К Дню Победы: опрос Центра востоковедных исследований в Турции

9 мая в России празднуется День Победы, один из самых важных праздников страны. К этой дате команда Центра востоковедных исследований провела небольшой опрос из 8 вопросов с четырьмя вариантами ответа среди граждан Республики Турция (случайная выборка) с целью узнать, что же турки знают об эпизодах II Мировой войны. События 1939-1945 годов на Турцию повлияли особым образом: хотя страна в то время и сохраняла нейтралитет, но всё же мобилизовала на время войны определенную часть мужского населения.

В тесте приняло участие 110 человек, 52 женщины и 58 мужчин, возрастом от 18 до 55 лет.

Приятным сюрпризом оказалась хорошая осведомленность турок о военных действиях между Советским союзом и нацистской Германией. 80% респондентов правильно смогли определить, что переломной в ходе войны на Восточном фронте стала Сталинградская битва. 76,36% смогли вспомнить, что страшную 900-дневную блокаду выдержал город Ленинград. Чуть больше половины опрашиваемых, 53,36%, даже смогли правильно дать ответ на вопрос: «Когда немецкие войска напали на Советский Союз?».

С событиями, происходившими на других фронтах II Мировой, ситуация несколько иная. Самым простым вопросом оказался вопрос об атомных бомбардировках Японии силами ВВС США — Хиросиму и Нагасаки назвали 98,18% участников опроса. Два человека же посчитали, что разрушенными оказались города Юкио и Мисима.

74,55% участников хорошо помнят, что первой жертвой гитлеровской агрессии оказалась Польша. Но Нюрнберг, как место суда над нацистскими преступниками, смогли назвать всего 50,91% респондентов. Интересно, что более успешными в ответе на этот вопрос оказались турчанки, 57,69% дали верный ответ, среди мужчин же справились только 44,83%. Почти четверть, 23,64%, предполагают, что суд проходил под высоким, не ясным, но всё-таки неизмеримо высоким небом Аустерлица.

Довольно сложным оказался вопрос про Эль-Аламейнское сражение, важную операцию союзников на Североафриканском фронте. Несмотря на географическую и историческую близость Турции и Египта, правильно ответить на вопрос смогли только 48 человек, то есть 43,64% респондентов.

Самым же сложным вопросом, с которым справиться смогли только 30,91% опрошенных, оказался вопрос о дате вступления Турции во II Мировую войну на стороне антигитлеровской коалиции. Событие это произошло 23 февраля 1945 года. 29,09% участников посчитали, что Турция вступила в войну 10 июня 1945 года, это второй по популярности ответ. 26 человек, 23,64%, выбрали вариант «30 сентября 1944 года», а 16,36% — 8 мая 1945.

Из последнего вопроса становится более или менее ясно то место, которое II Мировая война занимает в исторической памяти турецкого народа. Турки достаточно хорошо знакомы с основными событиями, происходившими в то время, но роль Турции в этих событиях им мало известна. Причина этому — вышеупомянутый нейтралитет. Из-за стратегически выгодного положения Республики Турция перед Второй мировой войной как союзники, так и страны «оси» пытались включить её в свой блок. Турецкое руководство же понимало, что страна ещё слишком слаба, чтобы вступать в крупные войны. Из-за этого с 1939 по 1945 год, формально соблюдая нейтралитет, Турция играла роль «слуги двух господ», попеременно помогая двум воюющим сторонам. Всю войну Турция поставляла Третьему рейху хромиты, стратегически важный материал при производстве оружия и военной техники. В 1942 году, во время Сталинградской битвы, турецкие войска были сконцентрированы в районе кавказской границы, неподалеку от Батуми. В Турции активно действовала нацистская пропаганда, руководимая немецким послом Францем фон Папеном. Разрабатывались планы по подрыву СССР изнутри с помощью тюркского фактора. При этом — все же Турции к концу войны смогла сделать правильный выбор и оказаться среди стран-победителей, основавших ООН.

Очевидно, что осведомленность турецких граждан о событиях Войны не слишком высока — со всеми вопросами теста удалось справиться только 3 турецким женщинам, и одному турецкому мужчине из возрастной группы 41-55 лет. Хотя данный показатель весьма условен в связи с малочисленностью опрошенных, в целом — он демонстрирует сложившуюся реальность.

Вторая мировая война является поворотным моментом в мировой истории. Подвиг героев, в том числе и турецких борцов с фашизмом, не должен быть забыт, а может и должен оставаться примером для следующих поколений. Поздравляем всех с великим праздником Победы!

команда Центра востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии

(Опрос подготовлен В.Аватковым и А.Рыженоквым)

Отношение к призыву на военную службу в Турции

Армейская служба занимает значимое место в общественном сознании Турции. Корни этого явления прослеживаются практически с самых первых лет Республики, которая была создана и построена людьми, вышедшими из армейских кругов. Мустафа Кемаль Ататюрк, Исмет Иненю — эти люди определяли политику и жизнь страны на протяжении практически тридцати лет. Именно они создали тот идеологический базис, на котором сейчас высится здание современной Турции. И очень важная часть этого базиса — армия. Она значима в символическом смысле — формируя собственную культурно-историческую идентичность, турки в первую очередь обращаются именно к военным успехам. Особую позицию занимала армия в политическом поле. До совсем недавнего времени она обладала правом активно включаться в турецкую политику, если возникало подозрение, что стабильность в стране нарушена, что правительство отходит от республиканских принципов. Но за последние десять лет правящая Партия справедливости и развития практически полностью лишила военных доступа к политике, обезопасив себя от её контролирующего надзора.

На проблему отношения современного турецкого общества к армии, в недавнем прошлом одному из самых важных социальных институтов страны, интересно посмотреть с такого ракурса, как отношение населения к призыву, а турецкие вооруженные силы, как и российские, продолжают комплектоваться по призывной системе. Для того, чтобы по возможности глубоко вникнуть в эту проблему, был проведен ряд интервью с жителями Турции как призывного возраста, так и вышедшими из него. Исследование не было ограничено только мужской частью населения, женская тоже была в него включена. Здесь, правда, стоит отдельно оговорить, что женщины в Турции призыву не подлежат.

Молодой человек становится военнообязанным в 21 год. Такой порог был установлен совсем недавно — в 2014 году. До этого, и такой стереотип сохранился в турецкой культуре, юноша попадал под призыв, как только ему исполнялось 20 лет. Интересно, что, в отличие от России, в Турции из призывного возраста мужчины выходят только тогда, когда им исполняется 41 год.

Срок службы для лиц без высшего образования — 12 месяцев, для тех, кто закончил бакалавриат — 6. Бакалавры тоже могут взять удлиненный срок службы в 12 месяцев. В таком случае после недолгого обучения они получают звание младшего лейтенанта, работают в армейских структурах, зарабатывают неплохие, по турецким меркам, деньги (2300-2500 лир в месяц) и через год демобилизуются.

Интересно, что в Турции есть много возможностей избежать службы в армии законным путем. Студенты получают отсрочку на срок обучения, причем турецкий студент может несколько лет подряд оставаться на одном курсе, не имея при этом никаких проблем с армией. Негодными к службе признаются и по медицинским показаниям. Добиться этого достаточно трудно, необходимо собрать большой пакет документов. Говорят, что врачи за определённую сумму или же просто, благодаря распространенному на востоке кумовству, могут сделать и фальшивую справку. Впрочем, это остается больше на уровне слухов, точные контакты же неизвестны. Самым любопытным же представляется тот факт, что в Турции государство предоставляет призывникам возможность абсолютно официально откупиться от армии. Запрашиваемая сумма — 18 тысяч лир. 9 тысяч необходимо отдать сразу, на вторую половину можно взять полугодовую рассрочку. До нынешнего показателя сумма была снижена в 2014 году, ранее же она составляла 60 000 турецких лир. Турки, работающие за границей, могут откупиться от армии несколько иным путем. Им требуется предъявить вид на жительство, который подтверждает, что человек уже живет или планирует оставаться в чужой стране три года. И заплатить государству 1000 евро в валюте. Снижение до этой суммы так же состоялось совсем недавно — в 2016 году. До этого платить нужно было 6 000 евро. Важно отметить, что все эти деньги направляются государством на расходы, связанные с армией, например, денежная поддержка семьям солдат, погибших на боевом посту.

В свете вышесказанного становится ясно, что в Турции сейчас проводится линия на сокращение числа призывников. Это можно связать либо с желанием правящей партии сократить приток в вооруженные силы квалифицированных кадров, воспитанных вне её, либо же, что более вероятно, с демографическим кризисом — в Турции сейчас очень много молодежи, у армии просто не хватает ресурсов, чтобы разместить и обеспечить всех призывников.

Отношение турок к призыву в армию различно, сильно зависит от региона. Наиболее серьезно относятся к военной службе в черноморском регионе. Мужчина, не отслуживший в армии, там мужчиной не считается. Тот, кто от армии откупился, считается мужчиной только наполовину. Служба в армии — это гордость, один из важнейших периодов жизни мужчины. Кто-то связывает это с популярностью в тех краях правых националистических течений, например, «Серых волков». В таких течениях армейская эстетика, как правило, фетишизируется. Центральная Анатолия по своим взглядам близка к черноморскому региону, хотя и не так радикальна. Западные районы — Фракия и Эгейский регион — к необходимости отдать долг родине относятся очень спокойно, многие откупаются, это не считается позором. Примерно то же отношение можно встретить на побережье Средиземного моря. Сложная ситуация на востоке страны, населенном преимущественно курдами. Курды пытаются уклониться от призыва, стараются сбежать от комиссаров. Так что в армию их приводят в основном насильно. Это понятно, учитывая почти постоянные столкновения между турецкими вооруженными силами и курдскими партизанами.

Определенная часть тех людей, которые идут в армию по призыву, остаются в ней строить карьеру. Теперь, чтобы представить, каких политических убеждений придерживается ныне прибывающий в армию контингент, следует посмотреть на распределение голосов по районам Республики Турция после минувшего референдума или парламентских выборов последних 8-10 лет. Становится ясно, что Черноморский регион и Центральная Анатолия, то есть те области, где служба по призыву является наиболее популярной, исключительно лояльны действующей власти. Западные области, в которых отношение к призыву достаточно легкое, в большинстве своем поддерживают Народно-республиканскую партию, основанную Ататюрком, сохраняющую его идеологическое наследие, но ушедшую в оппозицию к правительству Партии справедливости и развития. Да, идеологическое воспитание будущего офицерского состава происходит в военных школах, но не учитывать влияние домашней среды тоже очень сложно.

Для старшего поколения служба в армии была одним из обрядов перехода. В их время срочная служба была практически единственным шансом выбраться куда-то из своего родного городка или деревни, пережить новый важный опыт. Сейчас мобильность у населения выше, такие переживания приобретаются раньше, что может вносить свою лепту в возможное разложение авторитета воинской службы. Молодыми же турками служба в армии воспринимается как защита своей родины от внешних военных угроз, сейчас же молодежь не считает, что страна находится в опасности и этим аргументирует свою флегматичность по отношению к призыву. Но эти утверждения стоит скорее воспринимать как отговорку, рожденную в столкновении внутреннего патриотизма (а у турок он на очень высоком уровне) и собственного нежелания проводить год или полгода в отрыве от своей повседневной жизни. А корни такого нежелания можно увидеть именно в изменении отношения к важному когда-то институту.

Но есть два фактора, которые заставляют многих идти в армию. Первый: не прошедшим военную службу платят меньшую зарплату — особенно это касается людей, после бакалавриата поступающих в магистратуру и аспирантуру. Второй: юноше, не отдавшему долг родине, могут не позволить жениться на девушке. Под это подводятся две причины: оговоренное выше отсутствие превращения из мальчика в мужа, которое дает армия, либо же боязнь, что молодой человек во время срочной службы будет убит, а его юная жена останется вдовой.

Подводя некоторый итог: отношение к армейской службе в Турции сейчас переживает значительные изменения, которые поддерживаются мерами, проводимыми правительством. Армия, традиционно лаицистский и прозападный институт пополняется большей частью лояльными сторонниками Партии справедливости и развития, что неминуемо ведет к переоценке внутренних ценностей и изменению отношений с самим институтом власти. Теперь уже не армия контролирует правительство, а правительство армию. Об этом уже много говорилось в связи с законами последних лет, выводящими вооруженные силы из правового поля, благодаря этой статье становится понятно, что процесс этот происходит не только с внешней стороны, но сопровождается и внутренними переменами. Учитывая значительную чистку офицерского состава после попытки переворота 15 июля 2016 года, можно предположить, что сторонники Партии справедливости и развития получили значительные карьерные продвижения и лицо вооруженных сил Республики Турция теперь будет определяться ими.

Армия, бывший гарант ататюркизма в стране, постепенно уходит из общественного поля, теряет свой престиж в глазах населения. Причину этого можно увидеть в той повестке, которая окружает армию последние десять лет. Дело «Эргенекона», тайной организации якобы возглавляемой высокопоставленными членами вооруженных сил и органов безопасности Турции, прогремевшее в 2007, суд над генералом Кенаном Эвреном, лидером государственного переворота 1980 года, попытка переворота лета 2016 очевидно оказали свое влияние на общественное мнение. Несмотря на то, что престиж армии в Турции они не поколебали, но содержание его заметно выхолостили, что и привело к падению авторитета срочной службы среди молодежи. И хотя эти процессы ещё не вполне осознаются турецким обществом, не заметить внимательному наблюдателю достаточно сложно.

А. Рыженков

Турция: апрель 2017 (дайджест)

Апрель 2017 года обозначил направления дальнейшей трансформации политической жизни Турции. Главным событием внутренней политики Турции, несомненно, стал референдум о переходе к президентской форме правления.

В свою очередь, в области внешней политики обращают на себя внимание, прежде всего такие события, как воздушные удары Турции по позициям Курдов в Сирии и Ираке, выступление турецкого руководства в поддержку ударов со стороны США по сирийской авиабазе Шайрат, визит вице-премьера Турции в Москву.

Конституционный референдум

16 апреля (2017 года) в Турции прошёл референдум, посвященный переходу от парламентской формы правления к президентской республике.

Сторонники конституционной реформы – они же сторонники действующего президента Реджепа Тайипа Эрдогана – одержали победу с перевесом в 1,12 млн. голосов. Таким образом, «за» конституционные поправки высказались 51,18% избирателей, и 48,82% – «против».

Реформа подразумевает ряд мер, направленных на усиление централизованной власти в Турции, среди них:

  • упразднение должности премьер-министра (президент будет одновременно и главой правительства и главой государства);
  • значительное ограничение полномочий парламента;
  • отмена военных судов (свидетельствует о фактически полном устранении роли турецкой армии в качестве гаранта светскости);
  • право объявлять чрезвычайное положение передано президенту;
  • увеличение числа депутатов турецкого парламента (Великое национальное собрание Турции) с 550 до 600;
  • и другие.

После официального объявления результатов в Анкаре, Стамбуле и Измире – городах, традиционно голосующих против консервативного руководства – прошли митинги. А главная оппозиционная партия страны, Народно-республиканская партия (НРП), подала иск в Верховный суд Турции о признании недействительными итоги голосования, однако суд ответил отказом; до этого апелляцию НРП с требованием пересмотреть результаты референдума отклонил Высший избирательный совет Турции.

Опасения о возможности эскалации вооружённых столкновений из-за противоречивых итогов референдума между противниками и сторонниками действующей власти не оправдались. Тем не менее, результаты голосования продемонстрировали существование глубокого системного кризиса турецкого общества, который является ещё одним потенциальным звеном расшатывающим стабильность турецкого государства.

Одно из первых мероприятий в рамках перехода к президентской республике, как сообщалось официальными представителями правящей Партии справедливости и развития, пройдёт уже в мае 2017 года: президент Эрдоган будет принят в ПСР и, возможно, выдвинут на пост её председателя.

США и сирийский вопрос

7 апреля Соединённые Штаты, оправдывая свои действия в качестве ответных мер на химическую атаку в городе Хан-Шейхун, осуществлённую, якобы, силами Башара Асада, в одностороннем порядке нанесли удар по авиабазе Шайрат, используемой правительственными войсками. Едва ли не одним из первых отреагировало на инцидент руководство Турции, отметив, что расценивает ракетный удар положительно, а также призвав другие государства сохранять свою жесткую позицию по отношению к «варварскому» режиму Башара Асада, а Россию, в свою очередь, отказаться от поддержки действующего президента Сирии.

Ранее Эрдоган заявлял о готовности Турции оказать поддержку Вашингтону, в случае если тот примет решение о проведении военной операции в Сирии.

Подобный подход турецких властей стал ещё одним камнем преткновения в и без того весьма сложных отношениях России и Турции. А само заявление доказало, что сотрудничество Турции с Ираном и Россией в рамках астанинского формата было не интересом, а лишь вынужденным шагом турецкой стороны, за неимением альтернатив для реализации своих интересов в Сирии.

Отношения с ЕС

Спустя менее чем 10 дней после конституционного референдума в Турции прошло заседание Парламентской ассамблеи Совета Европы, на котором европейские государства проголосовали за возобновление мониторинга за внутриполитической обстановкой в Турецкой Республике. Официальные представители европейских государств оправдывали решение своей озабоченностью по вопросу уважения прав человека в Турции, демократии и верховенства права. Среди причин выделяли режим чрезвычайного положения, который 18 апреля был продлён на три месяца решением турецкого парламента, а также аресты госслужащих и политиков без судебного процесса после попытки государственного переворота в 2016 году.

Турецкий истеблишмент отреагировал крайне жёстко, назвав решение несправедливым и «политически мотивированным». Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу, в свою очередь, акцентировал внимание на том, что Турецкая Республика является одним из крупнейших источников финансирования бюджета Совета Европы, в связи с чем подчеркнул, что турецкое руководство может поставить организацию в тяжёлое положение.

Примечательно, что позже верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини сделала весьма осторожное заявление, в котором говорилось, что Европейский союз «уважает» результаты турецкого референдума, хоть и не отрицает возможность их пересмотра.

Курды

25 апреля Турецкие вооружённые силы нанесли воздушные удары по позициям курдов в Сирии и Ираке, в районе горы Карачок и горы Синджар, соответственно.

Москва осудила действия Анкары, отметив, что такие шаги не способствуют продвижению в борьбе с терроризмом в Сирии и Ираке.

Соединённые Штаты, в свою очередь, выразили обеспокоенность в связи с тем, что Турция осуществила удары без должной координацией с США или коалицией против Исламского государства (запрещённая в России террористическая организация).

Россия и Турция

Крайне противоречиво продолжали складываться российско-турецкие отношения. Наряду с непримиримыми разногласиями по сирийскому вопросу, в целом, и авиаударами вооруженных сил США по сирийской авиабазе, в частности, в начале месяца Россия и Турция провели совместные военно-морские учения в Чёрном море.

И после визита президента Турции Реджепа Эрдогана 10 марта 2017 года в Москву стороны всё ещё не смогли достигнуть договорённостей в вопросе ограничений в области торговли сельскохозяйственной продукцией. С целью преодолеть разногласия вице-премьер Турции Мехмет Шимшек в сопровождении министра экономики Турции Нихата Зейбекчи прибыл 18 апреля с визитом в Москву. Несмотря на положительные оценки турецкой стороны, переговоры не дали практических результатов; как сообщалось, дальнейшее обсуждение вопроса было перенесено на переговоры между президентами двух государств, которые пройдут в Сочи 3 мая 2017 года.

Сейчас продолжают действовать ограничения со стороны России на поставки ряда турецких продуктов, в том числе яблок, груш, клубники, помидоров, кур и других продуктов, и введённые в середине марта турецкой стороной пошлины в размере 140% на ввоз некоторых российских злаковых культур.

Помимо всего прочего, 24 апреля Турция приняла решение о продлении в одностороннем порядке срока безвизового пребывания на территории страны для российских граждан. Срок был увеличен с 60 до 90 дней.

Экономика

Сообщалось, что Турция увеличила импорт энергоносителей на 31,2% по сравнению с прошлым 2016 годом, а импорт зарубежных товаров, в целом, на 6,9%. Таким образом, турецкому руководству удалось сократить внешнеторговый дефицит, так как показатель турецкого экспорта вырос на 13,6%, достигнув, таким образом, объёма 14,496 миллиарда долларов.

***

Апрель 2017 года стал отправной точкой для серьёзных и глубоких внутри- и внешнеполитических изменений в Турции. Результаты референдума приведут к дальнейшей концентрации власти в руках одной личности, её укреплению и в то же время ослаблению других государственных институтов, а также армии, которая фактически уже утратила роль гаранта светскости Турецкой Республики. Во внутренней политике, таким образом, сохранится консервативный курс. Тем не менее, едва ли не единоличное правление не позволит устранить постигший страну кризис: в турецком обществе наблюдается раскол, и брожения, происходящие в нём, лишь усугубят нестабильность турецкого государства.

На Российском направлении после июня 2016 года, когда Эрдоган принёс извинения за инцидент с российский Су-24, всё ещё не наблюдалось каких-либо значительных подвижек. Решая одни вопросы, страны непременно приходят к другим: стороны проводят совместные переговоры по вопросу сирийского урегулирования, а после Турция фактически, отказывается от курса, взятого в рамках астанинского формата; Турция вводит пошлины на российское зерно и в то же время продлевает время безвизового пребывания для российских туристов. Очевидно, такой формат двусторонних отношений продолжит существовать и дальше.

Турция отдалилась от переговорного процесса в Астане в пользу сотрудничества с вернувшимися в регион Соединёнными Штатами, вероятно, понадеявшись на совместное решение вопроса в формате, соответствующем интересам турецкого руководства. Однако, резкая реакция Штатов на несогласованные с ними действия Турции в Сирии и Ираке, свидетельствует о том, что американская администрация не готова к самостоятельной Турции. Таким образом, весьма вероятно, что в процесс сирийского урегулирования, которое раньше строилось на основе компромисса по оси Россия-США, включится третий уже независимый актор в лице Турецкой Республики, а, в частности, развернётся борьба между Турцией и Штатами за влияние на Ближнем Востоке.

В.Аватков, А.Финохин

Референдум в Турции: раскол?

Турецкий референдум в минувшую пятницу завершился достаточно предсказуемо: из примерно 50 миллионов голосовавших вносимые изменения поддержали 51,41%, против же высказались 48,59% избирателей. Разница ничтожно мала, что ведет к закономерным выводам о расколе турецкого общества примерно на две равные половины.

И хотя после оглашения предварительных результатов, свидетельствовавших о том, что поправки всё-таки проходят, на улицы крупных городов высыпали спонтанные толпы сторонников изменений или, если быть более точными, сторонников Эрдогана, вряд ли они могут быть довольны такой минимальной победой, которая ставит под вопрос реальную легитимность поправок.

Противники изменений также выходили на улицы вечером 16 апреля, но заявлять о каких-то массированных выступлениях не приходится — проходили он в Кадыкеё, традиционно молодежном и светском районе Стамбула, и в тех регионах, что традиционно очень привязаны к ататюркизму, в первую очередь, это Измир.

Итак, в турецком обществе существует очевидный раскол, который, кажется, неизбежно должен привести к кризису. Предпосылки понятны — половина населения страны недовольна авторитаризмом Эрдогана, его желанием аккумулировать всю власть в стране в своих руках, отходом от принципов светскости, заложенных создателем Турецкой республики Мустафой Кемалем Ататюрком, чей культ до сих пор весьма силен в Турции; другая же половина видит в Эрдогане сильного лидера, который вывел Турцию на новые позиции на международной арене, сделал из неё регионального лидера, с позицией которого должен считаться Евросоюз, США и Россия; также многие сторонники апеллируют к экономическому подъему страны в годы правления Эрдогана, в населении ещё очень жива память о не самой удачной с экономической точки зрения жизни Турции во второй половине XX века.

Однако ту атмосферу, что охватила сейчас противников эрдогановской политики, можно назвать скорее атмосферой уныния и смирения с собственной судьбой. Люди нехотя, но принимают изменения, отказываются активно выступать против них. И в этом огромная заслуга политики Эрдогана. Кстати, в подобном же состоянии турецкое общество находилось и после повторных парламентских выборов в 2015 году.

Турецкий лидер достаточно удачно обезопасил себя от возможного взрыва народного недовольства. Фактически сейчас в Турции нет ни СМИ, ни крупных политических лидеров, которые способны повести за собой противников курса Эрдогана. Армия успешна выведена из управления страной, попытка переворота позволила Эрдогану закончить свою с ней борьбу, которая была начата ещё в первые годы его власти. Та же попытка переворота позволила весьма жестко добить гюленовские структуры, которые за счет своих ресурсов вполне могли бы оказать влияние на происходящее после выборов в стране.

Не менее важной кажется и роль СМИ в предвыборной агитации — практически все действующие и крупные телевизионные каналы транслировали в последние месяцы исключительно выступления в поддержку изменений, речи Эрдогана и его сторонников транслировались целиком почти каждый день, в то время как позиции их противников уделялись совсем небольшие куски эфира. Этому способствовало проведенное в рамках чрезвычайного положения постановление правительства об отмене необходимости предоставлять одинаковое эфирное время всем политическим позициям. Это представляется особенно важным — в Турции частью национальной культуры является постоянное присутствие в жизни включенного телевизора, это происходит даже во время дружеских и семейных застолий, даже если гости собрались просто о чем-то поговорить, телевизор обязательно должен быть включен.

Таким образом, мы оказываемся в ситуации, когда в стране есть большое количество недовольных происходящим, но нет такой силы или даже события, которое могло бы вывести их на улицы. К своей автократии Эрдоган идет исключительно демократическим путем, административный ресурс используется очень мягко и не вызывает возмущения у широких масс. Да, у CHP есть некоторые претензии к подсчету голосов в некоторых избирательных пунктах, однако эта новость достаточно быстро проскочив вечером дня голосования к следующему дню оказалась почти забыта. В то же время в интернете присутствует интересный видеоролик в очень плохом качестве, в котором, по утверждению автора съемки, изображена фальсификация голосов на одном из избирательных участков. Но качество видеозаписи настолько плохое, что кроме пропечатывающего неясные бумаги мужчины там сложно что-то различить.

Гораздо более любопытным является вопрос, связанный с изменением условий голосования по ходу самого голосования. Здесь следует коснуться самой процедуры выборов в Турции. Всем избирателям выдавался разделенный цветом на две половины бланк, одна из сторон которого была подписана «за», другая «против». Избиратель должен был пропечатать нужную ему половину печатью с надписью «предпочтение», запечатать в специальный, выдаваемый на избирательном участке конверт, и опустить в урну для голосования. Конверт и бланк, в свою очередь, должны были быть пропечатаны особой печатью избирательной комиссии. Однако в пять часов вечера турецкий Центризбирком обнародовал постановление, что действующими считаются как непропечатанные бланки, так и принесенные со стороны конверты, обосновав это поступившими со множества участков жалобами на то, что местные избирательные просто не успели всё пропечатать. Противниками изменений это было воспринято как свидетельство фальсификации, тема стала педалироваться в газете Cumhuriyet, органе CHP. Вечером 17 апреля в крупных городах Турции и некоторых районах Стамбула состоялись разрозненные акции, участники которых протестовали против решения Центризбиркома. Но это вряд ли можно назвать крупными выступлениями, скорее попыткой ухватиться за последнюю соломинку, постараться не потерять надежду. Даже в Измире, традиционном оплоте CHP, люди уже практически потеряли надежду, если верить поступающим оттуда сведениям.

ОБСЕ так же обращает внимание в своем предварительном докладе на указанные выше нарушения, а именно неравный доступ к медиаресурсам и ситуацию с печатями на конвертах и бланках.

Таким образом, главной точкой напряженности являются именно непропечатанные бланки, пересчет которых мог бы изменить итоги референдума. Определенное количество людей на протесты в Турции по этому поводу организовать вполне возможно, особенно если в течение ближайших дней всплывут какие-то факты злоупотреблений такого рода. Есть и некоторая вероятность, что такие демонстрации смогут вызвать неадекватную реакцию со стороны Эрдогана, что выведет на улицы только больше людей. С другой стороны, именно во время этих акций могут состоятся провокации, подставляющие нынешнего главу государства.

Итак, в любом случае, раскол турецкого общества, который подтвердил этот референдум, это очень важный знак для всех участников ближневосточного процесса. Сможет ли оставаться стабильной страна с такой мощной поляризацией общества? Впрочем, нельзя считать турок, проголосовавших на референдуме против, достаточно гомогенной группой, среди них есть определенное количество сторонников Эрдогана как лидера, но не имеющих желания менять существующий политический строй. В то время как противоположная им группа кажется гомогенной полностью. Хотя и их внимание можно перехватить, если на сторону противников Эрдогана перейдет кто-нибудь из людей, ассоциирующихся с успехами ПСР и её руководством.

А.Рыженков

Валдайская записка директора Центра востоковедных исследований. «Оборона через лидерство: Турция накануне референдума о конституции»

17 апреля 2017 г. на дискуссионной площадке Клуба «Валдай» директором Центра востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии к.полит.н. Владимиром Алексеевичем Аватковым была представлена Валдайская записка №65, касающаяся вопросов, связанных с референдумом, проведенным в Турции 16 апреля 2017 г.
В рамках экспертной дискуссии В.А. Аватков выразил мнение, что в результате конституционного референдума Турция вновь оказалась расколота на две части, что создает определенные риски для региональной стабильности. Полный текст — по ссылке.

Конференция и семинары в рамках конкурса им. Е.М. Примакова

14-15 апреля 2017 г. прошел комплекс мероприятий в рамках конкурса студенческих научно-аналитических работ по ближневосточной проблематике им. Е.М. Примакова. Они были организованы Центром востоковедных исследований и Центром внешнеполитического сотрудничества имени Е.М. Примакова при поддержке Фонда публичной дипломатии имени А.М. Горчакова и Дипломатической Академии МИД России.

В конкурсе приняли участие 138 человек из Азербайджана, Армении, Белоруссии, Италии, Казахстана, Кыргызстана, Сирии, Таджикистана, Турции, Узбекистана, Украины/ДНР, Эстонии, а также из 27 городов России, таких как Москва, Казань, Санкт-Петербург, Кемерово, Владимир, Пермь, Симферополь и др.

Комиссией было отобрано 20 финалистов. Ниже приведены победители конкурса по местам:

1. Рыженков Андрей Сергеевич (Турция, Бурса, Uludağ Üniversitesi),«Сирийские мигранты в современной Турции: особенности сообщества и его социокультурной адаптации»

2. Лабуткин Никита Сергеевич (Россия, Москва, МГУ им. М.В.Ломоносова), Ирано-саудовские отношения на современном этапе как фактор складывания многосторонней системы региональной безопасности на Ближнем Востоке

3. Надтока Руслан Вугарович (Россия, Москва, МГУ им. М.В.Ломоносова), «Роль частных военных компаний в контексте конфликтов на Ближнем Востоке: опыт Ирака и Афганистана»

4-5. Финохин Александр Сергеевич (Россия, Москва, ДА МИД РФ), «Образ Р.Т. Эрдогана как политического лидера в контексте взаимодействия с турецким электоратом»

4-5. Оганесян Тарон Грайрович (Армения, Ереван, Армянский государственный университет), «Изменения в Конституции Турции в контексте ограничения роли армии в политических процессах (2010-2016 гг.)»

14 апреля финалисты конкурса встретились на семинарах с экспертами-востоковедами:

  • д.и.н., проф. кафедры востоковедения МГИМО МИД России Л.М. Ефимовой,
  • д.и.н., проф., главным научным сотрудником ИВ РАН И.Д. Звягельской,
  • к.э.н., зав.сектором Ирана ИВ РАН Н.М. Мамедовой,
  • к.полит.н., доцентом кафедры международных отношений ДА МИД РФ, директором Центра востоковедных исследований В.А. Аватковым.

15 апреля была организована большая конференция студентов-ближневосточников, в которой приняло участие более 100 человек. С приветственным словом к ним обратились в том числе Р.Н. Гришенин, заместитель исполнительного директора Фонда поддержки публичной дипломатии им. А.М. Горчакова, директор Центра внешнеполитического сотрудничества им. Е.М. Примакова, а также В.А. Аватков, доцент кафедры международных отношений ДА МИД РФ, директор Центра востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии.

В адрес участников конференции поступили приветствия от Министра иностранных дел России С.В. Лаврова, от Совета Федерации в лице сенатора И.Н. Морозова, а также от директора Департамента информации и печати МИД РФ М.В. Захаровой.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 IMG_0203 IMG_0229 IMG_0240 IMG_0267 IMG_0271 IMG_0273 IMG_0280 IMG_0284 IMG_0286 IMG_0294 IMG_0302

Турция: март 2017 (дайджест)

Турция: март 2017 (дайджест)

Во внешней политике Турции среди всего ряда событий можно выделить, прежде всего: визит президента Эрдогана в Москву, конфликт между Турцией и ЕС, а также визит госсекретаря США Тиллерсона в Турцию.

Во внутренней политике турецкое руководство продолжило ряд мер по укреплению государственной безопасности, в связи с чем был проведен ряд операций по задержанию, прежде всего, лиц имеющих отношение к Исламскому государству (ИГ; запрещённая в России террористическая организация). Кроме того, было начато строительство автомобильного моста через пролив Дарданеллы, значительно сокращающего путь от Турции до Греции и Болгарии.

Россия и Турция

10 марта президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган для участия в заедании Совета сотрудничества высшего уровня прибыл с визитом в Москву, где он провел с российскими коллегами переговоры, как в узком, так и в расширенном составе. Обсуждались, главным образом, вопросы урегулирования в Сирии и снятия продовольственных санкций. Своё выступление в ходе совместной пресс-конференции двух лидеров Эрдоган начал с вопроса борьбы с курдскими террористическими – по мнению Турецкого руководства – группировками, что уже было расценено некоторыми экспертами как негативный посыл.

И, действительно, сначала (в начале марта) турецкие морские порты отказались принимать паромы и корабли, идущие из Крыма, объясняя это отсутствием у экипажей необходимых таможенных документов. В российском экспертном сообществе подобные действия объяснили тем, что Турция всё ещё не признает Крым российским. А 15 марта Турция остановила беспошлинный ввоз российского зерна, установив на него пошлину в размере 130%, что на деле означает приостановку таких поставок. В России же нашли возможный выход из ситуации. 28 марта с визитом в Москве побывал лидер Ирана Хасан Рухани; по его завершению среди прочих заявлений звучало предположение о том, что рынок Ирана может заменить турецкий, при условии, что иранское руководство отменит запрет на импорт российских злаковых.

23 марта турецкий МИД вызвал временного поверенного в делах России в Анкаре Сергея Панова. Причиной стала смерть турецкого военнослужащего на территории в Сирии, где за контроль и соблюдение режима прекращения огня ответственна российская сторона. Так как территории, на которых действовал турецкий солдат, контролируются курдской партией «Демократический союз» (в Турции считается террористической организацией), турецкое руководство едва ли не в ультимативной форме потребовало от России закрыть расположенный в Москве офис партии. Инцидент стал ещё одной «монетой» в копилке взаимных противоречий.

Несмотря на ряд негативных моментов, в ходе переговоров 10 марта Россия и Турция достигли и значительных положительных подвижек:

  • стороны договорились о том, что туристы обоих государств смогут использовать национальную валюту при денежных расчетах;
  • на базе коммерческого банка «Denizbank» Россия намерена начать эмиссию пластиковых карт «Мир» на всей территории Турции;
  • на вопрос отмены запрета на наём в России турецких строителей, президент Путин ответил, что он носит «чисто технических характер»;
  • стороны также договорились создать совместный инвестиционный фонд с капиталом до 1 миллиарда долларов, в создание которого вложат свои средства Российский фонд прямых инвестиций и суверенный фонд Турции;
  • были сняты ограничения на некоторые наименования турецкой сельхозпродукции (для Турции вопрос всё еще остаётся чувствительным, главным образом, из-за продолжающегося запрета на ввоз, главным образом, турецких помидоров, которые являются основой экспорта сельскохозяйственных продуктов страны, и других продуктов);
  • представители государств обсудили и двусторонние энергетические проекты, такие как: АЭС «Аккую» и газопровод «Турецкий поток».

Турция и США

Со Штатами же Турция, похоже, намерена двигаться в направлении преодоления существующих разногласий.

30 марта госсекретарь США Рекс Тиллерсон осуществил визит в Турцию. В ходе него он встретился со всеми наиболее значимыми лицами государства, среди которых: президент Турции Эрдоган, премьер-министр Йылдырым и министр иностранных дел Чавушоглу. Помимо довольно обыденных тем, таких как: двустороннее сотрудничество, глобальные и региональные проблемы – стороны затронули вопрос поддержки со стороны США Отрядов народной самообороны (YPG), бойцов которых в Турции причисляют к террористам, а также экстрадиции исламского проповедника Фетхуллаха Гюлена. Тиллерсон постарался как можно более обтекаемо коснуться этих вопросов, его турецкий коллега, в свою очередь, подчеркнул, что у Турции и США все ещё есть разногласия по поводу того, как странам двигаться дальше.

Тем не менее, о положительных сдвигах в отношениях свидетельствует, как минимум тот факт, что уже спустя такой малый срок с 3 по 4 апреля Турцию намерен посетить советник госсекретаря США Томас Шеннон. Более того, новая американская администрация, очевидно, сейчас вновь пытается включиться в процесс сирийского урегулирования, из которого, фактически, выпала в период перехода власти.

Напомним, что в отношениях между США и Турцией имеют место довольно продолжительные разногласия по поводу сотрудничества первых с сирийскими курдами, которое началось еще в 2014 году. Сейчас на повестку дня встал вопрос освобождения сирийского города Ракки от Исламского государства (запрещённая в России террористическая организация); в ходе операции Штаты намерены прибегать к поддержке сил YPG, что вызывает серьёзную критику со стороны турецкого истеблишмента. Что же касается Гюлена, который на данный момент проживает в штате Пенсильвания, то турецкое руководство добивается от США его экстрадиции, так как именно он, согласно расследованию турецких сил правопорядка, является организатором попытки государственного переворота в Турции в ночь с 15 на 16 июля 2016 года.

Отношения с ЕС

16 апреля 2017 года в Турции пройдёт конституционный референдум, посвященный переходу государства к президентской форме правления. На нём решится, как дальнейшая судьба всей Турции, так и вопрос претворения амбиций Эрдогана в жизнь. Тем не менее, опросы общественного мнения демонстрируют раскол общества: согласно им турецкая власть всё еще не имеет достаточной поддержки для осуществления перехода. В связи с этим руководство страны начало широкую кампанию, нацеленную на получение необходимых голосов.

В начале марта турецкие министры предприняли ряд поездок по странам ЕС. Прежде всего, они были намерены встретиться с представителями турецких диаспор, проживающих на территории Европы, с целью добиться их поддержки в ходе апрельского референдума.

После того, как в начале марта власти немецкого города Гаггенау отменили выступление министра юстиции Турции Бекира Боздага перед представителями турецкой диаспоры. Вскоре после этого между Германией и Турцией разразился конфликт, причиной которого стало сделанное Эрдоганом сравнение политики немецких властей с нацизмом.

Похожий инцидент случился и в отношениях с Нидерландами. Голландские власти не пустили в страну для проведения подобных же мероприятий министра иностранных дел Турции Мевлюта Чавушоглу, а также объявили министра по делам семьи Турции Фатму Бетюль Сайян Кайю «нежелательным иностранцем», депортировав её в Германию, откуда она прибыла на территорию Нидерландов. Как и в случае с Германией Турция отреагировала, назвав действия голландского руководства «остатками нацизма и фашизма».

Кризис сопровождался взаимными обвинениями и претензиями. Стремясь продемонстрировать европейским государствам высокую ценность своей страны, а также пытаясь вынудить их идти на поводу Турции, Эрдоган выступил с предложением провести референдум по вопросу членства Турции в Европейском союзе, а министр Турции по делам ЕС отметил, что у Турции нет оснований соблюдать свои обязательства по соглашению о беженцах, отметив, что в отличие от Турции Союз не выполнил ни одного условия.

Внутренняя политика

За последнее время в Турции сложилась довольно нестабильная внутриполитическая ситуация, что связано не только с близостью страны к очагам локальных военных конфликтов на Ближнем Востоке, но и противоречивой политикой самого турецкого руководства: так, например, предстоящий в апреле конституционный референдум расколол турецкое общество на два лагеря.

Очевидно, действия турецких властей внутри государства основывались на понимании необходимости укрепления безопасности страны и её граждан. На момент второго марта, по заявлению премьер-министра Бинали Йылдырыма, турецким силовым структурам удалось задержать и обезвредить более 3500 боевиков ИГ (запрещённая в России террористическая организация). Были арестованы двое мужчин, планировавшие нападения на различные объекты в Стамбуле. Отмечалось, что они входили в ту же ячейку ИГ (запрещённая в России террористическая организация), что и нападавший на стамбульский ночной клуб «Reina» в январе 2017 года.

10 марта в Стамбуле потерпел крушение вертолёт. В результате трагического инцидента погибли 5 человек, среди которых 4 россиян, 2 получили ранения.

18 марта в турецкой провинции Чанаккале состоялась церемония закладки первого камня в рамках начала строительства подвесного автомобильного моста через пролив Дарданеллы. Мост значительно сократит путь от границы Греции и Болгарии до Турции. Завершить строительство планируется в 2023 году, к столетию Турецкой Республики.

Сирия

14-16 марта в Астане прошел 3-ий раунд переговоров по Сирии между Россией, Турцией и Ираном. Обстановка встречи была достаточно сложной, так как изначально на неё не явились представители сирийской вооруженной оппозиции, гарантом выполнения обязательств которой является Турция. Экспертами отмечалось, что формат постепенно исчерпывает себя, так результаты уже не имели столь прорывного значения как по итогам более ранних этапов, а оппозиция, по всей видимости, утратила к нему интерес.

Кроме того, 29 марта премьер-министр Турции Бинали Йылдырым заявил о завершении операции «Щит Евфрата», продолжавшейся в Сирии с 24 августа 2016 года и осуществлявшейся совместно со Свободной армией Сирии, ведущей борьбу против правительства Башара Асада. Он также не исключил возможность осуществления другой операции против ИГ (запрещённая в России террористическая организация).

Военное сотрудничество

Среди прочего Россия и Турция обсудили возможность поставок в Анкару российских зенитных  ракетных комплексов С-400, что, с одной стороны, демонстрирует волю Турецкой Республики вести независимую от западных коллег политику, а, с другой, вызывает весьма неоднозначную оценку её партнёров по Североатлантическому Альянсу.

Также в начале марта главы генштабов вооруженных сил России, Турции и США (Валерий Герасимов, Хулуси Акар и Джозеф Данфорд, соответственно) провели в турецкой Анталье трёхстороннюю встречу, в ходе которой обсудили вопросы региональной безопасности, а также ситуацию в Сирии и Ираке. Целью мероприятия была, прежде всего, попытка согласовать позиции стран по сирийскому урегулированию.

***

Период марта 2017 года оказался довольно сложным для турецкой внешней политики. Выразилось это, прежде всего, в конфликте между Евросоюзом и Турцией. Как в краткосрочной, так и долгосрочной перспективе, едва ли можно ожидать его разрешения. Во-первых, Эрдоган, опираясь на дихотомию герой-злодей (где он – герой), рассматривает его как возможность повысить за счет него собственный имидж и поддержку населения перед апрельским референдумом. Во-вторых, негативные тенденции в отношениях Турции и ЕС прослеживаются уже давно: при решении вопросов обе стороны стремятся извлечь для себя наибольшую выгоду, не учитывая интересы партнёра, что демонстрирует и вопрос членства Турции в Европейском союзе, и соглашение по беженцам. Поэтому в ближайшее время нельзя ожидать восстановления дружеских отношений.

Отношения с Россией подтвердили свой цикличный характер. Очевидно, сейчас они находятся в стадии рецессии. Тем не менее, можно предположить, что возникшие противоречия не значительно повлияют на двусторонние отношения и в скором времени будут преодолены.

В свою очередь, с США, несмотря на существующие противоречия, Турция, по всей видимости, будет выстраивать близкие партнерские отношения. Нельзя говорить о кардинальной смене политики Штатов после прихода новой администрации, однако у турецкого истеблишмента, вероятно, есть надежда на возможность начать отношения с чистого листа. Во всяком случае, в ближайшее время, пожалуй, можно будет наблюдать положительные сдвиги в турецко-американских отношениях.

Что до внутреннего положения в Турции, то нестабильная ситуация в области безопасности побудила турецкие власти к более активной деятельности по предупреждению и предотвращению терроризма. Такая тенденция, очевидно, сохранится и далее.

Кроме того, нужно отметить, что внешнеполитические акции руководства страны были неразрывно связаны с внутренней политикой государства, так как имели целью получение поддержки турецких граждан, проживающих за рубежом. Референдум, который определит, в первую очередь, судьбу Турции и её граждан, стал, таким образом, причиной споров и за пределами страны. Разногласия по этому вопросу на всех уровнях и во всех областях политики, думается, породят извне – более того, уже породили – попытки помешать референдуму завершиться в соответствии с ожиданиями турецких властей.

В итоге турецкое руководство продолжает придерживаться довольно агрессивной политической линии. Политическая элита Турции с трудом идет на компромиссы. В своём стремлении оказывать влияние на глобальные политические и экономические процессы Турция пытается проводить независимую ни от кого политику. Такой внешнеполитический курс неразрывно связан с внутриполитическим стремлением сконцентрировать всю государственную власть в руках ограниченного круга лиц. Буквально все действия нынешнего турецкого руководства демонстрируют его «имперский» аппетит. Подобная тенденция, без сомнений, сохранится на самую долгосрочную перспективу, а, как минимум, на период пребывания у власти в Турции Реджепа Тайипа Эрдогана и Партии справедливости и развития.

В.Аватков, А.Финохин

Арабские страны: март 2017 г. (дайджест)

События марта 2017 г. в Сирии и Ираке следуют алгоритмам, формировавшимся на протяжении всего конфликта. Обстановка на сирийском театре военных действий представляет собой шаткий конструкт из множества участников с пересекающимися интересами,  базовые структурные элементы операции в Мосуле отзеркаливают освобождение Алеппо. Бегство боевиков так называемого ИГ (запрещена в России) напрямую свидетельствует о прохождении переломного момента в кампании и смене баланса сил на фронтах. На этом фоне ближневосточная повестка расширяется в области экономики (см. российско-египетские отношения, саудовская подготовка к «экономической перестройке») и урегулирования прочих конфликтов (см. йеменский кризис, роль Трампа в арабо-израильском противостоянии).

Сирийские фронты

Штурм Ракки еще не перешел в непосредственную фазу зачистки города, однако угрозу со стороны коалиции «Сирийских демократических сил», поддерживаемой США, террористы восприняли всерьез. Только за 28 марта около 80 полевых командиров и иностранных боевиков с семьями покинули столицу «халифата», направившись на лодках вниз по течению Евфрата. Как сообщает Al Arabiya, ранее в течение двух недель в направлении Аль-Маядин (находится под контролем ИГ) ретировались из города около 300 семей боевиков ИГ и других жителей Ракки.

В соседней с Раккой провинцией Халеб наблюдаются подобные процессы – сирийский спецназ совместно с силами специальных операций ВС РФ и группами разминирования взяли под контроль город Дейр-Хафир, избежав сценария «аллепо-мосульского» типа, когда за каждый дом и квартал велись ожесточенные бои. В этот раз боевики ушли из города еще до его окружения.

Правительственные войска постепенно занимают оставляемые курдским ополчением районы к западу от города Манбидж на северо-востоке сирийской провинции Алеппо. Это происходит согласно ранее достигнутой договорённости между прокурдским «Военным советом Манбиджа» и правительственными силами при посредничестве российской стороны. Решение о передаче под контроль сирийской армии прилегающие с запада к Манбиджу районы было принято с целью «пресечь экспансию Турции и оккупацию ею сирийской территории». Мудрость «про врага моего врага» на сирийских театрах военных действиях работает безотказно, хоть зачастую и меняет полярность из-за постоянной текучки тех или иных сил между категориями «союзник»-«противник».

Подразделения сирийской армии освободили от боевиков террористической группировки ИГ три десятка населенных пунктов селений к северо-востоку от города Алеппо. Сирийская правительственная армия постепенно продвигается на юго-восток вдоль трассы N-4 Алеппо – Абу Камаль (на границе с Ираком) и приближается к стратегически важной авиабазе «Джира».
Периодически напоминает о себе сирийско-израильский фронт, где 17 марта произошло столкновение с невыясненным пока результатом. Командование сирийских ВС заявляет, что при помощи системы ПРО С-200 был сбит один из четырех самолетов ВВС Израиля, нарушивших воздушное пространство страны вблизи города Пальмира. Между тем, израильская сторона не подтверждает информацию о сбитом самолете, утверждая, что выпущенная сирийской армией ракета в свою очередь была перехвачена системой ПРО дальнего действия «Хец-3»( Arrow-3), и самолеты не пострадали. Подобная эскалация не осталась незамеченной в МИД РФ, где  для дачи разъяснений был вызван посол Израиля в Москве Гарри Корена. Несмотря на то, что эпизод остался непрокомментированным израильским посольством, жест можно считать достаточно прозрачным: «Россия не будет сидеть, сложа руки, при несанкционированной агрессии против своего союзника».

Весьма угрожающей, с точки зрения возможных последствий, является ситуация с дамбой Фурат вблизи Табки, где в результате боев с применением тяжелого вооружения между отрядами вооружённой коалиции «Демократические силы Сирии» и боевиками группировки ИГ, произошло частичное обрушение крупнейшей в стране плотины на реке Евфрат. ИГ, к концу месяца продолжающее удерживать дамбу, с понятным намеком заявляет, что плотина обесточена и держится на честном слове.

Слова и дела

Как заведено, бои в воздухе и на земле сопровождаются с столкновениями в конференц-залах и переговорных. На открывшемся накануне пятом раунде межсирийских переговоров в Женеве правительственная делегация выдвигает на передний край актуальную в данный момент проблематику необходимости борьбы с террористами в пригородах Дамаска (Джобар и Кабун) и провинции Хама, в то время как оппозиция предпочитает обсуждать такие вопросы вечного, с точки зрения конфликта, порядка, как транзит власти. «Все террористические атаки имеют только одну цель — подрыв переговоров в Астане и в Женеве. Позиция правительства Сирии была всегда конструктивной. Мы никогда не угрожали покинуть переговоры, как во время астанинского процесса, так и в Женеве», — заявил постпред САР при ООН Башар Джаафари.

Данный комментарий представляется особенно актуальным в свете отказа вооруженной сирийской оппозиции от участия в третьем раунде переговоров в Астане. Российская сторона, в лице главы МИД РФ Сергея Лаврова, посчитала причины «окончательного решения» представителей вооруженных группировок в Сирии неубедительными. «Они ссылаются на нарушение режима прекращения огня, эти нарушения никогда не сводились к нулю, как и в любой подобной ситуации, это абсолютно естественный процесс. Главное то, что этих нарушений стало многократно меньше, чем до подписания соответствующих соглашений в конце декабря», — отметил глава внешнеполитического ведомства.

При этом политика выстраивания конструктивного диалога в Сирии начинает приносить реальные плоды. Ярким примером тому служат события в провинциях Идлиб и Дамаск, где, соответственно, сирийские повстанцы согласились предоставить жителям двух крупных поселков Фоа и Кефрая возможность покинуть свои дома в обмен на такое же решение властей САР в отношении боевиков и их семей в городах Мадая и Забадани. В прошлом месяце ООН назвала ситуацию в вышеперечисленных поселках «катастрофической» около 64 тыс. человек были вынуждены бороться за жизнь в условиях постоянных обстрелов, нехватки продуктов и товаров первой необходимости.

Процесс примирения также был продолжен в провинции Дамаск, где начался третий этап по возвращению жителей посёлка Ад-Диябия в свои дома. Процесс проходит согласно плану, составленному министерством по вопросам национального примирения, на первом и втором этапе под родной кров вернулись 2890 семей, это около 15 000 жителей Ад-Диябия. Восстановлены 80% электросетей, медицинский пункт, 4 школы и 9 колодцев питьевой воды. К реализации третьего этапа было решено приступить после возникновения уверенности в вопросе обеспечения безопасности жителям посёлка. В министерстве прорабатывается аналогичный план возвращения людей в еще несколько селений на юге провинции Дамаск.

Штурм Мосула

В уже знакомой по Алеппо динамике развивается кампания по освобождению от террористов Мосула. Непосредственно штурм городского массива – по данным иракского командования, вместе с продвижением штурмовых групп в западной части Мосула, к югу от мегаполиса продолжается зачистка населенных пунктов от расставленных боевиками мин и самодельных взрывных устройств. Замыкание кольца вокруг города – подразделения Контртеррористических сил ВС Ирака взяли под контроль два южных пригорода Мосула – Наблус и Ярмук. Паузы в ведении боевых действий – многочисленные жертвы среди мирного населения вынудили иракских военных приостановить наступательную операцию в западном Мосуле.

По сообщениям СМИ стало известно, что в результате авиаударов 17 марта в районе Джадида в Мосуле погибли более 200 человек. Российская сторона запросила специальный брифинг в Совете Безопасности ООН для обсуждения данной проблематики. После этого со стороны официальных представителей как армии, так и ополчения было заявлено и о пересмотре планов по зачистке в целом, и даже о смене контингента на местах: «в будущем подобные операции будут осуществлять войска, обученные для городского боя».

«И все бегут, бегут, бегут, бегут…»

В иракских СМИ утверждается, что Аль-Багдади распорядился распространить «прощальное напутствие» среди «клириков и военных лидеров ИГ» закрыть «штабы ИГ, командующие воинами Аллаха». Также сообщается, что вслед за обращением Аль-Багдади резко возрос поток бегущих из Ирака в Сирию боевиков и полевых командиров группировки. И поскольку подтверждения распространённой иракским телеканалом Al Sumaria информации не поступало, скорее всего, сведения являются примером ведения психологической войны и направлены на дезориентацию противника, который продолжает ожесточенное сопротивление в западном Мосуле. При этом практически бесспорной признается информация о том, что сам главарь ИГ покинул западный Мосул перед тем, как войска отсекли боевиков в этой части иракского мегаполиса от баз террористов в городе Тель-Афар. В этом отношении отношении весьма символичным является взятие 29 марта мечети «Ан-Нури», где в июле 2014 года Аль-Багдади объявил о создании террористической группировки ИГ.

Российско-египетское сотрудничество

С 3 по 5 марта в Каир с официальным визитом присутствовала парламентская делегация во главе с председателем Совета Федерации РФ Валентиной Матвиенко. В центре обсуждений на встречах с президентом Египта, премьер-министром и председателем Палаты депутатов парламента АРЕ находились вопросы развития межпарламентского сотрудничества, совместной борьбы с терроризмом и восстановления авиаперелётов. С последним пунктом египетские власти связывали большие надежды, последние полтора года усиливая меры безопасности в аэропортах в соответствии с требованиями российской стороны.

Несмотря на явное стремление египетских коллег форсировать принятие положительного решения по этому вопросу Москва не торопиться возобновлять авиасообщение, поскольку в Египте продолжает идти война. Так, 23 марта в ходе операции египетской армии и сил внутренней безопасности против группировки «Велайят Синай» обе стороны понесли серьёзные потери в живой силе. На уничтожение 15 боевиков силами антитеррора фидаины ответили подрывом бронемашины египетских ВС, где погибли 10 военнослужащих. Переход к партизанским методам ведения войны, опробованным «Талибаном» на афганских просторах, многократно усложняет задачу по искоренению радикального элемента на территории страны.

Подпольная позиционная война предполагает атаки на места отправления культа, образовательные учреждения и различные богословские организации. Места, где общественность получает прививку против одного из самых главных инструментов в арсенале террористов – идеологии. Неудивительным в данном контексте представляется подрыв здания исламского института в административном центре египетской провинции Северный Синай городе Эль-Ариш. Исламский институт в Эль-Арише является отделением всемирно известного мусульманского университета Аль-Азхар Необходимо подчеркнуть, что присутствие строгого географического критерия в названии египетской ячейки ИГ отнюдь не гарантирует спокойствие во всей остальной части страны, это доказывают прошлогодние теракты в Каире.

Как известно, война в XXI веке – дело техники. В данном контексте знаменательными представляются скорые (вторая половина 2017 г.) поставки по контракту в Египет 46 российских многоцелевых боевых вертолетов Ка-52 «Аллигатор».

На двусторонней российско-египетской экономической повестке также находится  модернизация крупных объектов, построенных специалистами СССР, включая Асуанскую ГЭС, создание особой промышленной зоны для производства на территории Египта продукции российского машиностроения для стран Ближнего Востока и Северной Африки в районе Суэцкого канала и т. д. Стратегическим, с точки зрения вопросов региональной безопасности, является соглашение о строительстве первой в Египте атомной электростанции с участием российской госкорпорации «Росатом», а именно вопрос взаимодействия с отработанным топливом (строительство резервуаров, процесс утилизации и т.д.).

Страховка по-саудовски

Монархии Персидского Залива также проявляют интерес закупке продукции российского ВПК. Согласно комментариям гендиректора госкорпорации «Ростех» Сергея Чемезова по итогам прошедшей в Абу-Даби оружейной выставки IDEX-2017 Кувейт и Саудовская Аравия намерены приобрести российские танки стрелковое оружие, артиллерийские, ракетные системы, и вертолеты.

При этом в самом королевстве перед проведением IPO крупнейшего в мире энергетического холдинга Saudi Aramco было принято решение о снижении налогов для компаний соответствующего сектора с 85% до 50%. Данное решение свидетельствует о чрезвычайной важности для Королевства грядущего размещения акций, поскольку высвободившиеся после снижения налога средства должны максимизировать рыночную стоимость холдинга. Это, несмотря на тот факт, что по нынешним оценкам совокупная стоимость таких крупнейших мировых компаний, как Apple, Google, Walmart, City Band, Exxon Mobil не составляет даже половины потенциальной стоимости Saudi Aramco.

Необходимость проведения экономической реструктуризации, на которую будут направленны вырученные на IPO средства, и жесточайший бюджетный кризис вынуждают саудовцев искать дополнительные источники финансовых поступлений и диверсификацию рынков сбыта. Именно с этими целями король Салман Абдул-Азиз ас-Сауд в марте отправился в месячное турне по странам Азии. Наиболее знаменательной в цепочке посещений стал визит в КНР, где были подписаны двусторонние меморандумы и договоры, охватывающие все сферы «от энергетики до космоса», общей стоимостью в  65 млрд. долл.

Йеменский кризис

Подобная перестраховка саудовцев может объясняться неудачами, которые преследуют руководителей королевства сразу на нескольких направлениях. Так, например,  сторона, поддерживаемая саудовцами в йеменском конфликте, пережила не лучший для себя месяц. Более двадцати человек погибли в результате ракетной атаки на мечеть, расположенную на территории военной базы «Кофаль» в йеменской провинции Мариб, где дислоцированы верные йеменскому президенту Мансуру Хади войска.

Следующий шаг хуситов в противостоянии был сделан на информационном фронте противостояния. Суд в столице Йемена Сане, контролируемой боевиками шиитского движения «Ансар Алла», «за подстрекательство и помощь агрессору, Саудовской Аравии, и её союзникам» приговорил к смертной казни президента страны Хади и нескольких высокопоставленных чиновников, включая посла Йемена в США Ахмеда Авад Бин Мубарка и бывшего министра иностранных дел Рияда Ясина. Таким образом, повстанцы придали дополнительное правовое обеспечение своей борьбе против режима, и начали формировать параллельные институты государственности, основывая свою деятельность на их решениях.

«Трамповщина»

В свете популяризации российского оружия на нетрадиционных для Москвы рынках, администрация Дональда Трампа  намерена закрепить свое присутствие в качестве поставщиков продукции ВПК в монархии Залива. С такого ракурса логичной выглядит «разморозка» крупной оружейной сделки с Бахрейном стоимостью почти $ 5 млрд на поставку 19 многоцелевых истребителей F-16, комплектующих и сопутствующего оборудования, вроде радарных систем обнаружения.

Оценка влияния фигуры президента Трампа на новую реальность в ближневосточной повестке будет одной из главных тем для обсуждений на открывшемся 29 марта в Иордании 28-м саммите Лиги арабских государств. По сообщениям, в центре дискуссий между королями Саудовской Аравии, Иордании, главами Египта и Палестины, генсеком ООН в данном блоке будет отношение команды Д. Трампа к палестино-израильскому урегулированию, прежде всего, приверженность Вашингтона принципу «двух государств для двух народов». В данном контексте итог проведенных телефонных переговоры между Д. Трампом и М. Аббасом представляются обнадеживающими для «арабской улицы». Белый Дом заявил о «принципиальной возможности мира между палестинцами и израильтянами» и намерении Вашингтона поспособствовать его скорейшему заключению. Важно отметить то, что на встрече с Б. Нетаньяху в феврале Трамп подтвердил свое желание перенести посольство США в Иерусалим, отказался от жесткой критики строительства поселений, которую практиковал его предшественник, а также заявил, что  ему не важно сколько государств будет в итоге на спорных территориях: «Я рассматриваю два государства и одно государство, и мне нравится то, что нравится обеим сторонам».

***

Несмотря на успехи сил, противостоящих террору, потерю ИГ территорий и живой силы, интенсивность боевых действий не снижается, меняется лишь вектор движения наступательных кампаний, поэтому число беженцев из Сирии в соседние страны (Турцию, Ливан, Иорданию, Ирак и Египет) продолжает расти – к концу марта 2017 г., по сообщениям UNHCR, оно превысило 5 млн человек. На протяжении 2016 года число беженцев из Сирии в этих странах держалось на уровне 4,8 млн человек. Однако, согласно новым данным наблюдателей гуманитарных миссий и властей Турции, с начала 2017 года фиксируется стабильный рост количества лиц, бегущих от ужасов современной войны.

 

В.Аватков, Д.Тарасенко

Турция: февраль 2017 (дайджест)

В феврале 2017 года в политике руководства Турецкой Республики сохранился ряд тенденций, начавшиеся еще в начале года.

Во внешней политике по-прежнему главным вопросом оставалось взаимодействие с основными акторами, по тем или иным причинам заинтересованными в разрешении сирийского конфликта. Кроме того, продолжалось укрепление отношений России и Турции. В свою очередь, на внутриполитическом пространстве наибольшее значение, как и прежде, отводилось процессу реформирования турецкой конституции.

Сирия

Переговоры в Астане, проведенные 23 января 2017 года Россией, Турцией и Ираном с участием представителей сирийской оппозиции сформировали новую площадку сотрудничества заинтересованных сторон с целью урегулирования конфликта в Сирии. Еще в ходе обозначенной встречи российской стороной был представлен проект новой сирийской конституции, работа над которой продолжилась в феврале при участии действующего сирийского руководства и представителей оппозиции. Результативность переговоров породила надежды сторон на достижение значительного прогресса, что привело к сохранению формата Астаны и продолжению встреч в течение февраля.

6 февраля в столице Казахстана прошло очередное совещание трехсторонней оперативной группы России, Турции и Ирана. На повестку дня были вынесены вопросы, прежде всего, касающиеся соблюдения, а также укрепления режима прекращения огня в Сирии; сообщалось, что механизм трехстороннего контроля за перемирием был согласован на 90 процентов. Однако уже в середине месяца, 16 февраля, стороны снова собрались, чтобы принять конкретные шаги по обеспечению сохранения режима прекращения огня: договорились создать специальную группу, состоящую из представителей России, Турции и Ирана, с целью обеспечения контроля за соблюдением перемирия. Для помощи в организации группы было принято решение обратиться к помощи экспертов и ООН.

Помимо прочего, был проведен телемост между законодательными органами стран-гарантов перемирия, ряд телефонных разговоров, в том числе между президентом Турции Эрдоганом и президентом России Путиным.

Примечателен тот факт, что сегодня Турция активно сотрудничает с Россией и Ираном, с позициями которых ранее вступала в конфликт в рамках сирийского урегулирования. Очевидно, что турецкий истеблишмент понял несостоятельность американской политики в Сирии и, не желая оставаться в стороне от решения данного вопроса, ппринял более сильную, на её взгляд, сторону. Однако неразумно полагать, что смена партнеров, свидетельствует о смещении вектора турецкой политики в других областях; подобный формат является для Турецкой Республики, прежде всего, инструментом и посредником в реализации собственных амбиций на Ближнем Востоке.

Турецкий поток

1 февраля 2017 года верхняя палата Федерального собрания Российской Федерации ратифицировала соглашение, заключенное между Россией и Турцией, о проекте газопровода «Турецкий поток», а 7 февраля оно было подписано президентом Российской Федерации. В Турции соглашение было одобрено еще в декабре 2016 года.

Проект трубопровода предполагает строительство по дну Черного моря двух ниток мощностью по 15,75 миллиардов кубометров каждая, одна из которых будет полностью предназначена для обеспечение потребностей турецкого рынка. Ожидается, что строительные работы закончатся в 2019 году.

Очевидны выгоды не только для России, которая ежегодно будет, предположительно, получать только с одной нитки более 700 миллионов долларов, но и для Турции, которая не будет платить за прокладку морской части газопровода, получит скидку, а также, главное, сможет обеспечить потребность в газе растущего рынка.

Турция и Запад

В отношениях с Западом, как и прежде, наблюдалось похолодание, что продемонстрировал визит канцлера Германии Ангелы Меркель в Турцию. Так, премьер-министра Турции Бинали Йылдырым обсудил со своей коллегой ведение антитурецкой пропаганды и враждебной деятельности в отношении её нынешнего руководства. Кроме того, Турция усилила давление на Европу, грозясь расторгнуть договор по беженцам и требуя более оперативного введения безвизового режима для турецких граждан, который предусмотрен данным документом.

Критика западных партнеров выразилась также в заявлении министра обороны Турции Фикри Ышика в ходе Мюнхенской конференции по безопасности о том, что сегодня НАТО не справляется со своими обязательствами и должна быть реформирована.

Тем не менее, на западном направлении наблюдались попытки преодолеть кризис отношений между Турцией и США, который имел место быть во время пребывания у власти Барака Обамы. Приход к власти Трампа дает турецкому руководству надежду на нормализацию контактов. В ходе телефонного разговора 8 февраля американский президент заявил о поддержки Турции как стратегического партнера и союзника по НАТО, два лидера выразили общность взглядов по вопросу борьбы с терроризмом. Кроме того, Трамп и Эрдоган договорились о согласованных действиях по зачистке от боевиков Исламского государства (ИГ; запрещенная в России террористическая организация) в сирийских городах Ракка и Эль-Баб, который, к слову, был освобожден 24 февраля, что положило конец операции «Щит Евфрата».

Необходимо заметить, что отношения Турции и Запада нельзя трактовать однозначно: в то время как между Европой и Турцией продолжают испытывать трудности (прежде всего, из-за стремления Европейского союза действовать исключительно в контексте собственных интересов), наблюдаются стремление турецких властей наладить взаимовыгодные отношения с новой американской администрацией.

Внутренняя политика

10 февраля Эрдоган одобрил пакет поправок к турецкой конституции, который получил большинство голосов в парламенте Турции ранее, 21 января. Для их окончательного принятия необходим референдум, проведение которого было назначено на 16 апреля.

Реформа конституции Турецкой Республики предполагает расширение полномочий главы государства и введение президентской формы правления. Кроме того, поправки включают реформу военных судов, а также упразднение верховных военных судов, что вопреки заветам Ататюрка, который рассматривал армию в качестве гаранта светскости государства, поставит вооруженные силы в зависимость от политического руководства страны.

В Турции продолжается планомерное укрепление власти действующего президента, что также выразилось в предложении создать центр анализа информации для борьбы с антиправительственной пропагандой, озвученное одним из членов правящей Партии справедливости и развития. Целью центра ставится борьба с иностранной пропагандой и дезинформацией в отношении турецкого руководства.

Помимо прочего, 22 февраля в Турции завершилось расследование по делу о попытке государственного переворота, совершенной 15 июля 2016 года. В ходе расследования тысячи человек лишились своих рабочих мест и сотни были задержаны по подозрению в причастности к попытке госпереворота. Среди обвиняемых: проповедник Фетхуллах Гюлен, и 23 представителя вооруженных сил.

Наблюдаемые сегодня в Турции события, очевидно, значительно противоречат общепризнанным демократическим ценностям. Происходит сосредоточение всей полноты власти в руках одного человека, на что постоянно указывает турецкая оппозиция. Тем не менее, подобный процесс поддерживается большой частью взрослого населения, в коллективном сознании которого сильны не только память об имперском прошлом страны, но и традиционные для ислама ценности.

Турция и Россия

Главным событием во взаимоотношениях между Россией и Турцией, несомненно, стал трагический инцидент с гибелью турецких солдат в Сирии. 9 февраля в результате непреднамеренного удара российских ВКС погибли трое турецких солдат и 11 были ранены.

Несмотря на некоторую схожесть ситуации с инцидентом с российским Су-24 в ноябре 2015 года руководителям двух стран удалось преодолеть возможные негативные последствия несчастного случая, а главное избежать повторного обострения отношений. Сторонами было принято решение усилить координацию вооруженных сил двух стран, с целью не допустить в дальнейшем повторения подобных инцидентов. Это демонстрирует заинтересованность на данном этапе руководств двух государств в поддержании дружеских отношений, конструктивного сотрудничества и взаимовыгодного партнерства России и Турции.

***

Февраль подтвердил те тенденции во внутренней и внешней политике Турции, которые начались еще в прошлом году и продолжились в январе 2017 года. Во внешнеполитической деятельности Турции очевиден поворот с Запада на Восток, что выразилось в её сотрудничестве с Россией и Ираном по вопросу сирийского кризиса. Отношения с Европой по-прежнему находятся в напряженном состоянии, при этом руководство Турции предпринимает попытки по налаживанию конструктивного диалога с администрацией Дональда Трампа.

Наблюдалась планомерная, однако, очевидно, временная, нормализация внутриполитической обстановки в Турции, что связано, как можно предположить, с близостью заключительного этапа (референдума) необходимого для перехода к президентской форме правления. В то же время нельзя отрицать, что политическая власть в Турции постепенно сосредотачивается в руках одного человека, что, с учетом политических реалий страны, при должном сопротивлении незаинтересованных в этом процессе сторон, вероятно, станет еще одним фактором нестабильности в Турецкой Республике.

 

В.Аватков, А.Финохин