Турция: октябрь 2016 (дайджест)

Турция: октябрь 2016 (дайджест)

С момента попытки переворота 15 июля прошло уже больше 3 месяцев, подошел к концу срок режима чрезвычайного положения. Пришло время понять, сумела ли Турция ликвидировать последствия масштабного государственного кризиса и вернуться к состоянию стабильного развития.

Можно дать однозначный ответ, что руководство страны не предпринимает действия по выводу страны из кризиса. Наоборот, она искусственно поддерживает состояние кризиса для использования его в своих целях. Попытка переворота и борьба с террористической организацией Фетхуллахчистов (ФЕТО) остаются главными составляющими внутренней и внешней политики страны.

Такая ситуация негативно сказывается на социальной и экономической жизни страны: и представители бизнеса, и оппозиционные партии, и общественные движения, которые сначала поддержали действия правящей Партии справедливости и развития (ПСР), перешли к аккуратной критике режима в связи с неэффективностью его политики и открытым злоупотреблением той властью, которой он оказался наделен в условиях режима чрезвычайного положения и обладания подавляющим большинством депутатских мандатов в парламенте.

 

Правительство Турции использует все возможности для трансформации страны, которые ей предоставила попытка переворота 15 июля. 11 октября Советом министров было принято решение № 1130, в соответствии с которым режим чрезвычайного положения в Турции был продлен еще на 3 месяца. Официальной датой начала второго этапа режима стало 19 октября. Такое решение было также поддержано парламентом – Великим Национальным Собранием Турции. Таким образом, у ПСР будет еще три месяца на реализацию запланированных масштабных внутриполитических преобразований. Остановимся только на ряде из них.

На политическую повестку дня вернулся вопрос создания новой конституции страны, и в октябре ПСР сумела добиться большого прогресса по этому вопросу. В СМИ даже появились некоторые подробности относительно того, какие положения ПСР намеревается закрепить в этой конституции:

  • В случае, если новая конституция (или масштабные поправки к старой конституции) будет принята на всенародном референдуме, то она вступит в силу в 2019 году. В тот же год пройдут новые парламентские и президентские выборы.
  • Глава государства в соответствии с новым основным законом будет называться «başkan». Срок его полномочий, как и сейчас, будет длиться 5 лет с возможностью повторного переизбрания.
  • Кандидатов на пост президента смогут выдвигать партии, набравшие на предыдущих выборах более 5%. Пока остается неясным, будет ли в Конституции установлена возможность выдвижения беспартийного кандидата.
  • Новая конституция скопирует американскую модель и введет пост вице-президента.
  • Также в связи с переходом к президентской системе министры больше не будут избираться из числа депутатов. Однако это вряд ли окажет большое влияние на расстановку сил в правительстве. Ожидается, что пост премьер-министра будет сохранен, но его полномочия будут существенно сокращены.

 

Таким образом, новая система будет соответствовать признакам, которыми обладает классическая президентская форма правления.

 

Такой расклад вызвал довольно большое недовольство среди оппозиции. Наибольшее несогласие с планами ПСР продемонстрировал лидер Народно-республиканской партии Кемаль Кылычдароглу. Он выразил уверенность, что само предложение о переходе к президентской форме правления противоречит «духу победы над переворотом»: все 4 партии после 15 июля подписали совместный документ о приверженности парламентской системе и демократии. Теперь же одна из сторон, не учитывая мнение парламентариев, а следовательно и народа, стремится разрушить эту систему и переждать всю власть президенту.

Однако в нынешней ситуации, когда у правящей Партии справедливости и развития есть практически конституционное большинство в парламенте, даже отчаянное сопротивление оппозиции в лице Кылычдароглу вряд ли сможет ее остановить.

Другим уже, казалось бы, забытым вопросом, который был поднят в октябре президентом, стала смертная казнь. Эрдоган подтвердил, что он готов подписать закон о ее введении. Однако по-прежнему остаются сомнения относительно этого решения и той реакции, которое оно вызовет в обществе. В соответствии с уголовным законодательством Турции уголовный закон обратной силы не имеет, то есть даже если смертная казнь будет введена, она не может применяться в отношении участников переворота. Если же турецкое руководство примет решение нарушить и эту норму, то ее ждут большие проблемы в отношениях с Евросоюзом, который внимательно следит за развитием демократического общества в Турции. Есть основания полагать, что на такой крайний шаг ПСР не пойдет, а разговоры о введении смертной казни используются для запугивания несогласных. Тем не менее, более мелкие поправки в уголовное законодательство, расширяющие полномочия следователей и прокуроров в обход судей, уже разрабатываются министерством юстиции.

В рамках режима чрезвычайного положения продолжается борьба власти со средствами массовой информации. В соответствии с декрет-законами №675 и 676 были закрыты новостное агентство «Диджле» и газета «Азадийе Велат», издававшаяся на курдском языке. Еще более ожесточенная борьба идет за одну из главных оппозиционных газет Турции – Джумхурийет. Ее противостояние с ПСР идет уже 1 год и началось оно с того, что в тюрьму за «государственную измену» был посажен главный редактор газеты Эрен Эрдем. В феврале 2016 года Конституционный суд постановил, что содержание Эрдема в тюрьме незаконно, и он был отпущен на свободу. Теперь речь уже идет о закрытии всей газеты. В ее защиту выступили Кылычдароглу и его Народно-республиканская партия.

Однозначно, что действующая власть будет продолжать проводить политику подавления свободы слов в стране. У нее есть необходимые ресурсы для этого как политические, так и правовые. Теперь все зависит от того, сможет ли общественность встать на сторону отдельных СМИ, которые подвергаются атаке. И Джумхурийет – одна из немногих газет, которая может рассчитывать на обширную социальную поддержку.

Отдельным аспектом режима чрезвычайного положения является экономическая политика правящей партии. Уже привычными стали нападки Эрдогана на Центральный Банк Турции, которого президент традиционно обвиняет во всех экономических проблемах страны.

Теперь слово взял премьер-министр страны Бинали Йылдырым, который обвинил уже частные банки Турции в нежелании работать на благо страны и предупредил их, что в руках руководства государства есть необходимые инструменты для воздействия на банковскую систему.

Это можно считать своеобразным ответом на критику действующего положения дел в экономике, которую позволил себе президент Денизбанка Хакан Атеш в начале октября. По его мнению, введение режима чрезвычайного положения было необходимо, но бесконечно он продолжаться не может, поскольку это оказывает негативный эффект на экономику Турции, ее экспортный потенциал и положение в мировых кредитных рейтингах. Власти, однако, к мнению бизнеса не прислушались и продлили режим чрезвычайного положения еще на 3 месяца.

 

Первыми же признаком того, что РЧП реально оказывает крайне негативное влияние на экономику страны, стал проект нового бюджета страны, который был предложен министром финансов Наджи Аабалом. Данный проект предусматривает увеличение налоговой нагрузки на рядовых граждан и бизнес с целью сокращения дефицита бюджета.

http://www.cumhuriyet.com.tr/haber/ekonomi/621359/AKP_nin_2017_hedefleri…_Butcenin_yuku_yurttasin_sirtinda.html

Таким образом, турецкая  внутренняя политика не то, что не выходит из режима чрезвычайного положения, а, наоборот, все больше в него погружается. Правящая партия в таком состоянии чувствует себя очень комфортно, поскольку она может реформировать страну так, как посчитает нужным. Образ же внешнего врага в лице Гюлена и его организации служит оправданием любых действий, которые ограничивают права и свободы граждан или негативно сказываются на экономике.

 

Внешняя политика

 

Тема переворота и Гюлена в октябре присутствовала и во внешней политике Турции, но, в отличие от внутренней, не была единственной. Турция продолжила проводить политику многостороннего расширения внешнеполитических контактов с участниками международных отношений из разных регионов мира. Остановимся на наиболее важных внешнеполитических событиях октября.

По-прежнему для Турции крайне важными внешнеполитическими проблемами остаются кризисы в Сирии и Ираке. Несмотря на то, что 5 октября между заместителем министра иностранных дела Ахметом Йылдызом и послом Ирака Хисхамом аль-Алави состоялась встреча, но обсуждалась на ней только антитурецкая резолюция, принятая днем ранее иракским парламентом. Ирак по-прежнему крайне отрицательно относится к тому, что Турция совершает без его разрешения на его территории военнеы операции против курдов. Однако нет оснований ожидать, что Турция изменит свою позицию: скорее всего, она продолжит вести агрессивную политику в отношении Ирака, направленную одновременно на защиту национальных интересов и расширение своего влияния.

Наиболее ярким проявлением агрессивной политики в октябре стало заявление президента Турции Эрдогана о несоответствии современных границ Турции Национальному обету 1920 года. В первую очередь, это касается территорий Сирии и Ирака. Эрдоган открыто заявил, что «Алеппо раньше принадлежал нам и был частью исламской цивилизации, то же самое касается и Мосула и Киркука».

Серьезность намерений Турции и в отношении Сирии продемонстрировал министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу, который 25 октября в ультимативной форме заявил, что «если курдские группировки в Сирии не уйдут, Турция может ввести свои войска на территорию Сирии (игра слов çıkmak/çıkarmak)».

Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу с 4 по 5 октября принимал участие в «Брюссельской конференции доноров Афганистана». Эффективность данного механизма вызывает вопросы в связи уже с тем фактом, что в нем принимает участие около 70 государств, большинство которых исторически не имеют отношения к проблеме Афганистана, например, Австралия, Бразилия, Албания и Бруней.

Низкая эффективность работы конференции доказывается тем, что турецкий МИД по ее окончании не отметил результаты работы конференции, а сделал акценты на своих собственных достижениях: по его заявлению, Турция в период с 2002-2015 предоставила Афганистану помощь в размере 3 миллиардов долларов. Чавушоглу также заявил, что в планах Турции с 2018 по 2020 год инвестировать в развитие Афганистана еще 150 миллионов.

Заинтересованность Турции в Афганистане объясняется ее историческим участием в делах этого государства. 1 марта 2016 года две страны отмечали 95-летие установления дипломатических отношений. С 2001 года Турция участвовала в работе Международных сил содействия безопасности на привилегированных условиях: ее войскам было разрешено не принимать участие в боевых действиях на территории Турции наравне с военными из других стран.

На данный момент афганская проблема является для Турции «статусной». Участие в ее решении ставит Турцию в один ряд с другими ведущими мировыми державами. Этим объясняется ее стремление расходовать экономические и политические ресурсы на участие в таком сложном международном кризисе.

Европейское направление также было проработано турецкими дипломатами. 6-7 октября Мевлют Чавушоглу провел переговоры со своим коллегой из Италии Паоло Джентилони. 7 октября в Турцию с визитом прибыл министр иностранных дел Испании Жозе Мануэль Гарсиа-Маргалло. Стоит напомнить, что турецко-испанские отношения находятся на довольно высоком уровне.

Это стало результатом того, что в 2005 году под эгидой ООН тогда еще премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоганом и премьер-министром Испании Хосе Запатеро был запущен проект «Альянс Цивилизаций». Его задачей стало улучшение отношений между западным и исламским мирами. На данный момент эта организация не достигла особых успехов, но она остается залогом тесных отношений Турции и Испании.

Отдельным направлением турецкой внешней политики остается взаимодействие с мусульманским миром и, в первую очередь, арабскими странами.

С этой целью Турция принимает участие в работе целого ряда международных организаций, к которым относятся, в частности, Совет сотрудничества Турции и стран Персидского залива и Организация исламского сотрудничества (ОИС).

Первый механизм был создан в 2008 году, в него вошли помимо Турции 6 стран: Бахрейн, Кувейт, Оман, Катар, Саудовская Аравия и ОАЭ, но особенного успеха он не имел. Последняя встреча прошла в 2012 году. На этот раз наиболее важные переговоры прошли между королем Саудовской Аравии Салманом, в стране которого и проходило заседание Совета. 43-й саммит Организации исламского сотрудничества прошел с 18 по 19 октября в Узбекистане. Данная организация характеризуется большим количеством участников и большим переплетением различных интересов.

Однако, как отмечают турецкие СМИ, Турции в рамках обоих форматов удалось добиться своей главной цели: и Совет сотрудничества Турции и стран Персидского залива, и ОИС признали ФЕТО террористической организацией. Это стало большим успехом Эрдогана, поскольку он сумел объединить весь исламский мир против своего главного политического оппонента и большого авторитета среди мусульман всего мира Фетхуллаха Гюлена.

Нельзя не уделить особое внимание и турецко-казахским отношениям. С 19 по 20 октября прошло заседание совместной группы стратегического планирования Совета сотрудничества высшего уровня. Чавушоглу и в этот раз выделил первое место во время переговоров проблеме попытки переворота. Он заявил, что уверен, что в борьбе Турции с Гюленом Казахстан будет на ее стороне. Однако данное заявление звучало более как просьба, чем убеждение.

Казахстан является важным, но непростым для Турции партнером. Он проводит многостороннюю политику выстраивания тесных отношений как с Россией (в рамках ЕАЭС), так и Турцией (в рамках Тюрксой). Казахстан также занимает неоднозначную позицию в отношении Гюлена. Поэтому в официальных речах турецкое руководство «уверено в своих тюркских братьях», но на практике им остается только надеется на благосклонность казахских коллег.

Важное событие в октябре произошло и в российско-турецких отношениях. Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган 10 октября во время энергетического саммита в Стамбуле подписали соглашение по двум ниткам «Турецкого потока».

Мощность каждой нитки составит 15,75 миллиардов кубометров газа. Одна из них предназначена для турецких потребителей, другая – для европейских. Окончание строительства первой нитки планируется на вторую половину 2019 года.

Это проект должен стать залогом позитивных отношений между двумя странами на новом этапе их развития.

Однако Владимир Путин не является единственным представителем России, с которым Эрдоган взаимодействует напрямую. 11 октября он лично встретился с российским муфтием Равилем Гайнутдином во время торжественного вечера по случаю 9-го Евразийского исламского совета. Разговор велся на турецком языке.

Турецкие СМИ отметили, что такой поступок Эрдогана является знаком особого уважения к российским мусульманам. В свою очередь, Равиль Гайнутдин похвалил российского и турецкого президентов за решение нормализовать отношения.

Традиционно Турция проявляет особый интерес к развитию отношений с нетрадиционными для себя союзниками, которые, однако, имеют больший потенциал на мировой политической и экономической аренах. В этой связи с 5 по 7 октября в Турции с официальным визитом находился министр иностранных дел Сингапура Вивиан Балакришнан. Напомним, что еще в 2014 году отношения между двумя странами были выведены на уровень стратегического партнерства.

Однако нельзя не отметить, что за последние 5 лет существенных сдвигов в экономических отношениях между двумя странами не произошло: по данным сайта министерства иностранных дел Турции с 2010 года размер торгового оборота составляет около 800 миллионов долларов. Возможно, это объясняется тем, что на английской версии сайта сингапурские компании турецкие дипломаты называют японскими.

Другое важное направление для Турции – Африка. С ней связываются большие экономические надежды, поскольку экспортоориентированной экономике Турции необходимы новые рынки для поддержания роста. Для укрепления своих позиций в этом регионе с 31 мая по 3 июня президент Турции Эрдоган посетил такие страны восточной Африки, как Уганда и Кения. 31 мая министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу посетил Руанду.

26 октября же с визитом в Турцию прибыл министр иностранных дел Судана Гхандур. Главной темой переговоров снова стала организация Фетхуллаха Гюлена и совместная борьба с ней.

 

Подводя итоги, хотелось бы обратить внимание на интересную статистку, которую представило Министерство иностранных дел Турции по поводу своей внешнеполитической активности попытки переворота 15 июля 2016 года.

 

Количество официальных переговоров
На уровне президента 61
На уровне премьер-министра 85
На уровне министров 568
На уровне депутатов 1414
Общее количество внешнеполитических контактов всех видов 8178

 

Активность загранучреждений
Интервью для СМИ 2223
Пресс-конференции 229
Размещенные официальные заявления 486

 

Если учесть, что во время большинства переговоров поднимался вопросов Гюлена и его организации, из приведенной статистики можно увидеть масштаб кампании, которую провела Турция за 3 месяца на мировой арене в рамках своей борьбы с ФЕТО. Можно официально заявить, что курс на объединение мирового сообщества в борьбе с Гюленом становится неофициальной главной идеологемой турецкой внешней политики.

В то же время нельзя не учитывать, что Турция продолжает проводить «политику моста между Европой и Азией». Это четко видно из географии визитов турецкого министра иностранных дел. Встречи с арабским коллегами у него легко сменяются переговорами с европейцами и наоборот. Фактически Турция пытается выступать своеобразным переводчиком, поскольку в основе ее государственной культуры лежат как европейские, так и азиатские принципы и ценности.

Другой отличительной чертой внешней политики становится постепенный рост ее агрессивности. Турция уже полностью отошла от курса «ноль проблем с соседями» и пытается воздействовать и на региональных игроков в лице Сирии и Ирака, и на мировые державы такие как США и Евросоюз с помощью методов шантажа и угроз.

 

***

 

В турецкой политике сложилась ситуация, которую на протяжении долгого времени ждала Партия справедливости и развития. Она сумела аккумулировать в своих руках достаточные политические и социальные ресурсы для начала резких, порой даже бесцеремонных, преобразований общества в своих интересах. Важно, что если бы над Турцией в реальности нависла угроза, подобная угрозе развала государственности после Первой мировой войны, то переход к авторитарной форме управления государством на краткосрочный период был бы оправдан. Однако на данный момент такая угроза для Турции отсутствует и кризисное состояние в стране поддерживается государством искусственно. Это только порождает недовольство оппозиции и бизнес-структур, которым становится все труднее находить общий язык с действующей властью.

Тем не менее, очевидно, что выше приведенные группы населения не представляют собой большую политическую силу, в связи с чем не стоит ожидать, что они смогут что-то противопоставить правящему режиму. С высокой долей вероятностью ПСР будет продолжать проводить свою политику при довольно высокой поддержке населения. Важными будут позиции США и России, от которых многое зависит сегодня в плане будущего Турции и всей системы международных отношений в целом.

 

В.Аватков, М.Кочкин

Турция: сентябрь 2016 (дайджест)

Турция: сентябрь 2016 (дайджест)

 

Турция в сентябре 2016 года начала постепенно выходить из кризисного состояния, в которое ее ввело руководство страны 2 месяца назад, решившее сделать из попытки государственного переворота, произошедшей в ночь с 15 на 16 июля, рычаг для внутриполитических чисток и выстраивания новой внешнеполитической концепции. Однако политическая элита Турции не учла, что помимо краткосрочного объединения общества и устранения внутренних соперников, такая политика может привести к экономической изоляции, подозрительному отношению стран-партнеров и оттоку человеческого капитала из страны. Первые признаки этих негативных последствий начали проявляться уже в сентябре 2016 года. При этом укрепляется тренд на расширение консультаций с Россией, хотя происходит это медленно, но положительная динамика уже видна.

В первую очередь, среди негативных последствий необходимо отметить результаты гонений внутри страны, которые правящая Партия справедливости и развития начала в июле этого года и продолжает до сих пор. Краткие итоги этого процесса подвела находящаяся в оппозиции Народно-республиканская партия, которая 28 сентября опубликовала доклад, посвященный нарушению прав человека в Турции после попытки переворота. По утверждению составителей доклада, правящая Партия справедливости и развития, введя на территории страны режим чрезвычайного положения, подорвала устойчивость государства, избавившись от десятков тысяч ценных кадров и опытных работников в самых разных сферах.

Доклад, в частности, приводит следующие цифры: за указанный период от своих должностей были отстранены 93 тысячи государственных служащих, в отношении 40 тысяч еще продолжается расследование. Что касается военных структур, то из армии было уволены 3 534 военнослужащих.

Санкции были применены также в отношении профессорско-преподавательского состава высших учебных заведений. Общее количество профессоров, которые были отстранены от работы по распоряжению руководства вуза или уволены в соответствии с решениями государственных органов, превысило 6 тысяч человек.

Как сообщается в докладе, помимо этого, из-за связи с террористической организацией Фетхуллаха Гюлена были закрыты 35 медицинских организаций, 1061 образовательная организация, 129 фондов, 1125 дернеков, 15 университетов, 19 профсоюзов, 45 газет, 23 радиостанции и 4262 организации.

При этом, стоит отметить, что часть компаний не закрываются, а в них по распоряжению суда назначается внешний управляющий (кайюм). Так, в частности, произошло с 3 компаниями 21 сентября: по решению суда в компании «Bereket Yemek», «Ulusoy Güvenlik Sistemleri» и «Doğu Karadeniz İnşaat Malzemeleri» были назначены внешние управляющие. Складывается ощущение, что правящие в Турции элиты используют попытку переворота не только для подавления своих политических соперников, но и для перераспределения в пользу себя собственности внутри страны.

Более того, нет оснований полагать, что аресты и увольнения закончатся. Как сообщает сопредседатель про-курдской Демократической партии народов Селахаттин Демирташ, у него есть информация, что в октябре будут выдвинуты обвинения против 22 членов его партии. Необходимо отметить, что на этот раз причиной преследований депутатов станет не подозрение в их причастности к организации Гюлена, а закон, вступивший в силу в мае 2016 года, согласно которому появилась возможность лишать депутатов парламента иммунитета, в случае совершения ими уголовных преступлений. Однако общей картины это не меняет: в Турции продолжается преследование инакомыслящих под любым имеющимся предлогом.

Реакция в обществе в отношении политики чисток ПСР остается неоднозначной. Несмотря на то, что многомиллионные митинги летом 2016 года подтвердили приверженность турецкого общества курсу, который проводит президент Реджеп Тайип Эрдоган, отдельные общественные организации продолжают выступать против репрессий.

Так, 24 сентября состоялся 600-й митинг организации «Матери субботы». В рамках этого митинга собираются люди, близкие которых подверглись насилию или были убиты в Турции в период с момента переворота 1980-го года. На этот раз лозунгом митинга стало следующее заявление: «Мы еще раз заявляем, что не будем молчать, когда дело касается политики запугивания, мы не прекратим вспоминать  тех, кого мы потеряли, и требовать справедливости, мира и искренности!».

Курдский вопрос остается одним из центральных  в области внутренней политики Турции, несмотря на то, что эта тема стала меньше тиражироваться в мировых СМИ. В восточной части Турции продолжаются военные операции турецкой армии против вооруженных курдских отрядов. Одновременно гонениям подвергаются также и местные жители. 23 сентября комендантский час был введен на территории еще 18 деревень,  расположенных  в провинции Диярбакыр. Официально объявляется, что подобное положение  вводится с целью защиты мирного населения. Однако на практике люди больше страдают от невозможности выйти на улицу, поскольку это препятствует работе школ, магазинов и больниц, чем от боевых действий.

Важный шаг со стороны турецкого руководства был сделан по вопросу сирийских беженцев, проживающих на территории Турции. В частности, президент Эрдоган заявил, что в Турции «началась подготовка к предоставлению гражданства беженцам». Он отметил, что Турция приняла у себя уже 3 миллиона беженцев, на содержание которых ей пришлось потратить 12 миллиардов долларов. Внешняя же помощь составила лишь 500 миллионов долларов. Чтобы дать беженцам возможность жить и развиваться, руководство страны намерено начать процесс выдачи беженцам разрешения на работу и даже гражданства Турции.

 

Внешняя политика

 

В области внешней политики необходимо, в первую очередь, отметить две программные речи, которые произнес президент Турции сначала в Шанхае на саммите стран Большой двадцатки, а потом на открытии Генеральной Ассамблеи ООН. Сразу хотелось бы сказать, что для Эрдогана это является довольно типичным ходом: он нередко использует трибуны крупных международных организаций и форумов для того, чтобы представить всему миру общий обзор внешнеполитических ориентиров своей страны.

Во время пресс-конференции, состоявшейся по окончании саммита Большой двадцатки в Шанхае 5 сентября, Эрдоган в своей речи уделил большую часть времени внешнеполитическим вопросам, напрямую связанным с Турцией, оставив общемировые проблемы в стороне.

В первую очередь, Эрдоган в очередной раз предупредил мировое сообщество  о той угрозе, которая исходит от террористической организации, именуемой в Турии FETÖ – террористическая организация Фетхуллахчистов. По его сведениям, она функционирует  на территории более 170 государств и осуществляет свою деятельность в таких областях, как образование, религия и торговля.

Эрдоган также затронул наиболее неоднозначное внешнеполитическое решение турецкого руководства за последние несколько месяцев, а именно решение о проведении наземной военной операции на территории Сирии, которая получила название «Щит Евфрата». Президент Турции объявил, что операция была проведена в сотрудничестве с умеренной сирийской оппозицией и была целиком и полностью направлена только против членов террористической организации «Исламское государство». Сильным аргументом стало утверждение Эрдогана, что турецкая армия предприняла данные действия, чтобы дать возможность сирийским беженцам, которые сейчас находятся на территории Турции, вернуться в безопасности к себе на родину. Тему беженцев Эрдоган позже продолжил. По его подсчетам, на территории Турции сейчас находятся уже 3 миллиона граждан Сирии и Ирака. Общие затраты на их содержание достигли 12 миллиардов долларов, а с учетом средств, потраченных различными неправительственными организациями, – 25 миллиардов.

Таким образом, Эрдоган попытался доказать всему миру оправданность операции в Сирии.

Говоря о сирийской проблеме, Эрдоган подтвердил, что его позиция по Сирии не изменилась. Он назвал Асада «убийцей», заявил, что ему становится стыдно из-за того, что этот человек еще находится у власти.  Он также выдвинул предложение Путину и Обаме о создании беспилотной зоны над Сирией.

Отдельное внимание он уделил отношениям Турции с хозяйкой саммита – Китайской Народной Республикой. Он подтвердил, что  у двух стран существует понимание по всем вопросам, в первую очередь, по вопросу борьбы с терроризмом. Также Турция целиком поддерживает китайский проект Нового шелкового пути и готова активно участвовать в его реализации. Стороны подписали 3 соглашения в области энергетики и 1 – в области сельского хозяйства.

На вопрос одного их журналистов о том, что для него по-настоящему ценно, Эрдоган дал по-настоящему турецкий ответ: «Единственное государство, единственная родина, единственный флаг, единственный народ».

Во время своей речи в ООН президент Турции расширил круг обсуждаемых вопросов. Повторив дословно ряд тезисов, высказанных в Шанхае, он сделал ряд важных новых замечаний. В частности, он заявил, что продолжаются кризисы во многих странах, от Украины до Йемена. Тем самым, Эрдоган подтвердил заинтересованность Турции в участии в решении всех этих проблем, которые выходят далеко за рамки того региона, в котором Турция обычно осуществляла свою политику. Эрдоган также еще раз заявил, что его страна не признала и не признает присоединение Крыма к Российской Федерации, а также результаты парламентских выборов на полуострове.

В очередной раз Эрдоган сделал свое любимое заявление о том, что «мир больше пяти» и что мировая безопасность не должна держаться на решениях, которые принимаются пятью государствами.

Отдельно хотелось бы отметить двусторонние отношения между Турцией и Великобританией. С 25 по 27 сентября министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон посетил с официальным визитом Турцию. В рамках своего визита он провел встречи со своим турецким коллегой Мевлютом Чавушоглу.

Джонсон заявил о готовности подписать соглашение  о создании зоны свободной торговли между Великобританией и Турцией. Это особенно важно с той точки зрения, что Великобритания, жители которой на референдуме приняли решение о выходе из состава ЕС, в скором времени перестанет быть связана договорами, заключенными Европейским союзом и ей придется заново создавать материально-правовую базу взаимодействия со своими важнейшими региональными партнерами, к которым, безусловно, относится и Турция.

Интересно, что масштабные изменения в правилах торговли между двумя странами волнуют турецких журналистов гораздо меньше, чем найденные ими турецкие корни британского министра. Как отмечает большинство турецких СМИ, Борис Джонсон является внуком османского политического деятеля Али Кемаля, который был казнен по приказу Мустафы Кемаля Атаюрка.

 

 

В отношениях США и Турции решающим вопросом остается проблема экстрадиции Фетхуллаха Гюлена в Турцию. Поскольку консенсуса по этому вопросу пока добиться невозможно, отношения между странами остаются в подвешенном состоянии. Возможно определенное прояснение наступит после президентских выборов, поскольку ряд американских СМИ сообщают, что организация Гюлена является одним из спонсоров кампании Хиллари Клинтон.

Такая же ситуация сохраняется и в отношениях между Россией и Турцией. Договоренности о создании зоны свободной торговли между двумя странами переплетаются с антироссийскими заявлениями Эрдогана во время его речи в ООН. Это еще раз подтверждает хрупкость недавно восстановившегося партнерства между двумя странами.

 

Экономика

 

Главной экономической новостью в сентябре стало изменение международным рейтинговым агентством Moody’s суверенного рейтинга Турции. Напомним, что в первый раз рейтинг был снижен другим агентством – S&P Global Ratings – сразу после неудачной попытки переворота 15 июля: S&P понизило долгосрочные и краткосрочные суверенные рейтинги Турции в местной валюте — до BB+/B с BBB-/A-3 соответственно. На новости о снижении странового рейтинга курс турецкой лиры к доллару упал ниже 3,07 — до рекордно низкого уровня. До попытки переворота 15 июля за доллар давали менее 2,9 лиры.

Moody’s же предпочло, в отличие от своего конкурента, не принимать решения по поводу Турции сразу после переворота и отложила оценку инвестиционной привлекательности экономики Турции до сентября. Это вызвало надежду у турецкого руководства, что, оценив развитие экономики страны в более долгосрочной перспективе, агентство учтет такие достижения страны, как небольшой дефицит бюджета и стабильное погашение внешних займов на протяжении уже долгого времени, и не станет понижать рейтинг Турции. Однако вместо этого 24 сентября Moody’s указало на подверженность экономики страны оттоку иностранного капитала, сокращение золотовалютных резервов и неясные перспективы роста. Таким образом Moody’s понизило суверенный рейтинг Турции до уровня Ba1 с прогнозом «Стабильный», а долгосрочный кредитный рейтинг страны — с Baa3 до Ba1 (значительный кредитный риск) со «Стабильным» прогнозом.

Такое решение вызвало довольно сильное раздражение у турецкой политической элиты, которая привыкла напоминать своим избирателям и зарубежным партнерам о высокой инвестиционной привлекательности Турции. В частности, Эрдоган перед опубликованием доклада Moody’s заявил, что его абсолютно не волнуют решения американских аналитических агентств, они намеренно делают ошибки, экономика Турции сильна, как никогда. А вице-премьер Турции Мехмет Шимшек выразил надежду, что иностранные инвесторы не будут обращаться к рейтинговым агентствам при анализе экономического положения Турции, потому что агентства крайне негибко реагируют на экономическую изменения в стране.

 

Вывод

 

Подводя итоги, необходимо сделать ряд выводов: во-первых, Турция начинает проходить через период ощущения негативных последствий эксплуатации переворота. Инвесторы со всего мира стали с подозрением относиться к нестабильной внутриполитической обстановке в стране.

Есть основания полагать, что в скором времени станут больше ощущаться последствия в социальной сфере. Возникают сомнения относительно того, сможет ли руководство страны за короткий срок заместить такое большое количество квалифицированных и опытных судей, прокуроров, адвокатов, военных, профессоров и врачей, которые были уволены.

Во внешней политике сохраняется определённая стабильность. В представленной Эрдоганом доктрине внешней политики нет коренных преобразований. По-прежнему очевидно, что позиция Турции по большинству вопросов остается противоречащей  интересам России, поэтому процесс потепления в отношениях с Турцией будет непростым и чрезвычайно хрупким.

В.Аватков, М.Кочкин

 

 

 

Турция: лето 2016 г. (дайджест)

Турция: лето 2016 г. (дайджест) 

Лето 2016 года стало для Турции переломным этапом: и во внутренней, и во внешней политике страна сумела решить те проблемы, которые на протяжении долгого времени тормозили ее развитие и расширение ее влияния. Во внутренней политике таким событием стала попытка военного переворота, которая не только не пошатнула действующую власть, но и сумела мобилизовать вокруг президента страны Реджепа Тайипа Эрдогана и нового премьер-министра Бинали Йылдырыма турецкий народ. Во внешней политике были совершены два прорыва – на российском и израильском направлениях, которые крайне важны для Турции с точки зрения влияния в регионе. Более того, в конце августа Турция начала свою сухопутную военную операцию на территории Сирии – «Щит Евфрата». В таких новых условиях Турция снова может выйти на путь развития как внутри страны, так и за ее пределами.

 

Внутриполитическая ситуация

Во внутриполитической жизни Турции на протяжении лета 2016 года основными вопросами оставались вопросы безопасности. Первым ярким подтверждением этого стал теракт 28 июня в крупнейшем в Стамбуле аэропорту имени Ататюрка. Террористы-смертники привели в действие 3 взрывных устройства. Ответственность за теракт взяла запрещенная в России организация «Исламское государство».

Теракт не только подтвердил, что в Турции по-прежнему сохраняется ситуация многосторонней террористической угрозы (и со стороны Исламского государства, и со стороны Рабочей Партии Курдистана), но и еще раз показал, что турецкие правоохранительные органы и спецслужбы не могут полностью обеспечить безопасность внутри страны.

Нельзя не отметить предполагаемое гражданство ответственных за теракт в аэропорту. Все они были гражданами стран СНГ: Узбекистана, Киргизии и России.

Вторым ударом по внутриполитической стабильности стала попытка военного переворота 15 июня, закончившаяся поражением восставших и сохранением действующей власти. Однако вину за переворот президент Турции Эрдоган возложил не сколько на военных, сколько на руководителя организации «Хизмет» Фетхуллаха Гюлена.

Можно выделить следующие причины неудачи переворота в Турции: 1) малочисленность тех, кто его планировал и пытался его осуществить, 2) осуществить этот военный переворот пыталось явно среднее, а не высшее офицерское звено, 3) слабое  планирование: не было арестовано руководство страны, как это делалось на протяжении истории всех переворотов в Турции.

Ответом правящей партии на переворот стало введение военного положения сроком на 3 месяца, в рамках которого начался процесс общенациональной борьбы с врагами ПСР, а именно членами организации FETÖ – «террористической организации Фетхуллаха Гюлена».

Первым признаком чисток во всех областях общественной жизни стали масштабные увольнения по всей стране. Минобразования Турции отозвало лицензии у 21 тысячи частных преподавателей, уволило 15 тысяч сотрудников государственных образовательных учреждений и потребовало отставки 1500 университетских деканов. Кроме того, задержаны или уволены 9000 полицейских, 3000 судей и 6000 военных. Все они подозреваются в сотрудничестве с запрещенной в  Турции организацией Фетхуллаха Гюлена и участии в попытке осуществления государственного переворота.

Позже стало известно, что Совет по высшему образованию Турции запретил выезд за границу всем преподавателям и профессорскому составу вузов. Также турецкий премьер Бинали Йылдырым своим указом отменил заграничные отпуска у трех миллионов чиновников. Тем госслужащим, которые уже выехали из страны, предписано как можно быстрее вернуться.

Президент Турции неоднократно во время своих выступлений обещал своим гражданам подписать закон о введении в стране смертной казни в случае, если данный законопроект получит одобрение в парламенте страны (однако очевидно, что такие заявления были рассчитаны, скорее, на мобилизацию электората, чем на реальное изменение законодательства. Уголовный кодекс Турции обратной силы не имеет, поэтому под действие поправок к нему все равно бы не попали участники переворота. Если же они были бы казнены в обход действующего законодательства, это бы крайне негативно сказалось на и так непростых отношениях между Турцией  с одной стороны и США с ЕС с другой).

Параллельно началась активная пропаганда в средствах массовой информации и медиа пространстве. Начало каждого информационного выпуска в июле и августе сопровождалось документальной хроникой переворота (кадрами расстрела демонстрантов, атаки вертолетов на парламент страны) и слоганами о том, что в Турции победила демократия и что народ сумел сохранить свою страну.

В условиях такой сильной информационной подготовки населения и улучшения отношений с Россией правительство пошло на более смелые шаги в области обеспечения внутренней безопасности: в конце августа Турция начала наземную военную операцию на территории Сирии. Официальная цель операции – борьба с запрещенной на территории России организацией «Исламское государство». Однако параллельно Турция осуществляет и цели, которые напрямую связаны с ее внутренней безопасностью. Например, Турция стремится предотвратить усиление отдельных группировок на севере Сирии. Внешнеполитической стороной операцией является желание Турции показать свою значимость в общемировом процессе борьбы с терроризмом и в региональных событиях, доказать, что Турция способна оказывать влияние на страны, которые находятся в одном с ней регионе.

 

Правовая система Турции

В условиях политического кризиса, который продолжается в Турции и который только усилился после попытки переворота 15 июля 2016 года, законотворческая деятельность в стране отошла на второй план. Этим объясняется довольно скудное количество новых законодательных актов, которые регулируют жизнь внутри государства.

Тем не менее, среди них есть те, которые заслуживают особого внимания и которые являются ярким отражение той политики, которую проводит действующая власть.

К таким законам необходимо отнести вступившую в силу 8 июня 2016 года поправку в конституцию, которая ввела в основной закон страны переходную статью номер 20, в соответствии с которой было признано недействительным 1 предложение второго параграфа статьи 83 Конституции Турции, которое запрещало какое бы то ни было преследование депутатов Великого Национального Собрания Турции до или после выборов без соответствующей санкции со стороны самого парламента. В соответствии с новыми положениями конституции страны правом задерживать, допрашивать и привлекать к ответственности депутатов наделены министерство юстиции, аппарат премьер-министра, аппарат Великого Национального Собрания Турции и смешанные комиссии, состоящие из членов конституционной комиссии и комиссии справедливости парламента.

Таким образом, в стране завершилась, длившаяся больше полугода борьба внутри парламента о внесении поправок в конституцию, регламентирующих процесс лишения иммунитета и привлечения к судебной ответственности части депутатов, открыто выступавших против государственной политики. Напомним, что своеобразным катализатором этого процесса стал депутат от Народно-республиканской партии Эрен Эрдем, который в декабре 2015 года выступил на российском телеканале Russia Today и заявил, что Исламское Государство (запрещенная в России террористическая организация) получает отравляющий газ зарин из Турции с одобрения действующей власти.

13 августа вступил в силу еще один закон, требующий пристального внимания, а именно Закон «Об международной рабочей силе» (Uluslararası işgücü Kanunu).

Статья 1 закона гласит, что его основной целью является определение и реализация государственной политики в отношении иностранной рабочей силы, а также контроль за ее реализацией. Данный закон также определяет процедуру получения разрешения на работу для иностранцев, те виды работ, для которых не требуется получения разрешения на работу, а также права и обязанности, работающих на территории Турции иностранцев.

Статья 16 определяет, что под действие закона не попадают такие группы граждан, как:

  1. Те, кто могут внести вклад в развитие образования, науки и технологий в стране
  2. Те, кто готов инвестировать в турецкую экономику
  3. Те, кто имеют в соответствии с определением министерства внутренних дел и министерства иностранных дел «тюркское происхождение»
  4. Те, кто являются гражданами Турецкой Республики Северного Кипра
  5. Те, кто являются гражданами страны-члена Европейского Союза
  6. Те, кто являются работниками иностранных дипломатических представительств
  7. Те, кто замужем за гражданином Турции / женаты на гражданке Турции
  8. Лица, которым официально предоставлен статус беженца

Данный закон стал первым законодательным актом, создавшим правовую базу для оформления трудовой деятельности нелегальных беженцев на территории Турции. Этим шагом правительство Турции начинает постепенную интеграцию беженцев в турецкое общество, отказываясь от идеи возвращения их на родину. Такое решение будет иметь далеко идущие политические, экономические и социальные последствия для Турции.

Продолжается активная интеграция Турции в мировую экономическую систему и систему безопасности. Прямым показателем этого является ряд двусторонних и международных международных договоров, соглашений и меморандумов, которые Турция подписала или ратифицировала летом 2016 года.

Если говорить об экономических и социальных вопросах, то Турция продолжает выстраивать правовую основу сотрудничества как со своими традиционными партнерами, так и с новыми государствами. Приведем краткий список подписанных соглашений:

  • 10 августа было ратифицировано соглашение о сотрудничестве в энергетической области с Грузией
  • 25 августа вступило в силу соглашение между Китаем и Турцией о сотрудничестве в области использования ядерной энергии в мирных целях, подписанное 9 апреля 2012 года (что стало результатом меморандума о сотрудничестве в этой области, который был подписан сторонами еще в июне 2016 года)
  • 7 августа вступило в силу соглашение с Бангладеш о сотрудничестве и взаимопомощи по вопросам таможни
  • 6 августа было ратифицировано соглашение с Гвинеей о сотрудничестве в области здравоохранения
  • 28 июня вступило в силу соглашение о создании зоны свободной торговли с Молдавией

Что касается вопросов безопасности, то они были реализованы в целом ряде соглашений между Турцией и Черногорией. Стимулом к правовому обеспечению отношений между государствами стало вступление последней в НАТО в мае 2016 года. Между двумя странами были подписаны рамочные соглашения в области образования, поощрения инвестиций, безопасности, сотрудничества в военной, научной и технологической сфере, а также договор о реадмиссии.

 

Внешняя политика

Летом 2016 года внутриполитические события оказали большое влияние на внешнеполитический курс Турции. В результате турецкое руководство при разработке своего внешнеполитического курса частично отошло от своей традиционной схемы и применило новые подходы, которые открыли для нее те направления политики, которые, казалось бы, уже были потеряны. Тем не менее, анализ турецкой внешней политики по-прежнему будет вестись по стандартной системе, включающей 4 базовых вектора: западный, ближневосточный, российский и дальнезарубежный.

Прорывы в июне состоялись на двух из этих направлений: ближневосточном и российском и заключаются они в начале процесса нормализации отношений с двумя важными региональными партнерами Турции – Россией и Израилем.

Напомним, что напряженность в отношениях Турции с Израилем сохранялась с 2010 года, когда у берегов Израиля произошло столкновение между силами израильских ВМС и членов экипажа корабля «Мави Мармара», который состоял из граждан Турции. Поводом для столкновения послужила попытка турецкого судна проникнуть на заблокированную Израилем морскую территорию вблизи сектора Газы, чтобы доставить палестинцам гуманитарную помощь. В результате были убиты 9 пассажиров Мави Мармара.

Турецкая сторона после данного инцидента приняла решение заморозить отношение с Израилем и выдвинула три условия для нормализации отношений:

  • принести извинения за свои действия
  • выплатить компенсацию семьям погибшим
  • снять блокаду сектора Газы

На протяжении 6 лет данные требования не давали отношениям двух стран существенно развиваться, но 27 июня между двумя странами было подписано соглашение. С турецкой стороны свою подпись поставил заместитель министра иностранных дел Феридун Синирлиоглу, с израильской – директор МИД Дори Голд.

В соответствии с договоренностями, Израиль согласился частично выполнить условия Турции: в частности, семьям погибших будут выплачены 20 млн долларов компенсации. Также будет смягчен режим блокады Газы, что позволит Турции уже в ближайшее время отправить новые судна с гуманитарным грузом.

Также 27 июня состоялся прорыв на российском фронте. В письме, текст которого не был полностью обнародован и был направлен турецким президентом Владимиру Путину, Реджеп Тайип Эрдоган принес извинения за смерть российского пилота Олега Пешкова (но не за сбитый самолет, поскольку турецкая сторона продолжает настаивать на том, что не знала, что самолет является российским и что она просто предприняла меры по защите своей территории). Для Москвы было принципиально важно получить извинения в любой форме.

Данное письмо запустило процесс восстановления российско-турецких отношений. Первым шагом на этом пути стало снятие 30 июня запрета на чартерные рейсы в Турцию. Тем не менее, данный процесс отметился определенными курьезами. Во-первых, снят запрет был всего через 3 дня после страшного теракта в аэропорту Стамбула. Во-вторых, уже 16 июля российский президент распорядился начать эвакуацию россиян из Турции в связи с попыткой государственного переворота. В результате окончательно запрет был снят только 29 августа, а первые чартеры вылетели в Турцию только 2 сентября.

Процесс восстановления отношений продолжился 9 августа, когда в Санкт-Петербург в сопровождении многих министров прибыл президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Целью переговоров стало восстановление дружественных и доверительных отношений между двумя странами.

Официальные итоги встречи общественности представлены  не были. Более того, не были подписаны никакие документы, не было сделано совместных заявлений. Единственное, что стороны подтвердили, – это  малореалистичная цель достичь товарооборота в 100 миллиардов долларов в ближайшем будущем.

Однако нельзя отрицать, что данная встреча сыграла важную роль для Турции. В условиях абсолютной нестабильности внутри страны и непредсказуемой и мало результативной политики за ее пределами Эрдогану требовалось найти точку опоры для своих дальнейших действий. И он снова нашел ее в России.

 

Турция и США

Попытка государственного переворота оказала негативный эффект на турецко-американские отношения. Основная причина этого заключается в том, что основным организатором переворота, по мнению турецких властей, является турецкий проповедник и создатель международной организации «Хизмет» Фетхуллах Гюлен, уже 17 лет проживающий на территории США.

Турецкие власти уже давно требуют экстрадировать Гюлена обратно в Турцию. В частности, в декабре 2015 трое граждан Турции подали совместный иск против Гюлена в суд штата Пенсильвания. Основанием для иска стал ущерб, который они понесли от деятельности организации «Хизмет».

Тем не менее, американские власти отказываются идти на встречу турецкому руководству по вопросу экстрадиции и требуют сначала предоставить реальные доказательства участия Гюлена в перевороте, что вызывает негодование турецкой стороны.

После же того, как стало известно, что подготовка переворота происходила на натовской базе Инджирлик, находящейся на территории Турции, 31 июля турецкие военные блокировали базу, тем самым показав свое недоверие США.

Для оздоровления американо-турецких отношений с визитом в Турцию 24 августа прибыл вице-президент США Джо Байден. На совместной с президентом Турции пресс-конференции Байден, в первую очередь, отметил, что США осуждают произошедшую попытку переворота и по-прежнему остаются главным союзником Турции. Тем не менее, он признал, что вопрос экстрадиции в США не может быть решен президентом как представителем исполнительной власти, а только федеральным судом, а это требует много времени. Он также напомнил, что первоначально президент Буш отказал Гюлену в предоставлении политического убежища. Однако потом суд США отменил это решение. При этом, как сообщают СМИ, целью переговоров Байдена и Эрдогана уже за закрытыми дверями стал конфликт в Сирии, а не неудавшийся переворот.

Таким образом, США продолжают вести двойную игру на турецком правлении, путем сдержек и противовесов пытаясь достичь наиболее выгодных для себя результатов. В Турции же как в политическом истеблишменте, так и в обществе по крайней мере в ближайшее время сохранится недоверие к своим коллегам по НАТО из-за океана.

 

Направления дальнего зарубежья

Летом 2016 года Турция продолжила расширение горизонтов своей внешней политики через налаживание контактов и поддержание отношений с нетрадиционными для нее партнерами из разных частей мира.

С 31 мая по 3 июня Чавушоглу вместе с президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом совершили турне по странам Восточной Африки – Кении, Уганде и Сомали. Визиты лидеров турецкого политического эстеблишмента в Африку стали довольно регулярными: в частности, в начале марта президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган совершил визиты в Гвинею, Нигерию и Гану. До этого в феврале он побывал в Кот-д’Ивуаре. Президента сопровождали высокопоставленные лица из числа министров и делегация крупных бизнесменов. В результате переговоров между странами были учреждены экономические советы. Турция связывает с африканским континентом большие надежды, в первую очередь, в области экономики. Экспорториентированной экономике Турции требуются новые рынки сбыта продукции, если она хочет поддерживать высокие темпы экономического роста, и страны Африки должны сыграть эту роль в представлении лидеров Турции.

С 12 по 14 июня Чавушоглу был в Мьянме, где помимо переговоров с лидерами государства провел встречу с представителями местных мусульманских общин. Это подтверждает еще одну интересную деталь турецкой дипломатии: желание опереться на мусульманские общины в странах, где мусульмане являются конфессиональным меньшинством. В частности, в Мьянме религиозным большинством являются буддисты (88%), мусульман – всего 4%. Тем не менее, это не мешает Турции позиционировать их как инструмент своего влияния в Мьянме.

По результатам визита Чавушоглу на Шри-Ланку (14-15 июня) между двумя странами был подписан меморандум о сотрудничестве, который, в частности, включает в себя сотрудничество в области подготовки дипломатических кадров и обмена знаниями. Обучение будущих дипломатов из другой страны – внешнеполитическая стратегия, требующая редких и сложных внешнеполитических ресурсов: высокого регионального и международного авторитета, собственной дипломатической школы. До недавнего времени такую политику могли себе позволить только крупнейшие мировые державы США, Россия (СССР), Англия, Франция, Китай. Теперь Турция пытается следовать такому же курсу.

Внуриполитические события в Турции, произошедшие 15 июля 2016 года, не могли не оказать влияние на внешнеполитическую активность государства. Турция продолжила вести традиционную многостороннюю и многоуровневую внешнюю политику, однако любой контакт на международной арене турецких лидеров со своими зарубежными коллегами стал тем или иным способом связан с попыткой переворота.

Не мог переворот не оказать влияние хотя бы по той причине, что сразу после событий 15 июля, как сообщает сайт министерства иностранных дел Турции, Мевлют Чавушоглу провел более 60 телефонных переговоров со своими коллегами со всего мира. Стало понятно, что попытка переворота станет не только неотъемлемой частью внутриполитического, но и внешнеполитического курса.

С 1-го по 2-е августа состоялся рабочий визит министра иностранных дел Турции Малюта Чавушоглу в Пакистан. В рамках визита он был принят президентом и премьер-министром Пакистана, а также провел переговоры с советником премьер-министра Пакистана по вопросам национальной безопасности и внешней политики Сартаджем Азизом. Неудивительно, что основными темами переговоров стали попытка переворота в Турции и борьба с влиянием Гюлена на территории Пакистана.

С 11-го по 12-е августа в Турции с визитом находился министр иностранных дел Палестины Рияд Мальки. Стороны обсудили как вопросы помощи Палестине, так и последствия попытка переворота в Турции.

12 августа в Турцию прибыл министр иностранных дел Ирана Джеват Зариф. Темой переборов стали проблемы двустороннего сотрудничества, а также вопросы региональной и международной повестки дня.

С 18-го по 20-е августа министр иностранных дел Чавушоглу находился с визитом в Индии. Круг обсуждаемых вопросов прежний: двусторонне сотрудничество и попытка переворота. Помимо этого, Чавушоглу встретился с представителями неправительственных организаций и бизнесменами.

Хотя контакты  турецкого руководства с высокопоставленными лицами из стран Азии и Африки часто остаются за пределами сообщений СМИ, они являются важной частью выстраивания многосторонней и многоуровневой внешней политики Турции в современном мире. Пытаясь найти точки воздействия на каждую из стран, Турция использует весь свой внешнеполитической арсенал: от экономического сотрудничества до участия в программах образовательного обмена и помощи религиозным меньшинствам.

 

Европейское направление

Продолжается развитие интересного тройственного внешнеполитического альянса в лице Турции, Польши и Румынии. 25 августа в Анкаре состоялись очередные консультации на уровне министров иностранных дел, в рамках которых были подняты такие вопросы, как попытка переворота 15 июля 2016 года, угрозы, исходящие от организации Фетхуллаха Гюлена, региональные события, итоги саммита НАТО в Варшаве, отношения между Турцией и ЕС.

Необходимо отметить, что это не первая встреча в таком формате. Стороны уже проводили трехсторонние консультации в Варшаве 9 июня в преддверии саммита НАТО. Последние события, однако, показывают, что они готовы продолжать свое взаимодействие и дальше.

 

Итоги  

Летом 2016 года произошел ряд событий, которые будут оказывать особое значение на развитие турецкой внутренней и внешней политики, по крайней мере, до конца года. Из этих событий можно выделить два основных: попытка военного переворота 15 июля и восстановление позитивных отношений с Россией.

Переворот сумел сплотить турецкое общество, которое пребывало на протяжении последних нескольких лет в расколотом состоянии. Однако вопросом остается, насколько долго эта сплоченность сможет продержаться, так как проблемы последние два годы раздирающие страну, по-прежнему остаются нерешенными.

В российско-турецких отношениях сохраняется схожая неопределенность. Стороны зависимы экономически, но развитие двустороннего взаимодействия будет зависеть от того, смогут ли они договориться по вопросам безопасности и геополитики, в первую очередь – по Сирии.

Отличительной чертой турецкой внешней политики остается ее умение одновременно действовать на большом количестве направлений. В то время как внимание общественности заострено на традиционных вопросах – Сирии и России, Турция выстраивает отношения со странами Африки, Азии и Латинской Америки, таким образом увеличивая свое влияние и улучшая свою репутацию по всему миру.

 В.Аватков, М.Кочкин

Турция: май 2016 г. (дайджест)

Основным внутриполитическим событием в Турции в мае 2016 года стала смена политического руководства в правящей Партии справедливости и развития. На смену одному из самых влиятельных политиков в современной Турции, бывшему министру иностранных дел и архитектору современной внешней политики Турции Ахмету Давутоглу пришел ранее мало кому известный Бинали Йылдырым.

5 мая стало известно, что Ахмет Давутоглу принял решение покинуть пост председателя Партии справедливости и развития и, соответственно, пост премьер-министра Турции. Выборы нового председателя были назначены на 22 мая. Победителям на них стал Бинали Йылдырым, который с 2002 года в правительствах Эрдогана и Давутоглу занимал пост министра транспорта, мореходства и связи Турции. Считается, что Бинали будет занимать менее самостоятельную политическую позицию, чем его предшественник, что позволит действующему президенту страны Реджепу Тайипу Эрдогану успешно реализовать запланированные реформы внутри страны.

24 мая новый премьер объявил состав нового правительства, в которое из новых лиц вошли только лояльные Эрдогану люди. Единственное, что можно назвать неожиданным, это то, что в правительстве остались некоторые политики, которые должны были потерять свои министерские портфели.

К ним относится, например, вице-премьер Лютфи Эвлян, который считался сторонником Ахмета Давутоглу. Хотя он и лишился кресла вице-премьера, взамен он получил портфель министра по развитию. Также Нуман Куртулмуш и Сулейман Сойлу, которые покинули исполнительный комитет Партии справедливости и развития по результатам съезда 22 мая, продолжили работу в правительстве страны.

Также необходимо отметить двух политиков, которые прекратили работу в правительстве Турции: вице-премьер Ялчин Акдоган и министр по делам ЕС Волкан Бозкыр.

Что касается Бозкыра, то его уход, связан с тем, что он происходит из крайне светской части внешнеполитического истеблишмента Турции. Несмотря на его активную работу в двух правительствах Давутоглу, он не смог заслужить доверия исламистских элит. Теперь его место занял Омер Челик, бывший министр культуры и туризма, который вращался в кругах близких к Эрдогану еще с середины 1990-х годов.

Интересная роль отведена Мехмету Шимшеку, который сохранил позицию вице-премьера. Ранее Шимшек работал в крупном американском инвестиционном банке «Мерилл Линч» и в новом исламистском правительстве он должен стать гарантом стабильности для крупных международных банков и организаций, которые крайне обеспокоены тем, что в Турции политики, в первую очередь, президент Турции вмешиваются в работу структур, занимающихся экономическими вопросами, даже если это выходит за рамки их компетенции.

Первое заседание нового правительства состоялось 25 мая в резиденции президента под председательством Реджепа Тайипа Эрдогана.

В конце мая Бинали Йылдырым уже успел совершить свою первую зарубежную поездку. Местом назначения стала Турецкая Республика Северного Кипра, что отличает нового премьер-министра от его коллег Ахмета Давутоглу и Реджепа Эрдогана, которые, в первую очередь, посещали Азербайджан.

Другим важным трендом внутриполитической жизни Турции остается борьба Партии справедливости и развития за право лишать отдельных депутатов неприкосновенности. Этот процесс начался еще в феврале 2016 года, но окончательное решение было принято турецким парламентом только 20 мая: Великое Национальное Собрание Турции приняло законопроект, предусматривающий возможность снятия иммунитета с отдельных депутатов. Теперь законопроект должен подписать президент, и нет никаких сомнений, что Эрдоган его подпишет, поскольку он является одним из его инициаторов. Напомним, что на данный момент в парламенте Турции находятся представления от прокуратуры о лишении неприкосновенности 138 депутатов. Большая часть из них является членами двух главных оппозиционных партий: Народно-республиканской партии и Демократической партии народов.

Если такое большое количество депутатов будет лишено своей неприкосновенности, то это позволит правящей Партии справедливости и развития дискредитировать оппозицию и провести новые досрочные выборы, на которых она сможет получить необходимые ей 367 мандатов, которые позволят ПСР менять конституцию без всенародного референдума.

Параллельно с борьбой внутри парламента в Турции продолжает сохраняться крайне напряженная ситуация, связанная с противостоянием армии Турции и Рабочей партией Курдистана, а также регулярными терактами. 1 мая, в день всенародного праздника, в Газиантепе произошел теракт, в результате которого погиб один полицейский, еще 13 человек получили ранение. Ответственность на себя взяла запрещенная в России организация «Исламское государство».

Мощный взрыв прогремел 12 мая в городе Хани в юго-восточной турецкой провинции Диярбакыр, населенной преимущественно курдами. В результате взрыва четыре человека были убиты и 15 получили ранения. Также 12 мая в Стамбуле была подорвана начиненная взрывчаткой машина. Пострадали 9 военнослужащих. Ответственность за теракт на этот раз взяла на себя Курдская группировка «Силы народной самообороны», связанная с Рабочей партией Курдистана.

 

Экономическая ситуация в стране

Из-за неопределенности на политической арене в мае турецкая экономика находилась в подвешенном состоянии. По утверждению турецких экономических изданий, информация об уходе Давутоглу с поста премьер-министра вызвало волнение на финансовых рынках. Количество сделок резко уменьшилось в ожидании изменений, и, как предсказывают некоторые аналитики, участники рынка на протяжении всего лета будут настороженно следить за внутриполитической ситуацией в стране.

В то же время сообщается, что в мае экспорт Турции сократился на на 2,8% до 11,4 млрд долларов, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. По данным TİM (Ассамблеи турецких экспортеров), за первые четыре месяца текущего года экспорт страны по сравнению с 2015 годом сократился на 8,4%, составив  46,2 млрд долларов.

Убытки также несет также крупнейший турецкий авиаперевозчик – Турецкие авиалинии. Компания подвела неутешительные итоги 1 квартала 2016 г. По результатам января — марта чистый убыток авиакомпании составил 422 млн долларов. Как сообщает Bloomberg, данные цифры — худшие для «Турецких Авиалиний» с 1999 г. Акции перевозчика с начала текущего года упали на 9,1%.

Эксперты объясняют негативные показатели авиакомпании обострением курдского конфликта, войной в Сирии и Ираке, а также кризисом турецкой туротрасли, вызванным регулярными терактами в крупных турецких городах и российскими санкциями. По итогам 1 квартала Турция не досчиталась 10% туристов и 17% доходов от туризма.

 

Внешняя политика

В мае 2016 года Турция проводила типичную для себя многостороннюю внешнюю политику, которая основывается на максимальной диверсификации своих внешнеполитических связей с целью установления для себя выгодного баланса сил в разных регионах мира. Однако нынешняя наступательная внешняя политика Турции порой не только не способствует укреплению баланса сил, но, наоборот, создает для страны новые преграды.

Анализ турецкого внешнеполитического курса традиционно будет идти по четырем основным направлениям:

  • Западное, включающее отношения с США и ЕС
  • Российское
  • Ближневосточное
  • Международное, включающее отношение с отдельными странами из разных частей света (в основном, станами Африки и Латинской Америки)

Наиболее горячие точки во внешней политике Турции на данный момент находятся на традиционно стабильном для нее западном направлении.

Май начался с беспрецедентного для отношений между ЕС и Турцией достижения: 4 мая Еврокомиссия рекомендовала Брюсселю ввести безвизовый режим с Турцией, как только последняя выполнит все условия, поставленные Европейским Союзом.

Тем не менее, в скором времени стало известно, что президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган наотрез отказался выполнять одно из главных условий, а именно реформировать турецкое антитеррористическое законодательство.  Это решение фактически остановило процесс создания безвизовой зоны между ЕС и Турцией и поставило под угрозу реализацию соглашения по сирийским беженцам.

Негативное отношение к Турции продемонстрировал один из самых влиятельных игроков на европейском континенте – Великобритания. Премьер-министр Великобритании Джеймс Кэмерон сделал прогноз, что Турция при ее нынешних темпах развития не сможет стать членом Европейского союза в ближайшую тысячу лет. Анкара критически отнеслась к позиции Кэмерона: вице-премьер Турции Нуман Куртулмуш назвал такое высказывание «позором».

Ещё сильнее отношения между Турцией и ЕС накалились после того, как стало известно, что 2 июня нижняя палата немецкого парламента приняла резолюцию, обвиняющую Османскую империю в геноциде армян в годы Первой мировой войны.

Проект резолюции был принят еще весной 2015 года, но его принятие было отложено, чтобы не ухудшать немецко-турецкие отношения в условиях начала миграционного кризиса. Теперь же, по всей видимости, немецкие парламентарии решили таким образом показать лидеру Турции Эрдогану, что Германия не будет поддаваться на шантаж турецкой стороны.

Основной точкой разлома в отношениях с США остается вопрос сирийских курдов. Напомним, что Турция считает сирийскую курдскую партию «Демократический союз» одной из ветвей Рабочей партии Курдистана и террористической организацией, в то время как США поддерживают курдов и считают их своей опорой в борьбе с Исламским государством (террористическая организация, запрещена в Российской Федерации).

В мае недовольство Анкары вызвал тот факт, что бойцы спецназа США, оказывающие поддержку «Демократическому союзу», прикрепили к рукавам нашивки с символикой сирийских курдов. Турецкие власти назвали это недопустимым и потребовали от Пентагона воздействовать на своих военнослужащих в Сирии. По данному вопросу военное ведомство США пошло на уступки и запретило членам спецназа прикреплять на рукава курдские шевроны.

Тем не менее, Соединенные Штаты не привыкли получать указания от своих младших партнеров по НАТО. Данный инцидент свидетельствует, что, хотя в этот раз руководство США прислушалось к мнению своих турецких партнеров, отношения между двумя странами остаются натянутыми и перспектив решения проблем между ними пока не предвидится.

Если с крупнейшими державами Турция предпочитает демонстрировать свою силу, то это никак не мешает ей выстраивать дружественные отношения с менее влиятельными игроками на международной арене.

В частности, в мае на новый уровень были выведены отношения Турции с Украиной: по результатам прошедшего 13 мая десятого заседания межправительственной украино-турецкой комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству обе стороны приняли решения развивать сотрудничество в авиакосмической отрасли. Киев и АнкараЛавров договорились о совместном производстве самолетов на базе украинского концерна «Антонов».

На ближневосточном направлении Турция в мае продолжила вести активную политику, используя свою военную мощь. 24 мая поступила информацию, что Турция ввела свой воинский контингент на территорию Сирии.  Продолжает поступать информация о регулярных артиллерийских обстрелах сирийской территории. Официальными целями турецкие власти называют позиции Исламского государства, однако есть все основания полагать, что целями турецких военных также являются силы сирийских курдов.

Также Турция готова поучаствовать и в полномасштабной официальной военной операции. 30 мая она предложила США провести совместную операцию при условии, что в нее не будут вовлечены сирийские курды, но не получила поддержи.

Схожая ситуация сохраняется в Ираке. Как заявил министр иностранных дел Сергей Лавров, Россия осуждает решение Турции разместить свой воинский контингент на территории Ирака. Сами турецкие власти объясняют сохранение своих военных в Ираке необходимостью обеспечить целостность и суверенитет своего южного соседа.

Одновременно Турция пытается контролировать ситуацию в государствах, которые уже прошли через период «Арабской весны». В частности, с этой целью в мае министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу посетил Ливию. Целями визита стали демонстрация поддержки процессу политического урегулирования в Ливии и возможное возобновление работы в Ливии турецкого посольства.

Что касается  России, МИД Турции предложил 30 мая России создать совместную рабочую группу с участием дипломатов и чиновников для улучшения отношений. Новый прмьер-министр Бинали Йылдырым назвал одной из приортетных целей работы его правительства – улучшение отношений с Россией. Даже сам президент Эрдоган лично выразил желание возобновить сотрудничество с Россией, заявив, что весь инцидент вызван лишь “ошибкой пилота”.

Однако Россия отвергла предложение турецкой стороны и продолжила настаивать на ранее заявленных условиях: извинения, наказание виновных, компенсация. Только выполнение этих трех критериев может стать основой для перезагрузки двусторонних отношений.

Также параллельно с попытками начать сближение, Турция продолжает разрывать связи: в мае Турция стало известно, что с 1 июня будет установлен визовый режим для российских дальнобойщиков.

Приоритетным для Турции остается африканское направление: в условиях спада темпов экономического развития для Турции как экспортоориентированной экономики является жизненно важным поиск новых рынков сбыта. С этой целью с 31 мая по 3 июня президент Турции Эрдоган посетит такие страны восточной Африки, как Уганда и Кения. До своего президента 31 мая министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу посетил Руанду. Все это доказывает, какую важную роль во внешней политике Турции играет африканский континент.

***

Внутриполитические события в мае 2016 года окажут серьезное влияние на будущее развитие страны. Смена руководства ПСР и формирование нового правительства Турции с высокой долей вероятностью позволит правящим элитам ускорить процесс реформирования страны. Новый премьер-министр Турции и весь состав правительства не будут мешать Эрдогану реализовывать свои планы.

Тем не менее, неразумно считать, что внутренний кризис в ПСР завершен. Ахмет Давутоглу ушел с политической сцены, но несомненно, что он по-прежнему планирует играть роль архитектора внешней политики Турции. Об этом говорит издание в начале июня его новой книги под названием «Города и цивилизации».

Однако пока ожидать сильного реформирования внешней политики Турции не стоит. Она будет развиваться по выше описанным четырем направлениям, стремиться способствовать реализации двух целей: расширению политического влияния в соседних регионах и укреплению экономики через диверсификацию партнерских связей. Крупные изменения во внешней политике произойдут только в случае серьезных изменений внутри самой Турции.

 

В.Аватков, М.Кочкин

Турция: апрель 2016 г. (дайджест)

В апреле Турция сумела добиться серьезных внешнеполитических успехов, грамотно используя свои внешнеполитические ресурсы. Европа фактически оказалась в зависимом положении от Турции: одни страны (Германия) боятся увеличения потока мигрантов, другие (Польша) заинтересованы в вовлечении Турции в европейскую игру, чтобы усилить давление на традиционных лидеров. Использовав саммит ОИС, Турция также сумела показать, что она хочет и может являться лидером на Ближнем Востоке и даже во всем мусульманском мире.

Однако внешнеполитическим успехам никак не соответствует сохранение нестабильности внутри страны, которая поддерживается военной операцией против курдов, раздорами между партиями и внутри партий.

 

Внутренняя политика

 

В апреле внутриполитическая жизнь Турции традиционно текла бурно, отражая многоликость турецкого общества и многочисленность неразрешенных проблем, которые не дают ему развиваться в условиях стабильности и мира, а, наоборот, только усиливают состояние кризиса.

Даже в правящей Партии справедливости и развития, считающейся монолитом и единым целым людей, преследующих одинаковые цели, нет ощущения единства, потому что все лидеры партии идут по своему пути.

Наиболее ярким примером этого стало заявление, которое сделал 26 апреля руководитель фракции ПСР в парламенте Исмаил Кахраман. Он заявил, что не видит необходимости в том, чтобы лаицизм оставался одним из основных принципов турецкой государственности. Это заявление вызвало непонимание не только у представителей оппозиционных партий (как метко заметил лидер Народно-республиканской партии Кемаль Кылычдароглу, «у нас с приграничных территорий прилетают ракеты, а вас волнуют только проблема лаицизма»), но и у однопартийцев Кахрамана. В частности, премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу выступил с опровержением, заявив, что в новой конституции будет сохранен принцип лаицизма и гарантированы равные права для представителей всех религий, которые проживают на территории Турции.

Однако и сам премьер-министр в апреле подвергся нападению со стороны членов своей партии: исполнительный комитет Партии справедливости и развития лишил Ахмеда Давутоглу права назначать руководителей местных отделений партии, что, по всей видимости, является показателем зреющего недовольства других высокопоставленных членов ПСР чересчур большой самостоятельностью Давутоглу при принятии политических решений. Изначально в 2002 году тот же исполнительный комитет наделил этой функцией тогдашнего руководителя партии Реджепа Тайипа Эрдогана.

Все это является показателем того, что в Партии справедливости и развития, которая ставит перед собой цель полностью реформировать турецкое общество, нет единства и что раскол будет только усиливаться, потому что желания идти на компромиссы ни у кого нет. В турецкой политике вообще не сформировалась культура поиска компромисса: и многопартийность в парламенте, и плюрализм мнений внутри партии всегда приводят только к расколу и стагнации.

Продолжается раскол и в Партии националистического движения. Напомним, что ещё в феврале оппозиционное крыло обратилось в турецкий суд с требованием, провести внеочередные выборы нового главы партии в связи с тем, что действующий лидер Девлет Бахчели не может достойно выполнять свои функции. 8 апреля стало известно, что 12 мировой суд города Стамбул вынес решение в пользу оппозиционного крыла партии националистов, предоставив им возможность провести в мае внеочередные выборы. Однако радоваться оппозиции пока рано. Руководство ПНД подало апелляционную жалобу, в результате чего исполнение ранее принятого решения было приостановлено, а шансы на то, что новые выборы пройдут, как планировалось, в начале мая существенно снизились. Разрешение конфликта в партии националистов остается одним из наиболее важных вопросов для внутриполитической жизни страны. Смена власти может повлечь смену политического курса партии, что не исключает, переход ПНД на сторону ПСР.

На фоне политических распрей политиков внутри страны продолжается необъявленная гражданская война, которая сопровождается как террористическими актами, так и контртеррористическими  операциями.  12 апреля в Диярбакыре прогремел взрыв целью которого стал участок внутренних войск, который унес жизни 2 человек. Ранения получили 27 военных и 7 гражданских. Также, как сообщают вооруженные силы Турции, 30 апреля, во время контртеррористической операции, снайпером, принадлежащим к Рабочей партии Курдистана, был убит капитан турецкой армии. И это только официальная статистика. По неофициальным данным, реальное количество погибших турецких военнослужащих за все время вооруженного противостояния с РПК исчисляется сотнями.

Более того, ожидать, что боевые действия закончится в ближайшем будущем нет. Как заявил 19 апреля Р.Т. Эрдоган, «единственное решение проблемы – это уничтожение Рабочей партии Курдистана как таковой». По мнению президента, турецкое руководство испробовало все возможные демократические способы решения проблемы, но ни один их не сработал, поэтому остались только «способы военных операций».

Нельзя не отметить, что Эрдоган кривит душой, делая такие заявления. Обострение отношений с РПК началось точно после неудачных для партии выборов 7 июня 2015, когда ПСР не сумела набрать достаточно голосов даже для формирования однопартийного правительства. Решение о возобновлении вооружённого конфликта с РПК – это осознанное решение партии власти, которая решила вывести на передний план фактор безопасности перед досрочными выборами в ноябре. Поэтому говорить о том, что все демократические способы решения проблемы были использованы, неуместно.

Внутренняя нестабильность в Турции приводит к замедлению экономического роста. К такому выводу пришел Всемирный банк, отметивший в своем докладе, что в 2016 году темы составят 3,5%, в то время как в 2015 году эта цифра составила 4%. Особое влияние на снижение окажут геополитические риски и кризис в отношениях с Россией.

Что касается России, то все более очевидными становятся убытки, которые нанесли санкции, наложенные Россией, в первую очередь, в области туризма. По данным, предоставленным Турецким институтом статистики, за первую четверть 2016 года прибыль от туризма сократилась на 16,5 % по сравнению с аналогичным периодом в 2015. Основными причинами этого эксперты выделяют сокращение числа российских туристов, приезжающих  в страну, и проблемы с безопасностью в стране, вызванные десятками террористических актов. Аналитики сообщают, что подобное падение наблюдается впервые с 2006 года.

Тем не менее, хоронить турецкую экономику не надо. Турция проводит многостороннюю и внешнюю, и внешнеторговую политику, что дает свои результаты. Одним из последних признаков этого стало заявление президента страны о скором создании зоны свободной торговли с Катаром, что может укрепить экспорт и, как следствие, всю экспортоориентированную экономику Турции.

 

Внешняя политика

 

Внешнюю политику Турции в апреле можно традиционно разделить на три основных направления:

  • Ближневосточное, которое проявляется в участии в решении региональных проблем и налаживании отношений с арабским миром
  • Западное, которое распадается на европейский и американский векторы
  • Глобальное, связанное с довольно разрозненным выстраиванием отношений с различными странами мира

Наиболее важным для Турции событием на восточном направлении стал саммит Организации Исламского Сотрудничества, который прошел в Стамбуле с 13 по 15 апреля. К присутствующим на саммите лидерам исламских государств обратился президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, который отметил необходимость выработки общей внешнеполитической стратегии странами ОИС и позитивно оценил те усилия, которые уже были предприняты. «Вместо того, чтобы ждать, пока внешние силы начнут вести борьбу с терроризмом и решать другие кризисов внутри исламских государств, мы должны сами достигнуть поставленных целей в этой области с помощью созданной нами   Исламской коалиции по борьбе с терроризмом», — заявил президент Турции.

Гордость Эрдогана также вызвал тот факт, что именно на саммите в Стамбуле сумели встретиться лидеры Ирана и Саудовской Аравии, отношения между которыми переживают период напряженности с начала этого года, вызванной казнью в Саудовской Аравии шиитского проповедника.

Сам Реджеп Тайип Эрдоган также по окончании саммита пригласил в свою анкарскую резиденцию президента Ирана Хасана Рухани. Во время совместной пресс-конференции по итогам переговоров Эрдоган отметил правдивость того, что у двух стран сложилось разное виденье региональных проблем и что в отношениях Турции и Ирана в последние годы наблюдался резкий спад. В то же время, стороны подтвердили свою приверженность борьбе с терроризмом и поддержанию территориальной целостности таких государств, как Ирак и Сирия. Лидеры двух стран также сошлись во мнениях, что важной проблемой является  усиливающаяся в мире исламофобия.

К Ближневосточному направлению логично отнести реакцию президента Турции на мероприятия, связанные с 101-й годовщиной геноцида армян в Османской империи. В этом году турецкий лидер избрал довольно необычный подход для того, чтобы дать оценку данному событию. В письме, которое она адресовал Патриарху Армении, Эрдоган выразил соболезнование погибшим в 1915 году, а также их родственникам, которые еще остались в живых. Помимо этого, президент Турции потребовал, чтобы третьи страны не вмешивались в этот конфликт и не разжигали вражду между двумя соседними странами. Это является явным намёком на Россию, которая отказывается выстраивать отношения с  нынешним официальным правительством Турции и считает Армению одним из своих главных союзников.

Ожидается, что изменения могут произойти в турецко-израильских отношениях: 7 апреля в Лондоне состоялись переговоры между турецкой и израильской делегациями. По сообщению, которое разместило министерство иностранных дел Турции на своем официальном сайте, стороны сумели достигнуть определенного прогресса. Условия соглашения не сообщаются, но турецкий МИД пообещал уже на следующих переговорах, которые состоятся совсем скоро, заключить официальное соглашение. Напомним, что отношения между Турцией и Израилем испортились после того, как в 2010 году 10 турецких активистов, которые пытались прорвать блокаду Газы, были убиты израильскими военными.

Что касается западного направления, то основной интерес вызывает то, как Турция использует фактор мигрантов из Сирии, чтобы добиться поставленных  целей на европейском направлении, а именно отмены визового режима между Турцией и странами ЕС.

Фактически на данный момент германо-турецкие (которые такими темпами рискуют в ближайшем будущем стать турецко-германскими) отношения является прямым отражением того, по какому пути идут отношения со странами Европы. Стоит выделить два основных события: продолжение давления со стороны Турции на журналиста Бохмермана и визит канцлера Ангелы Меркель в сопровождении Дональда Туска и Франца Циммермана в Газиантеп, турецкий город на границе с Турцией.

Во время визита в Газиантеп Меркель сопровождал премьер-министр Ахмет Давутоглу, который чувствовал себя хозяином ситуации и который ярко демонстрировал немецкому канцлеру свой инструмент давления, проживающий в палаточном городке в Газиантепе, что вряд ли вызвало у нее радость.

Еще большее неудовлетворение вызвало у Меркель тот факт, что ее изначальное решение поддержать президента Турции в его конфликте с немецким журналистом, который написал обидные стихи про Эрдогана, обернулось большим внутриполитическим недовольством. Хотя Меркель впоследствии признала ошибочным свое решение встать на сторону турецкого лидера, это не смогло изменить ситуацию: немцы не довольны политикой канцлера, которая идет в разрез с национальными интересами.

На европейском направлении отдельно стоит выделить отношения Турции с Польшей, которые переживают период развития. В частности, 20 апреля 2016 года Турцию с рабочим визитом посетил министр иностранных дел Турции Витольд Ващиковский. Признаком того, что Турция придает особую важность Польше стал тот факт, что перед тем, как провести переговоры с министром иностранных дел Турции Мевлютом Чавушоглу, Ващиковский был встречен президентом Турции, премьер-министром и председателем ВНСТ.

Стороны отметили, что взаимодействие двух стран будет продолжаться не только по двусторонней линии, но и в рамках НАТО, в связи с тем, что Турция будет оказывать помощь в проведении саммита НАТО в Варшаве с 8 по 9 июля.

Взаимоотношения с НАТО также остаются важным направлением турецкой политики на западном направлении. Во время пресс-конференции, которую Мевлют Чавушоглу провел вместе с Генеральным Секретарем НАТО Йенсем Столтенбергом, последний отметил, что высоко ценит вклад Турции в работу альянса, и особо выделил успехи по борьбе с нелегальной миграцией в Эгейском море.

В отношениях с Россией в апреле продолжился тренд на разрыв имеющихся между странами связей: это выразилось в том, что сначала 15 апреля на территории Турции был закрыт доступ к сайту информационного агентства «Спутник», которое на турецком языке доносит до граждан Турции позицию России по целому ряду национальных и международных вопросов. Позже, 20 апреля, на территорию Турции был закрыт въезд главному-редактору Sputnik-Турция Туралу Керимову. Также в конце апреля стало известно, что турецкое новостное агентство Cihan закрыло свой корпункт в Москве.

Случился также и давно ожидаемый разрыв в области ядерной энергетики: как стали известно, 27 апреля «Росатом» намерен продать долю в 49% в турецкой АЭС «Аккую». Эта новость фактически говорит о том, что Россия отказывается от своих обязательств по выполнению проекта строительства атомной электростанции. Такое решение не может не встретить одобрения, потому что многие эксперты давно признали данный проект невыгодным для России: в частности, он предполагал, что все издержки по строительству будут возложены на Россию, в то время как оплата будет производиться только после окончания строительства АЭС за счет доходов от продажи электроэнергии.

Таким образом, Турция сумела добиться существенных успехов на каждом из направлений своей внешней политики. Что касается западного направления, то Турция практически дожала ЕС: 4 мая станет известно, примет ли ЕС решение о введении безвизового режима с Турцией. На восточном направлении Турция в апреле выступила как лидер мусульманского мира: Эрдоган как новый временный председатель задавал тон заседанию ОИС, а также провел переговоры с лидерами практически всех важных стран региона Ближнего и Среднего Востока: Ирана, Саудовской Аравии, ОАЭ.

Российское направление по-прежнему остается в состоянии депрессии. Стороны только сокращают двусторонние контакты. Таким же направлением для Турции можно считать и Египет: между двумя странами нет оснований для возобновления диалога.

Остаются основания полагать, что в мае внешне- и внутриполитические курсы продолжат развиваться в том же направлении. Особый интерес вызывает тот факт, как закончатся противостояния внутри Партии справедливости и развития и Партии националистического движения: каждое из них может оказать существенное влияние на и так нестабильную ситуацию в Турции.

 

В.Аватков, М.Кочкин

Турция: март 2016 г. (дайджест)

Дайджест по событиям в Турции за март 2016 года

 Март 2016 года предсказуемо прошел  по традиционному для Турции плану: внутри страны власть принимает все возможные усилия для подавления инакомыслия и укрепления своих позиций, что вызывает гнев оппозиции, которая однако никак пока повлиять на сложившуюся ситуацию. Это происходит на фоне продолжающейся гражданской войны и ставших уже регулярными террористических актов как на юго-востоке Турции, так и в крупнейших городах страны. В то же время на внешнеполитической арене Турция предпринимает усилия для диверсификации своих внешних связей и укрепления своих позиций. Тем не менее, не все проходит гладко: параллельно с успехами в Европейском союзе и Иране усиливается напряжение в отношениях  с США, остаются на крайне низком уровне отношения с Россией. Экономическая ситуация в стране также не дает поводов для позитивных прогнозов: гражданская война с курдами, теракты, сокращение числа туристов из России – все это способствует традиционно высоких для Турции в последние годы темпов экономического роста. Таким образом, Турция продолжает жить в состоянии нестабильности, оставаясь непредсказуемым партнером для других стран.

 

Внутренняя политика Турции

 

В марте 2016 года в Турции продолжилось давление на средства массовой информации со стороны правительства, целью которого является получение контроля над всеми внутриполитическими процессами. В самом начале месяца это желание проявилось в фактически рейдерском захвате газеты «Zaman».

Средства массовой информации традиционно играют важную роль во внутренней политике Турции: это связано с большими тиражами и любовью турок к печатной прессе. Более того, несмотря на все стремления власти, у нее практически никогда не получалось подчинить себе средства массовой информации. Газеты и телеканалы в Турции отражают интересы и позиции разных групп населения с разными политическими взглядами.

Газета «Zaman» на момент февраля 2016 года была крупнейшей в Турции газетой в стране, тираж которой превышал 550 000 экземпляров в день. Она всегда придерживалась оппозиционных взглядов и с критикой относилась к политике действующих президента и премьер-министра. Она также занималась активным оправданием одного из главных противников действующей власти – Фетхуллаха Гюлена, руководителя движения «Хизмет», проживающего на данный момент в США.

Стремясь полностью обрубить все каналы влияния Гюлена в стране, в марте 2016 года по очевидной инициативе правительства были предприняты жесткие меры. 6-й мировой уголовный суд Стамбула по запросу прокуратуры Стамбула вынес решение о назначении временного управляющего в газету в связи с «неэффективностью ее работы».

В Турции данное решение было воспринято как атака на свободу слова. Но несмотря на протесты как сотрудников газеты, так и обычных граждан, недовольных нарушением права на свободу прессы, которое закреплено в Конституции страны, «Zaman» начала работать по новым правилам: уже на следующий день после назначения временного управляющего риторика газеты резко изменилась: «Zaman» заняла проправительственную позицию и вышла с большой фотографией Эрдогана на обложке.

Тем не менее, активная атака на журналистов не дает Партии справедливости и развития реализовать свои цели на внутриполитической арене. Оппозиционные партии в стране по-прежнему занимают непреклонную позицию и отказываются участвовать в работе парламентской комиссии по разработку нового основного закона в связи с нежеланием правящей Партии справедливости и развития идти на компромиссы по вопросу усиления президентской власти в стране.

Отдельные же политики делают и более критические замечания в отношении действующей власти: Кылычдароглу продолжает настаивать, что у руководителей Партии справедливости и развития и ее депутатов имеются тесные связи с террористами и что этот вопрос должен рассматриваться прокуратурой.

Однако о целостности оппозиции говорить нельзя: руководство Партии националистического движения ожидает решение суда, которое будет вынесено в середине апреля. Оппозиционное крыло, представленное Мерал Акшенер, Синаном Оганом и Корай Айдыном, наоборот, набирает все большую поддержку населения.

На юго-востоке Турции сохраняется режим военной операции, который параллельно сопровождается террористическими актами как в курдских районах, так и в крупных городах: 13 марта 2016 года в Анкаре в парке Гювен унес жизни 37 человек. Ответственность за теракт взяла на себя организация Соколы Свободы Курдистана. 19 марта взрыв прогремел уже в Стамбуле на улице Истикляль. Погибли 5 человек.

Тем не менее, несмотря на сохранение атмосферы террористической угрозы и политической раздробленности, Партия справедливости и развития продолжает идти по пути построения «Новой Турции».

В ставшей уже ежемесячной речи, посвященной результатам в создании «новой страны», премьер-министр Ахмет Давутоглу отметил, что действующая власть существенно укрепила Турцию  по сравнению с 2002 годом. Особые успехи были достигнуты в области экономики: если в 2002 году бюджет страны составил 119 миллиардов турецких лир, то в 2015 год эта цифра достигла – 570 миллиардов. Такие рассуждения, хотя и выглядят для простого населения привлекательными, нельзя использовать в качестве аргументов: в 2001 году Турция пережила серьезный экономический кризис, более того, все 1990-е годы экономика развивалась со значительными затруднениями. Поэтому низкие показатели 2002 года – результаты экономической нестабильности предыдущих лет.

Помимо этого, премьер-министр в очередной раз отметил, что Турция – многонациональная страна, где разговаривают на разных языках.

В то же время очевидно, что между реальностью и видимостью, которую стремится создать действующая власть, наблюдается большой диссонанс. Экономика страны в кризисе в связи с тем, что на юго-востоке страны фактически продолжает идти гражданская война.  Помимо этого, Турция переживает раскол по национальному признаку, а премьер-министр заявляет о всеобщем единстве.

Продолжая тему экономики, необходимо отметить, что в марте можно выделить целый ряд причин замедления экономического роста страны. Среди них  выделяют регулярные террористические акты, ссору с Россией, и влияние кризиса на представителей среднего класса в России.

Ожидается, что такая ситуация приведет к сокращению доходов от туризма в 2016 году на четверть – то есть 8 миллиардов долларов.

Также ожидается, что туристы из Германии, которые номинально могли бы заменить россиян, также отказываются от поездок в Турции в связи с угрозой терактов. Пока падение числа туристов оставила всего 1,6%, но ожидается, что в туристический сезон, который длится с апреля по сентябрь падение будет более существенным.

Премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу объявил, что будет реализован план помощи туристическому сектору, который включает в себя выделение помощи компаниям для реструктуризации их долгов в размере 255 миллионов турецких лир (87 миллионов долларов). Тем не менее, остается непонятным, смогут ли эти реформы исправить сложившуюся ситуацию.

Во внутренней политике страны в данный момент трудно выделить какие-либо позитивные тенденции: деструктивная политика, проводимая действующей властью, наносит удары по всем сферам общественной жизни. И есть все основания, что пока Партия справедливости и развития не достигнет своих целей, подобный политический курс будет продолжаться.

 

Внешняя политика

В марте Турция продолжила вести традиционную для себя многовекторную политику, которая основывается на взаимодействии с как можно большим количеством субъектов международных отношений. Таким образом Турция планирует перейти из категории региональных держав в мировые.

В начале месяца президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган совершил визиты в целый ряд африканских стран: Гвинею, Нигерию и Гану. Президента сопровождали высокопоставленные лица из числа министров и делегация крупных бизнесменов. В результате переговоров между странами были учреждены экономические советы. Ожидается, что подобные визиты должны увеличить количество иностранных инвестиций из Турции в страны африканского континента и, как следствие, влияние Турции.

Однако наиболее крупный успех Турции в апреле был достигнут на традиционно важном для нее европейском направлении. Проблема беженцев, решить которую Европейский Союз не в состоянии, по-прежнему остается важным инструментом влияния в руках турецких политиков.

20 марта вступило в силу соглашение между Европейским Союзом и Турцией, согласно которому теперь все нелегальные мигранты, которые попали в Европу через территорию Турции, будут высланы обратно. Однако за каждого отправленного обратно мигранта Европейский Союз обязуется принять на своей территории сирийского беженца. В результате между Турцией и ЕС образуется своеобразный круговорот: нелегалы отправляются из Европы обратно в Турцию, а зарегистрированные беженцы получают официальную возможность переехать из Турции в Европу.

В соглашении также говорится о мерах поощрения Турции за ее помощь в разрешении миграционного кризиса. Турции уже начался перевод транша в 3 миллиарда долларов, который должен пойти на создание инфраструктуры для размещения беженцев. Если потребуется, еще 3 миллиарда могут быть выплачены в 2018 году.

Европейская сторона также пообещала ускорить процесс отмены виз для граждан Турции и вступление ее в Евросоюз. Сообщается, что безвизовый режим между Турцией и странами-членами Шенгенской зоны будет введен к концу июня 2016 года.

Несмотря на заключение соглашения, не все европейские политики выразили свою удовлетворенность тем планом, который был предложен Турцией. Остаются сомнения, что договоренности будут реализованы в столь короткие сроки, поскольку по данному вопросу есть не только политические, но и административно-технические трудности. Уже в апреле-мае станет понятно, является ли это соглашение уступкой Турции или обманным ходом.

Главный сторонник помощи беженцам и выстраивания союза с Турцией в Европе – Германия – готова идти на такие уступки, даже если это вредит ее имиджу. Своеобразной лакмусовой бумажкой современных  немецко-турецких отношений является инцидент с турецким журналистом, который сочинил ироничные стихи про президента Эрдогана. Отношение Эрдогана к подобному творчеству хорошо известно: в Турции с момента вступления его в должность президента летом 2014 года число дел по обвинению в оскорблении президента достигло 1700.

Однако президент Турции решил показать, что его авторитет не имеет границ или что по крайней мере эти границы находятся за территорией Европы 28 марта посол Германии был официально вызван в министерство иностранных дел Турции, где ему была выражена нота протеста.

Позже уже в апреле канцлер Германии Ангела Меркель выступила с заявлением, в котором сделал акцент не на столь важной для европейцев свободе слова, а на необходимости уважения персоны президента Турецкой Республики: она заявила, что выступает за начало расследования данного инцидента и возможное осуждение журналиста по статье Уголовного кодекса, касающегося оскорбления лидеров иностранных государств.

Таким образом, есть все основания полагать, что козырная карта в лице беженцев, которая сейчас находится в руках Эрдогана, достаточно весома, чтобы заставить европейцев, и в первую очередь, Германию идти на уступки.

Другое старое направление во внешней политике Турции, которое недавно получило новое измерение, – Иран. Несмотря на политические разногласия, в первую очередь, по вопросу Сирии, обе страны идут друг другу на встречу по вопросам экономики. С 5 по 7 марта с официальным визитом в Тегеране находился премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу. 19 марта состоялась встреча главы МИД ИРИ Мохаммеда Джавада Зарифа с его турецким коллегой Мевлютом Чавушоглу. На совместной пресс-конференции по итогам встречи было отмечено намерение Ирана увеличить товарооборот с Турцией до 30 млрд долларов (по итогам 2015 года он составил 9,7 млрд долларов).

В то же время, пока авторитет Турции в Европе и Иране растет, у нее назревают новые сложности со своим главным союзником – США. Показателем этого, стал ядерный саммит в Вашингтоне, который проходил с 31 марта по 2 апреля.

Сначала президента Эрдогана по его прибытии в Вашингтон не встретил ни один высокопоставленных американских чиновников, только коллеги Эрдогана: министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу и посол Турции в США Сердар Кылыч. Потом появились слухи, что президент Обама не сможет встретиться с президентом Турции в связи с большой занятостью. Встреча однако состоялась 1 апреля, но и она была омрачена негативными для турецкого президента событиями, которые произошли за день до этого во время выступления Эрдогана с речью в Брукингском институте: охрана Эрдогана грубо не пропустила на лекцию журналистов, в конфликт вмешались сотрудники университета и полиция. Впоследствии cоветник президента США по национальной безопасности Бен Родс заявил, что он не знает точных обстоятельств дела, но в то же время призвал уважать права журналистов и свободу прессы.

Необходимо также выделить два важных события в отношениях с Россией. В первую очередь, это взятие под стражу 31 марта Арпаслана Челика, виновного в убийстве российского летчика Олега Пешкова. Долгое время в СМИ появлялась информация о том, что Челик свободно посещает массовые мероприятия, в том числе и похороны известных личностей, и что правительство Турции взяв его под стражу делает определенный реверанс в отношении России, который должен стать сигналом к переходу к нормализации двусторонних отношений.

Однако очевидно, что подобных жестов со стороны Турции для Российской Федерации недостаточно, еще в декабре 2015 года посол России в Турции Карлов официально озвучил три основных пункта, выполнив которые двусторонние отношения снова могли бы начать улучшаться:

  • принести свои извинения в связи с нападением на самолет и гибелью российских военных.
  • взять на себя вину за произошедшие события и обеспечить наказание виновных в произошедшем.
  • возместить убытки в отношении России.

Одного взятие под стражу будет недостаточно, поэтому говорить о резком изменении внешнеполитического курса России в отношении Турции пока преждевременно.

Тем более, что параллельно с подобными жестами продолжаются турецкие  провокации в особенно важном для России регионе – Крыму. 22 марта стало известно, что турецкий сухогруз «Лира» врезался в строящийся рабочий мост через Керченский пролив. Инцидент произошел еще вечером 19 марта. Сухогруз «Лира» принадлежит турецкой компании Turkuaz Shipping Corp, им управлял гражданин Турции.

Необходимо отметить, что инцидент произошел через день после празднования 2-й годовщины возвращения полуострова Крым в состав России. Несмотря на то, что причастность турецких властей к данному инциденту доказать невозможно, можно быть уверенным, что пока случаются такие провокации, отношения между двумя странами на прежний уровень не вернутся.

 

***

Подводя итоги, необходимо отметить, что в ближайшие месяцы стоит ожидать более активных действий турецких властей по вопросу строительства «Новой Турции», особенно в области создания новой конституции. Предвестниками этого стали ролики, подготовленные молодежными структурами Партии справедливости и развития. Во внешней политике центральное место продолжат занимать переговоры с Европейским союзом. Однако всегда напомнить о стремлении Турции по максимуму расширить свои внешнеполитические связи: прекрасной возможностью для этого станет саммит Организации исламского сотрудничества, который пройдет в Стамбуле в середине апреля.

 

В.Аватков, М.Кочкин

Турецкий парламентаризм и российско-турецкие отношения

19 января в МГИМО МИД России прошел круглый стол «Турецкий парламентаризм и российско-турецкие отношения», организованный Международным аналитическим центром «Rethinking Russia» и Центром востоковедных исследований. В рамках мероприятия проводилось обсуждение расстановки политических сил, положения власти и оппозиции (как парламентской, так и внепарламентской) в Турции, а также текущего состояния российско-турецкого взаимодействия.

В новый год с монографией по внешнеполитическому дискурсу ведущих субъектов турецкой политики

В ближайшее время будет завершен годовой труд по подготовке монографии – «Внешнеполитический дискурс ведущих субъектов турецкой политики (2010 – 2015 гг.)». Монография была подготовлена авторским коллективом под научным руководством В.А.Аваткова в рамках совместной деятельности Центра востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии и Международным аналитическим центром «Rethinking Russia». 

Монография “Внешнеполитический дискурс ведущих субъектов турецкой политики (2010 – лето 2015 гг.)” представляет собой первое комплексное исследование речей и заявлений лидеров парламентских партий Турции. Такой нестандартный подход к исследованию внутриполитической обстановки в Турецкой республике даст читателям возможность оценить, как проекты, заявленные представителями политической элиты были реализованы в реальной жизни, и были ли они реализованы вовсе.
Монография «Внешнеполитический дискурс ведущих субъектов турецкой политики (2010 – лето 2015 гг.)» чрезвычайно актуальна в контексте последних событий вокруг сбитого турецким режимом российского Су-24 в небе над Сирией.
Турецкий режим, сбив российский военный самолет, фактически солидаризировался с ИГ и, исходя из собственных корыстных нефтяных интересов, осуществил политическое предательство. Турция не отказалась от своих амбициозных и опасных планов как в регионе, так и внутри России, нанесла «удар в спину» своему партнеру.
С учетом данных фактов еще более важным и актуальным представляется изучение риторики всех субъектов турецкой политики.

Доклад: Парламентские выборы в Турции (июнь 2015 г.)

Прошедшие выборы значительно отличаются от предыдущих парламентских выборов, прошедших в 2012 году. Они продемонстрировали тектонические сдвиги в основных красных линиях межпартийного противостояния. Предыдущие принципы разделения по векторам «исламисты-светские» уже явно не отражают структуру турецкой политики. ПСР, создававшаяся как альянс различных субъектов умеренно-исламского типа, потеряла часть голосов из них, во многом – благодаря конфликту президента Р.Т. Эрдогана и живущего в США лидера группировки «Хизмет» Ф. Гюлена.

Для понимания контекста партийной борьбы в докладе представлена краткая история партийной и избирательной системы в Турции, анализ законодательной базы о выборах и такой особенности турецкой избирательной системы, как нацеленность на крупные партии.