Иран: январь 2019 г. (дайджест)

Минувший месяц стал напряженным для Ирана. Антииранский саммит в Польше, подготовленный по инициативе США; запрет показа иностранной продукции в Иране в целях продвижения продукта отечественного; а также неясность в области нового расчетного механизма с Европой лишний раз подтверждают всю трагичность ситуации в стране. Несмотря на внутренний кризис, Иран наращивает сотрудничество с региональными игроками. И не только с ними.

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ИРАНА. ОТНОШЕНИЯ ИРАНА С РОССИЕЙ

Внешнеполитический трек в этом месяце отличился за счет активной региональной политики Ирана. В течение января высокопоставленные лица Исламской Республики Иран провели ряд встреч и консультаций с представителями соседних стран, тем самым закрепив с ними отношения. Среди этих стран оказался уже традиционно дружественный Ирану Пакистан, а также Азербайджан, Индия и Афганистан.

Вместе с этим, Иран продолжал агрессивную риторику в отношении США. 2 января Министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф прокомментировал выход США и Израиля из Организации Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО): «После [выхода] из СВПД, НАФТА, ТТП, Парижского соглашения по климату и др. режим Трампа — наряду с израильским режимом — сегодня официально вышли из ЮНЕСКО. Осталось ли что-нибудь для администрации Трампа и ее марионеточного режима [Израиля], из которого они могли бы выйти? Возможно с Земли вообще?», написал Зариф на своей странице в Twitter.

По-прежнему остается открытым вопрос нового расчетного механизма с Европой. По этому вопросу не раз в течение месяца выступали европейские официальные лица. Верховный представитель Европейского Союза по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини заявила об усилиях ЕС по поддержанию СВПД как об одном из самых важных событий 2018 года и подчеркнула, что работа по созданию специального финансового механизма будет продолжена в 2019 году. 8 января глава внешнеполитического ведомства Ирана заявил, что Тегеран готов продолжать работать над специальным механизмом ЕС для расчётов с Ираном, но «не будет ждать Европу и продолжит взаимодействие со своими традиционными партнёрами: Индией, Китаем и Россией для обеспечения интересов иранского народа».

Как и в предыдущие месяцы, Иран предпринимает активные попытки сотрудничать с Китаем. В свою очередь, 3 января официальный представитель МИД КНР Лу Кан призвал все вовлеченные стороны полностью выполнять Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД) по иранской ядерной программе. Новый посол Ирана в Китае Мохаммад Кешварзаде заявил, что новая глава в отношениях между двумя странами, которая совпадает с 40-й годовщиной Исламской Революции Ирана и 40-й годовщиной реформ в Китае, будет и в дальнейшем развиваться в позитивном направлении. 7 января генеральный секретарь Китайско-арабской ассоциации Чэнь Синьхуэй указал на односторонние санкции США против Ирана и подчеркнул, что Шёлковый путь является центром сотрудничества между Китаем и Ираном против США.

Отдельно следует выделить и плодотворное ирано-сирийское сотрудничество в минувшем месяце. В конце января две страны подписали около десятка совместных меморандумов о сотрудничестве в различных сферах. 16 января Командующий Корпуса Стражей Исламской революции Мохаммад Али Джафари заявил, что иранские военные консультанты и вооружение останутся в Сирии.

Наибольшую гласность на внешнеполитическом треке в январе обрел так называемый антииранский саммит по инициативе США в Польше, планируемый на 13-14 февраля. Встреча в Польше, по словам Вашингтона, будет иметь международный характер и будет направлена на выработку механизмов стабилизации на Ближнем Востоке. В этой связи глава организации иранского кино заявил, что проведение недели польского кино в ИРИ теперь будет зависеть от поведения Варшавы. Многие страны ближневосточного региона не поддержали идею США о проведении саммита. По причине возросшей напряженности по линии Варшава-Тегеран 14 января поверенный в делах Польши был вызван в МИД Ирана. Согласно информации ТАСС, представители иранского МИДа не получили достаточных и убедительных разъяснений о характере этой встречи от представителя Польши. МИД Ирана заявил, что правительству Польши необходимо предпринять незамедлительные меры, в противном случае – Иран предпримет ответные действия.

Одним из ярких события января во внешней политике Ирана стало также задержание иранской журналистки на территории США. 16 января официальный представитель МИД Ирана Бахрам Касеми осудил арест в США журналистки и телеведущей иранского новостного телеканала Press TV Марзие Хашеми (Мелани Франклин). Касеми решительно осудил незаконный арест журналистки и издевательства над ней со стороны правительства США в Вашингтоне, призвав к ее немедленному и безоговорочному освобождению. По данным иранского агентства ИРНА, Хашеми была арестована в аэропорту Сент-Луиса (штат Миссури), куда она прибыла из Ирана, чтобы навестить больного брата. Затем сотрудники ФБР доставили женщину в одну из тюрем в Вашингтоне.

Иран не обошла стороной и тема смены власти в Венесуэле. На протяжении месяца власти Ирана полностью поддерживали установившуюся ранее в стране законную власть под руководством Николаса Мадуро. 24 января официальный представитель МИД ИРИ Бахрейн Касеми заявил, что Исламская Республика Иран осуждает любое иностранное вмешательство во внутренние дела Венесуэлы или любые незаконные действия, такие как попытки совершить государственный переворот и меры, свидетельствующие о недавних политических событиях в Венесуэле и незаконном вмешательстве Соединенных Штатов в его дела. Иран поддерживает правительство и нацию Венесуэлы.

18 января министры иностранных дел Ирана и Японии Мохаммад Джавад Зариф и Таро Коно обратились с посланиями во время церемонии по случаю 90-летия установления дипломатических отношений между двумя странами, подчеркнув укрепление двустороннего сотрудничества.

На линии Тегеран-Москва по-прежнему наблюдается положительная динамика.

17 января посол Ирана в РФ Мехди Санаи и замглавы МИД РФ Григорий Карасин обсудили ряд вопросов двустороннего практического взаимодействия в Закавказье и Центральной Азии, об этом сообщили в пресс-службе дипмиссии в Москве.

22 января Россия отказалась от участия в антииранском саммите в Польше. Об этом говорится в распространенном во вторник комментарии МИД РФ.

29 января стало ясно, что встреча лидеров «астанинской тройки» (Россия, Турция, Иран) пройдет во второй половине февраля. Об этом сообщил спецпредставитель президента России по Ближнему Востоку и странам Африки, замглавы МИД Михаил Богданов.

Таким образом, январские события во внешнеполитическом направлении Ирана указывают на все более растущую и крепнущую роль иранского фактора как в регионе, так и на международной арене. Об этом свидетельствует установившаяся плотность контактов с соседними Ирану странами, а также такое планируемое событие международного масштаба, как саммит по ближневосточной безопасности в Польше. Ирану по-прежнему удается сохранять и даже наращивать сотрудничество с Китаем, Японией и Россией. Однако уже традиционными проблемными точками все еще остаются вопросы расчетных механизмов с Европой и в целом влияние американских санкций на внутреннюю обстановку в стране.

ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА ИРАНА

На внутриполитическом треке наблюдались как негативные, так и позитивные тенденции.

Активизировалась работа пограничных служб Ирана, вследствие чего во многих городах в течение месяца были найдены и изъяты огромные количества наркотических препаратов.

2 января министр обороны Республики, бригадный генерал Амир Хатами заявил, что оборонный бюджет Ирана увеличится на 21% в следующем иранском календарном 1398 году (который начинается 21 марта 2019 года).

Все также ощущаются крайне болезненные последствия американских санкций в области медикаментов. 7 января генеральный директор по вопросам медикаментов и управления по контролю за продуктами и лекарствами Мохаммад Абдзаде сказал, что утверждение о незапрете входа медикаментов является «красивым, но ложным, потому что для поставки медикаментов в Иран необходимы банковские процессы, против которых введены санкции».

6 января иранский парламент запретил рекламирование иностранных товаров, у которых есть иранские аналоги, в целях поддержки продажи отечественных товаров.

11 января в районе Исфахана начались VIII учения военно-воздушных сил армии ИРИ под кодовым названием Fadayeeyan Harim Velayat.

13 января заместитель координатора армии Исламской Республики Иран заявил, что Новая иранская система противовоздушной обороны «Бавар-373» будет представлена к концу текущего иранского календарного года (закончится 20 марта). Он добавил, что система ПВО «Бавар-373» является ракетной системой дальнего радиуса действия, которая способна быстро уничтожать цели с высокой точностью. Сравнивая «Бавар-373» с его иностранными аналогами, он сказал, что иранская система ПВО, безусловно, является более способной. Контр-адмирал Сайари сказал, что Иран производит некоторые системы ПВО дальнего и среднего радиуса действия.
Он отметил, что «Бавар-373» оснащена вертикальными пусковыми установками (VLS), добавив, что база ПВО «Хатам аль-Анбия» недавно продемонстрировала некоторые системы противовоздушной обороны на военных учениях в городе Семнан.

26 января Президент Ирана Хасан Рухани подписал закон о внесении поправок в закон о борьбе с отмыванием денег, который будет применяться судебными органами и министерством экономики и финансов.

***

Таким образом, при подробном обзоре внутриполитических и внешнеполитических событий в Иране в течение минувшего месяца, можно сделать выводы о том, что при сохраняющимся в определенной степени влиянии Ирана на международной и региональной арене, на повестке по-прежнему остаются нерешенными все те же вопросы. Отсутствие четко оформленных договоров с Европой и рядом отдельных стран в экономической отрасли способствуют углублению внутриполитического кризиса в стране. На данный момент наблюдается тенденция к изоляционизму внутри иранского общества. Запрет на показ иностранной продукции в Иране, повышение расходов на оборону страны и периодически проводимые военные учения свидетельствуют о том, что Иран вынужден занять оборонительную позицию и, вероятнее всего, на долгосрочную перспективу.

Мария Будаева

Где собака зарыта? Как прошел минувший год в американо-китайских отношениях

В ночь на 5 февраля 2019 года в Китае наступил Новый Год по лунному календарю. Вскоре после этого в Пекин (11 февраля) должна отправиться американская делегация переговорщиков во главе с торговым представителем США Р. Лайтхайзером, где стороны продолжат обсуждать детали будущей возможной сделки.

К началу предыдущего года (года Собаки) в американо-китайских отношениях, несмотря нарастающие противоречия, ещё не было тарифов, а президент США Д. Трамп во время визита в Пекин обвинял своих предшественников в сложившимся торговом дисбалансе. Так каким же образом Вашингтон и Пекин перешли к полноценному торговому (и не только) конфликту?

В январе 2018 года не было никаких сомнений относительно того, что в американо-китайских отношениях углубятся всевозможные противоречия (о чем писали наши эксперты). После того, как в Национальной оборонной стратегии США, вслед за чуть ранее опубликованной Стратегией национальной безопасности Китай был провозглашен стратегическим противником, а президент США Д. Трамп в своем обращении “О состоянии Государства” охарактеризовал Пекин как одну из угроз, главным становился вопрос: какие сферы двухсторонних отношений будут затронуты и насколько далеко, до каких стадий может дойти конфликт.

К этому времени у сторон было два визита на высшем уровне (Си был в США в апреле, “ответный” визит Трампа состоялся в ноябре) и 100-дневный план по урегулированию вопроса торгового дисбаланса в рамках проводимой президентом США политики “справедливой торговли”. Ни сто дней этого плана, ни визит Трампа к началу нового года не смогли решить всех имеющихся противоречий.

С таким “багажом” китайский главный торговый переговорщик, вице-премьер КНР Лю Хэ (刘鹤), посетил Вашингтон, прибыв на место под подписание Д. Трампом указа о введении пошлин на алюминий и сталь. Эти ограничения не были направлены только против КНР, однако первые шаги в сторону “торговой войны” (贸易战) были сделаны.

По всей видимости, господин Лю не был достаточно убедительным, и в марте президент США Д. Трамп ввел первые торговые ограничения против Китая на 60 млрд. долларов, а Мнучин и Лайтхайзер получили задания проработать дальнейшие ограничения в торговле и инвестициях.

В марте президент подписал принятый ранее Конгрессом США Taiwan Travel Act, разрешающий официальным лицам США встречаться со своими тайваньскими коллегами, как и принимать их в США.

С этого момента можно считать, что торговый конфликт начал свое поступательное движение. Параллельно с ним начался общественно-политический процесс ограничения “китайского влияния”. Уже к концу марта власти США обязали Институты Конфуция регистрировать себя как “иностранных агентов”. Несколько позже официальный Вашингтон заявил, что Пекин использует проект “Пояс и Путь” для слежки за иностранными правительствами и компаниями.

В начале апреля, после ряда визитов (например, к Ли Кэцяну (李克强) приезжали представители республиканской партии во главе с Стивом Дэниэлсом), Таможенная комиссия по тарифам Госсовета КНР приняла решение приостановить действие пониженных тарифов на некоторые американские товары.

Ухудшалась атмосфера в американской экспертной и политической среде. В профессиональных журналах, посвященных внешней политике, стали появляться публикации, лейтмотивом которых становилось американо-китайское противостояние в различных сферах (к примеру, публикация в Foreign Policy о модели “китайского авторитаризма” и более поздние). Постепенно складывался двухпартийный консенсус, направленный против Китая, а сенатор М. Рубио еще весной предлагал внести некоторых китайских чиновников в “Список Магницкого”, то есть ввести против них персональные санкции.

В апреле стало известно о тенденциях падения прямых инвестиций в США со стороны Китая и избавления китайских граждан от собственности на территории США. Также этот месяц запомнился санкциями против китайской компании ZTE и началом расследования против Huawei.

В мае стороны продолжили переговорный процесс. И если 3-4 мая в Пекине переговорщики не пришли к положительным итогам, то неожиданно результатом переговоров в Вашингтоне 17-18 числа (китайскую делегацию возглавлял Лю Хэ) стало “заключение сделки”, условия которой трактовались по разному США и Китаем.

Конкретным результатом той встречи стало снятие санкций с ZTE (в обмен на штраф и изменения в руководстве компании). Это решение тут же раскритиковала часть американских сенаторов во главе с двумя партийными лидерами.

К концу месяца стало очевидно, что стороны не смогли достичь результатов. 29 мая Белый дом заявил, что США поднимут тарифы на 25 процентов на товары, стоимость которых оценивается в 50 млрд. долларов США, включая программу “Сделано в Китае 2025”. Список конкретных товаров был опубликован 15 июня, а тарифы начали действовать с 6 июля (в два этапа). В ответ на это Пекин ввел ограничения на тождественную сумму.

Несколько позже Белый дом подчеркнул свое решение 36-страничным докладом “Как китайская экономическая агрессия угрожает технологиям и интеллектуальной собственности США и всего Мира” (How China’s Economic Aggression Threatens the Technologies and Intellectual Property of the United States and the World). В нем достаточно сжато, но одновременно подробно рассматриваются практики китайского правительства, которые, по мнению авторов доклада, используются для незаконного овладения технологиями США и применения их в целях развития экономики и военного сектора Китая (краткий обзор в виде таблицы дан на странице 21).

Особое внимание стоит придать разделу “нетрадиционного сбора информации”, где под подозрения в шпионаже попадают все лица китайской национальности, работающие в технологическом секторе или проходящие обучение в американских учебных заведениях. По данным доклада, китайское правительство имеет широкий пул инструментов для получения информации и имеет возможность стимулировать своих граждан, начиная от поощрения, заканчивая угрозами (здесь необходимо обратить внимание на то, что подобная формулировка обвинений в дальнейшем будет часто фигурировать в американской прессе и аналитике). Также описаны инструменты покупки передовых американских компаний, кибершпионажа, кражи интеллектуальной собственности и т.д.

В докладе есть выдержка из слушаний Комитета по разведке Сената США от февраля 2018 года. Сенатор. М. Рубио задавал вопросы директору ФБР К. Рею по поводу рисков национальной безопасности, связанных с китайскими студентами. Тот ответил, что почти в каждом городе, где у ФСБ есть представители, было замечено использование нетрадиционных методов сбора информации, особенно в академической среде. Далее Рей добавил, что, по его мнению, угроза идет не только от правительства Китая, но и от всего общества, и что США нужно отвечать не правительству, а обществу.

11 июля администрация президента США решила ввести новые пошлины в 10 процентов на товары из Китая на сумму 200 млрд. долларов США. Вместе с тем господин Трамп заявил, что готов ввести пошлины на весь экспорт КНР, если в Пекине будут вводить ответные меры. По плану ограничения начнут действовать с 24 сентября, а с 1 января 2019 года они поднимутся до 25 процентов.

Тем не менее американские власти рассчитывают продолжать переговоры с Пекином. 21 июня Министр финансов США Стивен Мнучин отметил, что Вашингтон готов к торговому соглашению с Пекином при условии, что китайские власти поменяют свой подход к торговле.

08 августа Офис торгового представителя США Роберта Лайтхайзера опубликовал список китайских товаров, которые попадают под пошлины в 25 процентов. Список содержит товары с объемом поставок на 16 млрд. долларов США в год. В ответ в Пекине заявили, что введут аналогичные тарифы на такую же сумму.

10 августа впервые на официальном уровне в ООН был поднят вопрос “массового ущемления прав уйгур и других меньшинств, проживающих на территории СУАР”. Пекин на тот момент не признал существование так называемых “лагерей перевоспитания”, о которых активно сообщали различные источники и СМИ. Сложно не связать “раскручивание” этого вопроса с общей волной возрастающего американского давления на КНР.

16 августа президент США Дональд Трамп заявил, что Пекин не смог предложить Вашингтону приемлемых условий для заключения торговой сделки, добавив, что переговоры между США и КНР продолжаются.

23 августа вступили в силу тарифные пошлины двух стран на сумму в 16 млрд. долларов США.

24 августа заместитель министра коммерции Китая Ван Шоувэнь (王受文) встретился с заместителем министра финансов США по международным делам Дэвидом Малпассом. Судя по заявлениям сторон, переговоры не привели ни к каким договоренностям.

Осенью попытки двух стран прийти к какому-то консенсусу в торговле продолжались, однако в центре событий все же была политика, где отношения двух стран ухудшились. Кульминацией стала программная речь вице-президента США М. Пенса о политике администрации Д. Трампа по отношению к Китаю. Примерно тогда же Л. Кадлоу рассказал журналистам о формировании “торговой коалиции” против Китая.

Показательной стала заочная “перепалка” между председателем КНР Си Цзиньпином (习近平) и вице-президентом США М. Пенсом на Форуме АТЭС, прошедшем в Папуа-Новой Гвинеи. Оба не стали слушать речи друг друга и оба – явно и неявно – критиковали политические курсы страны-оппонента.

Господин Пенс в своей речи указал, что США готовы вводить 25-процентные ограничения до тех пор, пока КНР не изменит “несправедливые” торговые практики. Также вице-президент предупредил страны региона о последствиях кредитной зависимости от Китая, а также призвал “не получать кредитные займы, которые могут подорвать суверенитет”. В свою очередь, председатель КНР Си Цзиньпин заявил, что “протекционизм ведет к провалу”.

Но, несмотря на это обострение, стороны продолжили диалог. Л. Кудлоу отмечал, что у администрации Д. Трампа нет задачи подготовить новую сделку. Определенную ясность должна была внести встреча двух лидеров на Саммите G20 в Аргентине в начале декабря. Перед саммитом фигурировала информация, что Пекин заранее предложил Вашингтону проект торгового соглашения.

Встреча на самом высоком уровне между США и КНР завершилась согласованием 90-дневного периода, в течении которого стороны обязываются договориться по спорным вопросам и не поднимать торговые тарифы с 1 января 2019 года.

Оптимизм от соглашения достаточно быстро ушел вместе с арестом финансового директора Huawei (华为) Мэн Ваньчжоу (孟晚舟). Выдержав небольшую паузу, США и Китай не стали связывать вместе два этих вопроса, а премьер-министр Канады Дж. Трюдо указывал на отсутствие политики в данном аресте.

Пекин ответил арестом нескольких канадских граждан в Китае: М. Коврига и М. Спавора. Обоим были предъявлены обвинения в действиях, подрывающих национальную безопасность КНР. Несколько позже третьему гражданину Канады, ранее осужденному за распространение наркотических средств на территории Китая, была изменена мера наказания на смертную казнь.

Также “фоном” к перемирию 19 декабря президент США Д. Трамп подписал закон, который запрещает китайским чиновникам въезд в США, если те ограничивают въезд американцев в Тибет, что, очевидно, явилось раздражающим фактором в американо-китайских отношениях.

В январе переговоры продолжились. 7-9 января они прошли в Пекине. Замминистра коммерции КНР Ван Шоувэн принимал американскую делегацию, возглавляемую заместителем торгового представителя США Дж. Джерришем. Та встреча не завершилась каким-то конкретным результатом, но стороны говорили о “положительном результате”. К слову, подобное можно было наблюдать в течение всего года, когда переговорщики после очередного раунда в Вашингтоне или в Пекине говорят о том, что “все отлично”, а на деле страны вводят друг против друга торговые ограничения.

По доброй традиции, завершая год так же, как его начал, 30-31 января Лю Хэ прибыл в Вашингтон. Американская сторона также “отдала дань традиции”, встретив китайских переговорщиков уголовным делом против Huawei. Главным итогом встречи стало продолжение переговорного процесса уже после Нового Года по лунному календарю.

Самый главный факт, который необходимо отметить при анализе американо-китайских отношений за весь год в целом, заключается в том, что Пекин поддался давлению со стороны Вашингтона.

Во-первых, в течение года китайцы соглашались на все больший ряд условий. Если кратко: китайцы все больше открывают свои рынки, в том числе и ценных бумаг, для иностранцев, меняют патентное право (но с оговорками), как минимум не отвергают предложение американцев проверять ход реформ в Китае, в то время как власти США прорабатывают возможность ограничения деятельности китайских компаний, открывают уголовные дела против Huawei и т.д.

Во-вторых, Китай пока что не смог ответить на давление США на ZTE и Huawei. Первая компания выплатила 1,4 млрд. долларов, поменяла руководство, а стоимость ее акций резко упала вниз, даже после снятия ограничений. Против второй открыты уголовные дела. В итоге уже сейчас Huawei, которая предлагала передовые технологии 5G по всему миру, оказалась политически выдавлена с рынков многих стран. Теперь, признавая успешность такого способа, американцы могут надавить на любую китайскую компанию. Возможно, что это произойдет уже в течение года Свиньи.

В-третьих, Китай, в довесок к имеющимся к нему вопросам, получил ситуацию с уйгурами в СУАР и международную кампанию за освобождение канадских граждан (не говоря о том, что почти полностью потеряли смысл попытки Китая зайти на рынки США со стороны Канады). Это в целом не добавило положительного имиджа Китаю.

Возвращаясь к сделке, нужно отметить, что стороны, скорее всего, придут к соглашению, но в дополнительное время. Явный сигнал в подтверждение этому пришел от Трампа, который на совместной конференции с Лю Хэ после последних переговоров в Вашингтоне подчеркивал, что соглашение будет достигнуто только после его личной встречи с председателем. Теперь американский президент говорит, что такая встреча в феврале вряд ли состоится (не в последний же день торгового перемирия встретятся президенты 1 марта).

Американцы достигли достаточно большого прогресса для себя в переговорах, а самое главное – сделали важные для себя шаги в ограничении Китая как технологического лидера, что и вызывало опасение у многих политиков в Вашингтоне. Сейчас для сторон важно получить кратковременный результат: продление срока перемирия или сделка в какой-либо форме поможет снять накопившееся, прежде всего, экономическое напряжение в двух странах в связи с торговыми ограничениями.

Однако в целом это не снимает вопрос о технологической конкуренции, которая будет продолжаться. У американцев будет велико искушение внеэкономическими методами снова ограничить китайские компании не только на своем рынке, но и на рынках “стран-союзников”. Китайским компаниям для выживания, возможно, придется предлагать свои технологии по ценам, ниже рыночных. На это России стоит обратить особое внимание.

С другой стороны, “мягкое побеждает жёсткое”. Несмотря на “отступление”, Пекин сделал важные шаги в сторону большей автономности от американского рынка (но еще очень далек от того, чтобы отойти от него). Председатель Си сейчас много говорит об “опоре на собственные силы”, развивает торговые отношения с другими странами, снижает торговые тарифы для других государств по многим пунктам, правительство КНР снова тратит деньги внутри государства для стимуляции рынка, с этой же целью проведена налоговая реформа.

Говоря о новом Годе Свиньи, стоит отметить, что сейчас, после ряда изменений, в администрации Д. Трампа находятся люди, которые близки ему и его видению политики. А значит, в год Свиньи Белый дом должен действовать более последовательно, в том числе и на китайском направлении.

Нельзя не сказать о сложившемся двухпартийном консенсусе республиканцев и демократов против Китая и нарастании антикитайской “истерии” у американской элиты.

Россия, которая уже получила некоторые положительные результаты от американо-китайской торговой войны, должна продолжать продвижение своей продукции на рынок Китая, пользуясь ростом спроса среди населения. Возможная торговая сделка с американцами повысит уровень конкуренции, что, безусловно, станет вызовом для российского экспорта. В дальнейшем стоит ожидать ухудшения отношений Вашингтона и Пекина. Москва должна воспользоваться такой возможностью и увеличить предложения там, где это можно сделать. Немаловажно следить за судьбой китайских технологических компаний, ограничение работы которых в ряде стран мира может способствовать большей ценовой гибкости в вопросах продажи высоких технологий.

П. Прилепский

Арабские страны: январь 2019 г. (дайджест)

Протесты в Судане на протяжении первого месяца нового года не теряли интенсивности. У протестующих наконец-то появились лидеры и внятная программа.

На ливанском направлении произошли значительные изменения. Затяжной политический кризис приблизился к своему завершению благодаря формированию нового правительства. Прошедший 20 января в Бейруте саммит ЛАГ, несмотря на отказ большинства лидеров арабских стран принять в нём участие, чётко продемонстрировал, что в арабском сообществе есть сторонники восстановления Сирии в организации.

На сирийском треке сохранилась негативная тенденция декабря по случаям нарушения режима прекращения огня. Политическое урегулирование столкнулось с проволочками, начало работы конституционного комитета по новым спискам, очевидно, переносится на февраль.

Подобным образом дела обстоят и с межпалестинским диалогом, основным посредником в котором должна выступить Москва. Переговоры с представителями 10 палестинских фракций было решено перенести на 13-14 февраля.

СУДАН

1 января на фоне начавшихся в декабре 2018 г. протестов 22 политические партии Судана подписали совместную петицию на имя президента Омара аль-Башира с требованием ухода в отставку, роспуска парламента и создания переходного правительства.

2 января суданским властям наконец-то удалось заблокировать соцсети «Twitter», «Facebook» и мессенджер «WhatsApp», которые использовались протестующими для координации действий, а также для освещения актов неправомерного применения силы правоохранительными органами, которые замалчивались государственными СМИ.

13 января прокуратура Судана сообщила, что количество погибших среди демонстрантов достигло 24 человек. По неофициальным данным, погибло около 40 человек. Однако, несмотря на такие расхождения в цифрах, 22 января О. аль-Башир выступил с речью, в которой обвинил неких «диверсантов» в гибели протестующих и напомнил о предстоящих президентских выборах в 2020 г. Ранее, 20 января, суданский лидер сообщил о задержании иностранных агентов, якобы получивших инструкции «внедриться в ряды протестующих и убивать их», чтобы повысить градус конфликта и «разрушить страну».

26 января, спустя почти месяц с начала волнений, Садык аль-Махди, свергнутый О. аль-Баширом в 1989 г. и нынче возглавляющий одну из ведущих оппозиционных партий Судана «Аль-Умма», заявил, что целиком и полностью поддерживает демонстрантов, осуждает их убийство и призывает режим уйти. По словам С. аль-Махди, в ближайшее время «Аль-Умма», заручившаяся поддержкой неназванных «политических и гражданских групп», собирается подписать «Декларацию свободы и перемен», которая предусматривает немедленную отставку президента без каких-либо предварительных условий, формирование переходного правительства и т.д. По сути, «Декларация» С. аль-Махди должна стать альтернативой петиции, подписанной 1 января 22 партиями.

27 января О. аль-Башира прибыл с однодневным визитом в Каир, где встретился со своим египетским коллегой Абдель Фаттахом Ас-Сиси. Выступая на пресс-конференции, суданский президент заявил, что события в его стране являются ничем иным, как «попыткой клонировать в Судане, то, что известно как «арабская весна»». Ранее правительство Египта выступило со словами поддержки «стабильности и безопасности» своего южного соседа, что позволяет расценивать вероятность египетского вмешательства в текущую ситуацию в Судане как крайне низкую.

30 января среди протестующих получило широкий резонанс сообщение о задержании дочери С. аль-Махди Мариям, которая является вторым по влиянию лицом после отца в партии «Аль-Умма». Подобные действия суданского режима, тем не менее, оказались не резким шагом, а продуманной акцией, т.к. в тот же день начальник национальной службы разведки и безопасности Салах Чош издал указ об освобождении всех задержанных в ходе протестных демонстраций.

Также 30 января около 300 преподавателей и научных сотрудников Хартумского университета объявили забастовку и опубликовали «Инициативу профессоров университета Хартума», которая вслед за петицией 22 партий и «Декларацией свобод и перемен» С. аль-Махди повторяет основное требование протестующих – создание переходного правительства. Поддержка со стороны интеллектуальной элиты свидетельствует о том, что волнения в Судане кристаллизуются, т.к. стихийность, обеспеченная народными массами «снизу», в январе получила конструктивную составляющую «сверху».

ЛИВАН

4 января в ряде регионов Ливана прошли крупномасштабные демонстрации. Главными требованиями протестующих стали формирование правительства в ближайшее время и проведение экономических реформ, направленных на улучшение условий ведения малого и среднего бизнеса в стране. Представители экономического комитета Ливана, временно заменяющего соответствующее министерство, назвали демонстрации «глупостью», т.к. они проводятся в период праздничных скидок. Однако, несмотря на такую реакцию со стороны властей, в свете готовящегося саммита Лиги арабских государств, многими протесты были восприняты весьма серьёзно.

20 января в Бейруте состоялся саммит экономического и социального развития ЛАГ. Ранее, 18 января, генеральный секретарь Лиги Ахмад Абдуль Гейт заявил, что на повестке встречи будет около 30 согласованных пунктов, важнейшими из которых являются:

  • проблема сирийских беженцев
  • продовольственное обеспечение арабских стран
  • развитие торговли и беспошлинной зоны в арабском регионе
  • развитие частного сектора
  • разработка стратегии в области энергетики
  • проблема утилизации и переработки отходов
  • финансирование развития отдельных стран (в частности, послевоенное восстановление Сирии)

Также одной из ключевых тем саммита стал вопрос о восстановлении членства Сирии в организации. Однако здесь к какому-либо результату сторонам прийти не удалось. По словам А. Абудль Гейта, представителям арабских государств «необходимо достигнуть понимания с Дамаском в ряде вопросов», чего невозможно добиться без «общего арабского согласия». Тем не менее, глава МИД Ливана Джебран Басиль впервые открыто высказался за возвращение САР в Лигу.

Примечателен тот факт, что практически все главы стран-членов ЛАГ, кроме президентов Ирака и Мавритании, воздержались от участия в бейрутском саммите. Некоторые эксперты и аналитики увидели причину такого расклада в длительном отсутствии правительства в Ливане (более 240 дней) и затяжном политическом кризисе. Другие же акцентировали внимание на внешнем факторе, т.к. Ливан традиционно является одной из арен шиито-суннитского противостояния. В частности, данное мнение разделил заместитель спикера ливанского парламента Или аль-Фарзли, заявив, что низкий уровень участия в саммите является частью иностранного давления на страну, и «другого объяснения нет».

Также стоит отметить, что в день проведения саммита ЛАГ в Бейруте состоялась акция протеста, в которой приняло участие около 20 тыс. человек. Организатором неожиданно для многих выступила коммунистическая партия Ливана, которой удалось при помощи социальных лозунгов привлечь многие общественные организации и силы, недовольные экономическим положением страны. При этом член политотдела компартии Омар Диб заявил, что проведение демонстрации в день саммита просто совпадение, т.к. она планировалась до оглашения даты встречи ЛАГ.

31 января ливанский премьер-министр Саад Харири объявил о том, что формирование нового состава кабинета министров завершено. Конечно, говорить о полном завершении затяжного политического кризиса, начавшегося 4 ноября 2017 г. после заявления С. Харири об отставке, пока не приходится. Тем не менее, новый состав руководства страны, отличающийся большей инклюзивностью, внушает определённую надежду на примирение сторон и продвижение национального диалога.

СИРИЯ

7 января, как и было объявлено ранее, норвежский дипломат с богатым опытом Гейр Педерсен приступил к исполнению обязанностей в качестве спецпосланника генсека ООН по Сирии. В день своего вступления в должность Г. Педерсен поблагодарил своего предшественника Стаффана де Мистуру за неустанную работу по сирийскому направлению, а также заявил, что для него будет «большой честью служить сирийскому народу и поддерживать стремление сирийцев к миру».

Первым делом новый спецпосланник посетил Дамаск и Москву, где провёл ряд консультационных встреч. Позже, 23 января, на полях Всемирного экономического форума в Давосе Г. Педерсен заявил о намерении посетить Анкару и Тегеран, т.к. сейчас будущее конституционного комитета САР, по его словам, зависит именно от стран-гарантов Астанинского процесса.

Первое заседание конституционного комитета Сирии по новым спискам, в связи с вступлением Г. Педерсена в должность, было решено перенести на февраль. 28 января глава МИД России Сергей Викторович Лавров сообщил прессе о том, что очередной саммит лидеров России, Турции и Ирана по Сирии планируется провести в Астане в середине февраля. По мнению большинства экспертов, февральская встреча «астанинской тройки» может стать заключительным этапом подготовки работы будущего сирийского комитета.

Позже, 31 января, турецкий министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу назвал точную дату встречи лидеров стран-гарантов Астанинского процесса – 14 февраля.

Что касается военной обстановки в Сирии, то январь сохранил негативную динамику декабря прошлого года. Центр по примирению враждующих сторон (ЦПВС) опубликовал следующую статистику зафиксированных случаев нарушения режима прекращения огня:

  • 107 нарушений – 5-12 января
  • 127 нарушений – 12-19 января
  • 212 нарушений – 19-26 января

Подавляющее большинство зафиксированных случаев по-прежнему приходится на Алеппо и провинцию Идлиб, которая является одной из ключевых зон деэскалации. По мнению турецкой стороны, такое положение дел вызвано попытками коалиции под началом США сорвать российско-турецкий «идлибский меморандум», о чём 31 января сообщил М. Чавушоглу.

В ночь на 21 января ВВС Израиля атаковали несколько объектов в пригородах Дамаска. В результате авиаударов, по данным Министерства обороны России, погибло 4 сирийских военнослужащих, 6 получили ранения, также была частично повреждена инфраструктура международного аэропорта в Дамаске. В связи с данным инцидентом Министерство иностранных дел САР направило в ООН официальное обращение, в котором израильская агрессия названа «попыткой продлить кризис и войну с террористами».

30 января руководитель ЦПВС генерал-лейтенант Сергей Соломатин заявил, что курдские ополченцы из состава Сирийских демократических сил (СДС), поддерживаемых американцами, заблокировали направленную российским командованием колонну с гуманитарной помощью, направленную в Хаджин. По словам С. Соломатина, бойцы СДС развернули конвой, «сославшись на категорический запрет со стороны представителей ВС США».

Относительно объявленного в 20-х числах декабря вывода войск США из Сирии в этом месяце возникли определённые разногласия. Фактически вывод войск оказался сокращением американского контингента. 23 января в ходе еженедельного брифинга официальный представитель МИД России Мария Захарова отметила, что конкретных шагов на этом направлении Вашингтоном предпринято не было.

ПАЛЕСТИНА

4 января, согласно заявлению палестинского министерства здравоохранения, в ходе очередной акции «Великого марша возвращения» пострадало 25 палестинцев, 5 из которых являются сотрудниками скорой помощи.

Следующая демонстрация на границе анклава прошла 11 января и собрала несколько тысяч человек. Информации о пострадавших не поступало, однако, по словам очевидцев, этот протест отличился особой ожесточённостью столкновений с израильскими военными. Вполне вероятно, что причиной тому стало решение премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху о приостановке перечисления Газе средств из $15 млн, выделенных Катаром.

18 января во время 43-й пятничной акции в рамках «марша» пострадало 43 палестинца, среди которых были 2 журналиста и 3 медика. Согласно заявлению местного минздрава, помимо резиновых пуль и слезоточивого газа, бойцы ЦАХАЛ применяли и боевые патроны.

29 января правительство Палестины во главе с премьер-министром Рами Хамдаллой ушло в отставку. В своём официальном обращении Р. Хамдалла отметил, что правительство продолжит исполнять свои обязанности до формирования нового кабинета министров, для успеха работы которого необходимо «доверие граждан и искренняя поддержка всех сил, фракций и составляющих палестинского общества». Примечательно, что в этот же день официальный представитель ХАМАС призвал провести в Палестине всеобщие выборы президента, парламента и национального совет.

Что касается палестино-израильского и межпалестинского урегулирования, то запланированный на 15 января визит лидера ХАМАС Исмаила Хании в Москву было решено перенести на неопределённый срок.

Позже, 25 января, посол Палестины в Москве Абдельхафиз Нофаль сообщил прессе, что межпалестинская встреча с участием представителей 10 фракций в Москве пройдёт 13-14 февраля. 29 января данную информацию подтвердили в МИД России.

***

На данный момент суданским властям более-менее удаётся справляться с протестной активностью граждан. Оппозиция наконец-то нашла своего лидера в лице давнего соперника президента О. аль-Башира – Садыка аль-Махди. На данный момент в Судане есть две программы действия – «Декларация» С. аль-Махди и петиция, подписанная представителями 22 политических партий. «Декларация» отличается более радикальным характером требований, в то время как петиция скорее предполагает «внутреннюю перестановку» в правительстве. Вполне вероятно, что, в случае успеха действующего режима, О. аль-Башир покинет пост самостоятельно (как минимум, в силу возраста) в 2020 г., когда планируется проведение очередных президентских выборов.

Формирование правительства в Ливане стало важным шагом на пути к национальному примирению. Новый кабинет министров можно назвать инклюзивным. Министерские портфели поделены между представителями враждующих Коалиций 8 марта и 14 марта с небольшим перевесом в пользу первых. Нестабильная экономическая ситуация в стране, вероятно, заставит давних соперников какое-то время сосредоточиться на текущей повестке, отложив политические разногласия. В любом случае, даже короткая передышка от политических «трясок» пойдёт на благо ливанскому обществу. Сохранение стабильности в Ливане входит в интересы всего региона, т.к. эта небольшая страна уже не первый год является одной из арен ирано-саудовского противостояния, а также играет важную роль в рамках сирийского кризиса.

События января на сирийском треке в очередной раз продемонстрировали, что, несмотря на участившиеся случаи нарушения режима прекращения огня, основные усилия теперь сосредоточены на политическом урегулировании. Дать старт работе конституционного комитета САР в этом месяце не удалось, однако, судя по заявлениям представителей стран-гарантов Астанинского процесса, подготовительные мероприятия завершены, и дело остаётся за малым. Вероятно, что первое заседание комитета будет проведено после встречи лидеров России, Турции и Ирана, намеченной на 14 февраля.

В. Останин-Головня

Турция: январь 2019 г. (дайджест)

В списке значимых событий на внешнеполитическом направлении за январь необходимо отметить переговоры лидеров России и Турции, в ходе которых состоялся обмен мнениями по вопросам сотрудничества в различных сферах, двусторонние контакты Турции с США, в основном по вопросу урегулирования ситуации в Сирии, а также встречу Р.Т. Эрдогана с лидером Хорватии и телефонные переговоры с главой Венесуэлы на фоне развития последних событий, происходящих в этой стране.

Центральным событием во внутренней политике остаются муниципальные выборы, в том числе выдвижение новых кандидатур, вопросы безопасности, а также изменения, произошедшие на внутриэкономическом направлении.

Внешняя политика

Поскольку изначально запланированный на январь трехсторонний саммит формата Россия – Турция – Иран в итоге был перенесен на 14 февраля, одним из главных событий на российско-турецком направлении стал однодневный рабочий визит президента Турции Р.Т. Эрдогана в Россию, совершенный 23 января, получивший статус первого зарубежного визита главы Турецкой Республики в этом году, а также ставший своего рода «сверкой часов» в преддверии трехсторонней встречи.

В ходе визита лидер Турции встретился с президентом России В.В. Путиным. Переговоры, которые в целом длились 3 часа, предполагали сначала беседу глав государств с глазу на глаз, а затем – в расширенном составе с участием министров. К слову, в состав сопровождающей президента Турции делегации вошли министр иностранных дел М. Чавушоглу, министр обороны Х. Акар, глава Национальной разведывательной организации Х. Фидан, а также министр энергетики и природных ресурсов, министр сельского и лесного хозяйства, пресс-секретарь президента и глава управления по связям с общественностью администрации президента. Темы переговоров были вполне ожидаемы – как и всегда в центре внимания находились сирийский вопрос, в том числе проблема создания Конституционного комитета, двусторонние отношения стран, сотрудничество в области безопасности и совместные экономические проекты.

На пресс-конференции по итогам переговоров В. Путин подчеркнул, что основная работа по созданию Конституционного комитета ведется в двустороннем российско-турецком формате без участия Женевы. Что касается ситуации вокруг Идлиба, то Россия и Турция договорились продолжать координацию совместных действий и контролировать процесс возвращения сирийских беженцев. При этом вопрос создания буферной зоны на турецко-сирийской границе по-прежнему остается открытым – переговоры и консультации на эту тему состоятся в ближайшем будущем при участии министров обороны двух стран. Помимо этого, лидеры государств не обошли стороной вопрос вывода американских войск из Сирии. В особенности данный вопрос волнует Турцию, которая, вероятно, стремится занять позиции США после того, как американские подразделения покинут Сирийскую Арабскую Республику. Именно по этой причине Р.Т. Эрдоган особенно подчеркнул, насколько важной задачей является предотвращение образования «вакуума» на территориях, некогда подконтрольных американским войскам. В отношении дальнейших двусторонних контактов стало известно, что в 2019 году состоится сессия совета Россия-Турция по сотрудничеству, однако точная дата ее проведения пока не уточняется.

На американо-турецком направлении почти все двусторонние контакты обусловлены попытками разрешить ряд противоречий, в частности, по вопросу ситуации в Сирии.

На фоне появившейся 11 января информации о том, что Турция продолжает подготовку одной из самых масштабных военных операций в Сирии и активно проводит учения в районе Яйладагы, президент США Д. Трамп 14 января в своем аккаунте Twitter заявил о начале вывода своих войск и предупредил Турцию о том, что ей следует ждать экономических санкций в случае ударов по курдским формированиям. Однако спустя день, 15 января, состоялись телефонные переговоры лидеров двух стран, по завершении которых президент Эрдоган заявил, что США и Турецкая Республика достигли понимания по вопросу ситуации в Сирии. 17 января М. Чавушоглу сообщил, что Соединенные Штаты и Турция продолжают переговоры о создании зоны безопасности в регионе, а 24 января эти же вопросы обсуждались в рамках визита спецпредставителя госсекретаря США по Сирии Д. Джеффри в Анкару. Тогда министр обороны Турции Х. Акар заявил, что Анкара ждет от западных партнеров выполнения дорожной карты по Манбиджу и прекращения сотрудничества с курдами.

Помимо Сирии, камнем преткновения в американо-турецких отношениях по-прежнему остается вопрос закупки Турцией российских ЗРК С-400. Вашингтон продолжает высказывать опасения по поводу российско-турецкой сделки и всячески пытается инициировать переговоры с представителями оборонной промышленности Турецкой Республики с целью повлиять на решение своего союзника по НАТО, однако Анкара остается непреклонна – 10 января глава МИД Турции четко дал понять США, что Турция не возражает против закупки ЗРК Patriot, однако если условием заключения контракта станет отказ от С-400, то сделка не состоится.

Говоря о других двусторонних контактах, необходимо отметить, что 16 января в столице Турецкой Республике состоялись переговоры Р.Т. Эрдогана с президентом Хорватии К. Грабар-Китарович. И хотя в ходе встречи в основном обсуждались аспекты двустороннего взаимодействия, широкое внимание общественности привлекло высказывание Эрдогана на совместной пресс-конференции по итогам переговоров о необходимости пересмотра Дейтонских соглашений, которые, по словам лидера Турции, не решают проблемы Боснии и Герцеговины.

Кроме того, 23 января пресс-секретарь Р.Т. Эрдогана И. Калын сообщил о том, что президент Турции провел телефонные переговоры с лидером Венесуэлы, в ходе которых выразил поддержку Н. Мадуро в связи с попыткой осуществления военного переворота в стране.

Внутриполитическая обстановка

Главной темой внутриполитической повестки января по-прежнему остаются муниципальные выборы, до которых остается чуть больше, чем два месяца. Как сообщил глава Высшего избирательного совета Турции, по состоянию на конец января в Турецкой Республике уже было зарегистрировано приблизительно 57 миллионов избирателей.

Помимо того, что 23 января появилась новость о том, что в процессе переговоров представители двух главных оппозиционных блоков Турции – Народно-республиканской партии (НРП) и Хорошей партии – достигли понимания и преодолели все разногласия относительно условий выдвижения кандидатов в некоторых районах, по-настоящему всколыхнуло не только турецкие, но и мировые СМИ известие о новом кандидате, который принял решение баллотироваться на пост мэра Алании в марте 2019 года. Им оказалась Анастасия Петрова-Четинкая – именно так зовут очередного кандидата на грядущих муниципальных выборах Турции. Известно, что женщина является русской по происхождению, но проживает в Турции и имеет двойное гражданство. На выборы А. Петрова-Четинкая баллотируется как независимый кандидат под лозунгом «Перемены в тебе», а в случае своей победы планирует сконцентрироваться на развитии туризма в регионе. Кроме того, 28 января в турецких СМИ появилась информация о том, что кандидаты от Демократической партии народов (ДПН) не будут представлены на выборах в Стамбуле, Анкаре, Измире, а также в Газиантеп, Шанлыурфа, Адане и Мерсине.

Вместе с тем в конце января спикер парламента Турции Б. Йылдырым подтвердил, что вскоре уходит в отставку с целью выдвижения на пост главы муниципалитета Стамбула и даже обнародовал конкретную дату – Бинали Йылдырым официально завершит свою деятельность в качестве спикера ВНСТ Турции 18 февраля.

Интересно также и то, что в Турции продолжают приниматься меры по укреплению безопасности. Так, например, 17 января Турция депортировала из страны голландского журналиста, который подозревается в связях с террористическими организациями, а днем ранее правоохранительные органы Турецкой Республики арестовали 42 человека по тем же причинам. К слову, министр внутренних дел Турции С. Сойлу сообщил, что накануне и в день выборов меры безопасности также будут усилены, в частности, будет задействована береговая охрана, а также вертолеты и беспилотники. Представители Центральной избирательной комиссии Турции, в свою очередь, сообщили, что 31 марта, в день проведения местных выборов, до 18:00 будет запрещено проведение мероприятий, в том числе свадебных, а также под запретом будет возможность делать какие-либо прогнозы относительно результатов голосования на телевидении и радиоканалах.

Экономическая ситуация

Вопросы внешней торговли и внешнеэкономических отношений обсуждались президентами России и Турции в ходе вышеупомянутой встречи в конце января. В частности, лидеры двух стран затронули тему газопровода «Турецкий поток». По итогам переговоров президент России В.В. Путин выразил надежду на то, что работы по укладке сухопутной части газопровода будут вестись настолько же активно, как до этого осуществлялась работа на морской части. Кроме того, глава России заявил, что проект с наибольшей степенью вероятности будет запущен до конца 2019 года. Также в январе стало известно о том, что торговую политику двух стран затронут некоторые изменения. 18 января глава Министерства сельского хозяйства Российской Федерации сообщил о том, что Турция намерена выделить России квоту в объеме 5 тысяч тонн, которая позволит Российской Федерации ввозить говядину с нулевой ставкой ввозной пошлины, а размер объема, как уточнил министр, впоследствии может быть увеличен.

Помимо экономических проектов с Россией, Эрдоган, судя по всему, переживает за торговые отношения с Европой, в частности, с Великобританией, которая в скором времени готовится осуществить выход из Европейского Союза. Так, 16 января, по завершении переговоров с президентом Хорватии Р.Т. Эрдоган заявил, что Турция продолжит переговоры с Великобританией для того, чтобы выход государства из ЕС не оказал негативного влияния на двусторонние экономические отношения.

На внутриэкономическом направлении январь начался с достаточно резкого падения лиры к доллару, что было вызвано разногласиями Турции и США по вопросу сирийских курдов. В то же время некоторые экономисты выражают опасения, что почти любой информационный повод и высказывание Д. Трампа, как, например, угрозы об «экономическом истощении Турции», могут нанести серьезный удар по итак ослабленной лире. В связи с этим 16 января состоялось заседание Центробанка по вопросам ставки. Еще до начала заседания было очевидно, что ЦБ Турции с наименьшей долей вероятности решится смягчить денежно-кредитную политику и понизить ставку, и эти догадки подтвердились – ставка была сохранена на том же уровне – 24%, после чего курс лиры к доллару укрепился на 1%, составив 5,38.

Через день после этого, 17 января, парламент Турции принял решение наделить президента Турецкой Республики особыми полномочиями. Отныне в компетенцию Р.Т. Эрдогана входит принятие мер по стабилизации экономической ситуации в том случае, когда существует угроза всей финансовой системе. Кроме того, парламент поддержал идею создания Комитета по финансовой стабильности и развитию, который должен быть сформирован под контролем Министерства финансов. И хотя правильность принятого решения – вопрос достаточно спорный, в непростой экономической ситуации, которую переживает Турция, могут стать хороши почти все методы. К тому же, обнародованные 30 января прогнозы Центрального банка Турции относительно экономического положения в стране не являются утешительными – по предположениям, к концу текущего года уровень инфляции в стране составит 14,6%, что является весьма высоким показателем, а значит для устаревших финансовых механизмов и методов Турции точно пришло время перемен.

***

Внешняя политика Турции в январе не претерпела особых изменений – она, прежде всего, охарактеризована укреплением контактов с Россией. Переговоры В.В. Путина и Р.Т. Эрдогана показали, что на повестке дня двух стран находится ряд принципиально важных обеим сторонам тем – стратегически важные вопросы безопасности, в том числе координация действий и сотрудничество в Сирии, проблема формирования Конституционного комитета и экономические проекты, что говорит о широко развитых областях взаимодействия государств. В настоящий период времени Р.Т. Эрдогану особенно выгодно сотрудничать с Россией на фоне заявлений Соединенных Штатов о выводе войск из Сирии – Анкаре представляется жизненно важной задача занять позиции своего западного партнера, однако она понимает, что об условиях нахождения там турецких войск прежде необходимо договориться с Россией. Для Российской Федерации, в свою очередь, важно повлиять на Анкару таким образом, чтобы даже укрепившись в Сирии, Турция вела максимально ориентированную на Россию политику.

Американо-турецкие отношения, как и все двусторонние контакты, напротив, обусловлены необходимостью разрешить накопившиеся противоречия или хотя бы поддерживать диалог, чтобы разногласия по отдельно взятым вопросам не вылились в открытую конфронтацию. В этом случае такие вопросы, как сотрудничество Турции и США в Сирии и реализация дорожной карты по Манбиджу отходят на второй план. В то же время Эрдоган пытается примерить на себя роль вершителя мировых процессов, то периодически высказываясь о неверно заключенных Дейтонских соглашениях, то поддерживая такие государства, как Венесуэла, к слову, недружественные по отношению к США.

Во внутренней политике Турция начинает серьезную подготовку к приближающимся выборам – теперь, когда все противоречия между партиями и союзами партий разрешены и все кандидаты известны, власти приняли решение сосредоточиться на мерах обеспечения безопасности и небезосновательно, ведь количество арестов граждан по подозрению в связях с террористическими группировками возрастает с каждым месяцем. Что касается экономики, то в то время как развиваются внешнеторговые связи, в том числе с Россией, прогнозы экономистов и даже ЦБ Турции позволяют сделать обратные выводы об экономическом благополучии внутри страны. Лира по-прежнему зависима не только от доллара, но и от политики США в целом. По всей видимости, принимая во внимание тот факт, что ситуацию так и не удалось стабилизировать до конца со времен кризиса, разразившегося в августе прошлого года, парламент Турции решил дать шанс исправить ситуацию лично Эрдогану, однако, насколько эффективным станет такое решение предположить сложно, учитывая, что президент страны имеет свой взгляд на экономические процессы и выступает ярым противником повышения процентных ставок, что зачастую идет вразрез с методами ЦБ.

В. Аватков, А. Сбитнева

Китай: январь 2019 г. (дайджест)

Внешняя политика КНР за январь традиционно характеризуется как активная. Необходимо отметить два раунда американо-китайских торговых переговоров, продолжающееся давление американцев и их союзников на Huawei, дальнейшее ухудшение китайско-канадских отношений, визит лидера КНДР в Китай.

Во внутренней политике внимание стоит уделить экономике и нарастающему напряжению вокруг Тайваня.

Внешняя политика

Россия – Китай

30-31 января в Пекине прошла встреча пятерки стран, обладающих ядерным оружием (“ядерная пятерка” – Россия, Великобритания, Китай, США, Франция). По словам заместителя главы МИД России Сергея Рябкова, Россия и Китай намерены укреплять сотрудничество в сфере стратегической стабильности.

В начале января Центральный Банк РФ опубликовал отчет о деятельности по управлению активами в золоте и в иностранной валюте. Согласно документу, доля Юаня в активах ЦБ РФ увеличилась в 147 раз, с 0,1 процента от общей суммы, до 14,7 процентов.

США – КНР

О двух раундах американо-китайских торговых переговоров и событиях, связанных с ними в течении всего января можно прочитать в отдельной статье.

29 января, за день до официального начала переговоров, Министерство юстиции США официально предъявило обвинения китайской компании Huawei Technologies и его подразделениям, а также финансовому директору компании Мэн Ваньчжоу, задержанной в Канаде в начале декабря 2018 года. Как заявил и.о. Генерального прокурора США М. Уитакер, Huawei обвиняют “почти в двух десятках преступлений”.

В ответ на обвинения Министр Иностранных дел КНР Ван И выразил мнение, что “использование политики для дискредитации бизнеса, не только не честно, но и аморально”.

Официальный представитель МИД КНР Гэн Шуан заявил, что Китай против односторонних действий Соединенных Штатов в отношении Венесуэлы. В Пекине поддержали Мадуро как президента страны.

Китай – Канада

В январе продолжилась тенденция к ухудшению китайско-канадских отношений. Китайский посол в Канаде Лу Шае (卢沙野) заявил, что канадскому правительству стоит прекратить набор сторонников против ситуации вокруг Huawei и канадских граждан. Также посол охарактеризовал международную кампанию по призыву к освобождению двух канадских граждан как “превосходство белой расы”.

Китай — Польша

В начале января польские власти обвинили в шпионаже в пользу Китая директора по продажам польского отделения концерна Huawei Ван Вэйцзина. Вместе с ним арестовали польского гражданина, который ранее работал в государственных структурах Польши. Несколько позже, 12 января, Huawei уволил задержанного в Польше сотрудника.

В конце января Huawei предложила польскому правительству доступ к своим исходным кодам, что даст возможность их проверки с точки зрения безопасности.

Китай – Северная Корея

С 7 до 10 января состоялся визит Ким Чен Ына в Китай. Лидер КНДР встретился с председателем КНР Си Цзиньпином. Безусловно, главной темой переговоров должна была стать предстоящая встреча господина Кима с президентом США Д. Трампом. Однако есть и другая важная проблема, на которую стоит обратить внимание.

А именно, куда в этот раз приехал господин Ким. Фармацевтический завод – это явный намек на то, что северокорейский лидер сильно заинтересован в медицинских технологиях.

Если обратиться к истории модернизации так называемых “азиатских тигров”, то все они начинали с того, что привлекали иностранный капитал через экспорт продукции сельского хозяйства. В этом отношении Северная Корея может предоставить дешевые и экологически чистые продукты, что достаточно высоко ценится в современном мире.

Возвращаясь к визиту, необходимо также отметить определенную известность корейских лекарств на основе трав, для чего и нужны медицинские технологии. Учитывая особенности Азии, это может стать одной из статей экспорта Северной Кореи в будущем.

Северная Корея, по всей видимости, готовится к началу процесса снятия санкций, о чем и будет разговор между Д. Трампом и Ким Чен Ыном во Вьетнаме в конце февраля.

Подтверждает эту версию завершение строительства пляжного курорта в районе Вонсан-Калма на восточном побережье Корейского моря, который ориентирован на иностранного туриста.

Россия должна способствовать выводу Северной Кореи из-под санкций, а также процессу получения взаимных многосторонних гарантий для Северной Кореи в случае ее дальнейшего разоружения от пятерки стран (Россия, США, Китай, Япония, Южная Корея). Это позволит Москве получать преимущества и реализовывать экономические проекты на территории КНДР в таких сферах, как энергетика, торговля, ж-д транспорт, развитие сельского хозяйства и в прочих.

Китай – АТР

В январе получила подкрепление тенденция к пересмотру оценки китайских инвестиций. И если Австралия уже не первый месяц на уровне властей пытается разными способами “ограничить” китайское влияние (нельзя не вспомнить “борьбу” с китайским студенческим влиянием), то Малайзия резко поменяла отношение после прихода премьера Махатхира.

С января власти Австралии будут усилено проверять все слияния и поглощения, которые имеют отношения к Китаю, так как Канберра рассматривает даже частные китайские компании как несвободные от влияния Пекина.

В случае с Малайзией новый Премьер-министр решил отказаться, по словам малазийской стороны, от убыточного проекта железной дороги стоимостью в 20 млрд. долларов. Еще в конце 2018 года Махатхир заявил о непрозрачности выбора подрядчиков при строительстве железной дороги. Добавить сюда надо январское расследование The Wall Street Journal, в котором утверждается, что китайские власти обещали всемерную помощь прежнему руководству Малайзии, в обмен на осуществление проекта железной дороги.

Дело явно не связано с конфликтом Китая с США. Если даже зависимая, в известной сфере от Китая, Мьянма пересматривает китайский инфраструктурный проект, то можно сделать вывод о невыгодности данных проектов для правительства данных стран. Таким образом продолжает разрушаться миф о “волшебных” китайских инвестициях, что может привести к торможению проекта “Один пояс — Один путь”. А он является основой внешней политики Си Цзиньпина, его позиционирования для внешнего мира. На фоне неясности в американо-китайских переговорах, внутренних экономических проблемах, подрыв проекта “Пояса и Пути” и уменьшение “историй успеха” может отразится на всей внешней политики КНР.

Безусловно, причины Австралии и Малайзии имеют разную природу, однако стоит обратить внимание на общее “торможение” китайской внешней политики в регионе.

Внутренняя политика

Тайвань

2 января в заседании в честь сорокалетия «Обращения к тайваньским соотечественникам», председатель Си подчеркнул, что “независимость Тайваня” противоречит ходу истории.

В ответ Президент Тайваня Цай Инвэнь обратилась к мировому сообществу с просьбой защитить Тайвань от Китая.

Также в январе стало известно, что Тайвань также готовится ввести ограничения на деятельность китайских компаний на острове. Помимо уже традиционного списка из Huawei и ZTE, туда может войти ряд компаний, занимающихся поставкой различного оборудования.

Завершает своеобразный ряд новостей решение властей в Тайбэе принять новую конституцию, чтобы подчеркнуть “национальную идентичность”

Экономика

В январе китайское правительство продолжает стимулировать экономику и внутреннее потребление. Если в начале 2018 года Пекин занимался проблемой внутреннего кредитования, пытаясь сократить долги регионов и компаний, то к концу года и в начале нового можно наблюдать обратные явления. Новые экономические реформы направлены на большую доступность кредитов, особенно для местных властей, что означает увлечение внутреннего долга провинций и домохозяйств.

Сокращение налоговой нагрузки на население в январе также направлено на стимуляцию роста потребления. Кроме экономических целей, реформа имеет и политический подтекст, правительство КНР таким образом сокращает разрыв между богатыми и бедными, в первую очередь освобождая от налоговой нагрузки наименее обеспеченную часть населения.

Китайская комиссия по регулированию ценных бумаг предоставит иностранным инвесторам более легкий доступ к рынкам ценным бумаг КНР (торговым и облигационным), правда в рамках утвержденных правительством КНР квот.

Борьба с коррупцией продолжается, несмотря на то, что Си в речи, посвященной 40-летию реформам и развитию, высказывался, что она побеждена. 11 января председатель опубликовал список из 6 задач, в которые входят уже привычные продвижение партийного духа 19-ого съезда, укрепление партийного строительства и т.д.

Вывод

Январь выдался достаточно сложным для внешней политики КНР. Пекин несколько переоценил свои силы и в январе можно было увидеть своеобразное “отступление” Китая.

Во-первых, торговые переговоры, которые завершились 31 января. Судя по всему, китайцы готовы пойти на ряд мер – от сокращения торгового дефицита вплоть до проверок со стороны Вашингтона за ходом реформ в КНР (эта тема, как минимум, точно обсуждалась на переговорах).

Во-вторых, Китай пока внятно не смог ответить США на их кампанию против Huawei (ранее ZTE, по сути, откупилась, заплатив штраф 1 млрд. долларов США и еще 400 млн. в качестве взноса за возможные будущие нарушения). Китайские власти проводят реформы для создания условий равной конкуренции на китайском рынке, американцы инициируют уголовные дела, а администрация президента готовит указ об ограничении деятельности китайских кампаний на американском рынке.

Единственная страна, против которой КНР выступил открыто, стала Канада, которая совсем не искала конфликта с КНР. В итоге после ареста двух канадских граждан и пересмотра приговора еще одному, Пекин получил международную кампанию за освобождение двух граждан Канады, что, конечно, не сказалось положительно на имидже страны.

В-третьих, главный внешнеполитический проект Си Цзиньпина –инициатива “Пояса и Пути” – получил очередные “истории неуспеха”. На этом фоне тревожным видится активизация риторики Си о “воссоединении Родины”.

Времена, когда закрепился раскол между КНР и КР давно прошли. Военная мощь КНР возросла до третьей-второй армии мира. Напомнить стоит, что КНР не побоялась развязать военные кампании против СССР на острове Даманском, а также против Вьетнама десятилетием позже. В обоих случаях армия КНР была очевидно слабее армии СССР (которая была союзником Вьетнама и могла вступить в конфликт) и не обладала сегодняшней мощью.

В 2018 году кампания по лишению Тайваня дипломатического признания ряда стран была успешной. Тайвань сегодня может рассчитывать только на поддержку США. Большой вопрос, готов ли Д. Трамп, который высказывался против 5 статьи устава НАТО, пойти на реальную защиту Тайваня.

Судя по изменению внутренней экономической политики, КНР действительно испытывает ощутимое напряжение в экономике в связи с торговым конфликтом с США. Однако не стоит недооценивать “прочность” экономики КНР. Она продолжает демонстрировать устойчивый рост, несмотря на накопившиеся структурные проблемы роста. Напомнить стоит, что ее крах предрекают чуть ли не с самого основания в 1949 году, нынешней же модели – с момента символического старта в 1978 году.

Кроме опоры на внутренние силы, о чем много говорит председатель Си, нужно отметить политику внешнеполитической переориентации на новые рынки. Здесь и рост торговли с Россией, сотрудничество с Индией и Японией, чтобы не допустить окончательной консолидации двух этих стран с США.

С другой стороны, мягкое побеждает жесткое, поэтому пока рано делать окончательные выводы. Следующая промежуточная дата – окончание 90-дневного торгового перемирия 2 марта.

П. Прилепский

Hasta la vista or I’ll be back. Чем закончились американо-китайские переговоры в Вашингтоне?

Одним из главных итогов переговоров стало то, что они продолжатся

Визит команды китайских переговорщиков во главе с членом Политбюро ЦК КПК Вице-премьером Госсовета КНР Лю Хэ (刘鹤) в Вашингтон 30-31 января подводил двухмесячную черту в торговом перемирии, а значит мог привести к значительным результатам. Пока стороны договорились о продолжении консультаций, однако уже сейчас можно сделать некоторые выводы.

Поездка господина Лю Хэ в Вашингтон “началась” в Пекине, где в начале января китайские переговорщики во главе с Замминистра коммерции КНР Ван Шоувэнем (王受文) принимали американскую делегацию, возглавляемую заместителем торгового представителя США Дж. Джерришем. Кроме них на встрече можно было увидеть заместителя министра финансов США по международным делам Д. Малпасса и самого вице-премьера КНР.

Переговоры, изначально запланированные на 7-8 января, продлились три дня вместо двух. Министерство Коммерции КНР отметило положительные итоги переговоров, как и президент США Д. Трамп, рассказавший об этом в Twitter.

И если официальный представитель Министерства Коммерции КНР господин Гао Фэн (高峰), отвечая на вопрос журналиста о темах встречи, дал общую характеристику, Bloomberg же выделил семь главных тем переговоров, среди которых необходимо выделить: доступ на финансовые рынки КНР, высокие технологии и Huawei.

Главным результатом переговоров 7-9 января стала дальнейшая работа над соглашением и подготовка к новому раунду консультаций в Вашингтоне. На момент окончания переговоров стороны не объявили о конкретных результатах, кроме как об обещании китайской стороны закупить больше.

19 января стало известно, что Вашингтон внес предложение о регулярных проверках соблюдения условий торгового соглашения. В первую очередь это предложение касается обеспечения равного доступа для американских компаний на китайском рынке. Пекин не оценил данного предложения, однако это не стало причиной прекращения диалога.

Для получения полной картины американо-китайских отношений необходимо обратить внимание на некоторые события, напрямую не относящиеся к ходу переговоров, но очевидно влияющие на их процесс.

Так, 19 января Bloomberg сообщил, что Администрация президента США разрабатывает указ, который может ограничить присутствие на рынке таких компаний, как Huawei (к слову, итак имеющие очень низкие продажи в США) и ZTE (которая уже выплатила 1 млрд. долларов США штрафа и внесла 400 млн. долларов США залога в счет возможных будущих нарушений), а также компаний, аффилированных с вышеуказанными.

22 января Администрация президента США Дональда Трампа отклонила предложение провести в США подготовительные переговоры перед очередным раундом торговых консультаций, намеченных на 30-31 января.

24 января глава Национального экономического совета Белого дома Л. Кадлоу заявил, что США готовы экспортировать “как сумасшедшие” в КНР, если китайская сторона “откроет свою экономику”, то есть снимет экономические барьеры, ограничивающие американские компании. Кадлоу также добавил, что предстоящая встреча будет важной, но неокончательной.

В этот же день один из участников переговорного процесса –министр торговли США У. Росс – выразил мнение, что стороны очень далеко от заключения сделки. Как подчеркнул господин Росс: “честно говоря, это не должно быть сюрпризом, у США и Китая достаточно вопросов”.

29 января, за день до официального начала переговоров, Министерство юстиции США официально предъявило обвинения китайской компании Huawei Technologies и его подразделениям, а также финансовому директору компании Мэн Ваньчжоу, задержанной в Канаде в начале декабря 2018 года. Как заявил и.о. Генерального прокурора США М. Уитакер, Huawei обвиняют “почти в двух десятках преступлений”.

Это уже не первый раз, когда Лю Хэ прибывает в Вашингтон под “определенным давлением” со стороны США. В феврале 2018 года Вице-премьер посетил столицу США практически сразу после введения Д. Трампом пошлин на сталь и алюминий.

В этот же день глава Минфина США С. Мнучин заверил, что американо-китайские торговые переговоры и уголовные дела в отношении Huawei никак не связаны.

Китайцы тоже подошли к переговорам “подготовленными”. Китайская комиссия по регулированию ценных бумаг предоставит иностранным инвесторам более легкий доступ к рынкам ценным бумаг КНР (торговым и облигационным), правда в рамках утвержденных правительством КНР квот.

В состав китайской делегации, возглавляемой Лю Хэ, вошли Председатель Народного банка Китая И Ган, замглавы государственного комитета по реформам и развитию Нин Цзичжэ, Замминистра финансов Ляо Минь, Замглавы МИД Чжэн Цзэгуан, Замминистра промышленности и информационных технологий Ло Вэнь, Замглавы министерства сельского хозяйства Хань Цзюнь и Замминистра коммерции Ван Шоувэнь. С американской стороны участвовали глава делегации Р. Лайтхайзер, ранее упомянутые С. Мнучин, У. Росс, Л. Кадлоу и Руководитель Национального совета по торговле Белого дома П. Наварро.

В первый день переговоров С. Мнучин охарактеризовал происходящее как “хорошие переговоры”, а господин Кадлоу заверял об оптимистичном настрое Д. Трампа.

По итогам переговоров стороны достигли “прогресса и понимания”, назвав их успешными. Реальным результатом стала договоренность о продолжении переговоров после китайского Нового года по лунному календарю (в ночь с 4 на 5) в Пекине. В них уже точно примут участие Р. Лайтхайзер и С. Мнучин.

Если обратиться к опубликованному на сайте американского Белого Дома  отчету о совместной пресс-конференции президента США с главами переговорного процесса Лю Хэ и Р. Лайтхайзером, то нельзя не обратить внимание на то, что господин Лайтхайзер повторял слово “принуждение” (enforcement), показывая наиболее значимую тему переговоров стороны американской делегации.

В тоже время господин Лю указал на другие темы переговоров, отрядив проблематику технологических трансферов в последнее место из трех. И любезно “подыграл” Трампу, назвав количество тон сои, которое Китай закупает каждый день.

Трамп также указал на то, что завершением переговоров должна стать его личная встреча с Председателем КНР Си Цзиньпином, в ходе которой президент США планирует обсудить самые сложные вопросы.

Китайское новостное агентство Синьхуа опубликовало более подробный отчет о переговорах. Из наиболее важных тем нужно выделить балансировку двусторонней торговли, защиту прав интеллектуальной собственности, создание условий для равноправной конкуренции на рынке двух стран. Кроме того, были упомянуты “новые механизмы сотрудничества” для последовательной реализации возможной сделки.

Итоги:

Стороны продолжают переговорный процесс, уже утверждён новый раунд торговых консультаций в Пекине. Вашингтон и Пекин спешат охарактеризовать переговоры как успешные и продуктивные, хотя реальных результатов практически нет.

Судя по тому, как торопится Лайтхайзер с новым раундом переговоров, прогресс есть, но для реализации его потребуется еще большое количество времени. Возможно стороны и не успеют договориться к окончанию 90 дней, которое наступает 2 марта в 12:01 по Вашингтону. Учитывать нужно высказывания Трампа, который до переговоров жестко указывал на дедлайны, а после уже говорил о возможной малой сделке для продолжения переговорного процесса. В пользу сделки играют и краткосрочные выгоды на американском и китайском финансовом рынке. Благодаря всему этому можно предположить, что стороны возьмут дополнительное время после 2 марта для продолжения переговоров.

На текущий момент китайская сторона готова открыть свои финансовые рынки (но с оговорками), готова менять свое патентное право и механизмы сотрудничества по трансферу технологий (отмену принудительного трансфера, но с оговорками, что в любой момент китайское правительство сможет его осуществить, внося компенсацию, что по сути никак не защищает американские патенты).

Пекин также готов больше закупать у США, в первую очередь продукцию сельского хозяйства и энергоресурсов. Это не удовлетворит американскую сторону – “сделка” на подобных условиях была “заключена” в мае и просуществовала всего несколько дней.

Равный доступ на рынки двух стран также достаточно мало реализуемый пункт, ведь перед началом переговоров Администрация Президента работала над указом по ограничению китайских компаний, а 29 числа власти США предъявили Huawei почти два десятка обвинений в рамках двух уголовных дел.

Пока не очень ясно, как на практике будут реализовываться “новые механизмы сотрудничества”. Вероятно, в том числе имелись ввиду предложения американской стороны о проверке результатов реформ в Китае.

На данным момент можно предположить, что стороны все-таки ближе к заключению сделки, но в “дополнительное время”. Такая “полусделка” поможет Китаю успокоить инвесторов и потребителей из-за разгорающейся дискуссии насчет снижения экономического роста Китая (по предположению автора – излишне негативной), а президенту Трампу предъявить “успехи” на фоне отчета о расследованиях Мюллера и президентских выборов 2020 года. Однако уже в краткосрочной перспективе такая “полусделка”, скорее всего, будет разрушена американской стороной.

Возможен также вариант, когда стороны возьмут дополнительное время и не договорятся, но решат краткосрочные проблемы с помощью нового дедлайна.

России следует учитывать все возможные результаты американо-китайских переговоров. В том случае, если стороны договорятся, Пекин увеличит объем закупок продовольствия и энергоресурсов из США, что может нанести удар по российско-китайской торговле и перспективам ее роста. Однако принимая во внимание тот факт, что все противоречия между США и Китаем решить практически невозможно, можно утверждать, что уже в среднесрочной перспективе Россия получит возможность увеличить экспорт продовольствия и ресурсов в Китай.

П. Прилепский

Рональд и Дональд – новые «звездные войны»

Современная система международных отношений переживает важный и довольно болезненный для всех ее акторов этап. Этап «хаотизации», «миробеспорядка», который сложился на мировой арене на данный момент, все чаще в последнее время затрагивает наиболее существенную сторону всей системы, а именно – безопасность. И события последних нескольких месяцев вновь ставят мировое сообщество перед вопросом урегулирования стремительно меняющейся международной обстановки в целях установления стратегической стабильности и сохранения международного мира.

Освоение космического пространства на протяжении долгого времени было своего рода «соревнованием» для стран, чьи технологии позволяли осуществлять не только полеты человека в космос, но и вывод туда собственных орбитальных станций. И на Советский Союз в этом плане можно было только равняться. Однако, как известно, всегда найдется кто-то, кто захочет быть «немного равнее».

23 марта 1983 года президентом Соединенных Штатов Америки Рональдом Рейганом была объявлена программа научно-исследовательских работ «Стратегическая оборонная инициатива» (далее СОИ), которая предполагала разработку научной и технической базы для создания противоракетного «щита» для США – системы ПРО с элементами космического базирования. Однако вопрос отсутствия необходимых ресурсов и условий для реализации этого проекта для американского правительства не был важнее установки «перегнать» Советский Союз в космическом пространстве и указать СССР его «место» не только в данной сфере, но и на международной арене в целом. Так Р. Рейган начал качественно новую гонку вооружений, названную в истории «Звездными войнами», на что сами Штаты потратили около 400 млн. долларов.

И спустя примерно сорок лет вектор на установление американского первенства в мире и за его пределами не изменился. Риторика 45-ого президента Соединенных Штатов Дональда Трампа, начиная с июня 2018 года, гласит: «США должны доминировать в космосе». Отданный в то время приказ о создании космических вооруженных сил, как отдельного, шестого вида войск, уже тогда навел мировое сообщество на мысль о начале нового витка гонки вооружений.

Как известно, и как было признано Д. Трампом – Российская Федерация и Китайская Народная Республика намного раньше занялись созданием космических вооруженных сил, хотя официально они существуют только у России (с 2001 года).

КНР, в свою очередь, утверждает, что не будет наращивать вооружение и участвовать в гонке вооружений в космосе, призывая к миру на планете. Несмотря на подобную «мирную доктрину» и отсутствие официального рода космических войск, Китай на данный момент является одной из самых успешных мировых держав в освоении далекого пространства. И недавняя высадка зонда на обратную сторону Луны это подтверждает. Тем не менее, такой информационный шум, который поднялся вокруг исторической высадки, не показывает полноты всех амбиций КНР в этой сфере, и, наоборот, отвлекает от возможных реальных планов китайского руководства.

Как известно, кто громче кричит о мире, тот больше всех готовится к войне. На данный момент КНР работает над созданием космического лифта и многоразовых ракет-носителей. Большие надежды возлагаются на обновленную версию «Чанчжэн-5» – «Чанчжэн-5B», которая сможет выводить на низкую околоземную орбиту грузы с весом до 25 тонн. Самой мощной из ныне существующих ракет-носителей считается сверхтяжелая Falcon Heavy американской компании SpaceX, способная доставить до 64 тонн груза. В подвешенном состоянии, исходя из этого, остается вопрос зачем именно Китаю необходимо на данный момент не только создание, но и введение в эксплуатацию не просто ракет-носителей, но и многоразовых версий? При том, что в полную эксплуатацию космическую станцию КНР «Тяньгун-2» введут только к 2020 году – на данный момент у нее нет постоянного экипажа, как, скажем, у МКС. И здесь напрашивается один единственный вывод – к этому моменту Китай уже будет обладать возможностью эффективной логистической связи с «Тяньгун-2» с Земли. И гарантий исключительно мирного использования – пока что нет. В особенности с учетом демонстрации Китаем возможности уничтожать объекты, находящиеся на земной орбите в 2007 году.

Опасения насчет этого высказываются и американской стороной. Ведь у США появились несколько конкурентов по выводу нового поколения ракет-носителей в космос – Китай, а теперь уже и Россия. По недавним заявлениям главы «Роскосмоса» Дмитрия Рогозина, стало известно, что к 2028 году должен состояться первый полет российской ракеты-носителя сверхтяжелого класса «Енисей».

И такие резкие высказывания США можно понять – ведь на их территории ближе всех к созданию экономически эффективных ракет-носителей подошла частная компания SpaceX, возглавляемая Илоном Маском. В то время как в России и Китае данными разработками занимаются исключительно государственные компании, с которыми нет необходимости договариваться. А учитывая довольно противоречивые отношения Д. Трампа и И. Маска, очень сложно дать прогноз о том, согласится ли последний на условия сотрудничества, которые сможет предложить ему американское правительство.

Внутренние договоренности необходимы для развития Штатами своей собственной космической программы, но ведь этого недостаточно, – также им необходимо либо затормозить, либо нарушить планы развития программ конкурентов. И не только космических, но и военных разработок в принципе.

Выведение системы ПРО или целых комплексов вооружений на опорные орбиты – это вторичный вопрос. Первым является разработка таких систем. Ведь даже для Рейгановской СОИ и ударных вооружений, входящих в нее, необходимы были элементы распознавания целей, систем наведения и определение траектории полета объектов. А на данный момент Соединенные Штаты очень обеспокоены наличием у других стран новых типов вооружения, технологии которых для американской стороны неизвестны. И здесь вопрос касается не столько космического, сколько воздушного пространства.

1 марта 2018 года В.В. Путин во время послания Федеральному Собранию Российской Федерации анонсировал целый ряд новейших стратегических вооружений, которые способны поражать цели почти в любой точке мира и способны проникнуть сквозь американский противоракетный щит. Возможности данных типов оружия выходят далеко за рамки современных американских разработок, что снова ставит перед Штатами вопрос о необходимости скорейшего развития новых военных технологий (в частности, для дальнейшей эксплуатации их в космосе).

Существует, конечно, Командование воздушно-космической обороны Северной Америки (сокращенно «NORAD»), которое ориентировано на борьбу с высотными целями, но для уничтожения опасных объектов уровня новейших российских ракет комплекса «Сармат» или «Кинжал» у «NORAD» нет соответствующих вооружений.

Однако наибольшие опасения у США вызвало нечто другое – а именно российские комплексы новых крылатых ракет, которым американской стороне противопоставить нечего. И их появление предоставило Штатам достаточно удачную возможность вновь напомнить России о высокоточных крылатых ракетах большой дальности наземного базирования 9М729, создание и испытания которых в наземном варианте признаются западными наблюдателями нарушением Договора о сокращении РСМД, который был подписан в 1987 г. между СССР и США. И эта тема на сегодняшний момент вновь стала актуальной.

Однако вопросы к соблюдению данного Договора есть и к самой американской стороне, что было отмечено Министром иностранных дел РФ С. Лавровым. Министр подчеркнул, что США начали создавать ракеты средней и меньшей дальности, производство которых запрещено ДРСМД. Речь, вероятно, идет о гиперзвуковой крылатой ракете Boeing X-51 от американской компании Boeing – она же ранее и принимала участие в разработке вооружений для СОИ при Р. Рейгане.

Такая настойчивость Белого дома в вопросе Договора о РСМД имеет несколько объяснений.

На данный момент помимо Российской Федерации, крылатыми ракетами большой дальности обладает и Китайская Народная Республика, которая не подписывала ДРСМД и не является его участником. В китайском военном арсенале существует крылатая ракета наземного базирования Dongfeng-10А (была представлена еще в 2009 г.), предназначенная для нанесения ударов по авианосным группам США в западной части Тихого океана. Ее дальность (1500-2500 км) позволяет КНР контролировать все спорные территории – моря и архипелаги вдоль побережья Китая, размещая пусковые установки в любой точке страны.

Естественно, данный факт является угрозой для безопасности Соединенных Штатов и именно выход из ДРСМД дал бы им возможность для ее предотвращения. Соседство КНР с Японией и Южной Кореей довольно удобно для расположения на их территории крылатых и баллистических ракет наземного базирования. Подобные действия также позволили бы США разместить там и системы ПРО для «окружения» КНР и даже Российской Федерации с еще одной стороны – с Востока. Ведь система «ЕвроПРО» уже «зажала Россию в тиски» с Запада. Однако, даже при всем желании, такие действия не могут быть предприняты Штатами именно потому, что Россия настаивает на сохранении ДРСМД как одного из краеугольных камней глобальной системы безопасности.

С точки зрения собственной безопасности, Соединенным Штатам одновременно и невыгодно выходить из ДРСМД. Ведь это бы означало, что Россия получит возможность расположения новых военных комплексов в любой точке мира. И именно поэтому США поняли, что необходимо срочно заняться разработкой контрсилового потенциала для возможного удара по России. И именно так, как это планировал ранее сделать Р. Рейган в отношении СССР с программой СОИ, чем и занимается сейчас Д. Трамп.

Договор, как считается на Западе, сможет спасти только подтвержденная ликвидация «вызывающих опасение» ракет. Конечно же, речь идет, прежде всего, о данных действиях со стороны Кремля. Ведь уничтожение гиперзвуковых ракет Россией гарантирует для США меньше трудностей для создания систем ПРО, как в космосе в будущем, так и в принципе – ведь не нужно настраивать системы на распознавание неизвестных для них вооружений. И тем временем американская сторона пока сама займется разработкой и совершенствованием своих военных технологий – этим «контрсиловым потенциалом».

На данный момент подобные действия США пытаются объяснить «защитой своей национальной безопасности», как и многие другие действия, которые подрывают общую международную безопасность. И вопрос, связанный с ДРСМД, и создание «комплекса внешних врагов» с мощным ракетным и ядерным потенциалом в виде Ирана, КНДР, а теперь еще и в лице России с Китаем, – все это даст Америке возможность в дальнейшем безнаказанно проводить военные операции в защиту своих интересов в любой точке земного шара. Ведь по мнению Соединенных Штатов, если они окружены врагами, значит защищаться надо любыми способами.

Все это становится все больше похоже на своего рода паранойю со стороны американского руководства – они привыкли дружить и действовать «против» кого-то, в то время как Российская Федерация действует прежде всего «на себя» и в действительности исходя из интересов своей собственной национальной безопасности.

В угоду своим собственным амбициям, внутренним «обидам» по причине утекающего «однополярного преимущества» во всех сферах, правительство Соединенных Штатов противоречит не только принципам сохранения глобального мира, будучи постоянным членом Совета Безопасности ООН, но и здравому смыслу. Попытки диктовать свои условия при разрешении конфликтов, объяснение незаконных военных ударов статьей Конституции США, попытки выхода из международных договоров путем откровенного шантажа – все это давно перестало внушать веру в то, что целью таких действий является сохранение международного мира и «защита» его от тех, кто, по мнению Белого дома, может нанести миру непоправимый вред.

И теперь главный вопрос, который хотелось задать американскому руководству – так может быть именно от них надо защищать все мировое сообщество? От их личных интересов, которые, по их мнению, выше международного права, от этого «синдрома первенства»?

Ведь новый виток гонки вооружений и выход США из ДРСМД неминуемо означает старт новой эпохи противостояния, но уже не биполярного, а глобального. И все еще актуальным остается договор СНВ-III.

Нужны ли с такими технологиями войны, которые по объективным причинам могут стать завершающими в истории международных отношений? Выступление Владимира Путина перед Федеральным собранием в 2018 году дало ответ на этот вопрос – не нужны. В соответствии с современной международной обстановкой это был призыв именно к тому, чтобы остановиться. Ведь потенциал данных видов оружия действительно молниеносен и разрушителен.

Таким образом, последствия развязываемых США новых «звездных войн» могут исчисляться не только потраченными миллиардами, но и разрушенной системой международной безопасности.

М. Крицкая

Китай: декабрь 2018 г. (дайджест)

Внешняя политика КНР за декабрь традиционно характеризуется как активная. Необходимо отметить взаимные аресты граждан Китая и Канады, продолжение американо-китайского переговорного процесса по 90-дневной сделке и инциденты вокруг этого события.

Во внутренней политике внимание стоит уделить экономическим вопросам и посвященной 40-летию “Реформ и развития” (改革开放) речи Си Цзиньпина.

Внешняя политика

США – КНР

19 декабря президент США Д. Трамп подписал закон, который запрещает китайским чиновникам въезд в США, если те ограничивают въезд американцев в Тибет.

МИД КНР выразил свой протест, заявив, что данное дело является внутренним для Китая.

Китай – Канада

В начале декабря в Канаде была арестована финансовый директор Huawei (华为) Мэн Ваньчжоу (孟晚舟). Ситуация осложнялась ожиданием реакции сторон на данный инцидент в связи с торговыми договоренностями, достигнутыми 1 декабря на саммите G-20 в Аргентине. Однако США и Китай не стали связывать вместе два этих вопроса, а премьер-министр Канады Дж. Трюдо указывал на отсутствие политики в данном аресте.

Развитием этого кейса стал арест нескольких канадских граждан в Китае: М. Коврига и М. Спавора. Обоим были предъявлены обвинения в действиях, подрывающих национальную безопасность КНР.

Несколько позже третьему гражданину Канады, ранее осужденному за распространение наркотических средств на территории Китая, была изменена мера наказания на смертную казнь.

На данный момент Мэн Ваньчжоу ожидает экстрадиции в США. Нарастающее давление на граждан Канады можно рассматривать как попытку Китая принудить к отказу Канады экстрадировать госпожу Мэн в США.

КНР – Африка

13 декабря Советник президента США по нацбезопасности Дж. Болтон представил новую “Африканскую стратегию администрации президента Д. Трампа” (Trump administration’s new Africa Strategy).

Кроме описания нового видения политики США в Африке, в документе присутствует критика действий Китая, который “подкупает правительства и практикует непрозрачные сделки”, а также использует экономические инструменты для увеличения своего влияния.

Тон публикации новой стратегии выглядит ожидаемо в рамках парадигмы октябрьской речи вице-президента США М. Пенса.

В этом же месяце в международных СМИ появились публикации о ситуации с портом Момбаса (Mombasa), который может перейти под управление китайских компаний. В частности, приводятся аргументы того, что китайцы собираются использовать схемы, подобные тем, что ранее были применены, например, в ситуации с инфраструктурой на Шри-Ланке.

Однако кроме предположений, реальных фактов приведено не было.

Внутренняя политика

Экономика

Правительство Китая ужесточает контроль над публикацией экономических данных. В частности, местному правительству провинции Гуандун было запрещено публиковать некоторые экономические данные (индексы производственной активности). Будущие расчеты будут представлены Национальным бюро статистики, находящимся в Пекине.

Власти Китая ускоряют принятие закона о защите интеллектуальной собственности иностранных инвесторов. В представленной версии законопроект предоставляет ряд стимулов для добровольной передачи технологий, а не форсированной, как это могло происходить ранее.

Несмотря на все изменения в новом законопроекте, правительство КНР все равно оставляет за собой право принудительного изъятия технологий в исключительных ситуациях. Однако и такое вмешательство теперь подразумевает “справедливую” компенсацию.

12 декабря состоялось первое заседание Малой ведущей группы по науке и технике (科技领导小组) под руководством Ли Кэцяна. Основной вопрос – стимулирование дальнейшего развития высоких технологий, что, по словам Ли Кэцяна, является “будущим страны” (创新事关国家前途命运).

24 декабря на совещании Госсовета КНР было принято решение о введении большего количества мер, направленных на поддержку частного бизнеса, малых и средних предприятий.

Речь Си к 40-летнему юбилею реформ и открытости

Кроме наиболее важных моментов, особо стоит выделить слова Си о том, что Китаю удалось победить коррупцию. Данное высказывание можно рассматривать с нескольких точек зрения. Во-первых, как заявку Си на эффективность персоналистской системы власти.

Во-вторых – как действительно определенную победу над коррупцией: в Китае Си Цзиньпину гораздо сложнее устроить званый ужин за счет госбюджета, чиновнику нельзя появиться в общественном месте в “неподобающем виде”, а их детям в компании девушек разбивать дорогие машины в Пекине. Более того, внимательное изучение рынка недвижимости в последние годы в развитых странах укажет на то, что китайские “инвесторы” избавлялись от дорогостоящей недвижимости. Учитывать нужно и ряд громких арестов руководителей госкомпаний и чиновников с момента прихода Си Цзиньпина к должности председателя КНР.

В-третьих – на фоне определенных экономических трудностей, снижения темпов роста (а значит и доходов населения), в период “новой нормальности” (新常态) стране будут нужны новые победы. Если победа над коррупцией уже произошла, значит должны появиться новые истории успеха. Наиболее алармистские комментаторы упоминают “тайваньскую” речь Си, сказанную в начале января, указывая на то, что тайваньский вопрос может стать следующей исторической победой КПК и лично Си. В этом случае важными видятся две даты: 2020 – год президентских выборов на Тайване и 2021 – сто лет с основания КПК.

Существующие системные проблемы, такие как экология, простой концентрацией власти в одних руках решить будет достаточно сложно, поэтому стоит обращать внимание на другие сферы, где “побед исторического характера” (历史性胜利) можно добиться гораздо проще и быстрее.

***

В вопросах внешней политики КНР за декабрь необходимо отметить несколько важных моментов. Во-первых, декабрьские события показали, что в американо-китайском конфликте невозможно будет занимать промежуточную позицию. США сделали сильный ход “поссорив” Китай и Канаду, невольно заставив Оттаву принять одну из сторон конфликта.

Во-вторых, вне зависимости от результатов переговоров с США, китайские технологические компании будут подвергаться давлению и вытесняться с рынка экономическими и внеэкономическими способами.

В-третьих, Китай готов использовать “инструмент ареста” как способ давления уже на такие страны, как Канада. С учетом того, что ранее китайские власти смогли безболезненно арестовать главу такой международной организации, как Интерпол, “инструмент ареста” будет применяться гораздо чаще.

Экономическая стимуляция внутреннего рынка и ослабление инвестиционных барьеров, а также важнейшая поправка в закон об интеллектуальной собственности указывают на две важные тенденции. С одной стороны, Пекин прикладывает усилия для реализации торговой сделки с США, с другой – готовится к дальнейшему противостоянию, последствия которого будут преодолеваться в основном путем развития внутреннего спроса.

Важно указать, что в вопросах открытия новых секторов китайской экономики для иностранных инвестиций и защиты интеллектуальной собственности власти КНР все равно оставляют за собой право изымать технологии или же вытеснять иностранные компании внеэкономическими способами, если этого потребует необходимость. Вступление в силу нового закона защиты интеллектуальной собственности напрямую зависит от результатов торговых переговоров с США.

В вопросах внутренней политики необходимо отметить, что, судя по всему, рост экономики Китая несколько меньше, чем указывают официальные власти, что может быть объяснено несколькими ключевыми факторами, одним из которых является торговый конфликт с США. Ввиду того, что население Китая привыкло к постоянному росту благосостояния (что является базой для легитимности КПК), стоит обратить внимание на сдвиги в других вопросах внутренней и внешней политики КНР, в которых может быть достигнута “историческая победа” для укрепления режима КПК и лично Си.

Прилепский. П.

Иран: декабрь 2018 г. (дайджест)

В этом месяце Иран особенно активизировал свои действия в области внешнеполитической деятельности, в частности, были предприняты определенные меры по расширению сотрудничества с соседними странами, а также состоялся ряд визитов высокопоставленных лиц в другие государства, которые, в свою очередь, увенчались подписанием соответствующих документов. По-прежнему на повестке остаются вопросы ирано-американских противоречий, СВПД и кризисное урегулирование в Сирии.

К наиболее ярким событиям минувшего месяца следует отнести, прежде всего, теракт, произошедший 6 декабря на юго-востоке Ирана, ситуацию вокруг иранских граждан в Тбилиси, активизацию сотрудничества с Катаром, официальный визит президента ИРИ в Турцию и, конечно, новый бюджет Ирана на следующий год, представленный Рухани. Последнее спровоцировало острую реакцию внутри иранского общества.

 

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ИРАНА

Месяц начался с традиционных негативных высказываний иранского МИДа в отношении США. 3 декабря официальный представитель МИД Ирана Бахрам Касеми в ответ на заявление госсекретаря США Майка Помпео по поводу ракетных испытаний Ирана, заявил, что «удивительным является то, что Майк Помпео в своём выступлении указывает на резолюцию № 2231 Совета Безопасности ООН, которую Соединённые Штаты нарушили сами, выходя из СВПД».

4 декабря посол Исламской Республики Иран в Лондоне Хамид Баидинежад подал иск в Ofcom против персоязычного оппозиционного телеканала Iran International. Баидинежад в Twitter написал, что Ofcom, являющийся органом регулирования вещательной, телекоммуникационной и почтовой промышленности в Великобритании, следит за иском Ирана против персоязычного оппозиционного телеканала Iran International. Ранее посол Исламской Республики Иран в Лондоне после интервью в Iran International пожаловался на нарушение телеканалом закона и их очевидную позицию по защите терроризма.

6 декабря прошли ирано-азербайджанские переговоры. Иран и Азербайджан договорились о совместном создании спутника дистанционного зондирования с использованием научных возможностей двух стран, как заявил министр связи и информационных технологий Ирана Мохаммад Джавад Азери Джахроми.

В тот же день официальный представитель МИД КНР Гэн Шуан в ответ на вопрос об аресте финансового директора компании Huawei (за нарушение санкций США против Ирана) в Канаде отметил, что Китай вступает против односторонних санкций США в отношении других стран вне рамок резолюций ООН.

7 декабря Генассамблея ООН не приняла резолюцию с осуждением действий палестинской группировки ХАМАС и призывом прекратить ракетные обстрелы Израиля.  Как сообщило РИА Новости, некоторой интригой стал выбор формата голосования. США, как инициаторы документа, и их союзники предлагали голосовать простым большинством, а целый ряд других стран, включая Россию, выступали за принятие резолюции только при поддержке двух третей членов генассамблеи. В итоге по этому вопросу было проведено отдельное голосование: за простое большинство высказались 72 страны, за две трети – 75, еще 26 стран воздержались.

Президент Индии Рам Натх Ковинд на официальной церемонии вручения верительных грамот новому послу Исламской Республике Иран в Нью-Дели 8 декабря, выразил удовлетворение дружественными и историческими отношениями между Индией и Ираном, подчеркнул необходимость расширения этих отношений до более чем 13 миллиардов долларов.

8 декабря при участии президента Рухани в Тегеране открылась II Конференция спикеров парламентов Афганистана, Китая, Ирана, Пакистана, России и Турции по противодействию терроризму и укреплению регионального взаимодействия.

В тот же день Генеральный секретарь Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) призвал к установлению конструктивных отношений с Ираном. Абдулатиф бин Рашид Аль Заяни, указав на предстоящее заседание глав стран-членов ССАГПЗ, заявил, что вопросы установления связей с Тегераном после реализации санкций США в отношении Ирана и последствия санкций для стран региона включены в повестку дня саммита.

8 декабря Президент Ирана назначил Мохаммада Кешаварз-Заде новым послом Исламской Республики в Китае. Об этом сообщил официальный представитель МИД ИРИ.

9 декабря Берлин и Париж договорились о финансовом механизме для расчётов с Ираном, и вскоре к запуску присоединятся 9 европейских стран, как сообщила немецкая газета Wirtschaftsdeutsch. Европейский Союз договорился о специальном финансовом механизме для поддержания финансовых отношений с Ираном, а Германия и Франция согласились с этим, как заявил источник. По словам европейских дипломатов, согласно соглашению между Берлином и Парижем, специальный механизм для поддержания торговых отношений ЕС с Ираном будет находиться во Франции под председательством Германии. Согласно репортажу, к этой организации стремятся присоединиться 9 европейских стран, в том числе Италия, Испания, Австрия и Экономический и политический союз Бенилюкса, включая Бельгию, Люксембург и Нидерланды.

9 декабря Чиновник движения «Ансар Аллах» опроверг слухи о военном присутствии Ирана в Йемене. Комментируя утверждения некоторых иностранных СМИ о том, что Исламская Республика Иран предложила делегацию для участия в межйеменских переговорах в Стокгольме, Бахрам Касеми заявил: «Стокгольмские переговоры носят межйеменский характер, и Тегеран подчеркнул необходимость проведения межйеменских переговоров без иностранного вмешательства».

Официальный представитель Министерства иностранных дел Ирана Бахрам Касеми в понедельник призвал граждан страны воздержаться от посещения Грузии по соображениям безопасности. «Основанием для такого обращения послужили недавние известия о необычной депортации ряда иранских граждан по разным мотивам из Грузии», заявил Касеми в интервью «Радио Тегеран». МИД отслеживает этот вопрос по дипломатическим каналам, отметил он, добавив, что грузинский посол Йосеб Чахвашвили недавно был вызван в МИД Ирана в связи с задержанием гражданки Ирана в Грузии.

11 декабря Высший совет по правам человека Ирана осудил репрессивные действия Франции против акции протеста движения так называемых «жёлтых жилетов», выпустив заявление, адресованное международным организациям и правительству Франции.

15 декабря Министры иностранных дел Ирана и Катара – Мохаммад Джавад Зариф и Мухаммед бен Абдеррахман аль-Тани – провели на полях Дохинского форума переговоры. Министр иностранных дел Катара шейх Мухаммед бин Абдул Рахман Аль-Тани подверг критике санкции США против Исламской Республики Иран и действия Саудовской Аравии и ОАЭ на Ближнем Востоке.

16 декабря Парламентская группа Ирана встретилась с парламентскими группами Азербайджана, Турции, Пакистана, Китая и Японии в рамках 5-ой Глобальной конференции молодых парламентариев Межпарламентского союза в Баку. Парламентская группа Ирана призвала представителей Китая и Японии сотрудничать в противодействии жестоким экономическим санкциям против иранской нации. В ходе встречи парламентских групп Азербайджана, Турции и Ирана, помимо обмена мнениями по парламентским вопросам, акцент был сделан на расширении торгового обмена. Основным направлением переговоров между двумя парламентскими группами Ирана и Пакистана было использование парламентских возможностей для освобождения похищенных иранских пограничников.

17 декабря Эмир Кувейта Сабах аль-Ахмед аль-Джабер ас-Сабах подчеркнул заинтересованность своей страны в развитии и расширении сотрудничества с Ираном.

19 декабря Министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф после трехсторонней встречи по конституционному комитету Сирии в Женеве, написал в Twitter, что страны-гаранты всегда поддерживали политическое решение, которое возглавят сами сирийцы, и Запад в конечном итоге также признал его.

20 декабря в кулуарах визита президента Ирана в Турцию были подписаны соглашения о сотрудничестве между Ираном и Турцией в области здравоохранения, связи и телекоммуникации.

Таким образом, в декабре внешняя политика Ирана отличилась своей плодотворностью. Несмотря на состоявшиеся мероприятия, открытым остается вопрос о институционализации всех возможных форм сотрудничества, прежде всего, в рамках создания нового механизма с ЕС и двусторонних отношений с приоритетными для ИРИ странами.

 

ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА ИРАНА

Иран по-прежнему в состоянии серьезного экономического краха, однако отказывается принять этот факт. Все происходящие события в рамках внутренней политики остаются сконцентрированными на поиске выходов из сложившейся ситуации. Наиболее громкие события в этом разделе – новый бюджет страны на следующий год и, безусловно, теракт на юго-востоке Ирана.

5 декабря министр здравоохранения и медицинского образования Исламской Республики Иран Хасан Газизаде Хашеми, отметил, что фармацевтическая ситуация в стране является удовлетворительной и заявил, что в стране производится около 95% медикаментов. По его данным, из 50% медикаментов в Иране 5% полностью импортируются, а около 45% сырья поставляется в страну.

Утром 6 декабря около 10:00 по местному времени террорист-смертник на заминированном автомобиле попытался заехать на территорию отделения полиции в портовом городе Чабахар на юго-востоке Ирана. Автомобиль на въезде остановили для проверки документов, и в этот момент смертник произвел самоподрыв. В результате террористической атаки, по данным временно исполняющего обязанности губернатора города Чабахар Рахмдела Бамери, погибли два полицейских, около 40 человек, в том числе четверо детей, получили ранения.  Министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф пообещал, что ответственные за совершение теракта в Чабахаре понесут жестокое наказание.

22 декабря был отмечен завершающий этап военного учения 12 сухопутных войск Корпуса Стражей Исламской революции со слоганом «Демонстрация авторитета и безопасности под национальным единством и новых оборонительных возможностей» в общей зоне Персидского залива.

Одним из знаковых событий также стало объявление о том, что короткометражные фильмы «Забвение» режиссёра Фатимы Мохаммади и «Операция 747» Мохаммада Исмаили будут показаны в секции коротких историй 11-го кинофестиваля «Мир на земле» в Чикаго. «Мир на Земле» – это конкурсный фестиваль, целью которого является распространение идеи мира посредством кино и объединение 26 режиссёров из 9 разных стран мира. Фестиваль «Мир на Земле» пройдёт с 15 по 17 марта 2019 года в Чикаго.

25 декабря Президент Ирана Хасан Рухани представил в парламенте государственный бюджет страны на следующий финансовый год, начинающийся с 21 марта 2019 года, размером в 170 млрд долларов. В частности, были предложены: сокращение числа госслужащих на 10%, повышение цен на бензин и газ до 20%, рост тарифов на воду до 30%, увеличение расходов на КСИР и одновременное уменьшение на армию, срез расходов на культурные учреждения до 30%. Представляя новый бюджет, Рухани раскритиковал консерваторов. Первой причиной этому послужила невыплата налогов со стороны значительной части финансовых учреждений (религиозные и благотворительные институции, такие как Астан-е Кодс Резави). Второй причиной острой критики в сторону консерваторов оказались события прошлой зимы – январские протесты, в разжигании которых нынешний президент обвинил именно консерваторские силы. Очевидно, что данные меры можно охарактеризовать как вынужденные для правительства ИРИ, однако, не стоит забывать о том, что эти шаги могут привести и к серьезным волнениям и, как следствие, к новым протестам в обществе. С другой стороны, заявления Рухани в отношении консерваторов демонстрируют, что в последнее время последним удалось достичь определенных целей и в какой-то степени вытеснить реформаторов из внутренней политической борьбы.

 

ОТНОШЕНИЯ С РОССИЕЙ

4 декабря пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, отвечая на вопросы студентов МГИМО, заявил, что Россия не видит альтернативы соглашению по иранской ядерной программе и призывает все стороны не делать шагов, которые спровоцировали бы Тегеран на выход из этой договоренности. По данным ТАСС со ссылкой на Пескова, рестрикции Вашингтона в отношении Тегерана, которые, в отличие от санкций Совбеза ООН, не являются легитимными с точки зрения международного права, «не должны быть препятствием для того, чтобы мы продолжали наши двусторонние отношения и торгово-экономическое сотрудничество с Ираном». Песков отметил, что РФ выстраивает взаимовыгодные и достаточно тесные отношения с этой страной, которая также играет очень важную роль в региональных делах и в процессе сирийского урегулирования. «И закрывать глаза на роль Ирана абсолютно нелогично и недопустимо», — заметил пресс-секретарь президента.

7 декабря делегация парламента (Меджлиса) Ирана во главе с председателем парламентской группы дружбы Иран-Россия Рамазанали Собханифаром прибыла в Москву. Делегация парламентской группы дружбы «Иран-Россия» обсудила расширение сотрудничества в различных областях. Иранский парламентарий подчеркнул необходимость более широкого использования национальных валют в торговых операциях между двумя странами. «Надо разработать механизм бартерного обмена, укрепить финансовые механизмы между нашими странами. И только таким образом можно нивелировать воздействие санкций», добавил Собханифар. Во время встречи также было подчеркнуто наличие общих проблем двух стран в использовании возможностей для углубления двусторонних отношений. Упомянуто о 20-процентном росте товарооборота между Россией и Ираном за последние восемь месяцев.

12 декабря Посол Ирана в России Мехди Санаи и спецпредставитель президента РФ по Ближнему Востоку и странам Африки Михаил Богданов обсудили ситуацию на Ближнем Востоке, в том числе кризисы в Сирии и Йемене. В тот же день Санаи в Москве обсудил с замглавой МИД Российской Федерации Сергеем Рябковым международную повестку и другие вопросы, представляющие взаимный интерес. Об этом говорится в сообщении внешнеполитического ведомства РФ.

15 декабря специальный представитель президента РФ по вопросам гуманитарного и экономического сотрудничества с государствами Каспийского региона Рамазан Абдулатипов утвердил, что Иран является одним из исторических партнеров Москвы в регионе и заявил, что Россия всегда защищает интересы Ирана как своего стратегического партнера на международной арене.

18 декабря в МИД Ирана сообщили, что в Тегеране прошла консультация Исламской Республики Иран и РФ по обеспечению международной безопасности разведки. Спецпредставитель президента РФ по вопросам международного сотрудничества безопасности Андрей Крутских и заместитель министра иностранных дел Ирана по правовым и международным вопросам Голам-Хосейн Дехгани возглавили делегации двух стран. Стороны обменялись информацией по ряду вопросов, представляющих интерес для международной безопасности, и выразили обеспокоенность по поводу проблем и угроз злонамеренного использования информационно-коммуникационных технологий. Также были обсуждены проблемы, связанные с использованием этих технологий в преступных и террористических целях.

Таким образом, в российско-иранских отношениях по-прежнему прослеживается нарастающая положительная динамика. Сторонам следует начать переходить от декларативных форм сотрудничества к более тесным и институционализированным.

 

***

Декабрь в Иране был наполнен событиями, главным образом, в области внешней политики. Ряд встреч и консультаций с третьими странами позволяет Ирану наращивать потенциал, но все же, несмотря на эту ярко выраженную внешнеполитическую активность, Исламской Республике не хватает внутренней силы. Очередной теракт, сокращения в бюджете на следующий год, обострение противоречий в этой связи по линии консерваторы-реформаторы – все это указывает на то, что в проводимой Рухани и его сторонниками политике существуют явные недоработки, которые вскоре могут крайне неблагоприятно сказаться на обстановке внутри иранского общества.

Мария Будаева

Турция: декабрь 2018 г. (дайджест)

Внешнеполитическая повестка декабря для Турции была наполнена визитами и различными встречами. В начале месяца президент Эрдоган направился в Буэнос-Айрес для участия в саммите «Большой двадцатки», где провел ряд двусторонних переговоров, в частности, с главами России и США. Кроме того, состоялись переговоры по сирийскому конституционному комитету в Женеве, а в конце месяца делегация Турции посетила Россию. На ближневосточном направлении продолжается борьба за сирийский Манбидж, которую Турция, по всей видимости, уже проиграла, а Р.Т. Эрдоган продолжает анонсировать новые военные кампании к востоку от Евфрата.

Во внутренней политике были обнародованы данные о кандидатах от главной оппозиционной партии Турции, появились сообщения о договоренностях об альянсе НРП и «Хорошей партии», а также информация о последних достижениях Турецкой Республики в области атомных технологий и экономической ситуации.

Отношения с Россией                                                                 

Для президента Турции месяц начался с посещения саммита G20 в Аргентине, где он имел возможность встретиться с лидером России В.В. Путиным. Ввиду внезапно отмененных переговоров В. Путина с президентом США Д. Трампом, главы России и Турции приняли решение провести двусторонние переговоры на полях саммита. И даже несмотря на то, что в последний раз они виделись буквально за неделю до этого события в Турции, лидерам двух стран было что обсудить.

По словам пресс-секретаря Президента России Д. Пескова, переговоры Путина и Эрдогана в рамках G20 могут быть охарактеризованы как «сверка часов» по ключевым вопросам. В центре внимания сторон на этот раз находился сирийский кризис, а если быть точнее – его урегулирование. Так, Путин и Эрдоган обсудили ситуацию в Идлибе, а также вопрос создания демилитаризованной зоны в этом регионе. В. Путин, в частности, отметил, что проблемы по вопросу освобождения ее от террористов сохраняются, но Турция работает над этим. Таким образом стороны согласовали меры, направленные на реализацию договоренности по Идлибу, а со стороны Р.Т. Эрдогана прозвучал призыв провести специальный саммит, посвященный ситуации в Идлибе.

Своего рода «прорыв» произошел на другом, но также напрямую связанным с сирийской проблематикой направлении. 20 декабря в Женеве прошла очередная встреча министров иностранных дел России, Ирана, Турции и спецпосланника Организации Объединенных Наций по Сирии С. де Мистуры. В тот день указанные выше страны передали ООН согласованный список, включающий в себя 150 участников сирийского конституционного комитета, споры о составе которого велись на протяжении достаточно долгого времени. При этом стороны условились, что первое заседание комитета, призванного рассмотреть поправки в конституцию Сирии, должно состояться уже в январе следующего года. В то же время стоит отметить, что С. де Мистура, который с недавних пор скуп на оптимизм в вопросе оценки усилий трех стран-гарантов перемирия по урегулированию кризиса в Сирии, воспринял новость о готовности списка без особого энтузиазма. Стаффан де Мистура, который, к слову, в скором времени готовится покинуть свой пост, заявил, что предоставленный сторонами список по-прежнему далек от идеального и нуждается в доработке. Тем не менее, несмотря на такого рода негативные оценки, работа комитета должна начаться со дня на день, а контролировать этот процесс со стороны ООН уготовано уже новому спецпосланнику в лице Г. Педерсона.

Что касается других российско-турецких контактов, 29 декабря Москву посетила делегация из Турции. Министры иностранных дел, министры обороны двух стран, а также глава разведки Турецкой Республики, специальный представитель президента Турции и посол государства в России провели детальные переговоры, посвященные ситуации в Сирии, в частности, вопросу Манбиджа, процессу политического разрешения кризиса и решении Д. Трампа вывести войска из Сирии. Эрдоган, в свою очередь, заявил о своем намерении посетить Москву отдельно, однако, как пояснил Д. Песков, такая встреча, вероятно, состоится в первой половине 2019 года. Кроме того, в декабре стало известно, что очередной саммит формата Россия – Турция – Иран по Сирии планируется провести в России приблизительно в первую неделю 2019 года.

Отношения с Западом

Говоря об отношениях Турции с Соединенными Штатами, то, с одной стороны, можно сказать, что стороны обсуждают актуальные вопросы, находящиеся на повестке дня, с другой – что некоторые противоречия все еще сохраняются.

В рамках упомянутого выше саммита G20 президент Эрдоган также встретился с лидером США Д. Трампом, однако проведенные переговоры едва ли можно назвать полноформатными. В ходе непродолжительной встречи в 50 минут стороны успели обсудить ситуацию в Манбидже и Идлибе, вопросы борьбы с терроризмом, а также волнующий Эрдогана вопрос экстрадиции Ф. Гюлена. Кроме того, за последний месяц стороны часто проводили телефонные переговоры на разных уровнях для обсуждения актуальных проблем. В ходе крайней такой беседы, состоявшейся 14 декабря, Эрдоган пригласил Трампа в Турцию в 2019 году, который, по сообщениям СМИ, ответил на предложение удовлетворительно. При этом Трамп станет не единственным официальным лицом США, визит которого ожидается в новом году. Турцию также должен посетить помощник президента США по национальной безопасности Д. Болтон. Переговоры при этом будут сконцентрированы на сирийской проблематике. Стоит отметить, что кризис в Сирии действительно нуждается в обсуждении Турции и США ввиду сохраняющихся разногласий. США, прежде всего, не устраивает самостоятельность Турции, которая выражается в проведении новых военных кампаний против курдов, Турцию, в свою очередь, поддержка курдов Соединенными Штатами. Так, например, официальный представитель министерства обороны США Ш. Робертсон раскритиковал намерение Эрдогана провести очередную операцию в Сирии, заявив, что считает односторонние военные кампании на территории государства неприемлемыми. Эрдоган, однако, вскоре после этого заявил, что Д. Трамп одобрил планы Турции. МИД Турции, в свою очередь, упомянув, что на такой исход повлияла Анкара, достаточно позитивно оценил решение США о выводе своих войск из Сирии, ведь выход США – главных «помощников» курдов – из региона может позволить армии Турции держать приграничные территории, включая курдские анклавы, под своим контролем. Еще одним вопросом двусторонней повестки являются антииранские санкции. В декабре стало известно, что Турция, которой ранее Вашингтон в качестве исключения позволил вести торговлю с Ираном, намерена добиваться продления своего привилегированного положения, ссылаясь на двусторонние торговые соглашения. И хотя ответ от США пока не поступил, можно предположить, что западные партнеры не сильно обрадуются такому желанию Турции. Помимо всего этого, о разных взглядах двух стран на политические вопросы и о смещении курса Турции в сторону России также свидетельствует тот факт, что М. Чавушоглу назвал «неудачными» слова спецпосланника США по Сирии Д. Джеффри о том, что астанинский и сочинский процессы необходимо «свернуть», совершенно справедливо отметив, что благодаря именно этим форматам переговоров в Сирии обеспечивается политический диалог между воюющими сторонами.

Что касается европейского направления турецкой политики, то в отношениях с Европой все достаточно стабильно. МИД Турции периодически делает заявления о том, что Турецкая Республика обладает всеми правами для вступления в ЕС, которые, однако, остаются без ответа европейских партнеров. Последний месяц Турция также находилась под давлением Австрии и ОБСЕ по вопросу ареста австрийского журналиста М. Цирнгаста, которого задержали ранее в сентябре по подозрениям в связях с РПК. После обвинений в несправедливости и нарушении прав человека, прозвучавших от канцлера Австрии С. Курца, Анкара все же приняла решения освободить журналиста под подписку о невыезде. Однако, несмотря на то, что Турция удовлетворила требования Австрии, данный шаг с наименьшей степенью вероятности приблизит государство к ЕС. Кроме этого, страны ЕС не поддержали Турцию в вопросе проведения военной операции в Сирии, фактически процитировав заявления официальных лиц США о неприемлемости таких действий. В этой связи последнее время обсуждается возможность проведения следующего четырехстороннего саммита между Россией, Францией, Германией и Турцией для совместного обсуждения ситуации в Сирии, однако дата и место проведения пока уточняются.

Ближний Восток

На ближневосточной арене Р.Т. Эрдоган, похоже, вновь вспомнил о своих претензиях на лидерство в регионе и готовится продемонстрировать свою военную мощь на приграничных с Сирией территориях.

С начала декабря мировые СМИ не утихают о том, что после заявлений президента, сделанных 12 декабря о планах провести военную операцию, Турецкая Республика начала переброску военной техники на границу с Сирией, которая следовала в приграничный район Хатай. Вероятно, намерение Турции связано с недавней критикой Б. Асада по вопросу нарушения режима перемирия в Идлибе и с продвижением курдский отрядов в приграничных районах. Стоит отметить, что в 2015 году Турция уже проводила операцию против курдов в данном регионе, преследуя цель оттеснить курдские формирования от Евфрата. Эрдоган на протяжении всего декабря повсеместно заявлял о том, что готов начать операцию, которая будет координироваться с Россией, в любой момент и без предупреждения, однако на фоне заявлений США о намерении вывести свои войска из региона, по всей видимости, решил занять выжидательную позицию, немного отложив свои планы. Тем не менее, 25 декабря глава министерства обороны Х. Акар заявил, что подготовка к контртеррористической операции завершена, что может означать начало операции в самое ближайшее время.

В то же время, вместо проведения военной кампании против отрядов «Сил народной самообороны» и «Демократического союза» только на востоке от Евфрата, как изначально планировалось, в Турции ранее заявили о планах войти еще и в сирийских Манбидж в том случае, если курдские формирования не покинут его. Об этом заявил сам президент в ходе своего выступления на конференции высших судебных инстанций стран Организации исламского сотрудничества в Стамбуле 14 декабря.     Тогда же Эрдоган обрушился с критикой на США, заявив, что Соединенные Штаты хотят ослабить решимость Турции в их борьбе с терроризмом путем затягивания реализации дорожной карты по Манбиджу. Тем не менее, планам Р.Т. Эрдогана касательно Манбиджа не суждено было сбыться по другой причине: 28 декабря стало известно, что армия официального правительства Сирии, опередив Турцию, вошла в Манбидж, причем по приглашению курдских отрядов, и установила контроль над территорией. Реакция Эрдогана последовала незамедлительно. Лидер Турции заявил, что не верит заявлениям курдов, которые, как он выразился, не имеют права никого приглашать от своего имени, и Сирии, отметив, что считает их не более, чем «психологическим давлением». Так или иначе, но промедление турецкой армии с началом операции дало курдам и правительственной армии Б. Асада определенный карт-бланш на вышеуказанные действия. Над Манбиджем теперь возвышается сирийский флаг, и учитывая, что 16 декабря М. Чавушоглу впервые за долгое время заявил о готовности Турции сотрудничать с Б. Асадом в будущем в случае его победы на выборах, о том, какие действия теперь предпримет армия Эрдогана на сирийской земле – остается только догадываться.

Внутриполитическая обстановка

В декабре на внутриполитическом направлении Турецкой Республики стали известны некоторые подробности предстоящих муниципальных выборов.

Прежде всего, президент Турции Р.Т. Эрдоган в начале месяца в очередной раз подтвердил, что союз между Партией националистического движения (ПНД) и правящей Партией справедливости и развития (ПСР) состоится. Также стало известно, что незадолго до выборов лидеры ПСР и ПНД – Р.Т. Эрдоган и Д. Бахчели – планируют провести совместные митинги в наиболее крупных городах страны. Вместе с тем оправдались ожидания турецкой общественности относительно выдвижения спикера ВНСТ Б. Йылдырыма, который 21 декабря подал в отставку, на пост мэра Стамбула. Что касается оппозиционно настроенных партий, то в декабре стали известны имена кандидатов на пост мэров в Стамбуле и в Анкаре от Народно-республиканской партии (НРП). Так, согласно обнародованным данным, на пост мэра Стамбула претендует известный лишь в узких кругах политик Э. Имамоглу, а кандидатом на пост мэра Анкары от НРП, в свою очередь, стал М. Яваш, который уже предпринимал попытки баллотироваться на этот пост на выборах 2014 года.

При этом долгое время оставался открытым вопрос о возможном союзе оппозиционных сил на местных выборах Турции ввиду того, что партии не могли договорить об аспектах его создания. После длительных переговоров, а также встреч, решающая из которых состоялась 12 декабря в штаб-квартире НРП, стороны все же пришли к согласию. В ходе переговоров между лидерами двух партий – К. Кылычдароглу и М. Акшенер – стороны, преодолев часть противоречий, договорились о создании союза, а также приняли решение относительно того, кандидаты каких партий будут представлены в различных регионах. В частности, было решено, что в Мерсине каждая партия выдвинет своего кандидата; кандидаты от НРП будут представлены в следующих провинциях: Айдын, Мугла, Текирдаг, Хатай, Измир, Эскишехир, Анкара, Стамбул, Анталья, Бурса и Адана; «Хорошая партия», в свою очередь, выдвинет кандидатов в данных регионах: Балыкэсир, Денизли, Маниса, Коджаэли, Конья, Самсун, Трабзон, Кайсери, Сакарья и Газиантеп. Относительно других регионов переговоры между партиями, вероятно, продолжатся.

Говоря о других событиях, не связанных с выборами, стоит отметить, что в декабре Турция впервые испытала атомную авиабомбу МК-84 собственного производства на специализированной базе HABRAS, причем, по заявлению Министерства промышленности и технологий, которое охарактеризовало событие как «историческое», испытание прошло достаточно успешно.

Экономическая ситуация

На внешнеэкономическом направлении продолжают осуществляться совместные российско-турецкие проекты. Так, например, 13 декабря президент Турции Р.Т. Эрдоган объявил о том, что Турция начала строительство сухопутной части газопровода «Турецкий поток». Вместе с тем, в соответствии с информацией «Росатома», стало известно о выдаче разрешения Турецким агентством по атомной энергии (TAEK) на строительство второго энергоблока АЭС «Аккую». Кроме того, Эрдоган заявил, что Турецкая Республика, а рамках своего «стодневного плана работы» по реализации различных проектов, планирует провести тендер на осуществление проекта судоходного канала «Стамбул». Говоря о торговых отношениях, стоит упомянуть, что 29 декабря Министерство сельского хозяйства России подготовило проект приказа об увеличении объема ввозимых из Турции томатов вдвое – до 100 тыс. тонн в год, что в значительной степени помогло бы повысить долю экспорта Турции. При этом, согласно подсчетам, опубликованным Министерством торговли Турецкой Республики, показатель экспорта государства за прошлый месяц стал самым высоким за последний год и составил 15,5 миллиардов долларов, а ранее Турция приняла решение увеличить пошлины на импорт от 10% до 30% на ряд товаров, в том числе на строительные материалы, бумагу и картон, а также игрушки и телевизоры.

Что касается внутриэкономической ситуации, то в декабре наблюдалась волатильность турецкой лиры – в начале месяца валюта немного ослабла, затем вновь повысилась на 1,16% после заявлений ЦБ Турции о готовности принять меры по стабилизации национальной валюты. Тем не менее, по состоянию на 13 декабря, Центробанк Турции оставил базовую процентную ставку на прежнем уровне – 24%. Также в декабре, с одной стороны, стало известно о замедлении годовой инфляции, уровень которой снизился до 21,6% и о резком росте безработицы среди молодежи – с другой. Кроме того, в конце месяца появилась информация о том, что с 1 января 2019 года Турция вводит так называемый налог «на безопасность» в отношении всех лиц, вылетающих из аэропортов страны. Сумма такого налога составит 1,5 евро.

***

Таким образом в декабре на внешнеполитическом направлении Турецкая Республика в очередной раз продемонстрировала, что смотрит на мировые политические процессы в одном направлении именно с Россией, а не с Западом и с США в частности. Участившиеся контакты с российской стороной, согласование списка конституционного комитета Сирии между странами-гарантами перемирия и координация действий России и Турции в Сирийской Арабской Республике, прежде всего, говорят о том, что отношения Турецкой Республики с Российской Федерацией и с Ираном выходят на принципиально новый уровень. Однако такого нельзя сказать о турецко-американский отношениях, поскольку политика двух стран в основном ограничивается переговорами по Сирии и в последнее время сводится к двум крайностям – либо к достижению двусторонних соглашений и заявлениям о плодотворной совместной контртеррористической работе, либо к взаимным обвинениям по невыполнению достигнутых договоренностей.

Во внутренней политике, как и ожидалось, оппозиционные силы, по примеру правящей партии, объединились в союз и даже смогли согласовать некоторые детали проведения выборов 2019 года. Внутриэкономическую ситуацию Турции по-прежнему нельзя назвать стабильной, хотя следует признать, что в целом ситуация могла бы быть хуже. Внешнеэкономические связи, напротив, позволяют говорить об успехах Турции на этом направлении – реализуются многие российско-турецкие энергетические проекты, которые в ближайшем будущем должны в значительной степени способствовать экономическому росту двух стран.

В. Аватков, А. Сбитнева