Турция: сентябрь 2016 (дайджест)

Турция: сентябрь 2016 (дайджест)

 

Турция в сентябре 2016 года начала постепенно выходить из кризисного состояния, в которое ее ввело руководство страны 2 месяца назад, решившее сделать из попытки государственного переворота, произошедшей в ночь с 15 на 16 июля, рычаг для внутриполитических чисток и выстраивания новой внешнеполитической концепции. Однако политическая элита Турции не учла, что помимо краткосрочного объединения общества и устранения внутренних соперников, такая политика может привести к экономической изоляции, подозрительному отношению стран-партнеров и оттоку человеческого капитала из страны. Первые признаки этих негативных последствий начали проявляться уже в сентябре 2016 года. При этом укрепляется тренд на расширение консультаций с Россией, хотя происходит это медленно, но положительная динамика уже видна.

В первую очередь, среди негативных последствий необходимо отметить результаты гонений внутри страны, которые правящая Партия справедливости и развития начала в июле этого года и продолжает до сих пор. Краткие итоги этого процесса подвела находящаяся в оппозиции Народно-республиканская партия, которая 28 сентября опубликовала доклад, посвященный нарушению прав человека в Турции после попытки переворота. По утверждению составителей доклада, правящая Партия справедливости и развития, введя на территории страны режим чрезвычайного положения, подорвала устойчивость государства, избавившись от десятков тысяч ценных кадров и опытных работников в самых разных сферах.

Доклад, в частности, приводит следующие цифры: за указанный период от своих должностей были отстранены 93 тысячи государственных служащих, в отношении 40 тысяч еще продолжается расследование. Что касается военных структур, то из армии было уволены 3 534 военнослужащих.

Санкции были применены также в отношении профессорско-преподавательского состава высших учебных заведений. Общее количество профессоров, которые были отстранены от работы по распоряжению руководства вуза или уволены в соответствии с решениями государственных органов, превысило 6 тысяч человек.

Как сообщается в докладе, помимо этого, из-за связи с террористической организацией Фетхуллаха Гюлена были закрыты 35 медицинских организаций, 1061 образовательная организация, 129 фондов, 1125 дернеков, 15 университетов, 19 профсоюзов, 45 газет, 23 радиостанции и 4262 организации.

При этом, стоит отметить, что часть компаний не закрываются, а в них по распоряжению суда назначается внешний управляющий (кайюм). Так, в частности, произошло с 3 компаниями 21 сентября: по решению суда в компании «Bereket Yemek», «Ulusoy Güvenlik Sistemleri» и «Doğu Karadeniz İnşaat Malzemeleri» были назначены внешние управляющие. Складывается ощущение, что правящие в Турции элиты используют попытку переворота не только для подавления своих политических соперников, но и для перераспределения в пользу себя собственности внутри страны.

Более того, нет оснований полагать, что аресты и увольнения закончатся. Как сообщает сопредседатель про-курдской Демократической партии народов Селахаттин Демирташ, у него есть информация, что в октябре будут выдвинуты обвинения против 22 членов его партии. Необходимо отметить, что на этот раз причиной преследований депутатов станет не подозрение в их причастности к организации Гюлена, а закон, вступивший в силу в мае 2016 года, согласно которому появилась возможность лишать депутатов парламента иммунитета, в случае совершения ими уголовных преступлений. Однако общей картины это не меняет: в Турции продолжается преследование инакомыслящих под любым имеющимся предлогом.

Реакция в обществе в отношении политики чисток ПСР остается неоднозначной. Несмотря на то, что многомиллионные митинги летом 2016 года подтвердили приверженность турецкого общества курсу, который проводит президент Реджеп Тайип Эрдоган, отдельные общественные организации продолжают выступать против репрессий.

Так, 24 сентября состоялся 600-й митинг организации «Матери субботы». В рамках этого митинга собираются люди, близкие которых подверглись насилию или были убиты в Турции в период с момента переворота 1980-го года. На этот раз лозунгом митинга стало следующее заявление: «Мы еще раз заявляем, что не будем молчать, когда дело касается политики запугивания, мы не прекратим вспоминать  тех, кого мы потеряли, и требовать справедливости, мира и искренности!».

Курдский вопрос остается одним из центральных  в области внутренней политики Турции, несмотря на то, что эта тема стала меньше тиражироваться в мировых СМИ. В восточной части Турции продолжаются военные операции турецкой армии против вооруженных курдских отрядов. Одновременно гонениям подвергаются также и местные жители. 23 сентября комендантский час был введен на территории еще 18 деревень,  расположенных  в провинции Диярбакыр. Официально объявляется, что подобное положение  вводится с целью защиты мирного населения. Однако на практике люди больше страдают от невозможности выйти на улицу, поскольку это препятствует работе школ, магазинов и больниц, чем от боевых действий.

Важный шаг со стороны турецкого руководства был сделан по вопросу сирийских беженцев, проживающих на территории Турции. В частности, президент Эрдоган заявил, что в Турции «началась подготовка к предоставлению гражданства беженцам». Он отметил, что Турция приняла у себя уже 3 миллиона беженцев, на содержание которых ей пришлось потратить 12 миллиардов долларов. Внешняя же помощь составила лишь 500 миллионов долларов. Чтобы дать беженцам возможность жить и развиваться, руководство страны намерено начать процесс выдачи беженцам разрешения на работу и даже гражданства Турции.

 

Внешняя политика

 

В области внешней политики необходимо, в первую очередь, отметить две программные речи, которые произнес президент Турции сначала в Шанхае на саммите стран Большой двадцатки, а потом на открытии Генеральной Ассамблеи ООН. Сразу хотелось бы сказать, что для Эрдогана это является довольно типичным ходом: он нередко использует трибуны крупных международных организаций и форумов для того, чтобы представить всему миру общий обзор внешнеполитических ориентиров своей страны.

Во время пресс-конференции, состоявшейся по окончании саммита Большой двадцатки в Шанхае 5 сентября, Эрдоган в своей речи уделил большую часть времени внешнеполитическим вопросам, напрямую связанным с Турцией, оставив общемировые проблемы в стороне.

В первую очередь, Эрдоган в очередной раз предупредил мировое сообщество  о той угрозе, которая исходит от террористической организации, именуемой в Турии FETÖ – террористическая организация Фетхуллахчистов. По его сведениям, она функционирует  на территории более 170 государств и осуществляет свою деятельность в таких областях, как образование, религия и торговля.

Эрдоган также затронул наиболее неоднозначное внешнеполитическое решение турецкого руководства за последние несколько месяцев, а именно решение о проведении наземной военной операции на территории Сирии, которая получила название «Щит Евфрата». Президент Турции объявил, что операция была проведена в сотрудничестве с умеренной сирийской оппозицией и была целиком и полностью направлена только против членов террористической организации «Исламское государство». Сильным аргументом стало утверждение Эрдогана, что турецкая армия предприняла данные действия, чтобы дать возможность сирийским беженцам, которые сейчас находятся на территории Турции, вернуться в безопасности к себе на родину. Тему беженцев Эрдоган позже продолжил. По его подсчетам, на территории Турции сейчас находятся уже 3 миллиона граждан Сирии и Ирака. Общие затраты на их содержание достигли 12 миллиардов долларов, а с учетом средств, потраченных различными неправительственными организациями, – 25 миллиардов.

Таким образом, Эрдоган попытался доказать всему миру оправданность операции в Сирии.

Говоря о сирийской проблеме, Эрдоган подтвердил, что его позиция по Сирии не изменилась. Он назвал Асада «убийцей», заявил, что ему становится стыдно из-за того, что этот человек еще находится у власти.  Он также выдвинул предложение Путину и Обаме о создании беспилотной зоны над Сирией.

Отдельное внимание он уделил отношениям Турции с хозяйкой саммита – Китайской Народной Республикой. Он подтвердил, что  у двух стран существует понимание по всем вопросам, в первую очередь, по вопросу борьбы с терроризмом. Также Турция целиком поддерживает китайский проект Нового шелкового пути и готова активно участвовать в его реализации. Стороны подписали 3 соглашения в области энергетики и 1 – в области сельского хозяйства.

На вопрос одного их журналистов о том, что для него по-настоящему ценно, Эрдоган дал по-настоящему турецкий ответ: «Единственное государство, единственная родина, единственный флаг, единственный народ».

Во время своей речи в ООН президент Турции расширил круг обсуждаемых вопросов. Повторив дословно ряд тезисов, высказанных в Шанхае, он сделал ряд важных новых замечаний. В частности, он заявил, что продолжаются кризисы во многих странах, от Украины до Йемена. Тем самым, Эрдоган подтвердил заинтересованность Турции в участии в решении всех этих проблем, которые выходят далеко за рамки того региона, в котором Турция обычно осуществляла свою политику. Эрдоган также еще раз заявил, что его страна не признала и не признает присоединение Крыма к Российской Федерации, а также результаты парламентских выборов на полуострове.

В очередной раз Эрдоган сделал свое любимое заявление о том, что «мир больше пяти» и что мировая безопасность не должна держаться на решениях, которые принимаются пятью государствами.

Отдельно хотелось бы отметить двусторонние отношения между Турцией и Великобританией. С 25 по 27 сентября министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон посетил с официальным визитом Турцию. В рамках своего визита он провел встречи со своим турецким коллегой Мевлютом Чавушоглу.

Джонсон заявил о готовности подписать соглашение  о создании зоны свободной торговли между Великобританией и Турцией. Это особенно важно с той точки зрения, что Великобритания, жители которой на референдуме приняли решение о выходе из состава ЕС, в скором времени перестанет быть связана договорами, заключенными Европейским союзом и ей придется заново создавать материально-правовую базу взаимодействия со своими важнейшими региональными партнерами, к которым, безусловно, относится и Турция.

Интересно, что масштабные изменения в правилах торговли между двумя странами волнуют турецких журналистов гораздо меньше, чем найденные ими турецкие корни британского министра. Как отмечает большинство турецких СМИ, Борис Джонсон является внуком османского политического деятеля Али Кемаля, который был казнен по приказу Мустафы Кемаля Атаюрка.

 

 

В отношениях США и Турции решающим вопросом остается проблема экстрадиции Фетхуллаха Гюлена в Турцию. Поскольку консенсуса по этому вопросу пока добиться невозможно, отношения между странами остаются в подвешенном состоянии. Возможно определенное прояснение наступит после президентских выборов, поскольку ряд американских СМИ сообщают, что организация Гюлена является одним из спонсоров кампании Хиллари Клинтон.

Такая же ситуация сохраняется и в отношениях между Россией и Турцией. Договоренности о создании зоны свободной торговли между двумя странами переплетаются с антироссийскими заявлениями Эрдогана во время его речи в ООН. Это еще раз подтверждает хрупкость недавно восстановившегося партнерства между двумя странами.

 

Экономика

 

Главной экономической новостью в сентябре стало изменение международным рейтинговым агентством Moody’s суверенного рейтинга Турции. Напомним, что в первый раз рейтинг был снижен другим агентством – S&P Global Ratings – сразу после неудачной попытки переворота 15 июля: S&P понизило долгосрочные и краткосрочные суверенные рейтинги Турции в местной валюте — до BB+/B с BBB-/A-3 соответственно. На новости о снижении странового рейтинга курс турецкой лиры к доллару упал ниже 3,07 — до рекордно низкого уровня. До попытки переворота 15 июля за доллар давали менее 2,9 лиры.

Moody’s же предпочло, в отличие от своего конкурента, не принимать решения по поводу Турции сразу после переворота и отложила оценку инвестиционной привлекательности экономики Турции до сентября. Это вызвало надежду у турецкого руководства, что, оценив развитие экономики страны в более долгосрочной перспективе, агентство учтет такие достижения страны, как небольшой дефицит бюджета и стабильное погашение внешних займов на протяжении уже долгого времени, и не станет понижать рейтинг Турции. Однако вместо этого 24 сентября Moody’s указало на подверженность экономики страны оттоку иностранного капитала, сокращение золотовалютных резервов и неясные перспективы роста. Таким образом Moody’s понизило суверенный рейтинг Турции до уровня Ba1 с прогнозом «Стабильный», а долгосрочный кредитный рейтинг страны — с Baa3 до Ba1 (значительный кредитный риск) со «Стабильным» прогнозом.

Такое решение вызвало довольно сильное раздражение у турецкой политической элиты, которая привыкла напоминать своим избирателям и зарубежным партнерам о высокой инвестиционной привлекательности Турции. В частности, Эрдоган перед опубликованием доклада Moody’s заявил, что его абсолютно не волнуют решения американских аналитических агентств, они намеренно делают ошибки, экономика Турции сильна, как никогда. А вице-премьер Турции Мехмет Шимшек выразил надежду, что иностранные инвесторы не будут обращаться к рейтинговым агентствам при анализе экономического положения Турции, потому что агентства крайне негибко реагируют на экономическую изменения в стране.

 

Вывод

 

Подводя итоги, необходимо сделать ряд выводов: во-первых, Турция начинает проходить через период ощущения негативных последствий эксплуатации переворота. Инвесторы со всего мира стали с подозрением относиться к нестабильной внутриполитической обстановке в стране.

Есть основания полагать, что в скором времени станут больше ощущаться последствия в социальной сфере. Возникают сомнения относительно того, сможет ли руководство страны за короткий срок заместить такое большое количество квалифицированных и опытных судей, прокуроров, адвокатов, военных, профессоров и врачей, которые были уволены.

Во внешней политике сохраняется определённая стабильность. В представленной Эрдоганом доктрине внешней политики нет коренных преобразований. По-прежнему очевидно, что позиция Турции по большинству вопросов остается противоречащей  интересам России, поэтому процесс потепления в отношениях с Турцией будет непростым и чрезвычайно хрупким.

В.Аватков, М.Кочкин

 

 

 

Итоги конкурса на оплату проезда и проживания участников конференции «Россия и Турция в современной системе глобальной и региональной безопасности»

По итогам рассмотрения 34 заявок конкурсная комиссия под руководством директора Центра востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии Аваткова В.А. приняла решение определить победителями приведенных ниже участников. Те, кто не одержал победу, могут подать новую заявку на участие в конференции без оплаты проезда и проживания. Участие в мероприятии с публикацией статьи возможно только в очной форме (конференция пройдет в Москве — в Дипломатической Академии МИД РФ, время проведения — первая половина дня, уточняется)

  1. Атрашкевич А.Н. — г.Минск (Белоруссия)
  2. Веденеев И.Н. — г.Челябинск
  3. Гумаров Ф.Л. — г.Казань
  4. Железняк А.В. — г.Оренбург
  5. Меньшикова Е.С. — г.Челябинск
  6. Оганисян Т.Г. — г.Ереван (Армения)
  7. Павлючкова К.С. — г. Донецк (ДНР/Украина)
  8. Рахматулин О.И. — г.Астана (Казахстан)
  9. Стягова Е.М. — г.Барнаул
  10. Царева Т.Ю. — г. Донецк (ДНР/Украина)
  11. Цыпуштанова А.Ю. — г.Воронеж
  12. Чаликян А.А. — г.Ереван (Армения)
  13. Шульга А.А. — г.Донецк (ДНР/Украина)

От всей души поздравляем победителей!

Напоминаем, что конференция проводится при грантовой поддержке Фонда Горчакова.

Арабские страны: июль-август 2016 г. (дайджест)

Арабские страны: июль-август 2016 г. (дайджест) 

Разгар прошедшего лета (июль-август 2016 года) в регионе Ближнего Востока ознаменовался существенной эскалацией напряжённости сразу на нескольких направлениях. Изменения, произошедшие в данный период, оказались настолько значительными, что можно с уверенностью констатировать их непосредственное влияние на динамику текущих конфликтов, а также на будущее геополитическое устройство и распределение сил в регионе.  

Столкновения в Алеппо и турецкое вторжение в Сирию

Несомненно, наиболее напряжённым и опасным районом Сирии, где уже более пяти лет не прекращается гражданская война, остается центральная провинция Алеппо и её одноименный центр. Несмотря на ощутимые успехи, правительственные войска все еще не смогли вытеснить боевиков из города, на улица продолжаются перестрелки. 8 августа сирийским войскам удалось отбить атаки коалицию боевых оппозиционных группировок, т.н. «Джейш аль-Фатх» в южных и юго-западных окраинах Алеппо, сообщает арабский новостной канал «аль-Арабия». В свою очередь 18 августа группировка «Джейш аль-Фатх» объявила о «начале подготовки к битве за освобождение всего Алеппо». С этой целью к южным районам города перебрасываются резервы из соседних провинций Хама и Идлиб.

На фоне непрекращающихся столкновений и продолжающихся жертв среди мирного населения в Алеппо 24 августа турецкие войска в сопровождении танков и отрядов спецназа пересекли границу с Сирией. Этот шаг означает, что Турция впервые непосредственно вступила в сирийский военный конфликт. Согласно официальному заявлению, Анкара начала широкомасштабную военную кампанию против «курдских террористов», и основная цель данной операции – вытеснить курдских ополченцев и боевиков ИГИЛ (организация запрещена в РФ) из районов сирийско-турецкой границы. В тот же день, 24 августа, турецкая армия и союзные им группировки Свободной сирийской армии (ССА) заявили о полном освобождении приграничного города Джераблус от боевиков ИГ.

29 августа Вашингтон подверг действия Турции в северной Сирии жесткой критике, назвав столкновения между турецкими военными и их союзниками с курдами «неприемлемыми».

 

У США появился новый союзник?

Кажется, что освобождение города Джераблус – последнего города на сирийско-турецкой границе, удерживаемого боевиками ИГИЛ – должно было обрадовать и руководство США, и Турцию, и все группировки борющиеся с джихадистами в северной Сирии. Однако вместо этого турецкое вторжение на сирийскую территорию (очевидно идущее вразрез с нормами международного права), якобы направленное против курдов открыло целую цепочку новых потенциальных конфликтов между Турцией и курдскими повстанцами. А США, воспринимающие курдов как основную боеспособную силу в борьбе с террористами в Сирии, оказались в неудобном положении: посредине, между курдами и своим союзником по НАТО. Мотивы Анкары к началу военной операции, очевидно, противоположны курсу Вашингтона в Сирии и находятся в прямом противоречии с целями курдской партии «Демократического союза» (PYG), которая является союзником США.

Тем не менее, начало подобной военной компании, несомненно, может положить начало новой эпохе взаимодействия Турции и США на сирийском направлении. Конечно, Турция нуждается в безопасности своей территории, а значит заинтересована в зачистке северных районов Сирии от боевиков «Исламского государства», и данная военная операция стала самым решительным и, что важно, показательным шагом Анкары в «борьбе» с боевиками. Именно это и сможет в дальнейшем стать отправной точкой в турецко-американском сотрудничестве в Сирии, особенно если существует общий враг и виновник кровопролития – Башар аль-Асад.

«Переговорный марафон» США и России по проблеме борьбы с ИГ

26 августа, в Женеве Госсекретарь США Джон Керри и министр иностранных дел России Сергей Лавров провели 12-часовые переговоры по ситуации в Сирии. На встрече поднимался вопросы о поставках гуманитарной помощи в Сирию, антитеррористическое сотрудничество России и США, а также способы взаимодействия двух стран на сирийском треке. До этого, 15 июля, Керри уже проводил многочасовые переговоры по ситуации в Сирии с российским министром в Москве, однако данный раунд в Женеве оказался совсем иным. В августе обострилась ситуация в районе Алеппо, и западные страны прямо обратились к России с просьбой использовать свое влияние на Дамаск, чтобы остановить бомбардировки гражданских лиц и так называемых умеренных повстанцев, которые находятся под защитой Вашингтона. Россия была призвана оказать давление на сирийские власти, чтобы «положить конец кровавой бойне и вернуться за стол переговоров.» Россия пообещала работать с правительством и оппозицией, которая находится в контактах с Москвой, в то время как США обещали взаимодействовать с частью оппозиции, которую поддерживает Запад. На этом, собственно, переговоры закончились: ни конкретного плана действий, ни установленных сроков.

В преддверии женевского раунда переговоров экспертов и наблюдателей не покидало чувство дежавю. Россия имеет четкое понимание того, что США преследует достижения какого-либо стабильного и надежного соглашения, так как нынешняя администрация рассчитывает только на время, оставшееся до конца срока. Обама не будет принимать каких-либо существенных шагов в Сирии: у него нет на это времени.

Однако переговоры в Женеве оказались более продуктивными, чем июльский раунд. Главы внешнеполитических ведомств договорились о пересмотре и обновлении соглашения о режиме прекращения огня (нарушение которого стало повседневной нормой) и возобновить переговорный процесс по урегулированию в Сирии.

Говорили о «Джабхат ан-Нусре» и возможности разделять сирийскую оппозицию и террористов. Джон Керри заявил, что вопрос о классификации группировки «Джабхат ан-Нусра» (запрещена в РФ, теперь называется «Джабхат Фаттах ша-Шам») вызывает сложность, так как оппозиция и данная группировка почти всегда занимают одни и те же территории. Тем не менее, по словам Госсекретаря, «Джабхат ан-Нусра» — террористическая организация, часть «Аль-Каиды», и «никакое новое название не спрячет того, что она делает».

Августовский раунд переговоров в Женеве действительно можно назвать прорывом еще и потому, что Вашингтон предоставил российской стороне список повстанческих организаций, которые присоединились к соглашению о прекращении военных действий при посредничестве США. Важно помнить, что для российской стороны разделение умеренных сил и экстремистских группировок является одним из ключевых направлений по прекращению насилия в Сирии.

 

Палестина готова к возобновлению переговоров и Израилем

29 августа лидер Палестинской автономии Махмуд Аббас заявил, что палестинцы готовы принять участие в любой мирной инициативе, направленной на «всеобъемлющее и справедливое решение», отвечая на предложение России организовать палестино-израильскую встречу в Москве.

Разговоры о возможной встрече между Мехумадом Аббасом и премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху, которая будет организована президентом России Владимиром Путиным, ведутся с последних чисел августа. В интервью, опубликованном за неделю до заявления Аббаса, президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси заявил, что Владимир Путин хочет провести у себя израильско-палестинский саммит с целью возобновить мирные переговоры. Однако представитель Кремля заявил, что пока никакой конкретной информации по данному вопросу нет.

Стоит отметить, что это уже вторая попытка усадить палестинцев и израильтян на стол переговоров за полгода. Франция также работает по своей собственной мирной инициативе и надеется созвать международную конференцию до конца 2016 года. Палестинцы решительно поддерживают инициативу Франции, но Израиль отверг французский план, призывая вместо этого провести прямые переговоры.

Палестинские лидеры говорят, что годы переговоров с Израилем не прекратили оккупацию Западного берега реки Иордан, и они начали вести собственную международную стратегию. По мнению арабских экспертов, совещание «Аббас-Нетаньяху» без предварительных условий никуда не приведет. В свою очередь такими условиями будут: замораживание строительства израильских поселений, освобождение палестинских заключенных и крайний срок для прекращения оккупации арабских территорий.

Мирные усилия международного сообщества зашли в тупик еще два года тому назад, когда инициатива под руководством США рухнула в апреле 2014 года. Последнее значительная встреча между Аббасом и Нетаньяху, как полагают, была проведена в 2010 году. Хотя с тех пор встречаются неподтвержденные сообщения о тайных встречах двух лидеров.

Возможный конфликт между Ливаном и Израилем

Как оказалось палестино-израильские отношения не единственный источник напряженности на арабо-израильском треке, вновь давший о себе знать. 31 августа Совет Безопасности ООН предупредил, что нарушения соглашения о прекращении военных действий между Ливаном и Израилем 2006 года может привести к новому конфликту, «что ни одна из сторон и регион в целом не может себе позволить.»

Предупреждение о возможной опасности последовало после обнародования резолюции СБ ООН, принятой единогласно, о продлении мандата миротворческих сил ООН на юге Ливана, который следит за соблюдением режима прекращения огня, до 31 августа 2017 г. Миссия сохранила потолок численности военнослужащих в 15000 человек, при поддержке международных и местных гражданских сотрудников.

Совет Безопасности выразил обеспокоенность «в связи с ограниченным прогрессом, достигнутым в направлении создания постоянного режима прекращения огня.» Он призвал воздерживаться от любых действий или риторики, которые могли бы поставить под угрозу режим прекращение военных действий или дестабилизировать обстановку в регионе.

Резолюция Совета Безопасности №1701 от 11 августа 2006 года о прекращении боевых действий завершила 34-дневную войну между Израилем и ливанскими боевиками «Хезболлы» на юге Ливана летом 2006 года. Боевые действия унесли жизни около 1200 ливанцев и 160 израильтян, а война закончилась ничем.

В резолюции, принятой 31 августа 2016 года международное сообщество осудило «самым решительным образом» все попытки поставить под угрозу безопасность и стабильность Ливана. Справедливо подчеркивается, что риск нарушения соглашения о прекращении военных действий может привести к новому конфликту, что ни одна из сторон и уж тем более регион не могут себе позволить. Но при этом Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун, положительно оценивая усилия Ливана и Израиля, подчеркнул, «что спокойствие не должно быть ошибочно принято за прогресс» по реализации резолюции 2006 года и других.

Резолюция №1701, помимо всего прочего, является призывом ко всем ополченцам, в том числе боевикам «Хезболлы», сдать оружие — требование, которое оказалось проигнорированным в течение 10 лет.

Несомненно, конфликтогенность региона, насильственная и нестабильная региональная ситуация подчеркивает важность ощутимого прогресса, которого добились стороны, направлении достижения постоянного прекращения огня, как это предусмотрено в резолюции.

 

***

С приходом каждого нового месяца уровень напряженности в регионе Ближнего Востока не спадает. При этом нельзя сказать, что имеет место полное отсутствие прогресса на пути мирного урегулирования конфликтов. Ситуация становится сложнее, в конфликты становятся вовлечены новые акторы. Обратимся, например, к сирийскому кризису. Кажется, что только усилия мирового сообщества по прекращению войны в Сирии (в частности переговоры между Россией и США) вышли на новый уровень и приносят положительные результаты, как в войну открыто вступает еще один ключевой региональный игрок – Турция. И он так же, как и уже известные акторы, преследует собственные интересы, возможно, идущие в разрез с целями остальных участников конфликта, что вовсе может привести к изменению геополитической ситуации. Следовательно, кризис только усугубляется.

То же относится к арабо-израильскому треку. Если ливано-израильские противоречия явно стоят на пути (хоть и очень долгом) урегулирования при наличии контингента ООН на ливанской территории, то палестино-израильские противоречия даже при посредничестве России и Франции, кажется, еще далеки от разрешения. А на время завершения лета 2016 года – даже переговоры по организации встречи двух лидеров далеки от прогресса.

В.Аватков, Е.Кислова

Турция: лето 2016 г. (дайджест)

Турция: лето 2016 г. (дайджест) 

Лето 2016 года стало для Турции переломным этапом: и во внутренней, и во внешней политике страна сумела решить те проблемы, которые на протяжении долгого времени тормозили ее развитие и расширение ее влияния. Во внутренней политике таким событием стала попытка военного переворота, которая не только не пошатнула действующую власть, но и сумела мобилизовать вокруг президента страны Реджепа Тайипа Эрдогана и нового премьер-министра Бинали Йылдырыма турецкий народ. Во внешней политике были совершены два прорыва – на российском и израильском направлениях, которые крайне важны для Турции с точки зрения влияния в регионе. Более того, в конце августа Турция начала свою сухопутную военную операцию на территории Сирии – «Щит Евфрата». В таких новых условиях Турция снова может выйти на путь развития как внутри страны, так и за ее пределами.

 

Внутриполитическая ситуация

Во внутриполитической жизни Турции на протяжении лета 2016 года основными вопросами оставались вопросы безопасности. Первым ярким подтверждением этого стал теракт 28 июня в крупнейшем в Стамбуле аэропорту имени Ататюрка. Террористы-смертники привели в действие 3 взрывных устройства. Ответственность за теракт взяла запрещенная в России организация «Исламское государство».

Теракт не только подтвердил, что в Турции по-прежнему сохраняется ситуация многосторонней террористической угрозы (и со стороны Исламского государства, и со стороны Рабочей Партии Курдистана), но и еще раз показал, что турецкие правоохранительные органы и спецслужбы не могут полностью обеспечить безопасность внутри страны.

Нельзя не отметить предполагаемое гражданство ответственных за теракт в аэропорту. Все они были гражданами стран СНГ: Узбекистана, Киргизии и России.

Вторым ударом по внутриполитической стабильности стала попытка военного переворота 15 июня, закончившаяся поражением восставших и сохранением действующей власти. Однако вину за переворот президент Турции Эрдоган возложил не сколько на военных, сколько на руководителя организации «Хизмет» Фетхуллаха Гюлена.

Можно выделить следующие причины неудачи переворота в Турции: 1) малочисленность тех, кто его планировал и пытался его осуществить, 2) осуществить этот военный переворот пыталось явно среднее, а не высшее офицерское звено, 3) слабое  планирование: не было арестовано руководство страны, как это делалось на протяжении истории всех переворотов в Турции.

Ответом правящей партии на переворот стало введение военного положения сроком на 3 месяца, в рамках которого начался процесс общенациональной борьбы с врагами ПСР, а именно членами организации FETÖ – «террористической организации Фетхуллаха Гюлена».

Первым признаком чисток во всех областях общественной жизни стали масштабные увольнения по всей стране. Минобразования Турции отозвало лицензии у 21 тысячи частных преподавателей, уволило 15 тысяч сотрудников государственных образовательных учреждений и потребовало отставки 1500 университетских деканов. Кроме того, задержаны или уволены 9000 полицейских, 3000 судей и 6000 военных. Все они подозреваются в сотрудничестве с запрещенной в  Турции организацией Фетхуллаха Гюлена и участии в попытке осуществления государственного переворота.

Позже стало известно, что Совет по высшему образованию Турции запретил выезд за границу всем преподавателям и профессорскому составу вузов. Также турецкий премьер Бинали Йылдырым своим указом отменил заграничные отпуска у трех миллионов чиновников. Тем госслужащим, которые уже выехали из страны, предписано как можно быстрее вернуться.

Президент Турции неоднократно во время своих выступлений обещал своим гражданам подписать закон о введении в стране смертной казни в случае, если данный законопроект получит одобрение в парламенте страны (однако очевидно, что такие заявления были рассчитаны, скорее, на мобилизацию электората, чем на реальное изменение законодательства. Уголовный кодекс Турции обратной силы не имеет, поэтому под действие поправок к нему все равно бы не попали участники переворота. Если же они были бы казнены в обход действующего законодательства, это бы крайне негативно сказалось на и так непростых отношениях между Турцией  с одной стороны и США с ЕС с другой).

Параллельно началась активная пропаганда в средствах массовой информации и медиа пространстве. Начало каждого информационного выпуска в июле и августе сопровождалось документальной хроникой переворота (кадрами расстрела демонстрантов, атаки вертолетов на парламент страны) и слоганами о том, что в Турции победила демократия и что народ сумел сохранить свою страну.

В условиях такой сильной информационной подготовки населения и улучшения отношений с Россией правительство пошло на более смелые шаги в области обеспечения внутренней безопасности: в конце августа Турция начала наземную военную операцию на территории Сирии. Официальная цель операции – борьба с запрещенной на территории России организацией «Исламское государство». Однако параллельно Турция осуществляет и цели, которые напрямую связаны с ее внутренней безопасностью. Например, Турция стремится предотвратить усиление отдельных группировок на севере Сирии. Внешнеполитической стороной операцией является желание Турции показать свою значимость в общемировом процессе борьбы с терроризмом и в региональных событиях, доказать, что Турция способна оказывать влияние на страны, которые находятся в одном с ней регионе.

 

Правовая система Турции

В условиях политического кризиса, который продолжается в Турции и который только усилился после попытки переворота 15 июля 2016 года, законотворческая деятельность в стране отошла на второй план. Этим объясняется довольно скудное количество новых законодательных актов, которые регулируют жизнь внутри государства.

Тем не менее, среди них есть те, которые заслуживают особого внимания и которые являются ярким отражение той политики, которую проводит действующая власть.

К таким законам необходимо отнести вступившую в силу 8 июня 2016 года поправку в конституцию, которая ввела в основной закон страны переходную статью номер 20, в соответствии с которой было признано недействительным 1 предложение второго параграфа статьи 83 Конституции Турции, которое запрещало какое бы то ни было преследование депутатов Великого Национального Собрания Турции до или после выборов без соответствующей санкции со стороны самого парламента. В соответствии с новыми положениями конституции страны правом задерживать, допрашивать и привлекать к ответственности депутатов наделены министерство юстиции, аппарат премьер-министра, аппарат Великого Национального Собрания Турции и смешанные комиссии, состоящие из членов конституционной комиссии и комиссии справедливости парламента.

Таким образом, в стране завершилась, длившаяся больше полугода борьба внутри парламента о внесении поправок в конституцию, регламентирующих процесс лишения иммунитета и привлечения к судебной ответственности части депутатов, открыто выступавших против государственной политики. Напомним, что своеобразным катализатором этого процесса стал депутат от Народно-республиканской партии Эрен Эрдем, который в декабре 2015 года выступил на российском телеканале Russia Today и заявил, что Исламское Государство (запрещенная в России террористическая организация) получает отравляющий газ зарин из Турции с одобрения действующей власти.

13 августа вступил в силу еще один закон, требующий пристального внимания, а именно Закон «Об международной рабочей силе» (Uluslararası işgücü Kanunu).

Статья 1 закона гласит, что его основной целью является определение и реализация государственной политики в отношении иностранной рабочей силы, а также контроль за ее реализацией. Данный закон также определяет процедуру получения разрешения на работу для иностранцев, те виды работ, для которых не требуется получения разрешения на работу, а также права и обязанности, работающих на территории Турции иностранцев.

Статья 16 определяет, что под действие закона не попадают такие группы граждан, как:

  1. Те, кто могут внести вклад в развитие образования, науки и технологий в стране
  2. Те, кто готов инвестировать в турецкую экономику
  3. Те, кто имеют в соответствии с определением министерства внутренних дел и министерства иностранных дел «тюркское происхождение»
  4. Те, кто являются гражданами Турецкой Республики Северного Кипра
  5. Те, кто являются гражданами страны-члена Европейского Союза
  6. Те, кто являются работниками иностранных дипломатических представительств
  7. Те, кто замужем за гражданином Турции / женаты на гражданке Турции
  8. Лица, которым официально предоставлен статус беженца

Данный закон стал первым законодательным актом, создавшим правовую базу для оформления трудовой деятельности нелегальных беженцев на территории Турции. Этим шагом правительство Турции начинает постепенную интеграцию беженцев в турецкое общество, отказываясь от идеи возвращения их на родину. Такое решение будет иметь далеко идущие политические, экономические и социальные последствия для Турции.

Продолжается активная интеграция Турции в мировую экономическую систему и систему безопасности. Прямым показателем этого является ряд двусторонних и международных международных договоров, соглашений и меморандумов, которые Турция подписала или ратифицировала летом 2016 года.

Если говорить об экономических и социальных вопросах, то Турция продолжает выстраивать правовую основу сотрудничества как со своими традиционными партнерами, так и с новыми государствами. Приведем краткий список подписанных соглашений:

  • 10 августа было ратифицировано соглашение о сотрудничестве в энергетической области с Грузией
  • 25 августа вступило в силу соглашение между Китаем и Турцией о сотрудничестве в области использования ядерной энергии в мирных целях, подписанное 9 апреля 2012 года (что стало результатом меморандума о сотрудничестве в этой области, который был подписан сторонами еще в июне 2016 года)
  • 7 августа вступило в силу соглашение с Бангладеш о сотрудничестве и взаимопомощи по вопросам таможни
  • 6 августа было ратифицировано соглашение с Гвинеей о сотрудничестве в области здравоохранения
  • 28 июня вступило в силу соглашение о создании зоны свободной торговли с Молдавией

Что касается вопросов безопасности, то они были реализованы в целом ряде соглашений между Турцией и Черногорией. Стимулом к правовому обеспечению отношений между государствами стало вступление последней в НАТО в мае 2016 года. Между двумя странами были подписаны рамочные соглашения в области образования, поощрения инвестиций, безопасности, сотрудничества в военной, научной и технологической сфере, а также договор о реадмиссии.

 

Внешняя политика

Летом 2016 года внутриполитические события оказали большое влияние на внешнеполитический курс Турции. В результате турецкое руководство при разработке своего внешнеполитического курса частично отошло от своей традиционной схемы и применило новые подходы, которые открыли для нее те направления политики, которые, казалось бы, уже были потеряны. Тем не менее, анализ турецкой внешней политики по-прежнему будет вестись по стандартной системе, включающей 4 базовых вектора: западный, ближневосточный, российский и дальнезарубежный.

Прорывы в июне состоялись на двух из этих направлений: ближневосточном и российском и заключаются они в начале процесса нормализации отношений с двумя важными региональными партнерами Турции – Россией и Израилем.

Напомним, что напряженность в отношениях Турции с Израилем сохранялась с 2010 года, когда у берегов Израиля произошло столкновение между силами израильских ВМС и членов экипажа корабля «Мави Мармара», который состоял из граждан Турции. Поводом для столкновения послужила попытка турецкого судна проникнуть на заблокированную Израилем морскую территорию вблизи сектора Газы, чтобы доставить палестинцам гуманитарную помощь. В результате были убиты 9 пассажиров Мави Мармара.

Турецкая сторона после данного инцидента приняла решение заморозить отношение с Израилем и выдвинула три условия для нормализации отношений:

  • принести извинения за свои действия
  • выплатить компенсацию семьям погибшим
  • снять блокаду сектора Газы

На протяжении 6 лет данные требования не давали отношениям двух стран существенно развиваться, но 27 июня между двумя странами было подписано соглашение. С турецкой стороны свою подпись поставил заместитель министра иностранных дел Феридун Синирлиоглу, с израильской – директор МИД Дори Голд.

В соответствии с договоренностями, Израиль согласился частично выполнить условия Турции: в частности, семьям погибших будут выплачены 20 млн долларов компенсации. Также будет смягчен режим блокады Газы, что позволит Турции уже в ближайшее время отправить новые судна с гуманитарным грузом.

Также 27 июня состоялся прорыв на российском фронте. В письме, текст которого не был полностью обнародован и был направлен турецким президентом Владимиру Путину, Реджеп Тайип Эрдоган принес извинения за смерть российского пилота Олега Пешкова (но не за сбитый самолет, поскольку турецкая сторона продолжает настаивать на том, что не знала, что самолет является российским и что она просто предприняла меры по защите своей территории). Для Москвы было принципиально важно получить извинения в любой форме.

Данное письмо запустило процесс восстановления российско-турецких отношений. Первым шагом на этом пути стало снятие 30 июня запрета на чартерные рейсы в Турцию. Тем не менее, данный процесс отметился определенными курьезами. Во-первых, снят запрет был всего через 3 дня после страшного теракта в аэропорту Стамбула. Во-вторых, уже 16 июля российский президент распорядился начать эвакуацию россиян из Турции в связи с попыткой государственного переворота. В результате окончательно запрет был снят только 29 августа, а первые чартеры вылетели в Турцию только 2 сентября.

Процесс восстановления отношений продолжился 9 августа, когда в Санкт-Петербург в сопровождении многих министров прибыл президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Целью переговоров стало восстановление дружественных и доверительных отношений между двумя странами.

Официальные итоги встречи общественности представлены  не были. Более того, не были подписаны никакие документы, не было сделано совместных заявлений. Единственное, что стороны подтвердили, – это  малореалистичная цель достичь товарооборота в 100 миллиардов долларов в ближайшем будущем.

Однако нельзя отрицать, что данная встреча сыграла важную роль для Турции. В условиях абсолютной нестабильности внутри страны и непредсказуемой и мало результативной политики за ее пределами Эрдогану требовалось найти точку опоры для своих дальнейших действий. И он снова нашел ее в России.

 

Турция и США

Попытка государственного переворота оказала негативный эффект на турецко-американские отношения. Основная причина этого заключается в том, что основным организатором переворота, по мнению турецких властей, является турецкий проповедник и создатель международной организации «Хизмет» Фетхуллах Гюлен, уже 17 лет проживающий на территории США.

Турецкие власти уже давно требуют экстрадировать Гюлена обратно в Турцию. В частности, в декабре 2015 трое граждан Турции подали совместный иск против Гюлена в суд штата Пенсильвания. Основанием для иска стал ущерб, который они понесли от деятельности организации «Хизмет».

Тем не менее, американские власти отказываются идти на встречу турецкому руководству по вопросу экстрадиции и требуют сначала предоставить реальные доказательства участия Гюлена в перевороте, что вызывает негодование турецкой стороны.

После же того, как стало известно, что подготовка переворота происходила на натовской базе Инджирлик, находящейся на территории Турции, 31 июля турецкие военные блокировали базу, тем самым показав свое недоверие США.

Для оздоровления американо-турецких отношений с визитом в Турцию 24 августа прибыл вице-президент США Джо Байден. На совместной с президентом Турции пресс-конференции Байден, в первую очередь, отметил, что США осуждают произошедшую попытку переворота и по-прежнему остаются главным союзником Турции. Тем не менее, он признал, что вопрос экстрадиции в США не может быть решен президентом как представителем исполнительной власти, а только федеральным судом, а это требует много времени. Он также напомнил, что первоначально президент Буш отказал Гюлену в предоставлении политического убежища. Однако потом суд США отменил это решение. При этом, как сообщают СМИ, целью переговоров Байдена и Эрдогана уже за закрытыми дверями стал конфликт в Сирии, а не неудавшийся переворот.

Таким образом, США продолжают вести двойную игру на турецком правлении, путем сдержек и противовесов пытаясь достичь наиболее выгодных для себя результатов. В Турции же как в политическом истеблишменте, так и в обществе по крайней мере в ближайшее время сохранится недоверие к своим коллегам по НАТО из-за океана.

 

Направления дальнего зарубежья

Летом 2016 года Турция продолжила расширение горизонтов своей внешней политики через налаживание контактов и поддержание отношений с нетрадиционными для нее партнерами из разных частей мира.

С 31 мая по 3 июня Чавушоглу вместе с президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом совершили турне по странам Восточной Африки – Кении, Уганде и Сомали. Визиты лидеров турецкого политического эстеблишмента в Африку стали довольно регулярными: в частности, в начале марта президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган совершил визиты в Гвинею, Нигерию и Гану. До этого в феврале он побывал в Кот-д’Ивуаре. Президента сопровождали высокопоставленные лица из числа министров и делегация крупных бизнесменов. В результате переговоров между странами были учреждены экономические советы. Турция связывает с африканским континентом большие надежды, в первую очередь, в области экономики. Экспорториентированной экономике Турции требуются новые рынки сбыта продукции, если она хочет поддерживать высокие темпы экономического роста, и страны Африки должны сыграть эту роль в представлении лидеров Турции.

С 12 по 14 июня Чавушоглу был в Мьянме, где помимо переговоров с лидерами государства провел встречу с представителями местных мусульманских общин. Это подтверждает еще одну интересную деталь турецкой дипломатии: желание опереться на мусульманские общины в странах, где мусульмане являются конфессиональным меньшинством. В частности, в Мьянме религиозным большинством являются буддисты (88%), мусульман – всего 4%. Тем не менее, это не мешает Турции позиционировать их как инструмент своего влияния в Мьянме.

По результатам визита Чавушоглу на Шри-Ланку (14-15 июня) между двумя странами был подписан меморандум о сотрудничестве, который, в частности, включает в себя сотрудничество в области подготовки дипломатических кадров и обмена знаниями. Обучение будущих дипломатов из другой страны – внешнеполитическая стратегия, требующая редких и сложных внешнеполитических ресурсов: высокого регионального и международного авторитета, собственной дипломатической школы. До недавнего времени такую политику могли себе позволить только крупнейшие мировые державы США, Россия (СССР), Англия, Франция, Китай. Теперь Турция пытается следовать такому же курсу.

Внуриполитические события в Турции, произошедшие 15 июля 2016 года, не могли не оказать влияние на внешнеполитическую активность государства. Турция продолжила вести традиционную многостороннюю и многоуровневую внешнюю политику, однако любой контакт на международной арене турецких лидеров со своими зарубежными коллегами стал тем или иным способом связан с попыткой переворота.

Не мог переворот не оказать влияние хотя бы по той причине, что сразу после событий 15 июля, как сообщает сайт министерства иностранных дел Турции, Мевлют Чавушоглу провел более 60 телефонных переговоров со своими коллегами со всего мира. Стало понятно, что попытка переворота станет не только неотъемлемой частью внутриполитического, но и внешнеполитического курса.

С 1-го по 2-е августа состоялся рабочий визит министра иностранных дел Турции Малюта Чавушоглу в Пакистан. В рамках визита он был принят президентом и премьер-министром Пакистана, а также провел переговоры с советником премьер-министра Пакистана по вопросам национальной безопасности и внешней политики Сартаджем Азизом. Неудивительно, что основными темами переговоров стали попытка переворота в Турции и борьба с влиянием Гюлена на территории Пакистана.

С 11-го по 12-е августа в Турции с визитом находился министр иностранных дел Палестины Рияд Мальки. Стороны обсудили как вопросы помощи Палестине, так и последствия попытка переворота в Турции.

12 августа в Турцию прибыл министр иностранных дел Ирана Джеват Зариф. Темой переборов стали проблемы двустороннего сотрудничества, а также вопросы региональной и международной повестки дня.

С 18-го по 20-е августа министр иностранных дел Чавушоглу находился с визитом в Индии. Круг обсуждаемых вопросов прежний: двусторонне сотрудничество и попытка переворота. Помимо этого, Чавушоглу встретился с представителями неправительственных организаций и бизнесменами.

Хотя контакты  турецкого руководства с высокопоставленными лицами из стран Азии и Африки часто остаются за пределами сообщений СМИ, они являются важной частью выстраивания многосторонней и многоуровневой внешней политики Турции в современном мире. Пытаясь найти точки воздействия на каждую из стран, Турция использует весь свой внешнеполитической арсенал: от экономического сотрудничества до участия в программах образовательного обмена и помощи религиозным меньшинствам.

 

Европейское направление

Продолжается развитие интересного тройственного внешнеполитического альянса в лице Турции, Польши и Румынии. 25 августа в Анкаре состоялись очередные консультации на уровне министров иностранных дел, в рамках которых были подняты такие вопросы, как попытка переворота 15 июля 2016 года, угрозы, исходящие от организации Фетхуллаха Гюлена, региональные события, итоги саммита НАТО в Варшаве, отношения между Турцией и ЕС.

Необходимо отметить, что это не первая встреча в таком формате. Стороны уже проводили трехсторонние консультации в Варшаве 9 июня в преддверии саммита НАТО. Последние события, однако, показывают, что они готовы продолжать свое взаимодействие и дальше.

 

Итоги  

Летом 2016 года произошел ряд событий, которые будут оказывать особое значение на развитие турецкой внутренней и внешней политики, по крайней мере, до конца года. Из этих событий можно выделить два основных: попытка военного переворота 15 июля и восстановление позитивных отношений с Россией.

Переворот сумел сплотить турецкое общество, которое пребывало на протяжении последних нескольких лет в расколотом состоянии. Однако вопросом остается, насколько долго эта сплоченность сможет продержаться, так как проблемы последние два годы раздирающие страну, по-прежнему остаются нерешенными.

В российско-турецких отношениях сохраняется схожая неопределенность. Стороны зависимы экономически, но развитие двустороннего взаимодействия будет зависеть от того, смогут ли они договориться по вопросам безопасности и геополитики, в первую очередь – по Сирии.

Отличительной чертой турецкой внешней политики остается ее умение одновременно действовать на большом количестве направлений. В то время как внимание общественности заострено на традиционных вопросах – Сирии и России, Турция выстраивает отношения со странами Африки, Азии и Латинской Америки, таким образом увеличивая свое влияние и улучшая свою репутацию по всему миру.

 В.Аватков, М.Кочкин

Китайские аналитики о взрыве в Стамбуле

19 марта в центре Стамбула прогремел взрыв. Он унес жизни 4 человек, 37 получили ранения различной тяжести. Большинство пострадавших было иностранцами, что придало этому инциденту дополнительный резонанс.

Этот террористический акт, к сожалению, стал далеко не первым на территории Турции. За последнее время внутри страны произошло несколько масштабных нападений, унесших множество жизней. Уже очевидно, что этот террор стал системным, и он является отражением более глубоких проблем и противоречий внутри Турции.

Сложившаяся ситуация требует глубокого анализа, ведь такое явление как терроризм не может рассматриваться оторвано, вне глобального контекста. В связи с этим важно обратить внимание на аналитику Китая, так как эта страна становится важнейшим мировым игроком и сама имеет опыт борьбы с терроризмом на своей территории.

В статье с названием “Турция назвала курдов причастными к взрыву: повод для вторжения” (土耳其称库尔德人是爆炸案真凶 分析:为越境打击找借口), автор рассуждал о причинах взрыва и тех, кому этот взрыв был бы выгоден. В противовес мнению турецкого премьер-министра Ахмета Давутоглу, который обвинил сирийских курдов в произошедшем нападении, автор привел слова китайского эксперта по Ближнему Востоку Ли Шаосяня (李绍先). Эксперт не отрицал возможного причастия курдов к этому событию, однако подчеркнул, что у них (сирийских курдов) не было никаких причин, чтобы совершать такой масштабный теракт.

Турецкие полицейские, как пишется в статье, уже произвели несколько арестов, и все задержанные подозреваются в контактах с Рабочей Партией Курдистана (РПК). В связи с этим автор указал, что президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган уже много раз требовал признать на международной арене РПК террористической организацией.

Сам факт этих обвинений может быть использован как повод для проведения военной операции против членов РПК на сирийской территории. По словам Ли Шаосяня, такой сценарий развития событий совсем не исключен. “Практика возложения вины на курдов” может стать предлогом для вторжения турецких военных сил в Сирию.

Эксперт также назвал одну из главных причин внутренней нестабильности в Турции. По его мнению, это совокупность ошибок внешней политики страны начиная с 2011 года. Продолжение подобной дипломатической линии и уже имеющиеся от нее последствия могут обернуться для Турции еще более серьезными последствиями, – заключал эксперт.

В статье “Почему в Турции так часто происходят удары?” (分析:土耳其为何频发严重恐袭), автор задавался вопросом: почему, несмотря на всю нестабильность на Ближнем Востоке, именно Турция больше всего страдает от терроризма. Подробно анализируя сложившеюся ситуацию в Турции, автор пришел к выводу, что теракты являются лишь “верхушкой айсберга” тех проблем, которые накопились в Турции за последнее время.

Автор статьи указывает, что в стране до сих пор не прерван отлаженный нелегальный поток боевиков в Сирию. Кроме этого, до конца не удалось остановить незаконную продажу нефти из Сирии. Кроме этого, в Турции началось открытое вооруженное противостояние с курдами. Эти причины и создают условия для насилия в Турции.

***

Китайские аналитики и эксперты в своих публикациях указывают, что взрывы и террористические нападения в Турции представляют собой события куда более сложного характера, чем их обычно представляют. Они являются реакцией на большое количество нерешенных проблем внутри страны, а также на ошибки внешнеполитического курса Турции. До того момента, пока хотя бы часть из этих проблем не будет решена, ситуация не стабилизируется, а турецкому населению придется ждать новых атак.

Однако Анкара предпочитает не решать свои проблемы, а искать виноватых, статус которых прочно закрепился за курдами. Их обвиняют уже практически во всех терактах и нападениях внутри страны.

В практику последнего времени у турецких политиков стало объявления виновных практически сразу(!) после совершенного нападения. Это может говорить о том, что власти знали о готовящихся ударах, но ничего не сделали, чтобы предотвратить их.

Кроме этого, можно поставить под сомнения проведение подобных нападений сирийскими курдами, из-за их чрезвычайной сложности, а также из-за отсутствия резких причин для подобных атак.

Сами же атаки с каждым разом становятся все резонанснее, в том числе из-за гибели иностранцев. Значительная реакция мирового сообщества на теракты и на борьбу с их исполнителями дает президенту Эрдогану серьезные “козыри” в проведении своей внешнеполитической линии.

В итоге получается, что более всего от этих нападений в выигрыше остаются власти страны, а в проигрыше –  народ Турции.

П.Прилепский