Турция: июнь 2017 г. (дайджест)

 

Июнь 2017 года можно охарактеризовать замедлением как внутри-, так и внешнеполитических процессов в Турции. На внешнеполитическом фронте самой обсуждаемой и значимой стала ситуация вокруг Катара. В свою очередь во внутренней политике можно отметить задержание ряда высокопоставленных чиновников по подозрению в связях с Гюленом, а также лишение гражданства 130 человек по той же причине.

Турция и Россия

2 июня правительство Российской Федерации издало постановление, отменяющее ряд санкций в отношении Турции, наложенных после инцидента с российским Су-24 в ноябре 2015 года. Среди утративших силу ограничительных мер числится запрет на деятельность турецких фирм в сфере строительства зданий, инженерных сооружений, туристических услуг, обработку древесины и так далее. Кроме того, был снят запрет на импорт некоторых наименований турецкой сельхозпродукции, это: груши, яблоки, виноград, клубника, замороженное мясо кур и другие. Томаты, являющиеся ключевой позицией турецкого сельскохозяйственного экспорта, по-прежнему находятся под запретом.

По сообщениям СМИ, в начале июня делегация «Рособоронэкспорта» посещала Турцию. В ходе поездки были обсуждены технические детали, касающиеся поставок российских ЗРК С-400 «Триумф» в Турцию. Подписание контракта пока ожидается. Интересно, что многие выражали скепсис по поводу такого рода сотрудничества между двумя странами. Впервые вопрос закупок обсуждался на встрече Путина и Эрдогана в Москве 10 марта 2017 года. Тем не менее, высказывались предположения о том, что инициатива турецкой стороны связана, прежде всего, с желанием продемонстрировать Вашингтону независимость, а также о том, что Турция не сможет без каких-либо последствий закупать российские системы ПВО, будучи страной-членом НАТО. Сейчас можно видеть, что турецкое руководство, по всей видимости, настроено серьёзно.

Внутриполитическая обстановка

В Турции всё ещё сохраняется режим чрезвычайного положения (он был введён ещё летом 2016 года после попытки государственного переворота). На этом фоне турецкое руководство продолжает укреплять свою власть, что выражается в увольнениях и других мерах в отношении служащих, имеющих связь с проповедником Фетхуллахом Гюленом, который, по заявлениям официальной Анкары, является организатором июльского переворота.

Так, 17 июня по подозрению в причастности к перевороту был задержан главный советник премьер-министра страны Йылдырыма. Ранее по той же причине был задержан глава местного представительства международной правозащитной организации Amnesty International.

Кроме того, в МВД Турции сообщили, что руководство страны запустило процесс лишения гражданства 130 человек, среди которых исламский проповедник Фетхуллах Гюлен. Большинство из них подозреваются в причастности к попытке июльского переворота, однако гражданства также будут лишены некоторые депутаты прокурдской Демократической партии народов.

Интересно, что в отличие от, например, России, где конституция не предусматривает лишения гражданства ни при каких обстоятельствах, в статье 66 Конституции Турции говорится о возможности лишения человека гражданства в случае, если он совершает действия, несовместимые с верностью Родине. Таким образом, действующей власти удаётся максимально ослабить какую бы то ни было оппозицию в стране.

Помимо всего прочего, в Турции, непосредственно соседствующей с погрязшей в конфликте Сирией, продолжается борьба с терроризмом. Так, по заявлению премьер-министра страны, за последние девять месяцев турецким спецслужбам удалось предотвратить 360 терактов и задержать 1068 террористов.

Ситуация вокруг Катара

5 июня противоречия по поводу влияния на Ближнем Востоке вылились в разрыв дипломатических отношений с Катаром ряда арабских государств, среди которых: Саудовская Аравия, Египет, Бахрейн, ОАЭ, Йемен и Ливия (к ним также присоединились Мальдивы). Позже Катару были направлены требования, выполнение которых необходимо для снятие блокады. Среди них числится требование закрыть Турецкую военную базу на территории страны.

Изначально Турция заняла примирительную позицию: министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу, комментируя блокаду, отметил, что турецкое руководство огорчено ситуацией, а также призвал при любых обстоятельствах сохранять диалог между государствами. Однако позже президент Турции раскритиковал изоляцию Катара, назвав такие действия «бесчеловечными и противоречащими исламским ценностям».

Анкара продолжила осуществлять и даже укреплять военное сотрудничество с Дохой: 9 июня Эрдоган одобрил закон об отправке военных в Катар. Между двумя странами было также заключено соглашение о сотрудничестве в обучении военных, Турция, в свою очередь, обязалась обеспечить поставки продовольствия и воды в регион. Уже 19 июня начались совместные военные учения двух стран.

Очевидно, что деятельность Анкары может негативно сказаться на ситуации. Тем не менее, действия турецкой стороны демонстрируют, что она пытается сформировать свой собственный круг союзников, и подтверждают её имперские амбиции. Сотрудничество с Катаром позволит ей не только укрепить собственное влияние за счёт могущественного партнёра, но и создать новый центр силы в регионе.

Отношения с Западом

Отношения с западными государствами по-прежнему сохраняют довольно холодный характер.

16 июня стало известно, что полиция США выдала ордер на арест охранников Эрдогана после их участия в массовой драке с курдскими демонстрантами в ходе визита турецкого президента в Вашингтон. Руководство Турции негативно охарактеризовало решение, отметив, что будет бороться с ним «политическими и правовыми методами».

Германия в этой связи запретила охранникам Эрдогана посещать саммит G-20 в Гамбурге, который пройдёт с 7 по 8 июля 2017 года. Кроме того, немецкие власти также запретили президенту Турции провести встречу со своими сторонниками в ходе визита в ФРГ по случаю участия в саммите, обосновывая это невозможностью обеспечить безопасность политика. Негативные тенденции в двусторонних отношениях также можно было наблюдать и в вопросе военной базы Инджирлик. В конце июня депутаты немецкого бундестага проголосовали за решение о передислокации немецких военных с турецкой базы Инджирлик в Иорданию. Ранее, между Берлин и Анкарой возник конфликт по поводу отказа немецким парламентариям в посещении контингента военнослужащих Германии, находящихся на службе в Турции.

28 июня в Швейцарии стартовал новый раунд переговоров по кипрскому урегулированию, в которых принимает участие Турция. Министр иностранных дел Турции, оценивая ход переговоров, заявил, что они являются последними, объясняя это тем, что, если не будет достигнуто никакого соглашения, то смысла в дальнейшем разрешении вопроса нет. Тем не менее, в СМИ появилась информация о том, что ООН намерена вывести свой миротворческий контингент с острова, который находится там с 1963 года, что даёт надежды на положительный исход встречи.

***

Характер политики действующего турецкого руководства продолжает сохранять характер, направленный на укрепление как внутреннего, так и внешнего лидерства. Увольнения и задержания постепенно становятся нормой политической жизни страны. Турецкое руководство постепенно избавляются от всех, кто представляет хоть малейшую угрозу его власти.

Провозглашенный когда-то прежним премьер-министром Турции Ахметом Давутоглу курс на поворот в сторону Востока проявляет себя во всей красе: Анкара постепенно налаживает и расширяет сотрудничество с Москвой, укрепляет партнёрство с Катаром, формируя новый центр силы в регионе, и в то же время сохраняет довольно напряжённые отношения с Западом, при этом не отказываясь от него.

Что касается кипрского урегулирования, то его положительный исход – в случае его достижения – благоприятно скажется не только на международном имидже Турции, но и избавит её от одного из камней преткновения в отношениях с Евросоюзом.

В.Аватков, А.Финохин

Арабские страны: июнь 2017 г. (дайджест)

Июнь для арабских стран на Ближнем Востоке прошел под знаменем сразу нескольких ключевых (по масштабу, резонансу и глубине последствий) событий, среди которых – развернувшийся кризис вокруг Катара с прямым или косвенным участием всех осевых игроков в регионе; передача Египтом островов Тиран и Санафир под юрисдикцию Саудовской Аравии; назначение Мухаммеда бин Сальмана наследником престола в КСА; агрессия США против сирийского бомбардировщика на территории САР. Более активное вмешательство институтов ООН в Йеменский конфликт и принятие новой конституции Ливана на этом фоне оказались менее заметны, но значение этих кейсов для регионального политического процесса не стоит приуменьшать.

 

Катарский кризис

 

В начале месяца (5 и 6 июня) Саудовская Аравия, Бахрейн, ОАЭ, Египет, Йемен, Ливия, Мальдивы, Маврикий, Мавритания и Коморские Острова разорвали дипломатические отношения с Катаром, сопроводив это решение фактической сухопутной, авиа- и морской блокадой со своей стороны. Государства обвинили Катар в дестабилизации региона, утверждая, что страна медийно и финансово поддерживает сразу несколько террористических формирований. После чего Саудовская Аравия, ОАЭ и Египет предпринимали дополнительные индивидуальные меры воздействия на катарское руководство.

Банки ОАЭ прекратили свое участие в торгах в Катаре, что резко замедлило оборот финансовой системы эмирата. Власти Объединённых Арабских Эмиратов запретили своим гражданам выражать поддержку или симпатии Катару. Публичное выражение сочувствия и симпатий Катару в соцсетях приравнивается к «киберпреступлению» и покушению на «национальное единство и стабильность» и грозит нарушителям тюремным сроком от 3 до 15 лет, штрафом в размере 500 тыс. эмиратских динаров ($ 136 тыс.).

Власти Египта обратились с требованием к «Интерполу» обеспечить экстрадицию из других стран около 400 «террористов», включая 26 человек, которые находятся на территории Катара. Поскольку данные лица причастны к террористическим актам и их финансированию, и заочно приговорены египетским судом к различным срокам тюремного заключения.

В Саудовской Аравии был издан приказ о полном удалении из учебных программ и библиотек школ, колледжей и вузов книг президента Всемирного союза мусульманских ученых, шейха Юсуфа Кардави, проживающего на данный момент в Катаре, выступающего на данный момент в роли главного идеолога движения «Братья-мусульмане» (запрещенного в Российской Федерации).

Далее 8 июня данные арабские страны распространили список, где в качестве «террористических» указываются 59 частных лиц и 12 организаций, находящихся в Катаре или спонсируемых этой страной. Список включает 18 физических лиц, граждан Катара: бизнесменов, политиков и даже членов правящей в эмирате семьи аль-Тани.
Следующий этап эскалации произошел 22 июня, когда КСА, ОАЭ, Египет и Бахрейн предъявили Катару список претензий из 13 требований, выполнение которых в десятидневный срок позволило бы Дохе нормализовать отношения с указанными странами. В данном списке указывается предоставление информации о способах поддержки террористических группировок; выдача лиц, получивших катарское подданство, из ранее опубликованного списка «террористического списка» в страны происхождения;  закрытие телеканала Al Jazeera и ассоциированных с ним медиа-структур; снижение уровня дипотношений с Ираном; полный разрыв связей с исламистской организацией «Братья-мусульмане» и ее многочисленными ответвлениями в регионе; необходимость прекращения военного присутствия Турции на катарской территории.

На данном временном отрезке тактика «нажима» оказалась не в состоянии продемонстрировать свою эффективность. Проблема продовольственного и товарного обеспечения была решена за счет Турции и Ирана. Пустые полки и очереди в супермаркетах были краткосрочным следствием общественной паники. Обращение эмира к населению оказало благотворное воздействие на целевую аудиторию, сплотив общество вокруг своего лидера.

Продемонстрировав готовность к сотрудничеству и совместному разрешению кризису катарские власти не стали предпринимать симметричные меры по высылке иностранных граждан со своей территории и приняли у себя делегацию из Кувейта, который взял на себя роль миротворца.

Однако затем Катар также успешно показал, что не собирается примерять на себя роль жертвы, обвинив власти Объединённых Арабских Эмиратов в поддержке организаторов терактов 11 сентября 2001 года в США, отметив участие подданных ОАЭ среди угонщиков самолетов, и упоминание Абу-Даби в специальном докладе Конгресса США по терактам 9/11, где говорилось об участии представителей правящей в Эмиратах семьи в «отмывании денег» для террористов.
Охарактеризовав требования, предъявленные для восстановления дипломатических отношений, как нереалистичные и направленные на нарушение суверенитета страны, катарцы также умело использовали «анкарский актив» для упрочения своей позиции в данном диспуте.  Анкара очень четко дала понять, что не собирается отказываться от своего намерения разместить 5000 турецких военнослужащих на базе в Катаре. Так, президент Турции Р.Т. Эрдоган назвал изоляцию Катара «бесчеловечной и противоречащей исламским ценностям». В то время, как телефонный разговор с президентом Ирана Х. Роухани в день окончания священного месяца Рамадан и встреча лиц из руководства страны с шейхом Ю. Кардави выступают в качестве наглядного ответа на ультиматум «антикатарского блока».

Одновременно катарским руководством проводится политика по недопущению ассоциирования Вашингтона лишь с одной из сторон конфликта. Так, министр обороны США Дж. Мэттис и глава МИД Катара Х. аль-Атыйя подписали письмо о продаже Катару 36 истребителей F-15QA на сумму около 12 млрд долларов. Кроме того, было объявлено, что Катар и США намерены провести совместные учения ВМС двух государств.

В этой ситуации министр иностранных дел Саудовской Аравии А. аль-Джубейр, находясь в Вашингтоне, 13 июня был вынужден выступить с менее радикальных позиций, заявив о готовности королевства направить продовольственную и медицинскую помощь Катару, если это необходимо, назвав введенные против эмирата меры бойкотом, а не блокадой.

Несмотря на подчеркнуто нейтральную позицию Москвы в конфликте, американскими СМИ была сделана попытка представить ее в качестве действующего участника. Телеканал CNN со ссылкой на источники в разведке США выступил с утверждением, что именно российские хакеры получили доступ к системам государственного информационного агентства Катара и разместили там сфабрикованную новость, что частично спровоцировало скандал и последовавший разрыв дипломатических отношений между этой страной и рядом других арабских государств. На это сообщение отреагировал министр иностранных дел РФ С.В. Лавров, назвав CNN средством массовой дезинформации, которое подрывает собственную репутацию.
Тем не менее, работа по прояснению позиций сторон ведется, и 16 июня специальный представитель президента России по Ближнему Востоку и странам Африки, заместитель министра иностранных дел М.Ю. Богданов принял аккредитованных в Москве послов Объединенных Арабских Эмиратов, Арабской Республики Египет, Королевства Бахрейн и временного поверенного в делах Королевства Саудовская Аравия по их просьбе.

 

Саудовская Аравия

 

21 июня произошло довольно важное событие, способное оказать значительное влияние на ситуацию не только в крупнейшем нефтедобывающем государстве мира – Саудовской Аравии, но и на всем Ближнем Востоке. Принц Мухаммед бен Сальман был официально объявлен наследником саудовского престола и назначен первым вице-премьером, сохранив при этом за собой пост министра обороны и статус реформатора экономической модели королевства. Приход к власти молодого наследника встречен позитивно не только на уровне молодых принцев-внуков основателя государства, но и большинством населения КСА, которое составляет молодежь в возрасте до 25 лет.

Принца принято характеризовать, как неолиберала в экономической и социальной жизни страны (уже сейчас в КСА ограничиваются полномочия религиозной полиции, расширяется культурное поле подданных королевства – проводятся фестивали и концерты) и авантюриста в вопросах внешней политики (Йеменская кампания, эскалация напряженности в отношениях с Катаром, Сирией, Египтом и Ливаном считаются итогами именно его политического курса).

Следующий шаг в иерархии власти, а именно вступление на престол, может произойти в относительно скором времени, по причине слабого здоровья нынешнего короля, которое ведет к неспособности исполнять свои обязанности.

 

Йемен

 

В конце месяца ООН распространила коммюнике, в котором выражается озабоченность планами коалиции под руководством Саудовской Аравии распространить боевые действия на территории, прилегающие к красноморскому порту Ходейда, поскольку подобные акции могут увеличить потери среди гражданского населения, провоцируя новый виток гуманитраной катастрофы в стране.

Через порт Ходейда осуществляются поставки до 80% всех грузов, прибывающих из-за рубежа, прежде всего, продовольственных, в блокируемый силами аравийской коалиции, Северный Йемен. Ранее ВМС КСА перенаправляли суда, идущие в Йемен с продуктами питания и товарами первой необходимости, в саудовский порт Джидду.

Ключевое геостратегическое положение порта (единственный транспортный путь, связывающий Северный Йемен с остальным миром; контроль проливной зоны Баб эль-Мандеба) объясняет почему каждая из сторон конфликта стремиться закрепиться в этой точке. Саудовцам контроль над портовой зоной также должен облегчить задачу по охране танкерных судов, идущих через пролив и подвергающихся атакам повстанцев-хоуситов. Например, в начале июня обстрелу подверглось судно, следовавшее в районе острова Перим, который с 2015 года контролируют войска саудовской коалиции.

Тем временем, в стране продолжает деградировать гуманитарная обстановка. По сообщениям ЮНИСЕФ и ВОЗ, общее количество жителей Йемена с подозрением на холеру превысило 200 тысяч. От холеры за два месяца – столько времени понадобилось болезни, чтобы распространиться во всех регионах страны – в охваченной гражданской войной стране скончались 1300 человек, четверть от этого числа составляют дети.

 

Воздушное пространство

 

18 июня американский самолет сбил сирийский бомбардировщик Су-22, который, по заверениям американской стороны, наносил удары по позициям СДС («Сирийские демократические силы»), но не террористов. После данного инцидента Москва заявила о прекращении использования системы связи с Вашингтоном по предотвращению столкновений в воздушном пространстве Сирии. Однако позже полковник ВС США Райан Диллон, представитель коалиции, сообщил, что данная система коммуникации с Россией «открыта и действует». Это свидетельствует о прагматичной позиции Москвы и возможных негласных установках на воздержание от эскалации напряженности в двусторонних отношениях до встречи президентов на саммите G20 в Гамбурге.

Также после атаки американцев на сирийский бомбардировщик представитель Министерства обороны РФ выступил с заявлением, согласно которому в районах выполнения боевых задач российской авиацией в небе Сирии любые воздушные объекты, включая самолеты и БПЛА международной коалиции, обнаруженные западнее реки Евфрат, будут приниматься на сопровождение российскими наземными и воздушными средствами противовоздушной обороны в качестве воздушных целей.

Между тем в Ираке и Сирии наблюдатели продолжают фиксировать многочисленные нарушений норм гуманитарного права со стороны авиации возглавляемой США коалиции. Так, на юго-востоке сирийской провинции Эль-Хасака, где в рамках борьбы с ИГ самолеты коалиции нанесли авиаудары, погибли 12 мирных жителей. Международная правозащитная организация Human Rights Watch призвала США отказаться от использования в ходе боевых действий фосфорных боеприпасов из-за повышенной опасности, которую влечет их применение, для жизни и здоровья гражданского населения.

По данным ООН, которые, по оценкам наблюдателей из других организаций, являются заниженными, с начала захвата боевиками ИГ Ракки в 2014 году жертвами воздушных рейдов на город, включая авиацию американской коалиции, стали более 300 мирных жителей; также 160 тысяч мирных жителей Ракки и расположенных рядом населенных пунктов (например, Айн-Исса) были вынуждены покинуть свои дома.

Напряжение сохраняется также на отдельных участках сирийско-израильской границы. Преднамеренные провокации боевиков, а также ошибки сирийских наводчиков, в ходе которых артиллерийские снаряды разрываются на территории Израиля, заканчиваются ударами израильских ВВС по местам, откуда велся обстрел. Так, в результате воздушного удара от 24 июня, когда были уничтожены два танка и крупнокалиберный пулемет террористов.

Ирак

 

19 июня иракский премьер-министр Х. аль-Абади посетил Саудовскую Аравию, где был принят в Мекке наследным принцем и министром обороны королевства Мухаммедом бен Сальманом. Вопросы развития двустороннего экономического сотрудничества и борьбы с терроризмом стали повесткой дня. По итогам визита было выпущено комплексное коммюнике, подчеркивающее совпадении взглядов сторон по многим вопросам, и общность вызовов и угроз для двух стран.

Уже на следующий день Х. аль-Абади в Тегеране обсудил с высшим иранским руководством проект строительства нового газопровода между двумя странами и планы по преодолению последствий «навязанной войны» 1980-1988 гг.

Подобное распределение визитов подтверждает тезис о том, что растущая зависимость Багдада от влияния Тегерана провоцирует иракское руководство на диверсификацию связей в другом политическом лагере.
Операция по освобождению Старого Мосула выходит на заключительный отрезок финишной прямой. Последний оплот боевиков ИГ в этом городе сократился до 1% исторической части Мосула. Приурочить завершение операции к окончанию священного месяца Рамадан не получилось так же, как срывались все предыдущие «дедлайны». Бои за город оказались тяжелым испытанием для иракских ВС даже при активной поддержке со стороны авиации США, в том числе на территории старого города. Символичным событием стало уничтожение мечети

«Ан-Нури» с её «падающим» минаретом, которая выступала эмблемой могущества ИГ, где в июле 2014 года было провозглашено создание «халифата». Информагентства обеих сторон перекладывают ответственность за разрушение комплекса друг на друга.

Сирия

 

С неизбежными, но ограниченными по масштабу и продолжительности, нарушениями продолжает функционировать режим прекращения огня в четырех зонах деэскалации, чье формирование и выполнение «спонсировали» Россия, Турция и Иран. По словам Министра иностранных дел РФ С.В. Лаврова, одной из принципиальных задач реализации инициативы о создании зон деэскалации выступает полное прекращение боевых действий между правительством Сирии и вооруженной оппозицией, поскольку данный проект напрямую способствует размежеванию оппозиции и террористических группировок.

Среди рисков данного соглашения, которые упоминались в дайджесте за май 2017 г., в долгосрочной перспективе отдельное беспокойство вызывает де-факто узаконивание территорий в САР, которые согласно соглашению освобождаются от любого административного контроля и управления со стороны Дамаска. Исламистская идеология и силы вооруженных группировок  с равной степенью вероятности могут оказаться дестабилизационным и объединяющим фактором для подобных анклавов. Во втором случае целостность страны снова ставится под вопрос.

На фоне практической эскалации напряженности в отношении Сирии западные страны ограниченно снижает риторическую. Посол США в России Дж. Теффт выступил с заявлением, в котором признал, что немедленный ухода из власти президента Сирии Б. Асада не является самоцелью, и что на период политического транзита он сможет находиться во главе страны. Еще дальше в своих формулировках позволил себе зайти президент Франции Э. Макрон, который 21 июня заявил, что он больше не делает «смещение Асада предварительным условием для всего», поскольку не видит «никого в качестве его легитимного преемника».

Правительственные войска и отряды ополченцев в июне продолжают закреплять и развивать успех на фронтах: были отбиты попытки террористов ИГ вернуть под свой контроль нефтяные и газовые колодцы в 40 км к северу от Пальмиры, освобожден населенный пункт Аль-Будах в провинции Хомс, группировка правительственных сил была увеличена на южном участке сирийско-иракской границы.
Параллельно с военными успеха продолжает развиваться дипломатическая составляющая процесса нормализации. Так, 21 июня в течение суток подписано 100 соглашений о присоединении к режиму прекращения боевых действий населённых пунктов в провинции Алеппо. Данная цифра рекордом процесса примирения в САР. Количество населенных пунктов, присоединившихся к процессу примирения по всей стране, к концу месяца увеличилось до 1864.

 

Египет

 

Солидарность с решением Верховного командования ВС САР о прекращении боевых действий в городе Дараа на 48 часов в поддержку национального примирения выразили несколько арабских стран, в том числе и МИД Египта.

Непротиворечивая позиция руководства АРЕ по вопросам борьбы с терроризмом стимулирует Москву к укреплению союзнических отношений с Каиром. В июне практическая сторона российско-египетского партнерства нашла свое выражение в поставках первой партии из совокупного заказа на три полка ЗРС «Антей-2500».

Однако главным событием этого месяца для Египта стала ратификация Президентом А. Ф. ас-Сиси соглашения о демаркации морской границы с Саудовской Аравией, что означает вступление в силу договора, в рамках которого Саудовской Аравии отходят острова Тиран и Санафир в Красном море. После ратификации соглашения египетским парламентом, Высший конституционный суд Египта приостановил исполнение всех вынесенных ранее судебных решений по этому вопросу, поскольку в начале года Верховный суд Египта, вердикт которого не подлежит обжалованию, признал передачу островов недействительной.

Передачу «красных островов» Каир классифицирует как возвращение территорий под изначальную юрисдикцию, поскольку острова принадлежат королевству, а под защитой Египта они находились по просьбе саудовцев с 1950 года. В таком контексте соглашение формально не противоречит конституции страны. Тем не менее, данная проблематика дополнительно поляризует египетское общество, так как «улица» трактует соглашение как обмен национальных территорий на финансовую помощь. Этот шаг точно не добавил популярности нынешней администрации, которую обвиняют ужесточении методов контроля над населением и неспособности справится с социально-экономическим кризисом, раздирающим государство.

 

Ливан

 

16 июня депутаты парламента Ливана приняли новый избирательный закон, на основе которого будут проведены всеобщие выборы в мае 2018 г. Голосование состоится на основе пропорциональной избирательной системы по 15 округам. Достигнутый компромисс между мусульманскими и христианскими политиками стал еще одним шагом на пути укрепления внутренней стабильности в Ливане и может послужить примером юстиционного и политического консенсуса для сирийского народа, которому вскоре предстоит сделать аналогичный выбор по реформе национального Основного закона.

 

***

Переход кризиса вокруг Катара в затяжную фазу означает устойчивую позицию руководства полуостровного эмирата, что свидетельствует в пользу теории о скором наступлении этапа «торга» в противовес этапу «кавалерийской атаки». Маловероятной представляется ситуация с выполнением требований и уже 2 июля по крайней мере одна из сторон будет вынуждена пересматривать правила игры. В июле также стоит ожидать завершение освобождения Мосула, и дальнейшего продвижения сирийских проправительственных сил и коалиции СДС в своей борьбе против террористических группировок. Также в ближайшем будущем будет продолжаться ограниченное потепление в египетско-саудовских отношениях, запущенное новой американской администрацией. Однако системным и долгосрочным этот процесс назвать нельзя, поскольку базовые противоречия в двусторонней повестке решены не были, а лишь временно отодвинуты на второй план.

В.Аватков, Д.Тарасенко

К Дню Победы: опрос Центра востоковедных исследований в Турции

9 мая в России празднуется День Победы, один из самых важных праздников страны. К этой дате команда Центра востоковедных исследований провела небольшой опрос из 8 вопросов с четырьмя вариантами ответа среди граждан Республики Турция (случайная выборка) с целью узнать, что же турки знают об эпизодах II Мировой войны. События 1939-1945 годов на Турцию повлияли особым образом: хотя страна в то время и сохраняла нейтралитет, но всё же мобилизовала на время войны определенную часть мужского населения.

В тесте приняло участие 110 человек, 52 женщины и 58 мужчин, возрастом от 18 до 55 лет.

Приятным сюрпризом оказалась хорошая осведомленность турок о военных действиях между Советским союзом и нацистской Германией. 80% респондентов правильно смогли определить, что переломной в ходе войны на Восточном фронте стала Сталинградская битва. 76,36% смогли вспомнить, что страшную 900-дневную блокаду выдержал город Ленинград. Чуть больше половины опрашиваемых, 53,36%, даже смогли правильно дать ответ на вопрос: «Когда немецкие войска напали на Советский Союз?».

С событиями, происходившими на других фронтах II Мировой, ситуация несколько иная. Самым простым вопросом оказался вопрос об атомных бомбардировках Японии силами ВВС США — Хиросиму и Нагасаки назвали 98,18% участников опроса. Два человека же посчитали, что разрушенными оказались города Юкио и Мисима.

74,55% участников хорошо помнят, что первой жертвой гитлеровской агрессии оказалась Польша. Но Нюрнберг, как место суда над нацистскими преступниками, смогли назвать всего 50,91% респондентов. Интересно, что более успешными в ответе на этот вопрос оказались турчанки, 57,69% дали верный ответ, среди мужчин же справились только 44,83%. Почти четверть, 23,64%, предполагают, что суд проходил под высоким, не ясным, но всё-таки неизмеримо высоким небом Аустерлица.

Довольно сложным оказался вопрос про Эль-Аламейнское сражение, важную операцию союзников на Североафриканском фронте. Несмотря на географическую и историческую близость Турции и Египта, правильно ответить на вопрос смогли только 48 человек, то есть 43,64% респондентов.

Самым же сложным вопросом, с которым справиться смогли только 30,91% опрошенных, оказался вопрос о дате вступления Турции во II Мировую войну на стороне антигитлеровской коалиции. Событие это произошло 23 февраля 1945 года. 29,09% участников посчитали, что Турция вступила в войну 10 июня 1945 года, это второй по популярности ответ. 26 человек, 23,64%, выбрали вариант «30 сентября 1944 года», а 16,36% — 8 мая 1945.

Из последнего вопроса становится более или менее ясно то место, которое II Мировая война занимает в исторической памяти турецкого народа. Турки достаточно хорошо знакомы с основными событиями, происходившими в то время, но роль Турции в этих событиях им мало известна. Причина этому — вышеупомянутый нейтралитет. Из-за стратегически выгодного положения Республики Турция перед Второй мировой войной как союзники, так и страны «оси» пытались включить её в свой блок. Турецкое руководство же понимало, что страна ещё слишком слаба, чтобы вступать в крупные войны. Из-за этого с 1939 по 1945 год, формально соблюдая нейтралитет, Турция играла роль «слуги двух господ», попеременно помогая двум воюющим сторонам. Всю войну Турция поставляла Третьему рейху хромиты, стратегически важный материал при производстве оружия и военной техники. В 1942 году, во время Сталинградской битвы, турецкие войска были сконцентрированы в районе кавказской границы, неподалеку от Батуми. В Турции активно действовала нацистская пропаганда, руководимая немецким послом Францем фон Папеном. Разрабатывались планы по подрыву СССР изнутри с помощью тюркского фактора. При этом — все же Турции к концу войны смогла сделать правильный выбор и оказаться среди стран-победителей, основавших ООН.

Очевидно, что осведомленность турецких граждан о событиях Войны не слишком высока — со всеми вопросами теста удалось справиться только 3 турецким женщинам, и одному турецкому мужчине из возрастной группы 41-55 лет. Хотя данный показатель весьма условен в связи с малочисленностью опрошенных, в целом — он демонстрирует сложившуюся реальность.

Вторая мировая война является поворотным моментом в мировой истории. Подвиг героев, в том числе и турецких борцов с фашизмом, не должен быть забыт, а может и должен оставаться примером для следующих поколений. Поздравляем всех с великим праздником Победы!

команда Центра востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии

(Опрос подготовлен В.Аватковым и А.Рыженоквым)

Отношение к призыву на военную службу в Турции

Армейская служба занимает значимое место в общественном сознании Турции. Корни этого явления прослеживаются практически с самых первых лет Республики, которая была создана и построена людьми, вышедшими из армейских кругов. Мустафа Кемаль Ататюрк, Исмет Иненю — эти люди определяли политику и жизнь страны на протяжении практически тридцати лет. Именно они создали тот идеологический базис, на котором сейчас высится здание современной Турции. И очень важная часть этого базиса — армия. Она значима в символическом смысле — формируя собственную культурно-историческую идентичность, турки в первую очередь обращаются именно к военным успехам. Особую позицию занимала армия в политическом поле. До совсем недавнего времени она обладала правом активно включаться в турецкую политику, если возникало подозрение, что стабильность в стране нарушена, что правительство отходит от республиканских принципов. Но за последние десять лет правящая Партия справедливости и развития практически полностью лишила военных доступа к политике, обезопасив себя от её контролирующего надзора.

На проблему отношения современного турецкого общества к армии, в недавнем прошлом одному из самых важных социальных институтов страны, интересно посмотреть с такого ракурса, как отношение населения к призыву, а турецкие вооруженные силы, как и российские, продолжают комплектоваться по призывной системе. Для того, чтобы по возможности глубоко вникнуть в эту проблему, был проведен ряд интервью с жителями Турции как призывного возраста, так и вышедшими из него. Исследование не было ограничено только мужской частью населения, женская тоже была в него включена. Здесь, правда, стоит отдельно оговорить, что женщины в Турции призыву не подлежат.

Молодой человек становится военнообязанным в 21 год. Такой порог был установлен совсем недавно — в 2014 году. До этого, и такой стереотип сохранился в турецкой культуре, юноша попадал под призыв, как только ему исполнялось 20 лет. Интересно, что, в отличие от России, в Турции из призывного возраста мужчины выходят только тогда, когда им исполняется 41 год.

Срок службы для лиц без высшего образования — 12 месяцев, для тех, кто закончил бакалавриат — 6. Бакалавры тоже могут взять удлиненный срок службы в 12 месяцев. В таком случае после недолгого обучения они получают звание младшего лейтенанта, работают в армейских структурах, зарабатывают неплохие, по турецким меркам, деньги (2300-2500 лир в месяц) и через год демобилизуются.

Интересно, что в Турции есть много возможностей избежать службы в армии законным путем. Студенты получают отсрочку на срок обучения, причем турецкий студент может несколько лет подряд оставаться на одном курсе, не имея при этом никаких проблем с армией. Негодными к службе признаются и по медицинским показаниям. Добиться этого достаточно трудно, необходимо собрать большой пакет документов. Говорят, что врачи за определённую сумму или же просто, благодаря распространенному на востоке кумовству, могут сделать и фальшивую справку. Впрочем, это остается больше на уровне слухов, точные контакты же неизвестны. Самым любопытным же представляется тот факт, что в Турции государство предоставляет призывникам возможность абсолютно официально откупиться от армии. Запрашиваемая сумма — 18 тысяч лир. 9 тысяч необходимо отдать сразу, на вторую половину можно взять полугодовую рассрочку. До нынешнего показателя сумма была снижена в 2014 году, ранее же она составляла 60 000 турецких лир. Турки, работающие за границей, могут откупиться от армии несколько иным путем. Им требуется предъявить вид на жительство, который подтверждает, что человек уже живет или планирует оставаться в чужой стране три года. И заплатить государству 1000 евро в валюте. Снижение до этой суммы так же состоялось совсем недавно — в 2016 году. До этого платить нужно было 6 000 евро. Важно отметить, что все эти деньги направляются государством на расходы, связанные с армией, например, денежная поддержка семьям солдат, погибших на боевом посту.

В свете вышесказанного становится ясно, что в Турции сейчас проводится линия на сокращение числа призывников. Это можно связать либо с желанием правящей партии сократить приток в вооруженные силы квалифицированных кадров, воспитанных вне её, либо же, что более вероятно, с демографическим кризисом — в Турции сейчас очень много молодежи, у армии просто не хватает ресурсов, чтобы разместить и обеспечить всех призывников.

Отношение турок к призыву в армию различно, сильно зависит от региона. Наиболее серьезно относятся к военной службе в черноморском регионе. Мужчина, не отслуживший в армии, там мужчиной не считается. Тот, кто от армии откупился, считается мужчиной только наполовину. Служба в армии — это гордость, один из важнейших периодов жизни мужчины. Кто-то связывает это с популярностью в тех краях правых националистических течений, например, «Серых волков». В таких течениях армейская эстетика, как правило, фетишизируется. Центральная Анатолия по своим взглядам близка к черноморскому региону, хотя и не так радикальна. Западные районы — Фракия и Эгейский регион — к необходимости отдать долг родине относятся очень спокойно, многие откупаются, это не считается позором. Примерно то же отношение можно встретить на побережье Средиземного моря. Сложная ситуация на востоке страны, населенном преимущественно курдами. Курды пытаются уклониться от призыва, стараются сбежать от комиссаров. Так что в армию их приводят в основном насильно. Это понятно, учитывая почти постоянные столкновения между турецкими вооруженными силами и курдскими партизанами.

Определенная часть тех людей, которые идут в армию по призыву, остаются в ней строить карьеру. Теперь, чтобы представить, каких политических убеждений придерживается ныне прибывающий в армию контингент, следует посмотреть на распределение голосов по районам Республики Турция после минувшего референдума или парламентских выборов последних 8-10 лет. Становится ясно, что Черноморский регион и Центральная Анатолия, то есть те области, где служба по призыву является наиболее популярной, исключительно лояльны действующей власти. Западные области, в которых отношение к призыву достаточно легкое, в большинстве своем поддерживают Народно-республиканскую партию, основанную Ататюрком, сохраняющую его идеологическое наследие, но ушедшую в оппозицию к правительству Партии справедливости и развития. Да, идеологическое воспитание будущего офицерского состава происходит в военных школах, но не учитывать влияние домашней среды тоже очень сложно.

Для старшего поколения служба в армии была одним из обрядов перехода. В их время срочная служба была практически единственным шансом выбраться куда-то из своего родного городка или деревни, пережить новый важный опыт. Сейчас мобильность у населения выше, такие переживания приобретаются раньше, что может вносить свою лепту в возможное разложение авторитета воинской службы. Молодыми же турками служба в армии воспринимается как защита своей родины от внешних военных угроз, сейчас же молодежь не считает, что страна находится в опасности и этим аргументирует свою флегматичность по отношению к призыву. Но эти утверждения стоит скорее воспринимать как отговорку, рожденную в столкновении внутреннего патриотизма (а у турок он на очень высоком уровне) и собственного нежелания проводить год или полгода в отрыве от своей повседневной жизни. А корни такого нежелания можно увидеть именно в изменении отношения к важному когда-то институту.

Но есть два фактора, которые заставляют многих идти в армию. Первый: не прошедшим военную службу платят меньшую зарплату — особенно это касается людей, после бакалавриата поступающих в магистратуру и аспирантуру. Второй: юноше, не отдавшему долг родине, могут не позволить жениться на девушке. Под это подводятся две причины: оговоренное выше отсутствие превращения из мальчика в мужа, которое дает армия, либо же боязнь, что молодой человек во время срочной службы будет убит, а его юная жена останется вдовой.

Подводя некоторый итог: отношение к армейской службе в Турции сейчас переживает значительные изменения, которые поддерживаются мерами, проводимыми правительством. Армия, традиционно лаицистский и прозападный институт пополняется большей частью лояльными сторонниками Партии справедливости и развития, что неминуемо ведет к переоценке внутренних ценностей и изменению отношений с самим институтом власти. Теперь уже не армия контролирует правительство, а правительство армию. Об этом уже много говорилось в связи с законами последних лет, выводящими вооруженные силы из правового поля, благодаря этой статье становится понятно, что процесс этот происходит не только с внешней стороны, но сопровождается и внутренними переменами. Учитывая значительную чистку офицерского состава после попытки переворота 15 июля 2016 года, можно предположить, что сторонники Партии справедливости и развития получили значительные карьерные продвижения и лицо вооруженных сил Республики Турция теперь будет определяться ими.

Армия, бывший гарант ататюркизма в стране, постепенно уходит из общественного поля, теряет свой престиж в глазах населения. Причину этого можно увидеть в той повестке, которая окружает армию последние десять лет. Дело «Эргенекона», тайной организации якобы возглавляемой высокопоставленными членами вооруженных сил и органов безопасности Турции, прогремевшее в 2007, суд над генералом Кенаном Эвреном, лидером государственного переворота 1980 года, попытка переворота лета 2016 очевидно оказали свое влияние на общественное мнение. Несмотря на то, что престиж армии в Турции они не поколебали, но содержание его заметно выхолостили, что и привело к падению авторитета срочной службы среди молодежи. И хотя эти процессы ещё не вполне осознаются турецким обществом, не заметить внимательному наблюдателю достаточно сложно.

А. Рыженков

Турция: апрель 2017 (дайджест)

Апрель 2017 года обозначил направления дальнейшей трансформации политической жизни Турции. Главным событием внутренней политики Турции, несомненно, стал референдум о переходе к президентской форме правления.

В свою очередь, в области внешней политики обращают на себя внимание, прежде всего такие события, как воздушные удары Турции по позициям Курдов в Сирии и Ираке, выступление турецкого руководства в поддержку ударов со стороны США по сирийской авиабазе Шайрат, визит вице-премьера Турции в Москву.

Конституционный референдум

16 апреля (2017 года) в Турции прошёл референдум, посвященный переходу от парламентской формы правления к президентской республике.

Сторонники конституционной реформы – они же сторонники действующего президента Реджепа Тайипа Эрдогана – одержали победу с перевесом в 1,12 млн. голосов. Таким образом, «за» конституционные поправки высказались 51,18% избирателей, и 48,82% – «против».

Реформа подразумевает ряд мер, направленных на усиление централизованной власти в Турции, среди них:

  • упразднение должности премьер-министра (президент будет одновременно и главой правительства и главой государства);
  • значительное ограничение полномочий парламента;
  • отмена военных судов (свидетельствует о фактически полном устранении роли турецкой армии в качестве гаранта светскости);
  • право объявлять чрезвычайное положение передано президенту;
  • увеличение числа депутатов турецкого парламента (Великое национальное собрание Турции) с 550 до 600;
  • и другие.

После официального объявления результатов в Анкаре, Стамбуле и Измире – городах, традиционно голосующих против консервативного руководства – прошли митинги. А главная оппозиционная партия страны, Народно-республиканская партия (НРП), подала иск в Верховный суд Турции о признании недействительными итоги голосования, однако суд ответил отказом; до этого апелляцию НРП с требованием пересмотреть результаты референдума отклонил Высший избирательный совет Турции.

Опасения о возможности эскалации вооружённых столкновений из-за противоречивых итогов референдума между противниками и сторонниками действующей власти не оправдались. Тем не менее, результаты голосования продемонстрировали существование глубокого системного кризиса турецкого общества, который является ещё одним потенциальным звеном расшатывающим стабильность турецкого государства.

Одно из первых мероприятий в рамках перехода к президентской республике, как сообщалось официальными представителями правящей Партии справедливости и развития, пройдёт уже в мае 2017 года: президент Эрдоган будет принят в ПСР и, возможно, выдвинут на пост её председателя.

США и сирийский вопрос

7 апреля Соединённые Штаты, оправдывая свои действия в качестве ответных мер на химическую атаку в городе Хан-Шейхун, осуществлённую, якобы, силами Башара Асада, в одностороннем порядке нанесли удар по авиабазе Шайрат, используемой правительственными войсками. Едва ли не одним из первых отреагировало на инцидент руководство Турции, отметив, что расценивает ракетный удар положительно, а также призвав другие государства сохранять свою жесткую позицию по отношению к «варварскому» режиму Башара Асада, а Россию, в свою очередь, отказаться от поддержки действующего президента Сирии.

Ранее Эрдоган заявлял о готовности Турции оказать поддержку Вашингтону, в случае если тот примет решение о проведении военной операции в Сирии.

Подобный подход турецких властей стал ещё одним камнем преткновения в и без того весьма сложных отношениях России и Турции. А само заявление доказало, что сотрудничество Турции с Ираном и Россией в рамках астанинского формата было не интересом, а лишь вынужденным шагом турецкой стороны, за неимением альтернатив для реализации своих интересов в Сирии.

Отношения с ЕС

Спустя менее чем 10 дней после конституционного референдума в Турции прошло заседание Парламентской ассамблеи Совета Европы, на котором европейские государства проголосовали за возобновление мониторинга за внутриполитической обстановкой в Турецкой Республике. Официальные представители европейских государств оправдывали решение своей озабоченностью по вопросу уважения прав человека в Турции, демократии и верховенства права. Среди причин выделяли режим чрезвычайного положения, который 18 апреля был продлён на три месяца решением турецкого парламента, а также аресты госслужащих и политиков без судебного процесса после попытки государственного переворота в 2016 году.

Турецкий истеблишмент отреагировал крайне жёстко, назвав решение несправедливым и «политически мотивированным». Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу, в свою очередь, акцентировал внимание на том, что Турецкая Республика является одним из крупнейших источников финансирования бюджета Совета Европы, в связи с чем подчеркнул, что турецкое руководство может поставить организацию в тяжёлое положение.

Примечательно, что позже верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини сделала весьма осторожное заявление, в котором говорилось, что Европейский союз «уважает» результаты турецкого референдума, хоть и не отрицает возможность их пересмотра.

Курды

25 апреля Турецкие вооружённые силы нанесли воздушные удары по позициям курдов в Сирии и Ираке, в районе горы Карачок и горы Синджар, соответственно.

Москва осудила действия Анкары, отметив, что такие шаги не способствуют продвижению в борьбе с терроризмом в Сирии и Ираке.

Соединённые Штаты, в свою очередь, выразили обеспокоенность в связи с тем, что Турция осуществила удары без должной координацией с США или коалицией против Исламского государства (запрещённая в России террористическая организация).

Россия и Турция

Крайне противоречиво продолжали складываться российско-турецкие отношения. Наряду с непримиримыми разногласиями по сирийскому вопросу, в целом, и авиаударами вооруженных сил США по сирийской авиабазе, в частности, в начале месяца Россия и Турция провели совместные военно-морские учения в Чёрном море.

И после визита президента Турции Реджепа Эрдогана 10 марта 2017 года в Москву стороны всё ещё не смогли достигнуть договорённостей в вопросе ограничений в области торговли сельскохозяйственной продукцией. С целью преодолеть разногласия вице-премьер Турции Мехмет Шимшек в сопровождении министра экономики Турции Нихата Зейбекчи прибыл 18 апреля с визитом в Москву. Несмотря на положительные оценки турецкой стороны, переговоры не дали практических результатов; как сообщалось, дальнейшее обсуждение вопроса было перенесено на переговоры между президентами двух государств, которые пройдут в Сочи 3 мая 2017 года.

Сейчас продолжают действовать ограничения со стороны России на поставки ряда турецких продуктов, в том числе яблок, груш, клубники, помидоров, кур и других продуктов, и введённые в середине марта турецкой стороной пошлины в размере 140% на ввоз некоторых российских злаковых культур.

Помимо всего прочего, 24 апреля Турция приняла решение о продлении в одностороннем порядке срока безвизового пребывания на территории страны для российских граждан. Срок был увеличен с 60 до 90 дней.

Экономика

Сообщалось, что Турция увеличила импорт энергоносителей на 31,2% по сравнению с прошлым 2016 годом, а импорт зарубежных товаров, в целом, на 6,9%. Таким образом, турецкому руководству удалось сократить внешнеторговый дефицит, так как показатель турецкого экспорта вырос на 13,6%, достигнув, таким образом, объёма 14,496 миллиарда долларов.

***

Апрель 2017 года стал отправной точкой для серьёзных и глубоких внутри- и внешнеполитических изменений в Турции. Результаты референдума приведут к дальнейшей концентрации власти в руках одной личности, её укреплению и в то же время ослаблению других государственных институтов, а также армии, которая фактически уже утратила роль гаранта светскости Турецкой Республики. Во внутренней политике, таким образом, сохранится консервативный курс. Тем не менее, едва ли не единоличное правление не позволит устранить постигший страну кризис: в турецком обществе наблюдается раскол, и брожения, происходящие в нём, лишь усугубят нестабильность турецкого государства.

На Российском направлении после июня 2016 года, когда Эрдоган принёс извинения за инцидент с российский Су-24, всё ещё не наблюдалось каких-либо значительных подвижек. Решая одни вопросы, страны непременно приходят к другим: стороны проводят совместные переговоры по вопросу сирийского урегулирования, а после Турция фактически, отказывается от курса, взятого в рамках астанинского формата; Турция вводит пошлины на российское зерно и в то же время продлевает время безвизового пребывания для российских туристов. Очевидно, такой формат двусторонних отношений продолжит существовать и дальше.

Турция отдалилась от переговорного процесса в Астане в пользу сотрудничества с вернувшимися в регион Соединёнными Штатами, вероятно, понадеявшись на совместное решение вопроса в формате, соответствующем интересам турецкого руководства. Однако, резкая реакция Штатов на несогласованные с ними действия Турции в Сирии и Ираке, свидетельствует о том, что американская администрация не готова к самостоятельной Турции. Таким образом, весьма вероятно, что в процесс сирийского урегулирования, которое раньше строилось на основе компромисса по оси Россия-США, включится третий уже независимый актор в лице Турецкой Республики, а, в частности, развернётся борьба между Турцией и Штатами за влияние на Ближнем Востоке.

В.Аватков, А.Финохин

Референдум в Турции: раскол?

Турецкий референдум в минувшую пятницу завершился достаточно предсказуемо: из примерно 50 миллионов голосовавших вносимые изменения поддержали 51,41%, против же высказались 48,59% избирателей. Разница ничтожно мала, что ведет к закономерным выводам о расколе турецкого общества примерно на две равные половины.

И хотя после оглашения предварительных результатов, свидетельствовавших о том, что поправки всё-таки проходят, на улицы крупных городов высыпали спонтанные толпы сторонников изменений или, если быть более точными, сторонников Эрдогана, вряд ли они могут быть довольны такой минимальной победой, которая ставит под вопрос реальную легитимность поправок.

Противники изменений также выходили на улицы вечером 16 апреля, но заявлять о каких-то массированных выступлениях не приходится — проходили он в Кадыкеё, традиционно молодежном и светском районе Стамбула, и в тех регионах, что традиционно очень привязаны к ататюркизму, в первую очередь, это Измир.

Итак, в турецком обществе существует очевидный раскол, который, кажется, неизбежно должен привести к кризису. Предпосылки понятны — половина населения страны недовольна авторитаризмом Эрдогана, его желанием аккумулировать всю власть в стране в своих руках, отходом от принципов светскости, заложенных создателем Турецкой республики Мустафой Кемалем Ататюрком, чей культ до сих пор весьма силен в Турции; другая же половина видит в Эрдогане сильного лидера, который вывел Турцию на новые позиции на международной арене, сделал из неё регионального лидера, с позицией которого должен считаться Евросоюз, США и Россия; также многие сторонники апеллируют к экономическому подъему страны в годы правления Эрдогана, в населении ещё очень жива память о не самой удачной с экономической точки зрения жизни Турции во второй половине XX века.

Однако ту атмосферу, что охватила сейчас противников эрдогановской политики, можно назвать скорее атмосферой уныния и смирения с собственной судьбой. Люди нехотя, но принимают изменения, отказываются активно выступать против них. И в этом огромная заслуга политики Эрдогана. Кстати, в подобном же состоянии турецкое общество находилось и после повторных парламентских выборов в 2015 году.

Турецкий лидер достаточно удачно обезопасил себя от возможного взрыва народного недовольства. Фактически сейчас в Турции нет ни СМИ, ни крупных политических лидеров, которые способны повести за собой противников курса Эрдогана. Армия успешна выведена из управления страной, попытка переворота позволила Эрдогану закончить свою с ней борьбу, которая была начата ещё в первые годы его власти. Та же попытка переворота позволила весьма жестко добить гюленовские структуры, которые за счет своих ресурсов вполне могли бы оказать влияние на происходящее после выборов в стране.

Не менее важной кажется и роль СМИ в предвыборной агитации — практически все действующие и крупные телевизионные каналы транслировали в последние месяцы исключительно выступления в поддержку изменений, речи Эрдогана и его сторонников транслировались целиком почти каждый день, в то время как позиции их противников уделялись совсем небольшие куски эфира. Этому способствовало проведенное в рамках чрезвычайного положения постановление правительства об отмене необходимости предоставлять одинаковое эфирное время всем политическим позициям. Это представляется особенно важным — в Турции частью национальной культуры является постоянное присутствие в жизни включенного телевизора, это происходит даже во время дружеских и семейных застолий, даже если гости собрались просто о чем-то поговорить, телевизор обязательно должен быть включен.

Таким образом, мы оказываемся в ситуации, когда в стране есть большое количество недовольных происходящим, но нет такой силы или даже события, которое могло бы вывести их на улицы. К своей автократии Эрдоган идет исключительно демократическим путем, административный ресурс используется очень мягко и не вызывает возмущения у широких масс. Да, у CHP есть некоторые претензии к подсчету голосов в некоторых избирательных пунктах, однако эта новость достаточно быстро проскочив вечером дня голосования к следующему дню оказалась почти забыта. В то же время в интернете присутствует интересный видеоролик в очень плохом качестве, в котором, по утверждению автора съемки, изображена фальсификация голосов на одном из избирательных участков. Но качество видеозаписи настолько плохое, что кроме пропечатывающего неясные бумаги мужчины там сложно что-то различить.

Гораздо более любопытным является вопрос, связанный с изменением условий голосования по ходу самого голосования. Здесь следует коснуться самой процедуры выборов в Турции. Всем избирателям выдавался разделенный цветом на две половины бланк, одна из сторон которого была подписана «за», другая «против». Избиратель должен был пропечатать нужную ему половину печатью с надписью «предпочтение», запечатать в специальный, выдаваемый на избирательном участке конверт, и опустить в урну для голосования. Конверт и бланк, в свою очередь, должны были быть пропечатаны особой печатью избирательной комиссии. Однако в пять часов вечера турецкий Центризбирком обнародовал постановление, что действующими считаются как непропечатанные бланки, так и принесенные со стороны конверты, обосновав это поступившими со множества участков жалобами на то, что местные избирательные просто не успели всё пропечатать. Противниками изменений это было воспринято как свидетельство фальсификации, тема стала педалироваться в газете Cumhuriyet, органе CHP. Вечером 17 апреля в крупных городах Турции и некоторых районах Стамбула состоялись разрозненные акции, участники которых протестовали против решения Центризбиркома. Но это вряд ли можно назвать крупными выступлениями, скорее попыткой ухватиться за последнюю соломинку, постараться не потерять надежду. Даже в Измире, традиционном оплоте CHP, люди уже практически потеряли надежду, если верить поступающим оттуда сведениям.

ОБСЕ так же обращает внимание в своем предварительном докладе на указанные выше нарушения, а именно неравный доступ к медиаресурсам и ситуацию с печатями на конвертах и бланках.

Таким образом, главной точкой напряженности являются именно непропечатанные бланки, пересчет которых мог бы изменить итоги референдума. Определенное количество людей на протесты в Турции по этому поводу организовать вполне возможно, особенно если в течение ближайших дней всплывут какие-то факты злоупотреблений такого рода. Есть и некоторая вероятность, что такие демонстрации смогут вызвать неадекватную реакцию со стороны Эрдогана, что выведет на улицы только больше людей. С другой стороны, именно во время этих акций могут состоятся провокации, подставляющие нынешнего главу государства.

Итак, в любом случае, раскол турецкого общества, который подтвердил этот референдум, это очень важный знак для всех участников ближневосточного процесса. Сможет ли оставаться стабильной страна с такой мощной поляризацией общества? Впрочем, нельзя считать турок, проголосовавших на референдуме против, достаточно гомогенной группой, среди них есть определенное количество сторонников Эрдогана как лидера, но не имеющих желания менять существующий политический строй. В то время как противоположная им группа кажется гомогенной полностью. Хотя и их внимание можно перехватить, если на сторону противников Эрдогана перейдет кто-нибудь из людей, ассоциирующихся с успехами ПСР и её руководством.

А.Рыженков

Валдайская записка директора Центра востоковедных исследований. «Оборона через лидерство: Турция накануне референдума о конституции»

17 апреля 2017 г. на дискуссионной площадке Клуба «Валдай» директором Центра востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии к.полит.н. Владимиром Алексеевичем Аватковым была представлена Валдайская записка №65, касающаяся вопросов, связанных с референдумом, проведенным в Турции 16 апреля 2017 г.
В рамках экспертной дискуссии В.А. Аватков выразил мнение, что в результате конституционного референдума Турция вновь оказалась расколота на две части, что создает определенные риски для региональной стабильности. Полный текст — по ссылке.

Конференция и семинары в рамках конкурса им. Е.М. Примакова

14-15 апреля 2017 г. прошел комплекс мероприятий в рамках конкурса студенческих научно-аналитических работ по ближневосточной проблематике им. Е.М. Примакова. Они были организованы Центром востоковедных исследований и Центром внешнеполитического сотрудничества имени Е.М. Примакова при поддержке Фонда публичной дипломатии имени А.М. Горчакова и Дипломатической Академии МИД России.

В конкурсе приняли участие 138 человек из Азербайджана, Армении, Белоруссии, Италии, Казахстана, Кыргызстана, Сирии, Таджикистана, Турции, Узбекистана, Украины/ДНР, Эстонии, а также из 27 городов России, таких как Москва, Казань, Санкт-Петербург, Кемерово, Владимир, Пермь, Симферополь и др.

Комиссией было отобрано 20 финалистов. Ниже приведены победители конкурса по местам:

1. Рыженков Андрей Сергеевич (Турция, Бурса, Uludağ Üniversitesi),«Сирийские мигранты в современной Турции: особенности сообщества и его социокультурной адаптации»

2. Лабуткин Никита Сергеевич (Россия, Москва, МГУ им. М.В.Ломоносова), Ирано-саудовские отношения на современном этапе как фактор складывания многосторонней системы региональной безопасности на Ближнем Востоке

3. Надтока Руслан Вугарович (Россия, Москва, МГУ им. М.В.Ломоносова), «Роль частных военных компаний в контексте конфликтов на Ближнем Востоке: опыт Ирака и Афганистана»

4-5. Финохин Александр Сергеевич (Россия, Москва, ДА МИД РФ), «Образ Р.Т. Эрдогана как политического лидера в контексте взаимодействия с турецким электоратом»

4-5. Оганесян Тарон Грайрович (Армения, Ереван, Армянский государственный университет), «Изменения в Конституции Турции в контексте ограничения роли армии в политических процессах (2010-2016 гг.)»

14 апреля финалисты конкурса встретились на семинарах с экспертами-востоковедами:

  • д.и.н., проф. кафедры востоковедения МГИМО МИД России Л.М. Ефимовой,
  • д.и.н., проф., главным научным сотрудником ИВ РАН И.Д. Звягельской,
  • к.э.н., зав.сектором Ирана ИВ РАН Н.М. Мамедовой,
  • к.полит.н., доцентом кафедры международных отношений ДА МИД РФ, директором Центра востоковедных исследований В.А. Аватковым.

15 апреля была организована большая конференция студентов-ближневосточников, в которой приняло участие более 100 человек. С приветственным словом к ним обратились в том числе Р.Н. Гришенин, заместитель исполнительного директора Фонда поддержки публичной дипломатии им. А.М. Горчакова, директор Центра внешнеполитического сотрудничества им. Е.М. Примакова, а также В.А. Аватков, доцент кафедры международных отношений ДА МИД РФ, директор Центра востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии.

В адрес участников конференции поступили приветствия от Министра иностранных дел России С.В. Лаврова, от Совета Федерации в лице сенатора И.Н. Морозова, а также от директора Департамента информации и печати МИД РФ М.В. Захаровой.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 IMG_0203 IMG_0229 IMG_0240 IMG_0267 IMG_0271 IMG_0273 IMG_0280 IMG_0284 IMG_0286 IMG_0294 IMG_0302

Турция: март 2017 (дайджест)

Турция: март 2017 (дайджест)

Во внешней политике Турции среди всего ряда событий можно выделить, прежде всего: визит президента Эрдогана в Москву, конфликт между Турцией и ЕС, а также визит госсекретаря США Тиллерсона в Турцию.

Во внутренней политике турецкое руководство продолжило ряд мер по укреплению государственной безопасности, в связи с чем был проведен ряд операций по задержанию, прежде всего, лиц имеющих отношение к Исламскому государству (ИГ; запрещённая в России террористическая организация). Кроме того, было начато строительство автомобильного моста через пролив Дарданеллы, значительно сокращающего путь от Турции до Греции и Болгарии.

Россия и Турция

10 марта президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган для участия в заедании Совета сотрудничества высшего уровня прибыл с визитом в Москву, где он провел с российскими коллегами переговоры, как в узком, так и в расширенном составе. Обсуждались, главным образом, вопросы урегулирования в Сирии и снятия продовольственных санкций. Своё выступление в ходе совместной пресс-конференции двух лидеров Эрдоган начал с вопроса борьбы с курдскими террористическими – по мнению Турецкого руководства – группировками, что уже было расценено некоторыми экспертами как негативный посыл.

И, действительно, сначала (в начале марта) турецкие морские порты отказались принимать паромы и корабли, идущие из Крыма, объясняя это отсутствием у экипажей необходимых таможенных документов. В российском экспертном сообществе подобные действия объяснили тем, что Турция всё ещё не признает Крым российским. А 15 марта Турция остановила беспошлинный ввоз российского зерна, установив на него пошлину в размере 130%, что на деле означает приостановку таких поставок. В России же нашли возможный выход из ситуации. 28 марта с визитом в Москве побывал лидер Ирана Хасан Рухани; по его завершению среди прочих заявлений звучало предположение о том, что рынок Ирана может заменить турецкий, при условии, что иранское руководство отменит запрет на импорт российских злаковых.

23 марта турецкий МИД вызвал временного поверенного в делах России в Анкаре Сергея Панова. Причиной стала смерть турецкого военнослужащего на территории в Сирии, где за контроль и соблюдение режима прекращения огня ответственна российская сторона. Так как территории, на которых действовал турецкий солдат, контролируются курдской партией «Демократический союз» (в Турции считается террористической организацией), турецкое руководство едва ли не в ультимативной форме потребовало от России закрыть расположенный в Москве офис партии. Инцидент стал ещё одной «монетой» в копилке взаимных противоречий.

Несмотря на ряд негативных моментов, в ходе переговоров 10 марта Россия и Турция достигли и значительных положительных подвижек:

  • стороны договорились о том, что туристы обоих государств смогут использовать национальную валюту при денежных расчетах;
  • на базе коммерческого банка «Denizbank» Россия намерена начать эмиссию пластиковых карт «Мир» на всей территории Турции;
  • на вопрос отмены запрета на наём в России турецких строителей, президент Путин ответил, что он носит «чисто технических характер»;
  • стороны также договорились создать совместный инвестиционный фонд с капиталом до 1 миллиарда долларов, в создание которого вложат свои средства Российский фонд прямых инвестиций и суверенный фонд Турции;
  • были сняты ограничения на некоторые наименования турецкой сельхозпродукции (для Турции вопрос всё еще остаётся чувствительным, главным образом, из-за продолжающегося запрета на ввоз, главным образом, турецких помидоров, которые являются основой экспорта сельскохозяйственных продуктов страны, и других продуктов);
  • представители государств обсудили и двусторонние энергетические проекты, такие как: АЭС «Аккую» и газопровод «Турецкий поток».

Турция и США

Со Штатами же Турция, похоже, намерена двигаться в направлении преодоления существующих разногласий.

30 марта госсекретарь США Рекс Тиллерсон осуществил визит в Турцию. В ходе него он встретился со всеми наиболее значимыми лицами государства, среди которых: президент Турции Эрдоган, премьер-министр Йылдырым и министр иностранных дел Чавушоглу. Помимо довольно обыденных тем, таких как: двустороннее сотрудничество, глобальные и региональные проблемы – стороны затронули вопрос поддержки со стороны США Отрядов народной самообороны (YPG), бойцов которых в Турции причисляют к террористам, а также экстрадиции исламского проповедника Фетхуллаха Гюлена. Тиллерсон постарался как можно более обтекаемо коснуться этих вопросов, его турецкий коллега, в свою очередь, подчеркнул, что у Турции и США все ещё есть разногласия по поводу того, как странам двигаться дальше.

Тем не менее, о положительных сдвигах в отношениях свидетельствует, как минимум тот факт, что уже спустя такой малый срок с 3 по 4 апреля Турцию намерен посетить советник госсекретаря США Томас Шеннон. Более того, новая американская администрация, очевидно, сейчас вновь пытается включиться в процесс сирийского урегулирования, из которого, фактически, выпала в период перехода власти.

Напомним, что в отношениях между США и Турцией имеют место довольно продолжительные разногласия по поводу сотрудничества первых с сирийскими курдами, которое началось еще в 2014 году. Сейчас на повестку дня встал вопрос освобождения сирийского города Ракки от Исламского государства (запрещённая в России террористическая организация); в ходе операции Штаты намерены прибегать к поддержке сил YPG, что вызывает серьёзную критику со стороны турецкого истеблишмента. Что же касается Гюлена, который на данный момент проживает в штате Пенсильвания, то турецкое руководство добивается от США его экстрадиции, так как именно он, согласно расследованию турецких сил правопорядка, является организатором попытки государственного переворота в Турции в ночь с 15 на 16 июля 2016 года.

Отношения с ЕС

16 апреля 2017 года в Турции пройдёт конституционный референдум, посвященный переходу государства к президентской форме правления. На нём решится, как дальнейшая судьба всей Турции, так и вопрос претворения амбиций Эрдогана в жизнь. Тем не менее, опросы общественного мнения демонстрируют раскол общества: согласно им турецкая власть всё еще не имеет достаточной поддержки для осуществления перехода. В связи с этим руководство страны начало широкую кампанию, нацеленную на получение необходимых голосов.

В начале марта турецкие министры предприняли ряд поездок по странам ЕС. Прежде всего, они были намерены встретиться с представителями турецких диаспор, проживающих на территории Европы, с целью добиться их поддержки в ходе апрельского референдума.

После того, как в начале марта власти немецкого города Гаггенау отменили выступление министра юстиции Турции Бекира Боздага перед представителями турецкой диаспоры. Вскоре после этого между Германией и Турцией разразился конфликт, причиной которого стало сделанное Эрдоганом сравнение политики немецких властей с нацизмом.

Похожий инцидент случился и в отношениях с Нидерландами. Голландские власти не пустили в страну для проведения подобных же мероприятий министра иностранных дел Турции Мевлюта Чавушоглу, а также объявили министра по делам семьи Турции Фатму Бетюль Сайян Кайю «нежелательным иностранцем», депортировав её в Германию, откуда она прибыла на территорию Нидерландов. Как и в случае с Германией Турция отреагировала, назвав действия голландского руководства «остатками нацизма и фашизма».

Кризис сопровождался взаимными обвинениями и претензиями. Стремясь продемонстрировать европейским государствам высокую ценность своей страны, а также пытаясь вынудить их идти на поводу Турции, Эрдоган выступил с предложением провести референдум по вопросу членства Турции в Европейском союзе, а министр Турции по делам ЕС отметил, что у Турции нет оснований соблюдать свои обязательства по соглашению о беженцах, отметив, что в отличие от Турции Союз не выполнил ни одного условия.

Внутренняя политика

За последнее время в Турции сложилась довольно нестабильная внутриполитическая ситуация, что связано не только с близостью страны к очагам локальных военных конфликтов на Ближнем Востоке, но и противоречивой политикой самого турецкого руководства: так, например, предстоящий в апреле конституционный референдум расколол турецкое общество на два лагеря.

Очевидно, действия турецких властей внутри государства основывались на понимании необходимости укрепления безопасности страны и её граждан. На момент второго марта, по заявлению премьер-министра Бинали Йылдырыма, турецким силовым структурам удалось задержать и обезвредить более 3500 боевиков ИГ (запрещённая в России террористическая организация). Были арестованы двое мужчин, планировавшие нападения на различные объекты в Стамбуле. Отмечалось, что они входили в ту же ячейку ИГ (запрещённая в России террористическая организация), что и нападавший на стамбульский ночной клуб «Reina» в январе 2017 года.

10 марта в Стамбуле потерпел крушение вертолёт. В результате трагического инцидента погибли 5 человек, среди которых 4 россиян, 2 получили ранения.

18 марта в турецкой провинции Чанаккале состоялась церемония закладки первого камня в рамках начала строительства подвесного автомобильного моста через пролив Дарданеллы. Мост значительно сократит путь от границы Греции и Болгарии до Турции. Завершить строительство планируется в 2023 году, к столетию Турецкой Республики.

Сирия

14-16 марта в Астане прошел 3-ий раунд переговоров по Сирии между Россией, Турцией и Ираном. Обстановка встречи была достаточно сложной, так как изначально на неё не явились представители сирийской вооруженной оппозиции, гарантом выполнения обязательств которой является Турция. Экспертами отмечалось, что формат постепенно исчерпывает себя, так результаты уже не имели столь прорывного значения как по итогам более ранних этапов, а оппозиция, по всей видимости, утратила к нему интерес.

Кроме того, 29 марта премьер-министр Турции Бинали Йылдырым заявил о завершении операции «Щит Евфрата», продолжавшейся в Сирии с 24 августа 2016 года и осуществлявшейся совместно со Свободной армией Сирии, ведущей борьбу против правительства Башара Асада. Он также не исключил возможность осуществления другой операции против ИГ (запрещённая в России террористическая организация).

Военное сотрудничество

Среди прочего Россия и Турция обсудили возможность поставок в Анкару российских зенитных  ракетных комплексов С-400, что, с одной стороны, демонстрирует волю Турецкой Республики вести независимую от западных коллег политику, а, с другой, вызывает весьма неоднозначную оценку её партнёров по Североатлантическому Альянсу.

Также в начале марта главы генштабов вооруженных сил России, Турции и США (Валерий Герасимов, Хулуси Акар и Джозеф Данфорд, соответственно) провели в турецкой Анталье трёхстороннюю встречу, в ходе которой обсудили вопросы региональной безопасности, а также ситуацию в Сирии и Ираке. Целью мероприятия была, прежде всего, попытка согласовать позиции стран по сирийскому урегулированию.

***

Период марта 2017 года оказался довольно сложным для турецкой внешней политики. Выразилось это, прежде всего, в конфликте между Евросоюзом и Турцией. Как в краткосрочной, так и долгосрочной перспективе, едва ли можно ожидать его разрешения. Во-первых, Эрдоган, опираясь на дихотомию герой-злодей (где он – герой), рассматривает его как возможность повысить за счет него собственный имидж и поддержку населения перед апрельским референдумом. Во-вторых, негативные тенденции в отношениях Турции и ЕС прослеживаются уже давно: при решении вопросов обе стороны стремятся извлечь для себя наибольшую выгоду, не учитывая интересы партнёра, что демонстрирует и вопрос членства Турции в Европейском союзе, и соглашение по беженцам. Поэтому в ближайшее время нельзя ожидать восстановления дружеских отношений.

Отношения с Россией подтвердили свой цикличный характер. Очевидно, сейчас они находятся в стадии рецессии. Тем не менее, можно предположить, что возникшие противоречия не значительно повлияют на двусторонние отношения и в скором времени будут преодолены.

В свою очередь, с США, несмотря на существующие противоречия, Турция, по всей видимости, будет выстраивать близкие партнерские отношения. Нельзя говорить о кардинальной смене политики Штатов после прихода новой администрации, однако у турецкого истеблишмента, вероятно, есть надежда на возможность начать отношения с чистого листа. Во всяком случае, в ближайшее время, пожалуй, можно будет наблюдать положительные сдвиги в турецко-американских отношениях.

Что до внутреннего положения в Турции, то нестабильная ситуация в области безопасности побудила турецкие власти к более активной деятельности по предупреждению и предотвращению терроризма. Такая тенденция, очевидно, сохранится и далее.

Кроме того, нужно отметить, что внешнеполитические акции руководства страны были неразрывно связаны с внутренней политикой государства, так как имели целью получение поддержки турецких граждан, проживающих за рубежом. Референдум, который определит, в первую очередь, судьбу Турции и её граждан, стал, таким образом, причиной споров и за пределами страны. Разногласия по этому вопросу на всех уровнях и во всех областях политики, думается, породят извне – более того, уже породили – попытки помешать референдуму завершиться в соответствии с ожиданиями турецких властей.

В итоге турецкое руководство продолжает придерживаться довольно агрессивной политической линии. Политическая элита Турции с трудом идет на компромиссы. В своём стремлении оказывать влияние на глобальные политические и экономические процессы Турция пытается проводить независимую ни от кого политику. Такой внешнеполитический курс неразрывно связан с внутриполитическим стремлением сконцентрировать всю государственную власть в руках ограниченного круга лиц. Буквально все действия нынешнего турецкого руководства демонстрируют его «имперский» аппетит. Подобная тенденция, без сомнений, сохранится на самую долгосрочную перспективу, а, как минимум, на период пребывания у власти в Турции Реджепа Тайипа Эрдогана и Партии справедливости и развития.

В.Аватков, А.Финохин