Арабские страны: ноябрь 2016 (дайджест)

Арабские страны: ноябрь 2016 г. (дайджест)

8 ноября 2016 года Дональд Трамп был избран новым президентом США. Это событие, несомненно, стало поворотным и для арабского мира, ведь Вашингтон является одним из крупнейших акторов в регионе. Интересно, что позиции ближневосточных государств относительно будущих возможностей сотрудничества с новым американским президентом оказались непохожими друг на друга. Также ноябрь ознаменовался первым крупным успехами сирийской армии по освобождению города Алеппо с 2012 года. При поддержке российской авиации правительственным войскам удалось взять под контроль восточный район города. По оценкам экспертов, на данный момент очевидно, что террористы будут полностью вытеснены из Алеппо, однако специалисты расходятся во мнении относительно сроков окончания операции по освобождению города.

 

Кем станет Дональд Трамп для Ближнего Востока?

8 ноября 2016 года неожиданно для многих экспертов и обывателей новым главой Белого дома был избран миллиардер Дональд Трамп, известный своими резкими заявлениями в том числе в адрес арабов и мусульман, что не могло не привлечь внимание со стороны как политического истеблишмента, так и широких масс в ближневосточных государствах. Интересно, по данным опроса общественного мнения, проведенного Арабским центром политических исследований (базируется в Вашингтоне) в девяти странах Ближнего Востока (Алжир, Египет, Ирак, Кувейт, Марокко, Иордания, Палестина (Западный берег реки Иордан и сектор Газа), Саудовская Аравия и Тунис)), 65 процентов жителей Саудовской Аравии заявили, победа Хиллари Клинтон положительно скажется на арабскиом регионе.

Победа Дональда Трампа стала большим шоком для лидеров политического ислама как суннитских в лице “Братьев мусульман”, так и шиитских, представленных правящим режимом в Иране. За последние восемь лет страны-представители обоих направлений ислама приложили немало усилий к тому, чтобы научится работать с демократами и выстроили определенные отношения с Вашинтоном. Арабские политики продолжили бы развивать отношения с Хиллари Клинтон, не нуждаясь в политическом повороте на 180 градусов Однако этого не произошло. Дональд Трамп, известный своей враждебностью и недоверием к исламским политическим элитам, имеет четкую антииранской позицию, явно отказываясь от любых позитивных отношений с Исламской Республикой, ведь как он считает Иран главным спонсором терроризма в регионе.

Несмотря на то, что позиция нового президента США по Ирану будет более ясной после того, как он официально вступит в должность, можно с уверенностью констатировать, что в отношении Ближнего Востока Трамп намерен начать жесткую военную политику против всех экстремистских группировок, которые провозглашают религиозные фундаменталистские лозунги, чтобы немедленно устранить их.

Если Иран явно не будет другом или союзником американчев в эпоху ДональдаТрампа, то в отношении сирийского кризиса его позиция более противоречивая. В частности это касается готовности сотрудничать с Россией по сирийскому уригулированию. Трамп считает, что его приоритетом является устранение ИГ (запрещена в РФ) и зачистка территории Сирии от боевиков. Тогда возникает вопрос, как он собирается одновременно работать по Сирии вместе с Москвой, отстранившись от Ирана, и выступать за отказ признавать Башара аль-Асада законным президентом.

При этом Трамп ясно дал понять, что он выступает за прочные отношения с уже привычными нам союзниками Америки на Ближнем Востоке, в том числе с Египтом, Иорданией, ОАЭ, Катаром и Саудовской Аравией. Эти суннитские государства, как представляется, довольны уходом администрации Обамы. Ведь они – особенно саудовцы – воспринимают подписание ядерного соглашения с Ираном как предательство со стороны Вашингтона. Теперь же, антииранская риторика Дональда Трампа дает странам Залива надежду на “восстановление справедливости”.

Избранный президент провел мощную избирательную кампанию, используя противоречивую, но популярную риторику, к примеру, о запрете на въезд в США для мусульман и депортации всех нелегальных иммигрантов. Однако позже он изменил некоторые из своих замечаний, которые были расценены как оскорбительные для мусульман. Но несмотря на это, исламский мир наодится в ожидании новой эры американско-арабских отношений.Те, кто был недоволен политикой Барака Обамы приветствует новую республиканскую администрацию, в то время как те, кто выиграл от его политики будут очень разочарованы, так как политика нового американского президента явно придаст новый импульс активности США в регионе.

 

Сирийская армия заняла ключевые районы Алеппо

  28 ноября 2016 года сирийские правительственные войска и их союзники при поддержки российской авиации захватили контроль над ключевыми районами воточной части города Алеппо. Этот город имеет ключевое стратегиеское значение, так как явлется Сирия крупнейшим экономическим центром Сирии.

С 2012 года Алеппо находится под контролем боевиков ИГ и других террористических групп, и сегоднящние купные успехи сирийской армии по освобождению города ознаменовали поворотный моментом в пятилетнем конфликте. Ведь, если правительственным войскам удасться захватить все восточные районы Алеппо, то правительство президента Башара аль-Асада будет находиться у власти в четырех крупнейших городах страны, а также в прибрежной области. Таким образом, справедливо полагать, что у ИГ и радикальной оппозиции нет шансов удержать ключевые центры страны.

Но несмотря на то, что на сегодняший день стало понятно, что Алеппо находится явно не под контролем демократических сил, порющихся против тирана-Асада, некоторые западные аналитики продолжают критиковать военную операцию сирийской армии в Алеппо.

Так, например, Чарльз Листер, старший научный сотрудник Вашингтонского Института Ближнего Востока, считает, что сам город Алеппо являлся базой умеренной оппозиционной деятельности, поэтому, если он будет захвачен провительственными силами, “это станет непереносимым ударом для умеренной оппозиции”, с которой и борется Башар аль-Асад. С тех пор, как Алеппо присоединился к восстанию четыре года назад во время Арабской весны, в восточной части города была сделана попытка установить “модель управления без Асада”. Были избраны местные лидеры, создана собственная систем образования и выстроены торговые отношения с повстанцами из приграничных деревни и с соседней Турцией. В результате американский исследователь делает вывод, что восточные районы, занятые исключительно умеренной оппозицией, подверглись жестокому наступлению со стороны правительственной армии и российским авиаударам.

Подобная оценка происходящего сегодня в Алеппо далеко не редкость. Несмотря на то, что даже новоизбранный президент США признал, что  основная проблема Сирии – террористы и даже заявил о готовности сотрудничать с Россией, чтобы решить эту проблему, большинство стран Запада продолжают поддерживать оппозицию и обвинять Башара аль-Асада в массовых убийствах мирных жителей.

Однако сложившиеся на сегодняший момент реалии могут дать аль-Асаду реальный шанс изменить ситуацию в стране и остановить гражданскую войну. В этом мысле в его пользу играет смена администрации в США, крупнейший прогресс на поле боя за последние пять лет, нормализация отношенияй между Москвой и Анкарой, а также явное моральное и материальное ослабление ИГ в силу начала военной операции по освобождению иракского Мосула и сирийской Ракки – провозглашенных центров исламского халифата. Таким образом, справедливо предположить, что, если Дамаску удастся удержать достигнутый успех, в ближайшее время контроль над значительной частью территории страны перейдет к правительственным силам.

 

Ирак ожидает поддержки от Трампа в борьбе против ИГ

  21 ноября 2016 года министр иностранных дел Ирака Ибрагим аль-Джафари заявил, что в ходе военной операции по освобождению Мосула от боевиков ИГ уже около одной трети города взято под контроль иракской армии и собзников. Причиной знаительных успехов операции, по мнению аль-Джафари, является “высокая степень скоординированнности и сплоченности между ее участникми”: иракскими силами безопасности и международной коалицией против ИГ под руководством США.

Действительно, с начала широкомасштабного наступления иракских военных и курдских ополценчев под Мосулом достигнут ощутимый прогресс:  убито около тысячи боевиков, взяты в плен около 600 (цит. по “Al-Arabiya” – прим. автора). Очевидно, что на успех операции серьезно влияет степень поддержки иракских сил с воздуха со стороны междунаролной коалиции. В этом смысле крайне важно, какую позицию в ближайшее время займет  новоизбранный президент США Дональд Трамп, так как Вашингтон является лидером коалиции. Для Багдада важно, чтобы США продолжили оказывать многоуровневую поддержку Ираку как в его борьбе против ИГ, но и в восстановлении инфраструктуры Мосула после освобождения. В этой связи американскую финансовую поддержду Ираку в больбе простив ИГ можно сравнить с программой  плана Маршалла, согласно которому Соединенные Штаты помогли западным государствам восстановить свою инфраструктуру и экономику после Второй мировой войны. План Маршалла также был тесно связан с “доктриной Трумэна”, направленной на противодействие ширению зоны влияния СССР в мире. Представляется, что Багдад с удовольствием примет необходимую помощь от Вашингтона, который в свою очередь будет заинтересован в крепком закреплении собственных интересов в Ираке после освобождения второго по величине города в стране. Особенно после того, как позиции России в Сирии имеют явные и непоколебимые преимущества.

Ибрагим Аль-Джафари также заявил, что Ирак не допустит какой-либо активности со стороны Турции в районе общей границы, в том числе военного вмешательства в операцию. Опасения Багада очевидны: Турция опасается, что шиитские ополчения, которые поддерживают иракскую армию могут начать борьбу против суннитских туркменов в городе Таль-Афар (северо-запад Ирака), который находится на главной дороге, связывающей между Мосул и территорию Сирии. Этот город также был центром иракских повстанцев во время войны Ираке в 2003 году. В этой связи представляется, что в случае возникновения ирако-турецкой напряженности в районе границы власти Ирака обратятся к Евросоюзу как к посреднику в урегулировании с Турцией, предполагая, что ЕС имеет определенное вляние и рычаги давления на турецкое руководство, при этом так же отвергает вмешательство Анкары в Ирак.

 

Очевидно, что ноябрь во многом стал поворотным месяцем для Ближнего Востока. Приход новой, республиканской администрации открывает для стран региона новые возможности для сотрудничества, а арабские лидеры в большинстве своем, хоть и осторожно, но позитивно оценивают перспективы работы с Дональдом Трампом, несмотря на жесткую риторику последнего в адрес мусульман в ходе предвыборной кампании. На сирийском и иракском направлении в деле борьбе против ИГ за прошедший месяц продемонстрирован значительный прогресс. Если легитимным правительственным силам удасться удержать достигнуй успех, то большинство территории обеих стран все-таки будет зачищена от боевиков. Основной проблемой наступающих сейчас является то, что террористы использут мирное население в качестве живого щита, а покидать город запрещено под страхом смерной казни.

 

В.Аватков, Е.Кислова

Турция: ноябрь 2016 (дайджест)

Турция: ноябрь 2016 (дайджест)

В ноябре Турция продолжила идти по традиционному для себя курсу как в области внутренней, так и внешней политики. На внешнеполитической арене путем расширения контактов со странами из самых разных регионов мира Турция продолжает пытаться расширить свое присутствие за пределами традиционных для нее регионов влияния. Помимо этого, во внешней политике сохраняются традиционные ценности для современной внешней политики Турции, а именно политика защиты мусульман по всему миру и враждебность по отношению к великим державам.

Однако, несмотря на общую предсказуемость внешней политики, ей по-прежнему свойственна определенная импульсивность, особенно на сирийском направлении, что по всей видимости вызвано внутриполитическими противоречиями. Внутри страны правящая Партия справедливости и развития уверенно идет в сторону создания новой конституции. На данный момент идет согласование ее основных положений с двумя оппозиционными партиями. Успешно загнаны в угол курдские политические силы. Таким образом, Турция стоит на пороге внутриполитических преобразований, которые должны открыть новую главу в истории ее развития как государства.

 

Партия справедливости и развития успешно продолжает процесс разработки новой конституции. На данный момент основным вопросом является согласование ее с двумя оппозционнными партиями – Народно-республиканской партией и Партией националистического движения. После октябрьских арестов и предъявления обвинений Селахаттину Демирташу и Фиден Юксекдаг Демократическая партия народов фактически потеряла возможность политического влияния на работу Великого национального собрания Турции и таким образом выпала из процесса создания новой конституции.

Оппозиция в лице кемалистов и националистов в условиях сложившейся политической монополии правящей ПСР отказалась от попыток противодействия ей. Вместо этого, она пытается повлиять на формулировку наиболее важных статей нового основного закона. Наиболее активный диалог ведётся между Партией националистического движения и ПСР. Еще после выборов в ноябре 2015 года в СМИ высказывалось мнение, что именно националисты окажут поддержку ПСР в процессе создания новой конституции. По всей видимости, так оно и произойдет.

29 ноября в СМИ появилась информация о том, что ПСР направила националистам пакет из 12 статей, по которым последние не согласились с 4,5. Учитывая, что высока вероятность того, что эти статьи в том или ином виде войдут в финальную версию нового основного закона на них стоит обратить особое внимание:

  • Первая касается компетенции расширения полномочий президента в законодательной области. В частности, президент получит право, в случае обнаружения в законодательстве пробелов, самостоятельно издавать решения, имеющие силу закона (ордонансы), чтобы эти пробелы восполнить. До этого такими полномочиями было наделено только Великое Национальное Собрание Турции.

ПНД выступает против данного предложения, резонно задаваясь вопросом относительно того, смогут ли ордонансы президента реально решить важные законодательные проблемы, как это, например, было с законом о половых преступлениях против несовершеннолетних, который стал одной из самых обсуждаемых тем в Турции в ноябре.

  • Другая важная статья касается наделения президента правом распускать по собственному желанию парламент. Националисты выступают против данного предложения, настаивая на том, что не нужно создавать иерархию в отношениях парламента и президента.
  • Половинчатым вопросом Партия националистического движения признает вопрос преодоления вето президента. Хотя ситуация, при которой нынешний турецкий парламент мог бы разойтись во мнениях с президентом, выглядит нереалистичной, ПСР требует, чтобы парламент имел полномочия преодолевать вето президента только имея квалифицированное большинство, то есть порядка 360 голосов. Националисты не согласны, но пока и конструктивной альтернативы выдвинуть не могут.

Резонный вопрос возникает относительно того, что происходит на данный момент с Демократической партией народов, которая в качестве одной из основных направлений своей деятельности выделяет защиту меньшинств, в первую очередь, курдов.

Напомним, что еще в середине октября ее лидеры были арестованы и против них были выдвинуты обвинения. На данный момент расследование их дел продолжается, против них выдвигаются все новые обвинения, в частности, в осуществлении пропаганды в пользу террористической организации (то есть в пользу Рабочей партии Курдистана).

Нельзя не отметить, что уход с политической сцены на время таких значимых фигур, как Демирташ и Юксекдаг, помог Партии справедливости и развития более эффективно запустить процесс обсуждения новой конституции.

Давлению подвергаются не только лидеры и представители Демократической партии народов , но и все организации, которые в той или иной мере связаны с курдами. Как заявил 2 ноября Демирташ, в Турции за последнее время было закрыто 146 курдских печатных изданий и 20 телеканалов. Среди них единственная ежедневная газета, издаваемая на курдском языке, Azadiya Welat и единственное женское новостное агентство в Турции Jinha.

Таким образом все достижения Партии справедливости и развития первых лет ее нахождения у власти, а именно предоставление довольно широких свобод всем меньшинствам в Турции, открытие СМИ на курдском и других языках, создание школ курдского языка, сводятся на нет.

Логично, что в такой ситуации Рабочая партия Курдистана продолжает свою террористическую активность. Очередной теракт произошел в городе Диярбакыр 4 ноября, в результате которого погибли 8 человек, в том числе 2 полицейских. Начиненный взрывчаткой автомобиль взорвался у здания полиции.

Таким образом, Турция сейчас находятся в определенном порочном круге. Чем больше власти давят на курдов, тем более жесткий ответ дает Рабочая партия Курдистана. Это, в свою очередь, сопровождается новыми санкциями со стороны действующей власти. Однако результат один: от этого все больше страдают мирные жители как в курдских районах Турции, так и на западе страны.

 

Особенностью нынешней политической ситуации в Турции является довольно сильная подвижность политических акторов. Страна проходит через период трансформации и это позволяет новым политическим силам стремительно развиваться и выходить на национальную политическую сцену.

Примером такого быстрого политического взлета является совсем недавно возникшая партия Долунай. Примечательным является то факт, что в основе ее программы лежит объединение в единую политическую силу пастухов со всей страны.

Учредителем партии является Сердар Окуюджу, который в 2009 году вышел из Партии справедливости и развития, в которой он возглавлял молодежное крыло в Муданье. За короткий срок партия сумела открыть свои представительства в 60 провинциях страны. Ее официальной целью является борьба за власть на выборах  2019 года.

На первый взгляд такой проект может показаться несерьезным, но при более детальном рассмотрении становится понятно, что он имеет под собой довольно крепкую основу.

Ведь напомним, что на данный момент в Турции жители, проживающие в деревнях и маленьких городах поддерживают Партию справедливости и развития. Однако, безусловно, партия власти в силу необходимости мыслить и действовать глобально не может поставить только бедные слои населения во главу своей политики. Зато это сможет довольно успешно сделать Долунай, которая фактически займет нишу партии, защищающей бедные слои населения. А без своего «сельского» электората Партия справедливости и развития вряд ли сможет повторить свой успех на выборах 2019 года.

Поэтому за такими новыми игроками необходимо следить внимательно, в краткосрочной перспективе именно они способны повлиять на ситуацию в стране.

 

Государственное строительство в Турции идет полным ходом. Напомним, что в период после переворота несколько тысяч судей и прокуроров были отправлены в отставку по подозрению в сотрудничестве с террористической организацией Фетхуллаха Гюлена.

В такой ситуации экспертами задавался логичный вопрос: сможет ли турецкое правительство найти новых высококлассных специалистов в этой области в такой короткий срок, чтобы обеспечить нормальное функционирование Турции судебной власти.

Как выяснилось, с данной задачей руководство страны справилось: в ноябре было назначено 3022 новых судьи в гражданские и уголовные суды и 918 – в административные суды.

Не остается сомнения, что недавно назначенные судьи будут в своих решениях учитывать политику Партии справедливости и развития, но возникают сомнения относительно того, смогут ли они грамотно разрешать даже те дела,которые не имеют политического значения. Ведь у них нет соответствующего опыта, а коллег, которые могли бы им помочь, осталось совсем немного.

Таким образом, по крайней мере в области судебной власти, можно отметить, что политика ПСР по борьбе с гюленистами привела к негативным для общества результатам: упало качество судебной защиты, под угрозой оказалась справедливость принимаемых судебных решений.

 

Внешняя политика

 

Большим преимуществом сайта министертсва иностранных дел Турции явялется то, что на нем ежемесячно выеладывается количественный отчет касательно внешнеполитических контактов на всех уровнях в государстве. Это дает возможность оценить внешнеполитическую активность Турции за конкретный период.

Сравнивая ноябрьские данные с данными за октябрь можно сделать следующие выводы:

Количество официальных визитов за ноябрь составило:

На уровне президента 9
На уровне премьер-министра 7
На уровне министров 114
На уровне депутатов 108
Общее количество внешнеполитических контактов: 550

 

Активность загранучреждений:

Интервью для СМИ 95
Пресс-конференции 12
Размещение официальных заявлений 14

 

 

 

Анализируя данные, представленные на сайте МИД Турции, в первую очередь, необходимо выделить довольно широкую георгафию заграничных визитов президента, что становится уже традиционной отличительной чертой многовекторной политики Турции. В ноябре президент Эрдоган сумел посетить Белоруссию, Узбекистан и Пакистан, таким образом охватив Восточную Европу, Центральную Азию и Южную Азию.

Во время своего визита в Белоруссию принял участие в открытии Минской мечети, что является особенно показательным. Эрдоган продолжает чувствовать себя лидером исламского мира или, по крайней мере, позиционировать себя в его качестве, активно участвуя во всех религиозных событиях в Европе. Защита исламских ценностей уже давно стало отличительной чертой турецкой внешней политики.

На фоне многовекторной политики Турции в Азии продолжаются ее  конфликтные отношения с Европейским Союзом. Все больше становится понятно, что спор между ними не имеет решения в ближайшей перспективе, что заставляет обратить особое внимание на российско-турецкие отношения.

Анализ российско-турецких отношений необходимо начать с интервью, которое посол России в Турции А.Г. Карлов дал в ноябре турецкой газете Миллийет. Напомним, что это не первый раз, когда российский посол использует одно из крупнейших турецких СМИ для донесения до турецкой общественности позиции России по основным вопросам российско-турецких отношений. В декабре 2015 в интервью той же Миллийет он впервые озвучил 3 условия, при выполнении которых была бы возможна нормализация отношений между двумя странами.

Теперь же он дал свою оценку перспективам, которые имеют российско-турецкие отношения в посткризисный период. Карлов заявил, что основным вопросом, который будет рассматриваться в ходе предстоящего в декабре визита в Москву премьер-министра Турции Б.Йылдырыма, станут торгово-экономические отношения между двумя странами. Однако он считает, что понадобится как минимум один-два года для достижения тех цифр, которые существовали до 24 ноября 2015 г. Но, по его мнению, важно другое, а именно то, что обе стороны демонстрируют желание достичь прежнего уровня отношений и даже его превысить

Карлов также затронул сирийский вопрос: “Мы поддерживаем сирийскую государственность. Если ее разрушить, то появится вторая Ливия. Любые внешнеполитические инициативы, которые мы могли бы предпринять вместе с Турцией, будут направлены на установление мира в регионе и во всем мире”.

Важные комментарии российский посол также сделал по вопросу взаимотношений Турции со своими западными партнерами. Он подчеркнул, что страны ЕС часто давят на Турцию, не дают ей развивать отношения с Россией и в своей политике используют принцип «Хорошо все то, что плохо для России».

 

***

Подводя итоги, необходимо сделать важный вывод: нынешнюю политику Турции необходимо рассматривать только в тесной взаимосвязи с ее внутриполитической ситуацией. Только в этом случае появится возможность дать трезвую оценку, например, заявлением президента Турции о том, что «турецкая армия находится в Сирии, чтобы свергнуть Асада».

Надо учитывать, что такие заявления направлены на внутреннюю аудиторию, поскольку ПСР вынуждена постоянно держать свой электорат в тонусе, поскольку в самом ближайшем будущем в Турции пройдет референдум, на котором будет решаться вопрос новой конституции. Подобные воинственные заявления не будут иметь никаких внешнеполитических последствий, но позволят избирателю ощутить значимость своей страны, ее способность оказывать влияние на ситуацию в регионе.

Поэтому нет никакой необходимости воспринимать данные заявления, как очередной переворот в отношениях. Турция проходит через период внутренней трансформации, которая вынуждает политиков порой принимать импульсивные и недальновидные решения.

Читатели могут не согласиться с данной позицией, резонно отметив, что многие эксперты еще в октябре 2015 года отмечали, что на выпады Турции в сторону России не надо обращать особое внимание, поскольку это связано с предвыборной агитацией в Турции. Тем не менее, это закончилось тем, что был сбит российский самолет.

На такое заявление необходимо дать ответ, состоящий из двух частей:

Во-первых, Россия, безусловно, должна придерживаться новой, более жесткой, политики в отношении Турции. Турция – это не союзник России, а партнер, важный игрок в ряде регионов, с которым необходимо взаимодействовать, но на которого нельзя рассчитывать.

Во-вторых, выборами 1 ноября 2015 года выборы в Турции не закончились. Только после того, как будет принята новая конституция Турции, которая окончательно закрепит власть Эрдогана, ПСР перестанет опасаться за внутреннюю стабильность и перестанет играть на публику, используя внешнюю политику.

 

В.Аватков, М.Кочкин

Арабские страны: октябрь 2016 (дайджест)

Прошедший месяц ознаменовался важными событиями на иракском направлении: армия Ирака начала военную операцию по освобождению Мосула от боевиков ИГИЛ (запрещена в РФ). Вместе с тем в некоторой степени снизилось внимание международного сообщества к Сирии. Здесь не наблюдается подвижек в достижении компромисса между непрямыми участниками конфликта (Россией и США),  и продолжают приходить сообщения о срыве режима прекращения огня для открытия гуманитарного коридора, предложенного Россией, а также в целом об ухудшении гуманитарной обстановки в стране.

 

Битва за Мосул

17 октября 2016 года иракская армия и отряды курдских боевиков Пешмерга начали операцию по освобождению города Мосула, одного из крупнейших центров Ирака, от боевиков террористической группировки ИГИЛ. Важно отметить, Мосул является последним крупным оплотом ИГ в Ираке. Согласно оценке иракских военных специалисов, битва за Мосул, где по-прежнему проживает около 1,5 миллиона мирных жителей, станет самой тяжелой для Ирака после американского вторжения в 2003 году.

Попадание Мосула под тотальный контроль террористов ИГИЛ два года назад стало шоком для всего мира. Бывший премьер-министр Ирака Нури аль-Малики ушел в отставку, несмотря на то, что в международных политических кругах полагали, будто ничто не сможет заставить аль-Малики покинуть свой пост, кроме окончания срока его полномочий. Однако можно справедливо полагать, что падение второго по величине иракского города стало результатом неверной политики Багдада.

Нури аль-Малики пришел к власти в Ираке в 2006 г., после после утверждения новой Конституции Ирака при активном участии США. Будучи представителем шиитской религиозной общины, новый премьер стремился к расширению своих полномочий, часто жертвуя интересами Ирака. Так, например, по мнению аль-Малики, если снизить до минимума полномочия суннитской оппозиции в парламенте, заставить суннитов покинуть правительство и отправить военных для разгона оппозиционных протестов, можно усмерить суннитов и победить терроризм. Также он окружил себя невсегда некомпетентными кадрами, близкими к нему, что привело к широкому распространению коррупции даже в структурах безопасности. Таким образом, Ирак стал уязвимым для ИГ, что подтвердилось взятием под контроль крупного промышленного центра на севере страны.

Более того, В июне 2014 года, когда уже было очевидным, что ИГИЛ скоро появится в Мосуле, Нури аль-Малики категорически отверг предложение курдских формирований Першмерга защитить город от исламистов. Возможно, причина подобного решение аль-Малики имеет исторические корни. Еще при Саддаме Хуссейне произошла так называемая «арабизация» Мосула. Понимая стратегическую важность города, правительство Ирака переселило туда сотни тысяч арабов-суннитов, представителей правящего меньшинства в стране. Арабами записывали и курдов, составлявших тогда большинство населения Мосула. Логика Хусейна вполне понятна, оставлять столь важный стратегический пункт в руках нелояльных к центральной власти курдов было решительно невозможно.

Текущая операция по свобождению Мосула может стать ключевым событием не только в современной истории Ирака, но и в истории религиозного шиитско-суннитского противостояния, ведь в военной операции участвуют представители обоих религиозных направлений ислама, а враг представляет из себя террористическую организацию суннитского толка.

Что касается стратегической значимости города, то с начала XX века развитие Мосула связано с открытием нефтяных месторождений в регионе. С этого момента город превратился в ключевую точку поставок нефтепродуктов в Турцию и Сирию.

Сейчас наступление на Мосул при поддержке авиации международной коалиции против ИГ под руководством США идет с восточного и южного направлений. Несмотря на то, что как иракские, так и американские официальные лица говорят об успехе наступления, очпвидно, что успех весьма относителен. Освобождены лишь несколько небольших населенных пунктов в окрестностях Мосула. Основные трудности начнутся во время боев непосредственно в городских кварталах. ИГИЛ под страхом смертной казни запретило гражданскому населению покидать город, а также используют мирных жителей в качестве живого щита.

Успех наступлению может обеспечить удар по ИГИЛ изнутри. В настоящее время начали поступать сообщения об очередном мятеже в Мосуле, причем в сообщениях говорится, что с боевиками ИГИЛ начали боевые действия боевики Армии Накшбанди, которая составляла костяк исламской полиции Мосула и состоит из бывших баасистов (членов партии Саддама Хусейна). Конечно, возможности полицейских формирований куда ниже, чем у иракской армии, но в условиях наступления на Мосул данный факт может быть весьма значимым во время непосредственных сражений в городе.

В Ливане избран новый президент

31 октября 2016 года парламент Ливана избрал Мишеля Наима Ауна, лидера христианской партии «Свободное патриотическое движение» (СПД), новым президентом страны. Избрание Мишеля Ауна положило конец президентскому вакууму в Ливане, продолжавшемуся более двух лет. После того, как 2014 году пост президента покинул Мишель Сулейман, ливанские парламентарии не могли достичь компромисса в выборе политической фигуры, которая устроила бы и христианские, и мусульманские партии. Голосование в парламенте переносилось 45 раз по причине отсутствия кворума.

Соперником Ауна выступил глава партии «Марада» Сулейман Франжье. Оба политика принадлежат к общине маронитов, составляющих большинство среди ливанских христиан. Из их числа, согласно конфессиональному устройству Ливана, выдвигаются кандидаты в президенты.

Для многих ливанцев избрание Мишеля Ауна связано с надеждами на долгожданные перемены. Новый президент уже неоднократно заявлял, что «намерен вернуть ливанским христианам ту роль, которую им подобает играть в государственных делах».

Ливан является уникальным государством на Ближнем Востоке, где христиане, мусульмане имеют равные права. В этой связи, программа Ауна по достижению «национальной консолидации» позволит обеспечить политическую стабильность в Ливане, а также экономический рост. Также перед новым президентом стоит вопрос о возвращении территорий на юге страны (Шебаа, Кфар-Шуба и Гаджар), оккупированных Израилем. Для достижения желаемой стабильности новым властям необходимо будет дистанцироваться от вооруженных конфликтов, которыми охвачен регион, так как Ливан в силу своих национальных особенностей является крайне конфликтогенным государством.

Также лидер СПД еще в начале 2000-х заключил политический союз с шиитской группировкой «Хизбалла», бойцы которой воюют сейчас на стороне правительственной армии в Сирии. Этот альянс долго препятствовал Мишелю Ауну в борьбе за президентский пост. Против его кандидатуры категорически выступала Саудовская Аравия — главный спонсор сирийской оппозиции, однако на днях в Эр-Рияде заявили, что «готовы принять генерала Ауна в случае его избрания президентом».

В целом ливанский политический истеблишмент положительно оценивает избрание Мишеля Ауна на пост президента. Ливанский эксперт Саркис Наум полагает, что преодоление политического вакуума в Ливане окажет положительное воздействие на межконфессиональную обстановку на

Ближнем Востоке. По его мнению, избрание Ауна повлияет в том числе на сирийское урегулирование. «Через Бейрут может открыться окно диалога между Дамаском и Западом», — считает Наум.

 

Саудовская Аравия предотвратила воздушный удар по Мекке

28 октября 2016 года представители арабской коалиции против повстанцев-хуситов в Йемене заявили, что им удалось перехватить баллистическую ракету, упавшую в 65 км от священного для всех мусульман города Мекки. В Эр-Рияде заявили, что ракета была выпущена шиитскими ополченцами хуситами в Йемене.

Подобное действие вызвало волну осуждений со стороны арабских государств, в том числе Бахрейн и ОАЭ отреагировали заявлениями, открыто осуждающими Иран за запуск ракеты по Мекке. Очевидно, что речь идет о том, что Иран поставляет оружие шиитским мятежникам хуситам, ведущим вооруженную борьбу за власть в Йемене. В данном случае суннитские монархии полагают, что планируемый авиаудар по Мекке был совершен не без участия Ирана.

Более того, египетский военный эксперт Хишам аль-Халаби изучил тип и возможности ракеты, которая была запущена по направлению к Мекке. В заявлении телеканалу «аль-Арабия», эксперт заявил, что это была баллистическая ракета вида поверхность-поверхность. Йеменская армия приобрела этот тип ракет у России, затем они были захвачены сторонниками бывшего президента Йемена Али Абдаллы Салеха. Аль-Халаби подчеркнул, что при работе транспортного средства, который несет ракету и его запуска, требуются высокие технологии и достаточная квалификация военных, следовательно боевики-хуситы не смогли бы совершить столь сложное в техническом плане действие. Таким образом, военный эксперт делает вывод о том, что ракета была запущена со стороны иранских экспертов или военных должностных лиц, выступающих со сторонниками свергнутого президента Салеха.

В результате продолжительной войны в Йемене в данный момент страна переживает крупнейшую гуманитарную катастрофу. Участились случаи смерти от холеры, голода и обезвоживания. А воздушные удары арабской коалиции под руководством Саудовской Аравии все чаще наносятся по гражданским объектам, таким как школы, госпитали, жилые дома и даже больница «Красного креста». Однако данный случай является беспрецедентным примером отсутствия каких-либо правил ведения войны у участников конфликта. Запуск ракеты по священному городу Мекке представляет прямое оскорбление по отношению к мусульманам во всем мире и представляет собой религиозное преступление со стороны лиц, совершивших эту атаку. Очевидно, что данное событие усугубит обстановку на йеменском направлении и будет являться серьезным препятствием на пути к урегулированию.

Ситуация в регионе Ближнего Востока остается напряженной. Ирак стал свидетелем исторической битвы за освобождение Мосула от боевиков ИГ, от результата которой зависит будущее самого Ирака, соседней Сирии и Турции, а значит всего региона.  Несмотря на то, что результаты операции не представляют значительного успеха, сам факт объединения представителей разных этнических групп и направлений ислама, существующих в Ираке,  является знаковым событием в борьбе против исламского терроризма. Также важно отметить, что освобождение Мосула станет ключом к освобождению от ИГ сирийского города Ракка, который террористы считают столицей сирийской части исламского халифата.

Обстановка в Йемене не дает оснований полагать, что в ближайшее время напряженность спадет. Несмотря на активную деятельность ООН и ССГПЗ по йеменскому урегулированию, арабская коалиция продолжает удары по гражданским объектам, Иран не прекращает оказывать военную поддержку хуситам, и сами ополченцы не готовы идти на компромисс.

Таким образом, конфликтогенные государства региона, которые прямо не вовлечены в вооруженные конфликты становятся более уязвимыми и требуют особых усилий со стороны собственных властей по поддержанию стабильности и безопасности.

В.Аватков, Е.Кислова

Турция: октябрь 2016 (дайджест)

Турция: октябрь 2016 (дайджест)

С момента попытки переворота 15 июля прошло уже больше 3 месяцев, подошел к концу срок режима чрезвычайного положения. Пришло время понять, сумела ли Турция ликвидировать последствия масштабного государственного кризиса и вернуться к состоянию стабильного развития.

Можно дать однозначный ответ, что руководство страны не предпринимает действия по выводу страны из кризиса. Наоборот, она искусственно поддерживает состояние кризиса для использования его в своих целях. Попытка переворота и борьба с террористической организацией Фетхуллахчистов (ФЕТО) остаются главными составляющими внутренней и внешней политики страны.

Такая ситуация негативно сказывается на социальной и экономической жизни страны: и представители бизнеса, и оппозиционные партии, и общественные движения, которые сначала поддержали действия правящей Партии справедливости и развития (ПСР), перешли к аккуратной критике режима в связи с неэффективностью его политики и открытым злоупотреблением той властью, которой он оказался наделен в условиях режима чрезвычайного положения и обладания подавляющим большинством депутатских мандатов в парламенте.

 

Правительство Турции использует все возможности для трансформации страны, которые ей предоставила попытка переворота 15 июля. 11 октября Советом министров было принято решение № 1130, в соответствии с которым режим чрезвычайного положения в Турции был продлен еще на 3 месяца. Официальной датой начала второго этапа режима стало 19 октября. Такое решение было также поддержано парламентом – Великим Национальным Собранием Турции. Таким образом, у ПСР будет еще три месяца на реализацию запланированных масштабных внутриполитических преобразований. Остановимся только на ряде из них.

На политическую повестку дня вернулся вопрос создания новой конституции страны, и в октябре ПСР сумела добиться большого прогресса по этому вопросу. В СМИ даже появились некоторые подробности относительно того, какие положения ПСР намеревается закрепить в этой конституции:

  • В случае, если новая конституция (или масштабные поправки к старой конституции) будет принята на всенародном референдуме, то она вступит в силу в 2019 году. В тот же год пройдут новые парламентские и президентские выборы.
  • Глава государства в соответствии с новым основным законом будет называться «başkan». Срок его полномочий, как и сейчас, будет длиться 5 лет с возможностью повторного переизбрания.
  • Кандидатов на пост президента смогут выдвигать партии, набравшие на предыдущих выборах более 5%. Пока остается неясным, будет ли в Конституции установлена возможность выдвижения беспартийного кандидата.
  • Новая конституция скопирует американскую модель и введет пост вице-президента.
  • Также в связи с переходом к президентской системе министры больше не будут избираться из числа депутатов. Однако это вряд ли окажет большое влияние на расстановку сил в правительстве. Ожидается, что пост премьер-министра будет сохранен, но его полномочия будут существенно сокращены.

 

Таким образом, новая система будет соответствовать признакам, которыми обладает классическая президентская форма правления.

 

Такой расклад вызвал довольно большое недовольство среди оппозиции. Наибольшее несогласие с планами ПСР продемонстрировал лидер Народно-республиканской партии Кемаль Кылычдароглу. Он выразил уверенность, что само предложение о переходе к президентской форме правления противоречит «духу победы над переворотом»: все 4 партии после 15 июля подписали совместный документ о приверженности парламентской системе и демократии. Теперь же одна из сторон, не учитывая мнение парламентариев, а следовательно и народа, стремится разрушить эту систему и переждать всю власть президенту.

Однако в нынешней ситуации, когда у правящей Партии справедливости и развития есть практически конституционное большинство в парламенте, даже отчаянное сопротивление оппозиции в лице Кылычдароглу вряд ли сможет ее остановить.

Другим уже, казалось бы, забытым вопросом, который был поднят в октябре президентом, стала смертная казнь. Эрдоган подтвердил, что он готов подписать закон о ее введении. Однако по-прежнему остаются сомнения относительно этого решения и той реакции, которое оно вызовет в обществе. В соответствии с уголовным законодательством Турции уголовный закон обратной силы не имеет, то есть даже если смертная казнь будет введена, она не может применяться в отношении участников переворота. Если же турецкое руководство примет решение нарушить и эту норму, то ее ждут большие проблемы в отношениях с Евросоюзом, который внимательно следит за развитием демократического общества в Турции. Есть основания полагать, что на такой крайний шаг ПСР не пойдет, а разговоры о введении смертной казни используются для запугивания несогласных. Тем не менее, более мелкие поправки в уголовное законодательство, расширяющие полномочия следователей и прокуроров в обход судей, уже разрабатываются министерством юстиции.

В рамках режима чрезвычайного положения продолжается борьба власти со средствами массовой информации. В соответствии с декрет-законами №675 и 676 были закрыты новостное агентство «Диджле» и газета «Азадийе Велат», издававшаяся на курдском языке. Еще более ожесточенная борьба идет за одну из главных оппозиционных газет Турции – Джумхурийет. Ее противостояние с ПСР идет уже 1 год и началось оно с того, что в тюрьму за «государственную измену» был посажен главный редактор газеты Эрен Эрдем. В феврале 2016 года Конституционный суд постановил, что содержание Эрдема в тюрьме незаконно, и он был отпущен на свободу. Теперь речь уже идет о закрытии всей газеты. В ее защиту выступили Кылычдароглу и его Народно-республиканская партия.

Однозначно, что действующая власть будет продолжать проводить политику подавления свободы слов в стране. У нее есть необходимые ресурсы для этого как политические, так и правовые. Теперь все зависит от того, сможет ли общественность встать на сторону отдельных СМИ, которые подвергаются атаке. И Джумхурийет – одна из немногих газет, которая может рассчитывать на обширную социальную поддержку.

Отдельным аспектом режима чрезвычайного положения является экономическая политика правящей партии. Уже привычными стали нападки Эрдогана на Центральный Банк Турции, которого президент традиционно обвиняет во всех экономических проблемах страны.

Теперь слово взял премьер-министр страны Бинали Йылдырым, который обвинил уже частные банки Турции в нежелании работать на благо страны и предупредил их, что в руках руководства государства есть необходимые инструменты для воздействия на банковскую систему.

Это можно считать своеобразным ответом на критику действующего положения дел в экономике, которую позволил себе президент Денизбанка Хакан Атеш в начале октября. По его мнению, введение режима чрезвычайного положения было необходимо, но бесконечно он продолжаться не может, поскольку это оказывает негативный эффект на экономику Турции, ее экспортный потенциал и положение в мировых кредитных рейтингах. Власти, однако, к мнению бизнеса не прислушались и продлили режим чрезвычайного положения еще на 3 месяца.

 

Первыми же признаком того, что РЧП реально оказывает крайне негативное влияние на экономику страны, стал проект нового бюджета страны, который был предложен министром финансов Наджи Аабалом. Данный проект предусматривает увеличение налоговой нагрузки на рядовых граждан и бизнес с целью сокращения дефицита бюджета.

http://www.cumhuriyet.com.tr/haber/ekonomi/621359/AKP_nin_2017_hedefleri…_Butcenin_yuku_yurttasin_sirtinda.html

Таким образом, турецкая  внутренняя политика не то, что не выходит из режима чрезвычайного положения, а, наоборот, все больше в него погружается. Правящая партия в таком состоянии чувствует себя очень комфортно, поскольку она может реформировать страну так, как посчитает нужным. Образ же внешнего врага в лице Гюлена и его организации служит оправданием любых действий, которые ограничивают права и свободы граждан или негативно сказываются на экономике.

 

Внешняя политика

 

Тема переворота и Гюлена в октябре присутствовала и во внешней политике Турции, но, в отличие от внутренней, не была единственной. Турция продолжила проводить политику многостороннего расширения внешнеполитических контактов с участниками международных отношений из разных регионов мира. Остановимся на наиболее важных внешнеполитических событиях октября.

По-прежнему для Турции крайне важными внешнеполитическими проблемами остаются кризисы в Сирии и Ираке. Несмотря на то, что 5 октября между заместителем министра иностранных дела Ахметом Йылдызом и послом Ирака Хисхамом аль-Алави состоялась встреча, но обсуждалась на ней только антитурецкая резолюция, принятая днем ранее иракским парламентом. Ирак по-прежнему крайне отрицательно относится к тому, что Турция совершает без его разрешения на его территории военнеы операции против курдов. Однако нет оснований ожидать, что Турция изменит свою позицию: скорее всего, она продолжит вести агрессивную политику в отношении Ирака, направленную одновременно на защиту национальных интересов и расширение своего влияния.

Наиболее ярким проявлением агрессивной политики в октябре стало заявление президента Турции Эрдогана о несоответствии современных границ Турции Национальному обету 1920 года. В первую очередь, это касается территорий Сирии и Ирака. Эрдоган открыто заявил, что «Алеппо раньше принадлежал нам и был частью исламской цивилизации, то же самое касается и Мосула и Киркука».

Серьезность намерений Турции и в отношении Сирии продемонстрировал министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу, который 25 октября в ультимативной форме заявил, что «если курдские группировки в Сирии не уйдут, Турция может ввести свои войска на территорию Сирии (игра слов çıkmak/çıkarmak)».

Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу с 4 по 5 октября принимал участие в «Брюссельской конференции доноров Афганистана». Эффективность данного механизма вызывает вопросы в связи уже с тем фактом, что в нем принимает участие около 70 государств, большинство которых исторически не имеют отношения к проблеме Афганистана, например, Австралия, Бразилия, Албания и Бруней.

Низкая эффективность работы конференции доказывается тем, что турецкий МИД по ее окончании не отметил результаты работы конференции, а сделал акценты на своих собственных достижениях: по его заявлению, Турция в период с 2002-2015 предоставила Афганистану помощь в размере 3 миллиардов долларов. Чавушоглу также заявил, что в планах Турции с 2018 по 2020 год инвестировать в развитие Афганистана еще 150 миллионов.

Заинтересованность Турции в Афганистане объясняется ее историческим участием в делах этого государства. 1 марта 2016 года две страны отмечали 95-летие установления дипломатических отношений. С 2001 года Турция участвовала в работе Международных сил содействия безопасности на привилегированных условиях: ее войскам было разрешено не принимать участие в боевых действиях на территории Турции наравне с военными из других стран.

На данный момент афганская проблема является для Турции «статусной». Участие в ее решении ставит Турцию в один ряд с другими ведущими мировыми державами. Этим объясняется ее стремление расходовать экономические и политические ресурсы на участие в таком сложном международном кризисе.

Европейское направление также было проработано турецкими дипломатами. 6-7 октября Мевлют Чавушоглу провел переговоры со своим коллегой из Италии Паоло Джентилони. 7 октября в Турцию с визитом прибыл министр иностранных дел Испании Жозе Мануэль Гарсиа-Маргалло. Стоит напомнить, что турецко-испанские отношения находятся на довольно высоком уровне.

Это стало результатом того, что в 2005 году под эгидой ООН тогда еще премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоганом и премьер-министром Испании Хосе Запатеро был запущен проект «Альянс Цивилизаций». Его задачей стало улучшение отношений между западным и исламским мирами. На данный момент эта организация не достигла особых успехов, но она остается залогом тесных отношений Турции и Испании.

Отдельным направлением турецкой внешней политики остается взаимодействие с мусульманским миром и, в первую очередь, арабскими странами.

С этой целью Турция принимает участие в работе целого ряда международных организаций, к которым относятся, в частности, Совет сотрудничества Турции и стран Персидского залива и Организация исламского сотрудничества (ОИС).

Первый механизм был создан в 2008 году, в него вошли помимо Турции 6 стран: Бахрейн, Кувейт, Оман, Катар, Саудовская Аравия и ОАЭ, но особенного успеха он не имел. Последняя встреча прошла в 2012 году. На этот раз наиболее важные переговоры прошли между королем Саудовской Аравии Салманом, в стране которого и проходило заседание Совета. 43-й саммит Организации исламского сотрудничества прошел с 18 по 19 октября в Узбекистане. Данная организация характеризуется большим количеством участников и большим переплетением различных интересов.

Однако, как отмечают турецкие СМИ, Турции в рамках обоих форматов удалось добиться своей главной цели: и Совет сотрудничества Турции и стран Персидского залива, и ОИС признали ФЕТО террористической организацией. Это стало большим успехом Эрдогана, поскольку он сумел объединить весь исламский мир против своего главного политического оппонента и большого авторитета среди мусульман всего мира Фетхуллаха Гюлена.

Нельзя не уделить особое внимание и турецко-казахским отношениям. С 19 по 20 октября прошло заседание совместной группы стратегического планирования Совета сотрудничества высшего уровня. Чавушоглу и в этот раз выделил первое место во время переговоров проблеме попытки переворота. Он заявил, что уверен, что в борьбе Турции с Гюленом Казахстан будет на ее стороне. Однако данное заявление звучало более как просьба, чем убеждение.

Казахстан является важным, но непростым для Турции партнером. Он проводит многостороннюю политику выстраивания тесных отношений как с Россией (в рамках ЕАЭС), так и Турцией (в рамках Тюрксой). Казахстан также занимает неоднозначную позицию в отношении Гюлена. Поэтому в официальных речах турецкое руководство «уверено в своих тюркских братьях», но на практике им остается только надеется на благосклонность казахских коллег.

Важное событие в октябре произошло и в российско-турецких отношениях. Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган 10 октября во время энергетического саммита в Стамбуле подписали соглашение по двум ниткам «Турецкого потока».

Мощность каждой нитки составит 15,75 миллиардов кубометров газа. Одна из них предназначена для турецких потребителей, другая – для европейских. Окончание строительства первой нитки планируется на вторую половину 2019 года.

Это проект должен стать залогом позитивных отношений между двумя странами на новом этапе их развития.

Однако Владимир Путин не является единственным представителем России, с которым Эрдоган взаимодействует напрямую. 11 октября он лично встретился с российским муфтием Равилем Гайнутдином во время торжественного вечера по случаю 9-го Евразийского исламского совета. Разговор велся на турецком языке.

Турецкие СМИ отметили, что такой поступок Эрдогана является знаком особого уважения к российским мусульманам. В свою очередь, Равиль Гайнутдин похвалил российского и турецкого президентов за решение нормализовать отношения.

Традиционно Турция проявляет особый интерес к развитию отношений с нетрадиционными для себя союзниками, которые, однако, имеют больший потенциал на мировой политической и экономической аренах. В этой связи с 5 по 7 октября в Турции с официальным визитом находился министр иностранных дел Сингапура Вивиан Балакришнан. Напомним, что еще в 2014 году отношения между двумя странами были выведены на уровень стратегического партнерства.

Однако нельзя не отметить, что за последние 5 лет существенных сдвигов в экономических отношениях между двумя странами не произошло: по данным сайта министерства иностранных дел Турции с 2010 года размер торгового оборота составляет около 800 миллионов долларов. Возможно, это объясняется тем, что на английской версии сайта сингапурские компании турецкие дипломаты называют японскими.

Другое важное направление для Турции – Африка. С ней связываются большие экономические надежды, поскольку экспортоориентированной экономике Турции необходимы новые рынки для поддержания роста. Для укрепления своих позиций в этом регионе с 31 мая по 3 июня президент Турции Эрдоган посетил такие страны восточной Африки, как Уганда и Кения. 31 мая министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу посетил Руанду.

26 октября же с визитом в Турцию прибыл министр иностранных дел Судана Гхандур. Главной темой переговоров снова стала организация Фетхуллаха Гюлена и совместная борьба с ней.

 

Подводя итоги, хотелось бы обратить внимание на интересную статистку, которую представило Министерство иностранных дел Турции по поводу своей внешнеполитической активности попытки переворота 15 июля 2016 года.

 

Количество официальных переговоров
На уровне президента 61
На уровне премьер-министра 85
На уровне министров 568
На уровне депутатов 1414
Общее количество внешнеполитических контактов всех видов 8178

 

Активность загранучреждений
Интервью для СМИ 2223
Пресс-конференции 229
Размещенные официальные заявления 486

 

Если учесть, что во время большинства переговоров поднимался вопросов Гюлена и его организации, из приведенной статистики можно увидеть масштаб кампании, которую провела Турция за 3 месяца на мировой арене в рамках своей борьбы с ФЕТО. Можно официально заявить, что курс на объединение мирового сообщества в борьбе с Гюленом становится неофициальной главной идеологемой турецкой внешней политики.

В то же время нельзя не учитывать, что Турция продолжает проводить «политику моста между Европой и Азией». Это четко видно из географии визитов турецкого министра иностранных дел. Встречи с арабским коллегами у него легко сменяются переговорами с европейцами и наоборот. Фактически Турция пытается выступать своеобразным переводчиком, поскольку в основе ее государственной культуры лежат как европейские, так и азиатские принципы и ценности.

Другой отличительной чертой внешней политики становится постепенный рост ее агрессивности. Турция уже полностью отошла от курса «ноль проблем с соседями» и пытается воздействовать и на региональных игроков в лице Сирии и Ирака, и на мировые державы такие как США и Евросоюз с помощью методов шантажа и угроз.

 

***

 

В турецкой политике сложилась ситуация, которую на протяжении долгого времени ждала Партия справедливости и развития. Она сумела аккумулировать в своих руках достаточные политические и социальные ресурсы для начала резких, порой даже бесцеремонных, преобразований общества в своих интересах. Важно, что если бы над Турцией в реальности нависла угроза, подобная угрозе развала государственности после Первой мировой войны, то переход к авторитарной форме управления государством на краткосрочный период был бы оправдан. Однако на данный момент такая угроза для Турции отсутствует и кризисное состояние в стране поддерживается государством искусственно. Это только порождает недовольство оппозиции и бизнес-структур, которым становится все труднее находить общий язык с действующей властью.

Тем не менее, очевидно, что выше приведенные группы населения не представляют собой большую политическую силу, в связи с чем не стоит ожидать, что они смогут что-то противопоставить правящему режиму. С высокой долей вероятностью ПСР будет продолжать проводить свою политику при довольно высокой поддержке населения. Важными будут позиции США и России, от которых многое зависит сегодня в плане будущего Турции и всей системы международных отношений в целом.

 

В.Аватков, М.Кочкин

Арабские страны: сентябрь 2016 года (дайджест)

Арабские страны: сентябрь 2016 года (дайджест)

 

Несомненно, главным событием прошедшего месяца стало достижение соглашения между Россией и США как сопредседателей Международной группы поддержки Сирии о режиме прекращения огня в Сирии. Договор вступил в силу, однако уже в первые несколько часов последовали сообщения о его нарушении, а террористы «Фатх аш-Шам» вовсе отвергли перемирие. Несмотря на то, что ведущие мировые державы отвергают любое разрешение конфликта в Сирии, альтернативное политическому, вопрос о начале межсирийских переговоров остается открытым.

В очередной раз ежегодное священное для мусульман паломничество в Мекку – хажд – обернулось скандалом между Саудовской Аравией и Ираном, все более превращаясь из религиозного события в политическое. Таким образом, конфликт между двумя крупнейшими региональными державами прибрел очередной пункт противоречий.

 

Россия и США представили соглашение о перемирии в Сирии

         9 сентября 2016 года после многочасовых переговоров в Женеве между министром иностранных дел России Сергеем Лавровым и Госсекретарем США Джоном Керри был согласован новый договор о режиме прекращения огня в Сирии. По окончании переговоров Джон Керри выразил надежду на то, что достигнутое соглашение «приведет к прекращению насилия и возобновит мирные переговоры по политическому процессу в Сирии». Однако официальный текст и детали соглашения не были обнародованы. Согласно официальным источникам, основная идея соглашения состоит в том, чтобы и США, и Россия оказали давление на своих союзников («умеренную оппозицию» и правительство Башара аль-Асада соответственно), чтобы они прекратили боевые действия против друг друга. Предполагается, что в таких условиях Россия и США смогут начать совместные эффективные атаки по позициям ИГИЛ и других джихадистских группировок, связанных с Аль-Каидой. Другой ключевой частью договоренности является незамедлительное и беспрепятственное предоставление гуманитарной помощи в осажденные районы по всей стране, обращая особое внимание на город Алеппо, который сегодня является наиболее горячей точкой конфликта, и его окраины.

Слабым местом соглашения стал вопрос о разделении «умеренной оппозиции» и террористов. На практике это означает, что Ахрар аш-Шам, Джейш аль-Ислам и другие группировки должны отделиться от террористов Джабхат Фатх аш-Шам (ранее Джабхат ан-Нусра). Первая проблема состоит в том, что военные штабы и местные командиры Ахрар аш-Шам и Джейш аль-Ислам глубоко интегрированы в военную структуру Фатх аш-Шам. Именно поэтому предлагаемые США и Россией условия соглашения о прекращении огня будут отвергнуты более чем двадцатью группировками. По сообщению телеканала «Аль-Арабия», сирийские эксперты считают, что любые соглашения между Россией и США не приведут к четкому разделению на умеренную оппозицию и террористов, так как у них нет никаких мирных способов заставить те или иные оппозиционные группы отказаться от связей с террористами.

Вторая проблема – финансирование терроризма. Вероятно, главный спонсор Фатх аль-Шам, Саудовская Аравия, будет продолжать поддерживать эту террористическую группировку. В настоящий момент Фатх аль-Шам и ее союзники формировали опору внешней политики Саудовского королевства в Сирии. Если уничтожить их, все усилия Эр-Рияда по поддержанию баланса сил с Ираном будут потрачены впустую, и иранская позиция в регионе усилится. Многие представители саудовских элит и лобби примут подобный сценарий за провал в сирийской политике руководства, что совершенно невыгодно Эр-Рияду.

Нельзя забывать и об интересах Турции, которая начала полномасштабную военную операцию в Сирии в августе текущего года. Турция также остается одним из основных центров материально-технического снабжения террористов, что подтверждается тесными контактами с Саудовской Аравией и их всесторонней взаимной поддержкой. Основная цель Анкары – полностью зачистить пограничную линию с Сирией от боевиков ИГ, а также не допустить создания буферного автономного курдского анклава между Турцией и Сирией. Следовательно, некоторые эксперты считают, что единственным решением проблемы разделения участников сирийского конфликта на «умеренную оппозицию» и террористов является постоянное военное давление на террористов и их союзников, а также массированное дипломатическое давление на Анкару.

Таким образом представляется, что соблюдение режима прекращения боевых действий и успешное выполнение российско-американского соглашения может быть возможным лишь при всестороннем сотрудничестве ведущих мировых держав, а также при использовании Россией дипломатических и военных успехов в Сирии для активизации совместной российско-американской работы по достижению договоренностей между воющими сторонами.

 

Хадж – предмет спора между Ираном и Саудовской Аравией

6 сентября наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Наиф ответил на критику со стороны верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи по поводу права Королевства выстраивать политику относительно хаджа. Напомним, что в этом году Тегеран запретил иранским паломникам совершать священный для всех мусульман обряд хаджа к святыням в Мекке.

По словам бен Наифа, на самом деле иранские власти не были заинтересованы в том, присутствовали ли их паломники на хадже, или нет. Он обвинил Иран в попытке политизировать священный обряд.

Почти каждый сезон хаджа знаменуется словесной войной между Ираном с Саудовской Аравией. 2016 год не стал исключением. Недавние заявления, однако, оказались худшими за последние 30 лет, и они откровенно демонстрируют ситуацию в отношениях между Эр-Риядом и Тегераном. Как ни странно, возможно, самое лучшее решение, которое могло принять иранское правительство, оказалось запретить своим гражданам выполнить в этом году паломничество в Мекку. Это устранило вероятность столкновений, которые в последние годы приводили к гибели сотни людей.

Пожалуй, самый вопиющий случай подобного столкновение – не без политического контекста – произошел в середине 80-х годов, когда иранские военнослужащие убили безоружного саудовскую охранника перед тысячами паломников, а затем участвовали в кровавых стычках, в которых около 400 паломников и сотрудников безопасности были убиты.

Конечно, правительства других мусульманских стран также имели серьезные разногласия с Эр-Риядом, в том числе правительство Башара аль-Асада в Сирии, бывшее иракское правительство Нури аль-Малики и, до этого, правительство Саддама Хусейна, и бывшее йеменское правительство Али Абдаллы Салеха. Однако ни один подобный спор не превращался в открытый конфликт вокруг хаджа.

Несомненно, нельзя исключать вероятность того, что решение иранского правительства запретить своим гражданам совершать паломничество в этом году может быть связано с желанием избежать нового и опасного противостояния. Между тем, Саудовская Аравия ответила на официальный бойкот Ирана. Королевство согласилось разрешить иранским паломникам из других стран совершить священный обряд без необходимости одобрения от своего правительства. Более 250 иранцев прибыли в Мекку из США в дополнение к сотням других, прибывших из Европы и Ближнего Востока.

 

Франция проведет международную конференцию по арабо-израильскому вопросу

19 сентября французские власти сообщили, что Париж хочет организовать международную конференцию до конца 2016 года, где представит израильтянам и палестинцам «ряд средств поощрения», если они достигнут мирного соглашения.

Министр иностранных дел Франции Жан-Марк Эро заявил на брифинге в кулуарах ежегодной министерской встрече Генеральной Ассамблеи ООН, что «на этой неделе должен наступить момент для политической мобилизации, чтобы достичь всеобщей цели (достижение арабо-израильского мирного соглашения – прим. автора).»

За призывом Эро к проведению международной конференции во Франции последовало заявление МИД России о том, что 8 сентября израильские и палестинские лидеры «в принципе» договорились о встрече в Москве для проведения переговоров. Но глубокие разногласия между премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху и палестинским лидером Махмудом Аббасом вызывают сомнения по поводу перспектив любой встречи и, как следствие, какого-либо прогресса.

В качестве предварительных условий к любой встрече Аббас требует, чтобы Израиль прекратил строительство всех поселений в Восточном Иерусалиме и на Западном берегу реки Иордан, а также освободил около двух десятков палестинских заключенных. В свою очередь, премьер-министр Израиля отвергает любые предварительные условия.

Справедливо отметим, что призыв Эро не взят из воздуха. Несколько стран, в том числе Египет, Россия и США, пытаются возобновить переговоры между Израилем и палестинцами, а также готовы организовать подобную встречу. Все эти усилия, включая французскую инициативу, дополняют друг друга. В июне этого года в Париже прошла международная встреча, в которой приняли участие более двух десятков западных и арабских стран, где стороны попытались выработать новую стратегию для достижения мира на Ближнем Востоке и возродить израильско-палестинские переговоры. Однако в ближайшее время, несмотря на усилия Франции, надеется на встречу между Аббасом и Нетаньяху, похоже, не приходится даже при посредничестве двух десятков европейских и ближневосточных стран.

 

***

В очередной раз в регионе Ближнего Востока складывается сложная ситуация, в которой тяжело преодолеть существующие вызовы и угрозы. Несмотря на активные усилия России и США, между которыми все еще остаются глубокие разногласия, непосредственные участники конфликта (правительственные силы, оппозиция, террористические группы) не смогли поддерживать режим прекращения боевых действий и объявили об его окончании, возобновив взаимные обстрелы. Следовательно, вопрос об организации переговоров между политическими силами в Сирии и начале мирного процесса в этой стране остается открытым. Учитывая такие факторы, как российско-американские противоречия, смена администрации Белого дома, неизменная позиция террористов «Фатх аш-Шам» о верности «Аль-Каиде», игнорирование резолюции Совета Безопасности ООН №2254, складывается представление, что с военный конфликт в Сирии далек от окончательного решения в ближайшее время. Тем более что существует немало желающих саботировать уже согласованные подходы к сирийскому урегулированию.

Сложный клубок арабо-израильских или иранско-саудовских противоречий, который включает в себя политические, этнические и религиозные споры, также остается острой проблемой региона. Несмотря на то, что в настоящий момент существующие конфликты не переросли в открытые столкновения, высокая степень конфликтогенности региона требует их скорого разрешения, чтобы не допустить возникновения очередного вооруженного конфликта.

В.Аватков, Е.Кислова

Турция: сентябрь 2016 (дайджест)

Турция: сентябрь 2016 (дайджест)

 

Турция в сентябре 2016 года начала постепенно выходить из кризисного состояния, в которое ее ввело руководство страны 2 месяца назад, решившее сделать из попытки государственного переворота, произошедшей в ночь с 15 на 16 июля, рычаг для внутриполитических чисток и выстраивания новой внешнеполитической концепции. Однако политическая элита Турции не учла, что помимо краткосрочного объединения общества и устранения внутренних соперников, такая политика может привести к экономической изоляции, подозрительному отношению стран-партнеров и оттоку человеческого капитала из страны. Первые признаки этих негативных последствий начали проявляться уже в сентябре 2016 года. При этом укрепляется тренд на расширение консультаций с Россией, хотя происходит это медленно, но положительная динамика уже видна.

В первую очередь, среди негативных последствий необходимо отметить результаты гонений внутри страны, которые правящая Партия справедливости и развития начала в июле этого года и продолжает до сих пор. Краткие итоги этого процесса подвела находящаяся в оппозиции Народно-республиканская партия, которая 28 сентября опубликовала доклад, посвященный нарушению прав человека в Турции после попытки переворота. По утверждению составителей доклада, правящая Партия справедливости и развития, введя на территории страны режим чрезвычайного положения, подорвала устойчивость государства, избавившись от десятков тысяч ценных кадров и опытных работников в самых разных сферах.

Доклад, в частности, приводит следующие цифры: за указанный период от своих должностей были отстранены 93 тысячи государственных служащих, в отношении 40 тысяч еще продолжается расследование. Что касается военных структур, то из армии было уволены 3 534 военнослужащих.

Санкции были применены также в отношении профессорско-преподавательского состава высших учебных заведений. Общее количество профессоров, которые были отстранены от работы по распоряжению руководства вуза или уволены в соответствии с решениями государственных органов, превысило 6 тысяч человек.

Как сообщается в докладе, помимо этого, из-за связи с террористической организацией Фетхуллаха Гюлена были закрыты 35 медицинских организаций, 1061 образовательная организация, 129 фондов, 1125 дернеков, 15 университетов, 19 профсоюзов, 45 газет, 23 радиостанции и 4262 организации.

При этом, стоит отметить, что часть компаний не закрываются, а в них по распоряжению суда назначается внешний управляющий (кайюм). Так, в частности, произошло с 3 компаниями 21 сентября: по решению суда в компании «Bereket Yemek», «Ulusoy Güvenlik Sistemleri» и «Doğu Karadeniz İnşaat Malzemeleri» были назначены внешние управляющие. Складывается ощущение, что правящие в Турции элиты используют попытку переворота не только для подавления своих политических соперников, но и для перераспределения в пользу себя собственности внутри страны.

Более того, нет оснований полагать, что аресты и увольнения закончатся. Как сообщает сопредседатель про-курдской Демократической партии народов Селахаттин Демирташ, у него есть информация, что в октябре будут выдвинуты обвинения против 22 членов его партии. Необходимо отметить, что на этот раз причиной преследований депутатов станет не подозрение в их причастности к организации Гюлена, а закон, вступивший в силу в мае 2016 года, согласно которому появилась возможность лишать депутатов парламента иммунитета, в случае совершения ими уголовных преступлений. Однако общей картины это не меняет: в Турции продолжается преследование инакомыслящих под любым имеющимся предлогом.

Реакция в обществе в отношении политики чисток ПСР остается неоднозначной. Несмотря на то, что многомиллионные митинги летом 2016 года подтвердили приверженность турецкого общества курсу, который проводит президент Реджеп Тайип Эрдоган, отдельные общественные организации продолжают выступать против репрессий.

Так, 24 сентября состоялся 600-й митинг организации «Матери субботы». В рамках этого митинга собираются люди, близкие которых подверглись насилию или были убиты в Турции в период с момента переворота 1980-го года. На этот раз лозунгом митинга стало следующее заявление: «Мы еще раз заявляем, что не будем молчать, когда дело касается политики запугивания, мы не прекратим вспоминать  тех, кого мы потеряли, и требовать справедливости, мира и искренности!».

Курдский вопрос остается одним из центральных  в области внутренней политики Турции, несмотря на то, что эта тема стала меньше тиражироваться в мировых СМИ. В восточной части Турции продолжаются военные операции турецкой армии против вооруженных курдских отрядов. Одновременно гонениям подвергаются также и местные жители. 23 сентября комендантский час был введен на территории еще 18 деревень,  расположенных  в провинции Диярбакыр. Официально объявляется, что подобное положение  вводится с целью защиты мирного населения. Однако на практике люди больше страдают от невозможности выйти на улицу, поскольку это препятствует работе школ, магазинов и больниц, чем от боевых действий.

Важный шаг со стороны турецкого руководства был сделан по вопросу сирийских беженцев, проживающих на территории Турции. В частности, президент Эрдоган заявил, что в Турции «началась подготовка к предоставлению гражданства беженцам». Он отметил, что Турция приняла у себя уже 3 миллиона беженцев, на содержание которых ей пришлось потратить 12 миллиардов долларов. Внешняя же помощь составила лишь 500 миллионов долларов. Чтобы дать беженцам возможность жить и развиваться, руководство страны намерено начать процесс выдачи беженцам разрешения на работу и даже гражданства Турции.

 

Внешняя политика

 

В области внешней политики необходимо, в первую очередь, отметить две программные речи, которые произнес президент Турции сначала в Шанхае на саммите стран Большой двадцатки, а потом на открытии Генеральной Ассамблеи ООН. Сразу хотелось бы сказать, что для Эрдогана это является довольно типичным ходом: он нередко использует трибуны крупных международных организаций и форумов для того, чтобы представить всему миру общий обзор внешнеполитических ориентиров своей страны.

Во время пресс-конференции, состоявшейся по окончании саммита Большой двадцатки в Шанхае 5 сентября, Эрдоган в своей речи уделил большую часть времени внешнеполитическим вопросам, напрямую связанным с Турцией, оставив общемировые проблемы в стороне.

В первую очередь, Эрдоган в очередной раз предупредил мировое сообщество  о той угрозе, которая исходит от террористической организации, именуемой в Турии FETÖ – террористическая организация Фетхуллахчистов. По его сведениям, она функционирует  на территории более 170 государств и осуществляет свою деятельность в таких областях, как образование, религия и торговля.

Эрдоган также затронул наиболее неоднозначное внешнеполитическое решение турецкого руководства за последние несколько месяцев, а именно решение о проведении наземной военной операции на территории Сирии, которая получила название «Щит Евфрата». Президент Турции объявил, что операция была проведена в сотрудничестве с умеренной сирийской оппозицией и была целиком и полностью направлена только против членов террористической организации «Исламское государство». Сильным аргументом стало утверждение Эрдогана, что турецкая армия предприняла данные действия, чтобы дать возможность сирийским беженцам, которые сейчас находятся на территории Турции, вернуться в безопасности к себе на родину. Тему беженцев Эрдоган позже продолжил. По его подсчетам, на территории Турции сейчас находятся уже 3 миллиона граждан Сирии и Ирака. Общие затраты на их содержание достигли 12 миллиардов долларов, а с учетом средств, потраченных различными неправительственными организациями, – 25 миллиардов.

Таким образом, Эрдоган попытался доказать всему миру оправданность операции в Сирии.

Говоря о сирийской проблеме, Эрдоган подтвердил, что его позиция по Сирии не изменилась. Он назвал Асада «убийцей», заявил, что ему становится стыдно из-за того, что этот человек еще находится у власти.  Он также выдвинул предложение Путину и Обаме о создании беспилотной зоны над Сирией.

Отдельное внимание он уделил отношениям Турции с хозяйкой саммита – Китайской Народной Республикой. Он подтвердил, что  у двух стран существует понимание по всем вопросам, в первую очередь, по вопросу борьбы с терроризмом. Также Турция целиком поддерживает китайский проект Нового шелкового пути и готова активно участвовать в его реализации. Стороны подписали 3 соглашения в области энергетики и 1 – в области сельского хозяйства.

На вопрос одного их журналистов о том, что для него по-настоящему ценно, Эрдоган дал по-настоящему турецкий ответ: «Единственное государство, единственная родина, единственный флаг, единственный народ».

Во время своей речи в ООН президент Турции расширил круг обсуждаемых вопросов. Повторив дословно ряд тезисов, высказанных в Шанхае, он сделал ряд важных новых замечаний. В частности, он заявил, что продолжаются кризисы во многих странах, от Украины до Йемена. Тем самым, Эрдоган подтвердил заинтересованность Турции в участии в решении всех этих проблем, которые выходят далеко за рамки того региона, в котором Турция обычно осуществляла свою политику. Эрдоган также еще раз заявил, что его страна не признала и не признает присоединение Крыма к Российской Федерации, а также результаты парламентских выборов на полуострове.

В очередной раз Эрдоган сделал свое любимое заявление о том, что «мир больше пяти» и что мировая безопасность не должна держаться на решениях, которые принимаются пятью государствами.

Отдельно хотелось бы отметить двусторонние отношения между Турцией и Великобританией. С 25 по 27 сентября министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон посетил с официальным визитом Турцию. В рамках своего визита он провел встречи со своим турецким коллегой Мевлютом Чавушоглу.

Джонсон заявил о готовности подписать соглашение  о создании зоны свободной торговли между Великобританией и Турцией. Это особенно важно с той точки зрения, что Великобритания, жители которой на референдуме приняли решение о выходе из состава ЕС, в скором времени перестанет быть связана договорами, заключенными Европейским союзом и ей придется заново создавать материально-правовую базу взаимодействия со своими важнейшими региональными партнерами, к которым, безусловно, относится и Турция.

Интересно, что масштабные изменения в правилах торговли между двумя странами волнуют турецких журналистов гораздо меньше, чем найденные ими турецкие корни британского министра. Как отмечает большинство турецких СМИ, Борис Джонсон является внуком османского политического деятеля Али Кемаля, который был казнен по приказу Мустафы Кемаля Атаюрка.

 

 

В отношениях США и Турции решающим вопросом остается проблема экстрадиции Фетхуллаха Гюлена в Турцию. Поскольку консенсуса по этому вопросу пока добиться невозможно, отношения между странами остаются в подвешенном состоянии. Возможно определенное прояснение наступит после президентских выборов, поскольку ряд американских СМИ сообщают, что организация Гюлена является одним из спонсоров кампании Хиллари Клинтон.

Такая же ситуация сохраняется и в отношениях между Россией и Турцией. Договоренности о создании зоны свободной торговли между двумя странами переплетаются с антироссийскими заявлениями Эрдогана во время его речи в ООН. Это еще раз подтверждает хрупкость недавно восстановившегося партнерства между двумя странами.

 

Экономика

 

Главной экономической новостью в сентябре стало изменение международным рейтинговым агентством Moody’s суверенного рейтинга Турции. Напомним, что в первый раз рейтинг был снижен другим агентством – S&P Global Ratings – сразу после неудачной попытки переворота 15 июля: S&P понизило долгосрочные и краткосрочные суверенные рейтинги Турции в местной валюте — до BB+/B с BBB-/A-3 соответственно. На новости о снижении странового рейтинга курс турецкой лиры к доллару упал ниже 3,07 — до рекордно низкого уровня. До попытки переворота 15 июля за доллар давали менее 2,9 лиры.

Moody’s же предпочло, в отличие от своего конкурента, не принимать решения по поводу Турции сразу после переворота и отложила оценку инвестиционной привлекательности экономики Турции до сентября. Это вызвало надежду у турецкого руководства, что, оценив развитие экономики страны в более долгосрочной перспективе, агентство учтет такие достижения страны, как небольшой дефицит бюджета и стабильное погашение внешних займов на протяжении уже долгого времени, и не станет понижать рейтинг Турции. Однако вместо этого 24 сентября Moody’s указало на подверженность экономики страны оттоку иностранного капитала, сокращение золотовалютных резервов и неясные перспективы роста. Таким образом Moody’s понизило суверенный рейтинг Турции до уровня Ba1 с прогнозом «Стабильный», а долгосрочный кредитный рейтинг страны — с Baa3 до Ba1 (значительный кредитный риск) со «Стабильным» прогнозом.

Такое решение вызвало довольно сильное раздражение у турецкой политической элиты, которая привыкла напоминать своим избирателям и зарубежным партнерам о высокой инвестиционной привлекательности Турции. В частности, Эрдоган перед опубликованием доклада Moody’s заявил, что его абсолютно не волнуют решения американских аналитических агентств, они намеренно делают ошибки, экономика Турции сильна, как никогда. А вице-премьер Турции Мехмет Шимшек выразил надежду, что иностранные инвесторы не будут обращаться к рейтинговым агентствам при анализе экономического положения Турции, потому что агентства крайне негибко реагируют на экономическую изменения в стране.

 

Вывод

 

Подводя итоги, необходимо сделать ряд выводов: во-первых, Турция начинает проходить через период ощущения негативных последствий эксплуатации переворота. Инвесторы со всего мира стали с подозрением относиться к нестабильной внутриполитической обстановке в стране.

Есть основания полагать, что в скором времени станут больше ощущаться последствия в социальной сфере. Возникают сомнения относительно того, сможет ли руководство страны за короткий срок заместить такое большое количество квалифицированных и опытных судей, прокуроров, адвокатов, военных, профессоров и врачей, которые были уволены.

Во внешней политике сохраняется определённая стабильность. В представленной Эрдоганом доктрине внешней политики нет коренных преобразований. По-прежнему очевидно, что позиция Турции по большинству вопросов остается противоречащей  интересам России, поэтому процесс потепления в отношениях с Турцией будет непростым и чрезвычайно хрупким.

В.Аватков, М.Кочкин

 

 

 

Итоги конкурса на оплату проезда и проживания участников конференции «Россия и Турция в современной системе глобальной и региональной безопасности»

По итогам рассмотрения 34 заявок конкурсная комиссия под руководством директора Центра востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии Аваткова В.А. приняла решение определить победителями приведенных ниже участников. Те, кто не одержал победу, могут подать новую заявку на участие в конференции без оплаты проезда и проживания. Участие в мероприятии с публикацией статьи возможно только в очной форме (конференция пройдет в Москве — в Дипломатической Академии МИД РФ, время проведения — первая половина дня, уточняется)

  1. Атрашкевич А.Н. — г.Минск (Белоруссия)
  2. Веденеев И.Н. — г.Челябинск
  3. Гумаров Ф.Л. — г.Казань
  4. Железняк А.В. — г.Оренбург
  5. Меньшикова Е.С. — г.Челябинск
  6. Оганисян Т.Г. — г.Ереван (Армения)
  7. Павлючкова К.С. — г. Донецк (ДНР/Украина)
  8. Рахматулин О.И. — г.Астана (Казахстан)
  9. Стягова Е.М. — г.Барнаул
  10. Царева Т.Ю. — г. Донецк (ДНР/Украина)
  11. Цыпуштанова А.Ю. — г.Воронеж
  12. Чаликян А.А. — г.Ереван (Армения)
  13. Шульга А.А. — г.Донецк (ДНР/Украина)

От всей души поздравляем победителей!

Напоминаем, что конференция проводится при грантовой поддержке Фонда Горчакова.

Арабские страны: июль-август 2016 г. (дайджест)

Арабские страны: июль-август 2016 г. (дайджест) 

Разгар прошедшего лета (июль-август 2016 года) в регионе Ближнего Востока ознаменовался существенной эскалацией напряжённости сразу на нескольких направлениях. Изменения, произошедшие в данный период, оказались настолько значительными, что можно с уверенностью констатировать их непосредственное влияние на динамику текущих конфликтов, а также на будущее геополитическое устройство и распределение сил в регионе.  

Столкновения в Алеппо и турецкое вторжение в Сирию

Несомненно, наиболее напряжённым и опасным районом Сирии, где уже более пяти лет не прекращается гражданская война, остается центральная провинция Алеппо и её одноименный центр. Несмотря на ощутимые успехи, правительственные войска все еще не смогли вытеснить боевиков из города, на улица продолжаются перестрелки. 8 августа сирийским войскам удалось отбить атаки коалицию боевых оппозиционных группировок, т.н. «Джейш аль-Фатх» в южных и юго-западных окраинах Алеппо, сообщает арабский новостной канал «аль-Арабия». В свою очередь 18 августа группировка «Джейш аль-Фатх» объявила о «начале подготовки к битве за освобождение всего Алеппо». С этой целью к южным районам города перебрасываются резервы из соседних провинций Хама и Идлиб.

На фоне непрекращающихся столкновений и продолжающихся жертв среди мирного населения в Алеппо 24 августа турецкие войска в сопровождении танков и отрядов спецназа пересекли границу с Сирией. Этот шаг означает, что Турция впервые непосредственно вступила в сирийский военный конфликт. Согласно официальному заявлению, Анкара начала широкомасштабную военную кампанию против «курдских террористов», и основная цель данной операции – вытеснить курдских ополченцев и боевиков ИГИЛ (организация запрещена в РФ) из районов сирийско-турецкой границы. В тот же день, 24 августа, турецкая армия и союзные им группировки Свободной сирийской армии (ССА) заявили о полном освобождении приграничного города Джераблус от боевиков ИГ.

29 августа Вашингтон подверг действия Турции в северной Сирии жесткой критике, назвав столкновения между турецкими военными и их союзниками с курдами «неприемлемыми».

 

У США появился новый союзник?

Кажется, что освобождение города Джераблус – последнего города на сирийско-турецкой границе, удерживаемого боевиками ИГИЛ – должно было обрадовать и руководство США, и Турцию, и все группировки борющиеся с джихадистами в северной Сирии. Однако вместо этого турецкое вторжение на сирийскую территорию (очевидно идущее вразрез с нормами международного права), якобы направленное против курдов открыло целую цепочку новых потенциальных конфликтов между Турцией и курдскими повстанцами. А США, воспринимающие курдов как основную боеспособную силу в борьбе с террористами в Сирии, оказались в неудобном положении: посредине, между курдами и своим союзником по НАТО. Мотивы Анкары к началу военной операции, очевидно, противоположны курсу Вашингтона в Сирии и находятся в прямом противоречии с целями курдской партии «Демократического союза» (PYG), которая является союзником США.

Тем не менее, начало подобной военной компании, несомненно, может положить начало новой эпохе взаимодействия Турции и США на сирийском направлении. Конечно, Турция нуждается в безопасности своей территории, а значит заинтересована в зачистке северных районов Сирии от боевиков «Исламского государства», и данная военная операция стала самым решительным и, что важно, показательным шагом Анкары в «борьбе» с боевиками. Именно это и сможет в дальнейшем стать отправной точкой в турецко-американском сотрудничестве в Сирии, особенно если существует общий враг и виновник кровопролития – Башар аль-Асад.

«Переговорный марафон» США и России по проблеме борьбы с ИГ

26 августа, в Женеве Госсекретарь США Джон Керри и министр иностранных дел России Сергей Лавров провели 12-часовые переговоры по ситуации в Сирии. На встрече поднимался вопросы о поставках гуманитарной помощи в Сирию, антитеррористическое сотрудничество России и США, а также способы взаимодействия двух стран на сирийском треке. До этого, 15 июля, Керри уже проводил многочасовые переговоры по ситуации в Сирии с российским министром в Москве, однако данный раунд в Женеве оказался совсем иным. В августе обострилась ситуация в районе Алеппо, и западные страны прямо обратились к России с просьбой использовать свое влияние на Дамаск, чтобы остановить бомбардировки гражданских лиц и так называемых умеренных повстанцев, которые находятся под защитой Вашингтона. Россия была призвана оказать давление на сирийские власти, чтобы «положить конец кровавой бойне и вернуться за стол переговоров.» Россия пообещала работать с правительством и оппозицией, которая находится в контактах с Москвой, в то время как США обещали взаимодействовать с частью оппозиции, которую поддерживает Запад. На этом, собственно, переговоры закончились: ни конкретного плана действий, ни установленных сроков.

В преддверии женевского раунда переговоров экспертов и наблюдателей не покидало чувство дежавю. Россия имеет четкое понимание того, что США преследует достижения какого-либо стабильного и надежного соглашения, так как нынешняя администрация рассчитывает только на время, оставшееся до конца срока. Обама не будет принимать каких-либо существенных шагов в Сирии: у него нет на это времени.

Однако переговоры в Женеве оказались более продуктивными, чем июльский раунд. Главы внешнеполитических ведомств договорились о пересмотре и обновлении соглашения о режиме прекращения огня (нарушение которого стало повседневной нормой) и возобновить переговорный процесс по урегулированию в Сирии.

Говорили о «Джабхат ан-Нусре» и возможности разделять сирийскую оппозицию и террористов. Джон Керри заявил, что вопрос о классификации группировки «Джабхат ан-Нусра» (запрещена в РФ, теперь называется «Джабхат Фаттах ша-Шам») вызывает сложность, так как оппозиция и данная группировка почти всегда занимают одни и те же территории. Тем не менее, по словам Госсекретаря, «Джабхат ан-Нусра» — террористическая организация, часть «Аль-Каиды», и «никакое новое название не спрячет того, что она делает».

Августовский раунд переговоров в Женеве действительно можно назвать прорывом еще и потому, что Вашингтон предоставил российской стороне список повстанческих организаций, которые присоединились к соглашению о прекращении военных действий при посредничестве США. Важно помнить, что для российской стороны разделение умеренных сил и экстремистских группировок является одним из ключевых направлений по прекращению насилия в Сирии.

 

Палестина готова к возобновлению переговоров и Израилем

29 августа лидер Палестинской автономии Махмуд Аббас заявил, что палестинцы готовы принять участие в любой мирной инициативе, направленной на «всеобъемлющее и справедливое решение», отвечая на предложение России организовать палестино-израильскую встречу в Москве.

Разговоры о возможной встрече между Мехумадом Аббасом и премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху, которая будет организована президентом России Владимиром Путиным, ведутся с последних чисел августа. В интервью, опубликованном за неделю до заявления Аббаса, президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси заявил, что Владимир Путин хочет провести у себя израильско-палестинский саммит с целью возобновить мирные переговоры. Однако представитель Кремля заявил, что пока никакой конкретной информации по данному вопросу нет.

Стоит отметить, что это уже вторая попытка усадить палестинцев и израильтян на стол переговоров за полгода. Франция также работает по своей собственной мирной инициативе и надеется созвать международную конференцию до конца 2016 года. Палестинцы решительно поддерживают инициативу Франции, но Израиль отверг французский план, призывая вместо этого провести прямые переговоры.

Палестинские лидеры говорят, что годы переговоров с Израилем не прекратили оккупацию Западного берега реки Иордан, и они начали вести собственную международную стратегию. По мнению арабских экспертов, совещание «Аббас-Нетаньяху» без предварительных условий никуда не приведет. В свою очередь такими условиями будут: замораживание строительства израильских поселений, освобождение палестинских заключенных и крайний срок для прекращения оккупации арабских территорий.

Мирные усилия международного сообщества зашли в тупик еще два года тому назад, когда инициатива под руководством США рухнула в апреле 2014 года. Последнее значительная встреча между Аббасом и Нетаньяху, как полагают, была проведена в 2010 году. Хотя с тех пор встречаются неподтвержденные сообщения о тайных встречах двух лидеров.

Возможный конфликт между Ливаном и Израилем

Как оказалось палестино-израильские отношения не единственный источник напряженности на арабо-израильском треке, вновь давший о себе знать. 31 августа Совет Безопасности ООН предупредил, что нарушения соглашения о прекращении военных действий между Ливаном и Израилем 2006 года может привести к новому конфликту, «что ни одна из сторон и регион в целом не может себе позволить.»

Предупреждение о возможной опасности последовало после обнародования резолюции СБ ООН, принятой единогласно, о продлении мандата миротворческих сил ООН на юге Ливана, который следит за соблюдением режима прекращения огня, до 31 августа 2017 г. Миссия сохранила потолок численности военнослужащих в 15000 человек, при поддержке международных и местных гражданских сотрудников.

Совет Безопасности выразил обеспокоенность «в связи с ограниченным прогрессом, достигнутым в направлении создания постоянного режима прекращения огня.» Он призвал воздерживаться от любых действий или риторики, которые могли бы поставить под угрозу режим прекращение военных действий или дестабилизировать обстановку в регионе.

Резолюция Совета Безопасности №1701 от 11 августа 2006 года о прекращении боевых действий завершила 34-дневную войну между Израилем и ливанскими боевиками «Хезболлы» на юге Ливана летом 2006 года. Боевые действия унесли жизни около 1200 ливанцев и 160 израильтян, а война закончилась ничем.

В резолюции, принятой 31 августа 2016 года международное сообщество осудило «самым решительным образом» все попытки поставить под угрозу безопасность и стабильность Ливана. Справедливо подчеркивается, что риск нарушения соглашения о прекращении военных действий может привести к новому конфликту, что ни одна из сторон и уж тем более регион не могут себе позволить. Но при этом Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун, положительно оценивая усилия Ливана и Израиля, подчеркнул, «что спокойствие не должно быть ошибочно принято за прогресс» по реализации резолюции 2006 года и других.

Резолюция №1701, помимо всего прочего, является призывом ко всем ополченцам, в том числе боевикам «Хезболлы», сдать оружие — требование, которое оказалось проигнорированным в течение 10 лет.

Несомненно, конфликтогенность региона, насильственная и нестабильная региональная ситуация подчеркивает важность ощутимого прогресса, которого добились стороны, направлении достижения постоянного прекращения огня, как это предусмотрено в резолюции.

 

***

С приходом каждого нового месяца уровень напряженности в регионе Ближнего Востока не спадает. При этом нельзя сказать, что имеет место полное отсутствие прогресса на пути мирного урегулирования конфликтов. Ситуация становится сложнее, в конфликты становятся вовлечены новые акторы. Обратимся, например, к сирийскому кризису. Кажется, что только усилия мирового сообщества по прекращению войны в Сирии (в частности переговоры между Россией и США) вышли на новый уровень и приносят положительные результаты, как в войну открыто вступает еще один ключевой региональный игрок – Турция. И он так же, как и уже известные акторы, преследует собственные интересы, возможно, идущие в разрез с целями остальных участников конфликта, что вовсе может привести к изменению геополитической ситуации. Следовательно, кризис только усугубляется.

То же относится к арабо-израильскому треку. Если ливано-израильские противоречия явно стоят на пути (хоть и очень долгом) урегулирования при наличии контингента ООН на ливанской территории, то палестино-израильские противоречия даже при посредничестве России и Франции, кажется, еще далеки от разрешения. А на время завершения лета 2016 года – даже переговоры по организации встречи двух лидеров далеки от прогресса.

В.Аватков, Е.Кислова

Турция: лето 2016 г. (дайджест)

Турция: лето 2016 г. (дайджест) 

Лето 2016 года стало для Турции переломным этапом: и во внутренней, и во внешней политике страна сумела решить те проблемы, которые на протяжении долгого времени тормозили ее развитие и расширение ее влияния. Во внутренней политике таким событием стала попытка военного переворота, которая не только не пошатнула действующую власть, но и сумела мобилизовать вокруг президента страны Реджепа Тайипа Эрдогана и нового премьер-министра Бинали Йылдырыма турецкий народ. Во внешней политике были совершены два прорыва – на российском и израильском направлениях, которые крайне важны для Турции с точки зрения влияния в регионе. Более того, в конце августа Турция начала свою сухопутную военную операцию на территории Сирии – «Щит Евфрата». В таких новых условиях Турция снова может выйти на путь развития как внутри страны, так и за ее пределами.

 

Внутриполитическая ситуация

Во внутриполитической жизни Турции на протяжении лета 2016 года основными вопросами оставались вопросы безопасности. Первым ярким подтверждением этого стал теракт 28 июня в крупнейшем в Стамбуле аэропорту имени Ататюрка. Террористы-смертники привели в действие 3 взрывных устройства. Ответственность за теракт взяла запрещенная в России организация «Исламское государство».

Теракт не только подтвердил, что в Турции по-прежнему сохраняется ситуация многосторонней террористической угрозы (и со стороны Исламского государства, и со стороны Рабочей Партии Курдистана), но и еще раз показал, что турецкие правоохранительные органы и спецслужбы не могут полностью обеспечить безопасность внутри страны.

Нельзя не отметить предполагаемое гражданство ответственных за теракт в аэропорту. Все они были гражданами стран СНГ: Узбекистана, Киргизии и России.

Вторым ударом по внутриполитической стабильности стала попытка военного переворота 15 июня, закончившаяся поражением восставших и сохранением действующей власти. Однако вину за переворот президент Турции Эрдоган возложил не сколько на военных, сколько на руководителя организации «Хизмет» Фетхуллаха Гюлена.

Можно выделить следующие причины неудачи переворота в Турции: 1) малочисленность тех, кто его планировал и пытался его осуществить, 2) осуществить этот военный переворот пыталось явно среднее, а не высшее офицерское звено, 3) слабое  планирование: не было арестовано руководство страны, как это делалось на протяжении истории всех переворотов в Турции.

Ответом правящей партии на переворот стало введение военного положения сроком на 3 месяца, в рамках которого начался процесс общенациональной борьбы с врагами ПСР, а именно членами организации FETÖ – «террористической организации Фетхуллаха Гюлена».

Первым признаком чисток во всех областях общественной жизни стали масштабные увольнения по всей стране. Минобразования Турции отозвало лицензии у 21 тысячи частных преподавателей, уволило 15 тысяч сотрудников государственных образовательных учреждений и потребовало отставки 1500 университетских деканов. Кроме того, задержаны или уволены 9000 полицейских, 3000 судей и 6000 военных. Все они подозреваются в сотрудничестве с запрещенной в  Турции организацией Фетхуллаха Гюлена и участии в попытке осуществления государственного переворота.

Позже стало известно, что Совет по высшему образованию Турции запретил выезд за границу всем преподавателям и профессорскому составу вузов. Также турецкий премьер Бинали Йылдырым своим указом отменил заграничные отпуска у трех миллионов чиновников. Тем госслужащим, которые уже выехали из страны, предписано как можно быстрее вернуться.

Президент Турции неоднократно во время своих выступлений обещал своим гражданам подписать закон о введении в стране смертной казни в случае, если данный законопроект получит одобрение в парламенте страны (однако очевидно, что такие заявления были рассчитаны, скорее, на мобилизацию электората, чем на реальное изменение законодательства. Уголовный кодекс Турции обратной силы не имеет, поэтому под действие поправок к нему все равно бы не попали участники переворота. Если же они были бы казнены в обход действующего законодательства, это бы крайне негативно сказалось на и так непростых отношениях между Турцией  с одной стороны и США с ЕС с другой).

Параллельно началась активная пропаганда в средствах массовой информации и медиа пространстве. Начало каждого информационного выпуска в июле и августе сопровождалось документальной хроникой переворота (кадрами расстрела демонстрантов, атаки вертолетов на парламент страны) и слоганами о том, что в Турции победила демократия и что народ сумел сохранить свою страну.

В условиях такой сильной информационной подготовки населения и улучшения отношений с Россией правительство пошло на более смелые шаги в области обеспечения внутренней безопасности: в конце августа Турция начала наземную военную операцию на территории Сирии. Официальная цель операции – борьба с запрещенной на территории России организацией «Исламское государство». Однако параллельно Турция осуществляет и цели, которые напрямую связаны с ее внутренней безопасностью. Например, Турция стремится предотвратить усиление отдельных группировок на севере Сирии. Внешнеполитической стороной операцией является желание Турции показать свою значимость в общемировом процессе борьбы с терроризмом и в региональных событиях, доказать, что Турция способна оказывать влияние на страны, которые находятся в одном с ней регионе.

 

Правовая система Турции

В условиях политического кризиса, который продолжается в Турции и который только усилился после попытки переворота 15 июля 2016 года, законотворческая деятельность в стране отошла на второй план. Этим объясняется довольно скудное количество новых законодательных актов, которые регулируют жизнь внутри государства.

Тем не менее, среди них есть те, которые заслуживают особого внимания и которые являются ярким отражение той политики, которую проводит действующая власть.

К таким законам необходимо отнести вступившую в силу 8 июня 2016 года поправку в конституцию, которая ввела в основной закон страны переходную статью номер 20, в соответствии с которой было признано недействительным 1 предложение второго параграфа статьи 83 Конституции Турции, которое запрещало какое бы то ни было преследование депутатов Великого Национального Собрания Турции до или после выборов без соответствующей санкции со стороны самого парламента. В соответствии с новыми положениями конституции страны правом задерживать, допрашивать и привлекать к ответственности депутатов наделены министерство юстиции, аппарат премьер-министра, аппарат Великого Национального Собрания Турции и смешанные комиссии, состоящие из членов конституционной комиссии и комиссии справедливости парламента.

Таким образом, в стране завершилась, длившаяся больше полугода борьба внутри парламента о внесении поправок в конституцию, регламентирующих процесс лишения иммунитета и привлечения к судебной ответственности части депутатов, открыто выступавших против государственной политики. Напомним, что своеобразным катализатором этого процесса стал депутат от Народно-республиканской партии Эрен Эрдем, который в декабре 2015 года выступил на российском телеканале Russia Today и заявил, что Исламское Государство (запрещенная в России террористическая организация) получает отравляющий газ зарин из Турции с одобрения действующей власти.

13 августа вступил в силу еще один закон, требующий пристального внимания, а именно Закон «Об международной рабочей силе» (Uluslararası işgücü Kanunu).

Статья 1 закона гласит, что его основной целью является определение и реализация государственной политики в отношении иностранной рабочей силы, а также контроль за ее реализацией. Данный закон также определяет процедуру получения разрешения на работу для иностранцев, те виды работ, для которых не требуется получения разрешения на работу, а также права и обязанности, работающих на территории Турции иностранцев.

Статья 16 определяет, что под действие закона не попадают такие группы граждан, как:

  1. Те, кто могут внести вклад в развитие образования, науки и технологий в стране
  2. Те, кто готов инвестировать в турецкую экономику
  3. Те, кто имеют в соответствии с определением министерства внутренних дел и министерства иностранных дел «тюркское происхождение»
  4. Те, кто являются гражданами Турецкой Республики Северного Кипра
  5. Те, кто являются гражданами страны-члена Европейского Союза
  6. Те, кто являются работниками иностранных дипломатических представительств
  7. Те, кто замужем за гражданином Турции / женаты на гражданке Турции
  8. Лица, которым официально предоставлен статус беженца

Данный закон стал первым законодательным актом, создавшим правовую базу для оформления трудовой деятельности нелегальных беженцев на территории Турции. Этим шагом правительство Турции начинает постепенную интеграцию беженцев в турецкое общество, отказываясь от идеи возвращения их на родину. Такое решение будет иметь далеко идущие политические, экономические и социальные последствия для Турции.

Продолжается активная интеграция Турции в мировую экономическую систему и систему безопасности. Прямым показателем этого является ряд двусторонних и международных международных договоров, соглашений и меморандумов, которые Турция подписала или ратифицировала летом 2016 года.

Если говорить об экономических и социальных вопросах, то Турция продолжает выстраивать правовую основу сотрудничества как со своими традиционными партнерами, так и с новыми государствами. Приведем краткий список подписанных соглашений:

  • 10 августа было ратифицировано соглашение о сотрудничестве в энергетической области с Грузией
  • 25 августа вступило в силу соглашение между Китаем и Турцией о сотрудничестве в области использования ядерной энергии в мирных целях, подписанное 9 апреля 2012 года (что стало результатом меморандума о сотрудничестве в этой области, который был подписан сторонами еще в июне 2016 года)
  • 7 августа вступило в силу соглашение с Бангладеш о сотрудничестве и взаимопомощи по вопросам таможни
  • 6 августа было ратифицировано соглашение с Гвинеей о сотрудничестве в области здравоохранения
  • 28 июня вступило в силу соглашение о создании зоны свободной торговли с Молдавией

Что касается вопросов безопасности, то они были реализованы в целом ряде соглашений между Турцией и Черногорией. Стимулом к правовому обеспечению отношений между государствами стало вступление последней в НАТО в мае 2016 года. Между двумя странами были подписаны рамочные соглашения в области образования, поощрения инвестиций, безопасности, сотрудничества в военной, научной и технологической сфере, а также договор о реадмиссии.

 

Внешняя политика

Летом 2016 года внутриполитические события оказали большое влияние на внешнеполитический курс Турции. В результате турецкое руководство при разработке своего внешнеполитического курса частично отошло от своей традиционной схемы и применило новые подходы, которые открыли для нее те направления политики, которые, казалось бы, уже были потеряны. Тем не менее, анализ турецкой внешней политики по-прежнему будет вестись по стандартной системе, включающей 4 базовых вектора: западный, ближневосточный, российский и дальнезарубежный.

Прорывы в июне состоялись на двух из этих направлений: ближневосточном и российском и заключаются они в начале процесса нормализации отношений с двумя важными региональными партнерами Турции – Россией и Израилем.

Напомним, что напряженность в отношениях Турции с Израилем сохранялась с 2010 года, когда у берегов Израиля произошло столкновение между силами израильских ВМС и членов экипажа корабля «Мави Мармара», который состоял из граждан Турции. Поводом для столкновения послужила попытка турецкого судна проникнуть на заблокированную Израилем морскую территорию вблизи сектора Газы, чтобы доставить палестинцам гуманитарную помощь. В результате были убиты 9 пассажиров Мави Мармара.

Турецкая сторона после данного инцидента приняла решение заморозить отношение с Израилем и выдвинула три условия для нормализации отношений:

  • принести извинения за свои действия
  • выплатить компенсацию семьям погибшим
  • снять блокаду сектора Газы

На протяжении 6 лет данные требования не давали отношениям двух стран существенно развиваться, но 27 июня между двумя странами было подписано соглашение. С турецкой стороны свою подпись поставил заместитель министра иностранных дел Феридун Синирлиоглу, с израильской – директор МИД Дори Голд.

В соответствии с договоренностями, Израиль согласился частично выполнить условия Турции: в частности, семьям погибших будут выплачены 20 млн долларов компенсации. Также будет смягчен режим блокады Газы, что позволит Турции уже в ближайшее время отправить новые судна с гуманитарным грузом.

Также 27 июня состоялся прорыв на российском фронте. В письме, текст которого не был полностью обнародован и был направлен турецким президентом Владимиру Путину, Реджеп Тайип Эрдоган принес извинения за смерть российского пилота Олега Пешкова (но не за сбитый самолет, поскольку турецкая сторона продолжает настаивать на том, что не знала, что самолет является российским и что она просто предприняла меры по защите своей территории). Для Москвы было принципиально важно получить извинения в любой форме.

Данное письмо запустило процесс восстановления российско-турецких отношений. Первым шагом на этом пути стало снятие 30 июня запрета на чартерные рейсы в Турцию. Тем не менее, данный процесс отметился определенными курьезами. Во-первых, снят запрет был всего через 3 дня после страшного теракта в аэропорту Стамбула. Во-вторых, уже 16 июля российский президент распорядился начать эвакуацию россиян из Турции в связи с попыткой государственного переворота. В результате окончательно запрет был снят только 29 августа, а первые чартеры вылетели в Турцию только 2 сентября.

Процесс восстановления отношений продолжился 9 августа, когда в Санкт-Петербург в сопровождении многих министров прибыл президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Целью переговоров стало восстановление дружественных и доверительных отношений между двумя странами.

Официальные итоги встречи общественности представлены  не были. Более того, не были подписаны никакие документы, не было сделано совместных заявлений. Единственное, что стороны подтвердили, – это  малореалистичная цель достичь товарооборота в 100 миллиардов долларов в ближайшем будущем.

Однако нельзя отрицать, что данная встреча сыграла важную роль для Турции. В условиях абсолютной нестабильности внутри страны и непредсказуемой и мало результативной политики за ее пределами Эрдогану требовалось найти точку опоры для своих дальнейших действий. И он снова нашел ее в России.

 

Турция и США

Попытка государственного переворота оказала негативный эффект на турецко-американские отношения. Основная причина этого заключается в том, что основным организатором переворота, по мнению турецких властей, является турецкий проповедник и создатель международной организации «Хизмет» Фетхуллах Гюлен, уже 17 лет проживающий на территории США.

Турецкие власти уже давно требуют экстрадировать Гюлена обратно в Турцию. В частности, в декабре 2015 трое граждан Турции подали совместный иск против Гюлена в суд штата Пенсильвания. Основанием для иска стал ущерб, который они понесли от деятельности организации «Хизмет».

Тем не менее, американские власти отказываются идти на встречу турецкому руководству по вопросу экстрадиции и требуют сначала предоставить реальные доказательства участия Гюлена в перевороте, что вызывает негодование турецкой стороны.

После же того, как стало известно, что подготовка переворота происходила на натовской базе Инджирлик, находящейся на территории Турции, 31 июля турецкие военные блокировали базу, тем самым показав свое недоверие США.

Для оздоровления американо-турецких отношений с визитом в Турцию 24 августа прибыл вице-президент США Джо Байден. На совместной с президентом Турции пресс-конференции Байден, в первую очередь, отметил, что США осуждают произошедшую попытку переворота и по-прежнему остаются главным союзником Турции. Тем не менее, он признал, что вопрос экстрадиции в США не может быть решен президентом как представителем исполнительной власти, а только федеральным судом, а это требует много времени. Он также напомнил, что первоначально президент Буш отказал Гюлену в предоставлении политического убежища. Однако потом суд США отменил это решение. При этом, как сообщают СМИ, целью переговоров Байдена и Эрдогана уже за закрытыми дверями стал конфликт в Сирии, а не неудавшийся переворот.

Таким образом, США продолжают вести двойную игру на турецком правлении, путем сдержек и противовесов пытаясь достичь наиболее выгодных для себя результатов. В Турции же как в политическом истеблишменте, так и в обществе по крайней мере в ближайшее время сохранится недоверие к своим коллегам по НАТО из-за океана.

 

Направления дальнего зарубежья

Летом 2016 года Турция продолжила расширение горизонтов своей внешней политики через налаживание контактов и поддержание отношений с нетрадиционными для нее партнерами из разных частей мира.

С 31 мая по 3 июня Чавушоглу вместе с президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом совершили турне по странам Восточной Африки – Кении, Уганде и Сомали. Визиты лидеров турецкого политического эстеблишмента в Африку стали довольно регулярными: в частности, в начале марта президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган совершил визиты в Гвинею, Нигерию и Гану. До этого в феврале он побывал в Кот-д’Ивуаре. Президента сопровождали высокопоставленные лица из числа министров и делегация крупных бизнесменов. В результате переговоров между странами были учреждены экономические советы. Турция связывает с африканским континентом большие надежды, в первую очередь, в области экономики. Экспорториентированной экономике Турции требуются новые рынки сбыта продукции, если она хочет поддерживать высокие темпы экономического роста, и страны Африки должны сыграть эту роль в представлении лидеров Турции.

С 12 по 14 июня Чавушоглу был в Мьянме, где помимо переговоров с лидерами государства провел встречу с представителями местных мусульманских общин. Это подтверждает еще одну интересную деталь турецкой дипломатии: желание опереться на мусульманские общины в странах, где мусульмане являются конфессиональным меньшинством. В частности, в Мьянме религиозным большинством являются буддисты (88%), мусульман – всего 4%. Тем не менее, это не мешает Турции позиционировать их как инструмент своего влияния в Мьянме.

По результатам визита Чавушоглу на Шри-Ланку (14-15 июня) между двумя странами был подписан меморандум о сотрудничестве, который, в частности, включает в себя сотрудничество в области подготовки дипломатических кадров и обмена знаниями. Обучение будущих дипломатов из другой страны – внешнеполитическая стратегия, требующая редких и сложных внешнеполитических ресурсов: высокого регионального и международного авторитета, собственной дипломатической школы. До недавнего времени такую политику могли себе позволить только крупнейшие мировые державы США, Россия (СССР), Англия, Франция, Китай. Теперь Турция пытается следовать такому же курсу.

Внуриполитические события в Турции, произошедшие 15 июля 2016 года, не могли не оказать влияние на внешнеполитическую активность государства. Турция продолжила вести традиционную многостороннюю и многоуровневую внешнюю политику, однако любой контакт на международной арене турецких лидеров со своими зарубежными коллегами стал тем или иным способом связан с попыткой переворота.

Не мог переворот не оказать влияние хотя бы по той причине, что сразу после событий 15 июля, как сообщает сайт министерства иностранных дел Турции, Мевлют Чавушоглу провел более 60 телефонных переговоров со своими коллегами со всего мира. Стало понятно, что попытка переворота станет не только неотъемлемой частью внутриполитического, но и внешнеполитического курса.

С 1-го по 2-е августа состоялся рабочий визит министра иностранных дел Турции Малюта Чавушоглу в Пакистан. В рамках визита он был принят президентом и премьер-министром Пакистана, а также провел переговоры с советником премьер-министра Пакистана по вопросам национальной безопасности и внешней политики Сартаджем Азизом. Неудивительно, что основными темами переговоров стали попытка переворота в Турции и борьба с влиянием Гюлена на территории Пакистана.

С 11-го по 12-е августа в Турции с визитом находился министр иностранных дел Палестины Рияд Мальки. Стороны обсудили как вопросы помощи Палестине, так и последствия попытка переворота в Турции.

12 августа в Турцию прибыл министр иностранных дел Ирана Джеват Зариф. Темой переборов стали проблемы двустороннего сотрудничества, а также вопросы региональной и международной повестки дня.

С 18-го по 20-е августа министр иностранных дел Чавушоглу находился с визитом в Индии. Круг обсуждаемых вопросов прежний: двусторонне сотрудничество и попытка переворота. Помимо этого, Чавушоглу встретился с представителями неправительственных организаций и бизнесменами.

Хотя контакты  турецкого руководства с высокопоставленными лицами из стран Азии и Африки часто остаются за пределами сообщений СМИ, они являются важной частью выстраивания многосторонней и многоуровневой внешней политики Турции в современном мире. Пытаясь найти точки воздействия на каждую из стран, Турция использует весь свой внешнеполитической арсенал: от экономического сотрудничества до участия в программах образовательного обмена и помощи религиозным меньшинствам.

 

Европейское направление

Продолжается развитие интересного тройственного внешнеполитического альянса в лице Турции, Польши и Румынии. 25 августа в Анкаре состоялись очередные консультации на уровне министров иностранных дел, в рамках которых были подняты такие вопросы, как попытка переворота 15 июля 2016 года, угрозы, исходящие от организации Фетхуллаха Гюлена, региональные события, итоги саммита НАТО в Варшаве, отношения между Турцией и ЕС.

Необходимо отметить, что это не первая встреча в таком формате. Стороны уже проводили трехсторонние консультации в Варшаве 9 июня в преддверии саммита НАТО. Последние события, однако, показывают, что они готовы продолжать свое взаимодействие и дальше.

 

Итоги  

Летом 2016 года произошел ряд событий, которые будут оказывать особое значение на развитие турецкой внутренней и внешней политики, по крайней мере, до конца года. Из этих событий можно выделить два основных: попытка военного переворота 15 июля и восстановление позитивных отношений с Россией.

Переворот сумел сплотить турецкое общество, которое пребывало на протяжении последних нескольких лет в расколотом состоянии. Однако вопросом остается, насколько долго эта сплоченность сможет продержаться, так как проблемы последние два годы раздирающие страну, по-прежнему остаются нерешенными.

В российско-турецких отношениях сохраняется схожая неопределенность. Стороны зависимы экономически, но развитие двустороннего взаимодействия будет зависеть от того, смогут ли они договориться по вопросам безопасности и геополитики, в первую очередь – по Сирии.

Отличительной чертой турецкой внешней политики остается ее умение одновременно действовать на большом количестве направлений. В то время как внимание общественности заострено на традиционных вопросах – Сирии и России, Турция выстраивает отношения со странами Африки, Азии и Латинской Америки, таким образом увеличивая свое влияние и улучшая свою репутацию по всему миру.

 В.Аватков, М.Кочкин

Китайские аналитики о взрыве в Стамбуле

19 марта в центре Стамбула прогремел взрыв. Он унес жизни 4 человек, 37 получили ранения различной тяжести. Большинство пострадавших было иностранцами, что придало этому инциденту дополнительный резонанс.

Этот террористический акт, к сожалению, стал далеко не первым на территории Турции. За последнее время внутри страны произошло несколько масштабных нападений, унесших множество жизней. Уже очевидно, что этот террор стал системным, и он является отражением более глубоких проблем и противоречий внутри Турции.

Сложившаяся ситуация требует глубокого анализа, ведь такое явление как терроризм не может рассматриваться оторвано, вне глобального контекста. В связи с этим важно обратить внимание на аналитику Китая, так как эта страна становится важнейшим мировым игроком и сама имеет опыт борьбы с терроризмом на своей территории.

В статье с названием “Турция назвала курдов причастными к взрыву: повод для вторжения” (土耳其称库尔德人是爆炸案真凶 分析:为越境打击找借口), автор рассуждал о причинах взрыва и тех, кому этот взрыв был бы выгоден. В противовес мнению турецкого премьер-министра Ахмета Давутоглу, который обвинил сирийских курдов в произошедшем нападении, автор привел слова китайского эксперта по Ближнему Востоку Ли Шаосяня (李绍先). Эксперт не отрицал возможного причастия курдов к этому событию, однако подчеркнул, что у них (сирийских курдов) не было никаких причин, чтобы совершать такой масштабный теракт.

Турецкие полицейские, как пишется в статье, уже произвели несколько арестов, и все задержанные подозреваются в контактах с Рабочей Партией Курдистана (РПК). В связи с этим автор указал, что президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган уже много раз требовал признать на международной арене РПК террористической организацией.

Сам факт этих обвинений может быть использован как повод для проведения военной операции против членов РПК на сирийской территории. По словам Ли Шаосяня, такой сценарий развития событий совсем не исключен. “Практика возложения вины на курдов” может стать предлогом для вторжения турецких военных сил в Сирию.

Эксперт также назвал одну из главных причин внутренней нестабильности в Турции. По его мнению, это совокупность ошибок внешней политики страны начиная с 2011 года. Продолжение подобной дипломатической линии и уже имеющиеся от нее последствия могут обернуться для Турции еще более серьезными последствиями, – заключал эксперт.

В статье “Почему в Турции так часто происходят удары?” (分析:土耳其为何频发严重恐袭), автор задавался вопросом: почему, несмотря на всю нестабильность на Ближнем Востоке, именно Турция больше всего страдает от терроризма. Подробно анализируя сложившеюся ситуацию в Турции, автор пришел к выводу, что теракты являются лишь “верхушкой айсберга” тех проблем, которые накопились в Турции за последнее время.

Автор статьи указывает, что в стране до сих пор не прерван отлаженный нелегальный поток боевиков в Сирию. Кроме этого, до конца не удалось остановить незаконную продажу нефти из Сирии. Кроме этого, в Турции началось открытое вооруженное противостояние с курдами. Эти причины и создают условия для насилия в Турции.

***

Китайские аналитики и эксперты в своих публикациях указывают, что взрывы и террористические нападения в Турции представляют собой события куда более сложного характера, чем их обычно представляют. Они являются реакцией на большое количество нерешенных проблем внутри страны, а также на ошибки внешнеполитического курса Турции. До того момента, пока хотя бы часть из этих проблем не будет решена, ситуация не стабилизируется, а турецкому населению придется ждать новых атак.

Однако Анкара предпочитает не решать свои проблемы, а искать виноватых, статус которых прочно закрепился за курдами. Их обвиняют уже практически во всех терактах и нападениях внутри страны.

В практику последнего времени у турецких политиков стало объявления виновных практически сразу(!) после совершенного нападения. Это может говорить о том, что власти знали о готовящихся ударах, но ничего не сделали, чтобы предотвратить их.

Кроме этого, можно поставить под сомнения проведение подобных нападений сирийскими курдами, из-за их чрезвычайной сложности, а также из-за отсутствия резких причин для подобных атак.

Сами же атаки с каждым разом становятся все резонанснее, в том числе из-за гибели иностранцев. Значительная реакция мирового сообщества на теракты и на борьбу с их исполнителями дает президенту Эрдогану серьезные “козыри” в проведении своей внешнеполитической линии.

В итоге получается, что более всего от этих нападений в выигрыше остаются власти страны, а в проигрыше –  народ Турции.

П.Прилепский