менее, принимая во внимание известную непоследовательность Анкары, потепление двусторонних отношений едва ли сохранится в долгосрочном порядке.

На уровне внутренней политики всё чаще можно наблюдать примеры взаимодействия властей с младшими поколениями. Турецкое руководство также предпринимает меры по упрощению доступа к государственным услугам для простых граждан, а также по расширению самого спектра этих услуг. Это можно объяснить желанием правящих кругов поднять свои рейтинги, которые явно пошатнулись в результате массовых чисток и других репрессивных мер, имевших место после попытки государственного переворота в июле 2016 года.

Важным является и факт стремления Турции к усилению энергетической безопасности. Анкара всё чаще отказывается от традиционных источников энергии в пользу возобновляемых, что вызвано не только колебаниями цен на нефть, но и желанием не зависеть от импорта энергоносителей. В стране разрабатывается целый ряд проектов альтернативной энергии, которые впоследствии должны уменьшить зависимость Турции от её богатых сырьём соседей.

Турция: январь 2018 г. (дайджест)

Ключевыми событиями первого месяца 2018 года, безусловно, стали инициированная Турцией военная операция «Оливковая ветвь», а также сочинский Конгресс сирийского национального диалога.

Во внутриполитическом же дискурсе по-прежнему преобладают вопросы экономического характера. Прежде всего, стоит также упомянуть завершение прокладки 760 из 937 километров газопровода «Турецкий поток». Помимо прочего, в Турции начался массовый переход на новый стандарт идентификационных карт, которые избавят граждан от необходимости иметь при себе целый ряд документов, в том числе паспорт и водительское удостоверение.

Видение внешней политики на 2018 год

3 января министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу провёл встречу с представителями СМИ, где поделился своим видением внешней политики Турции на 2018 год. В ходе выступления он коснулся ситуации в Сирии, курдского вопроса, отношений с Россией и США, событий в Иране и многих других проблем.

Глава турецкого внешнеполитического ведомства отдельное внимание уделил вопросу ближневосточного урегулирования в контексте растущей роли Турции в разрешении международных проблем. Он отметил, что решение американской администрации о признании Иерусалима столицей Израиля шокировало мировое сообщество. «Мир, так сказать, объединился против такого шага. А Турция возглавила несогласных. Самым решительным противником этого решения стала именно Турция», – заявил Чавушоглу.

Министр иностранных дел также прокомментировал референдум в Иракском Курдистане. Он раскритиковал действия курдских властей, заявив, что «без Турции не может быть такого понятия как Региональное правительство Курдистана». «Всё связано с нами. Турция является дверью региона в мир. Без нашего разрешения они не могут выйти за пределы региона. Они хотят улучшить, развить отношения с нами», – сказал он.

По поводу контактов с Россией Чавушоглу заявил, что отношения между двумя странами полностью восстановлены, однако в сфере торговли и визового режима по-прежнему необходимо предпринять ряд шагов. Он также затронул вопрос поставок зенитных ракетных комплексов С-400. «Некоторые страны возмутились. Мы хотели купить такие оборонительные системы и у союзников, однако на проведённых нами переговорах выяснилось, что мы не можем купить эти оборонительные систему у стран, которые воспрепятствовали продаже Турции даже обычных вооружений. Вы и Турции поддержку не окажете и будете возмущаться, когда она купит у других», – подчеркнул Чавушоглу.

Что касается Соединённых Штатов, то камнем преткновения для налаживания отношений с данной страной, по мнению политика, остаётся вопрос депортации исламского проповедника Фетхуллаха Гюлена. Он отметил, что Турция предоставила все необходимые доказательства для начала расследования в отношении лидера FETÖ: «Должно быть, США, также как и мы, знают, что люди, принимавшие участие в попытке переворота, прибыли в США и получали указания от FETÖ». Он также остановился на теме курдов, заявив, что поставки Соединёнными Штатами вооружений Отрядам народной самообороны (YPG) и партии «Демократический союз» (PYD) приводят к снижению уровня доверия между двумя странами. Чавушоглу отметил, что как Россия, так и США, пытаются использовать сирийских курдов в своих целях, однако позиция первой Турции ближе, так как российская сторона в отличие от Запада понимает обеспокоенность Анкары.

Внешняя политика

Безусловно, центральным событием месяца стала инициированная Турцией операция «Оливковая ветвь». Ещё 13 января Эрдоган выступил с заявлением, в котором вновь осудил поддержку сирийских курдов со стороны США и подчеркнул, что в противном случае Турция будет вынуждена начать военную операцию в регионах Сирии, подконтрольных YPG и PYD. Тогда же стало известно, что Турция перебросила к границе с Сирией военную технику, а чуть позже подразделения спецназа.

С момента заявления вплоть до начала операции в центре антикурдской риторики Анкары находился вопрос создания Соединёнными Штатами так называемых «сил безопасности». В Пентагоне заявили, что поставки оружия курдским отрядам, а также тренировки местных бойцов направлены на обеспечение безопасности для беженцев, возвращающихся домой, а также предотвращения повторного возникновения Исламского государства (ИГ; запрещённая в России террористическая организация) на освобождённых территориях. В руководстве Турции же действия США сравнили с созданием «террористической армии».

Уже 20 января турецкое руководство объявило о начале в Сирии военной операции «Оливковая ветвь», направленной против курдской партии «Демократический союз» и её боевого крыла Отрядов народной самообороны. Тогда же ВВС Турции начали наносить авиаудары по позициям курдов на северо-западе Сирии. Вице-премьер Турецкой Республики Хакан Чавушоглу заявил, что целью «Оливковой ветви» является предотвращение создания террористического коридора на границе с Турцией, а также защита южных границ НАТО. Уже в первый день операции турецкие вооруженные силы поразили 108 намеченных целей. Экспертами отмечалось, что в случае взятия Африна Турция сможет создать довольно обширную зону безопасности вдоль своих границ, включающую Идлиб и территории, на которых когда-то проводилась операция «Щит Евфрата».

Вторым не менее важным событием стало проведение в Сочи 30 мая однодневного Конгресса сирийского национального диалога. Главным итогом переговоров стало принятие соглашения о создании состоящей из более чем 50 представителей сирийского правительства и оппозиции Конституционной комиссии, которая будет заседать в Женеве. Она будет заниматься разработкой и внесением поправок в действующую конституцию Сирии. При этом временных ограничений на создание комиссии и реформу конституции установлено не было.

В преддверии конгресса споры сторон вызвал вопрос участия представителей от курдов. 22 января в МИД России заявили о том, что сирийские курды включены в список приглашённых на Конгресс. Говоря об их роли, Лавров отметил: «Но она должна быть обеспечена на общей платформе, на которой все сирийские этнические, конфессиональные, политические силы призываются уважать суверенитет и территориальную целостность Сирии». Чуть позже стало известно, что турецкая сторона заблокировала участие PYD и YPG.

В Анкаре весьма положительно охарактеризовали итоги встречи. Министр иностранных дел Турции подчеркнул, что, несмотря на ряд проблем, связанных с отказом части оппозиции участвовать в переговорах, результаты Конгресса очень успешны и отражёны в итоговом документе. Кроме того, была также выражена приверженность урегулированию в Сирии на основе резолюции 2254 СБ ООН.

Внутриполитическая обстановка

В Турции начался массовый переход на новый формат идентификационных карт со встроенной микросхемой. В соответствии с законом, принятым Великим национальным собранием Турции в 2016 году, был запущен процесс создания общенациональной базы биометрических данных. Новые карты объединят в себе целый ряд документов, а именно: паспорт, водительские права, сами идентификационные карты, а впоследствии и свидетельство о рождении. До 2 января 2017 года новые карты выдавались в тестовом порядке исключительно в иле (провинции) Кырыккале. На данный момент переход на новые идентификационные карты осуществили более 15 миллионов граждан Турции. Нужно также отметить, что с точки зрения внешней политики, данный переход означает приближение турецких стандартов к стандартам Европейского союза.

В начале месяца были опубликованы данные о приросте населения страны. Так, согласно данным главного управления по вопросам населения и гражданства МВД Турции, в 2015 году численность турецкого населения составила 78 миллионов 741 тысячу 53 человека. В 2016 году этот показатель достиг 79 миллионов 814 тысяч 871 человек, а в 2017 – 82 миллиона 835 тысяч 90 человек. Таким образом, с 2016 по 2017 год количество граждан страны выросло более чем на 3 миллиона.

19 января 2018 года режим чрезвычайного положения в Турции был продлён на 3 месяца уже в шестой раз. Министр юстиции Турции Бекир Боздаг отметил, что с учётом тех опасностей и угроз, с которыми сталкивается страна сегодня, данное решение вполне оправдано.

9 января министр внутренних дел Сулейман Сойлу выступил на заседании Совещания по всеобщей безопасности и борьбе с наркотиками. В своей речи основное внимание он уделил вопросам борьбы с терроризмом, в том числе противодействию деятельности так называемой Террористической организации Фетхуллаха Гюлена (FETÖ). Так, им отмечалось, что в течение 2017 года по подозрению в связях с исламским проповедником были арестованы 48 тысяч 305 человек, число задержанных же в три раза больше. Кроме того, Сойлу подчеркнул, что в результате проведённых за год антитеррористических операций удалось предотвратить 697 актов терроризма, а также нейтрализовать 113 террористов, не успевших атаковать намеченную цель. Он отметил, что удалось также добиться сокращения членства в Рабочей партии Курдистана (PKK) на 80%.

Экономическая ситуация

17 января пресс-служба South Stream Transport, которая является дочерней компанией «Газпрома», сообщила о том, что в Турции, в районе города Кайыкёй, началось строительство приёмного терминала газопровода «Турецкий поток». Позже стало известно, что российская энергетическая компания «Газпром» получила разрешение на строительство второй нитки «Турецкого потока» в исключительной экономической зоне Турции. Отмечается, что на сегодняшний день проложено 760 из 937 километров морской части газовой магистрали. Как заявили представители компании, обе нитки газопровода будут запущены в эксплуатацию до конца 2019 года.

В начале января были опубликованы данные по экспорту Турции. Так, экспорт турецких товаров в 2017 году увеличился на 9%, а его удельная стоимость на 1,5%. Начиная с 2013 года турецкий экспорт впервые продемонстрировал рост, приблизившись к рекорду 2014 года, когда он достиг 157,6 миллиардов долларов (на данный момент этот показатель составляет 157,1 миллиарда долларов). По этому поводу министр экономики страны отметил: «Мы быстро движемся к нашей цели в размере 170 миллиардов долларов». Он также добавил, что по данному показателю в 2017 году Турция заняла первое место среди лидирующих экономик мира (например, экспорт США вырос на 6,2%, ЕС – на 7,4%, а Китая – на 7,5%).

Министр экономики Турции также затронул вопрос влияния на экономику политических факторов. Он подчеркнул, что разногласия политического характера и дипломатические кризисы в отношениях с Западом существенно не повлияли на экспорт страны. Так, экспорт Турции в Германию в 2017 году, по сравнению с показателями предыдущего года, вырос на 7,8%, достигнув 14,9 миллиардов долларов. Доля Германии в общем объёме турецкого экспорта, таким образом, составила 9,5%.

Помимо всего прочего, в январе в связи с ростом показателей инфляции зарплаты госслужащих были увеличены на 5,69%. Минимальный оклад государственного служащего составил 2893 лир (ранее он составлял 2721 лиру), в свою очередь, минимальная пенсия для чиновников – 1978 лир (ранее – 1871 лира).

***

Военная операция «Оливковая ветвь», а также проведение Конгресса сирийского национального диалога, стали ключевыми событиями не только внешней политики Турции, но и политики всего региона. С их помощью Турция вновь успешно продемонстрировала свою растущую роль, а также независимость в международных делах. Операция «Оливковая ветвь» лишь подтвердила тот факт, что Анкара предпримет любые меры с целью противодействия тем действиям, что негативно сказываются на реализации её интересов. Подобную ситуацию можно было наблюдать в 2015 году, когда турецким руководством был отдан приказ сбить российский истребитель Су-24.

Турецкий истеблишмент не отказывается от агрессивной внешней политики, несмотря на тот факт, что она рождает целый ряд проблем во взаимоотношениях с её традиционными партнёрами. Так, руководствуясь исключительно собственными интересами, Анкара заблокировала участие курдов в Конгрессе сирийского национального диалога, который, по задумке российской стороны, должен был включать все политические, этнические и религиозные группы, представленные в Сирии.

Как уже неоднократно отмечалось в прошлых дайджестах во внутриполитическом дискурсе турецких СМИ растёт доля новостей, посвящённых экономическим успехам страны. Турецкое руководство постоянно обращает внимание на тот факт, что по основным экономическим показателям Турция уже догнала – а по некоторым и перегнала – крупнейшие экономики мира. Такая ситуация может объясняться стремлением нынешних властей заручиться поддержкой большего числа граждан.

Внутри самой Турции, наряду с централизацией власти и сохранением режима ЧП, происходит модернизация отдельных областей общественной жизни турецких граждан. Так, например, введение идентификационных карт нового формата не только упрощает жизнь внутри страны, но и приближает Турцию к ЕС. Второй из перечисленных факторов приобретает особое значение в контексте произошедших в конце 2017 года изменений, которые заключались в смягчении риторики по линии Евросоюза и возникновении предпосылок к возвращению к переговорам о членстве Турции в ЕС.

В.Аватков, А.Финохин