Китай: февраль 2019 г. (дайджест)

Внешняя политика КНР за февраль традиционно характеризуется как активная. Необходимо отметить российско-китайское взаимодействие, попытки укрепить его «качество», продолжение американо-китайских переговоров, где произошел сдвиг дедлайна договоренностей (как и писали эксперты центра). В целом стороны продвинусь к заключению договора, но, возможно, он станет лишь промежуточным или стороны вообще не подпишут его (оба сценария также были предложены аналитиками центра). Во внутренней политике внимание стоит уделить экономике и экологии.

Внешняя политика

Россия – Китай

По сообщениям Россельхознадзора, в самом конце февраля российские производители отправили первую партию птицеводческой продукции в Китай. Было подготовлено два контейнера с общим весом 54 тонны.

По сообщению ТАСС, Huawei совместно с партнерами в 2019 году планирует заняться подготовкой кадров для внедрения 5G-решений в России.

Встречи

26 февраля Россия, Китай и Индия подняли вопрос о возможном создании механизма встреч министров обороны трех стран. Об этом заявил в среду Министр иностранных дел КНР Ван И на пресс-конференции после трехсторонней встречи министров иностранных дел.

В ходе встречи российского и китайского послов обсуждались визиты лидеров двух стран: президента РФ В. Путина и его участия во втором форуме «Один пояс, один путь» в апреле в Пекине, и председателя КНР Си Цзиньпина в Россию и его участие в Петербургском международном экономическом форуме.

США-Китай

21 февраля в Вашингтоне торговый представитель США Р. Лайтхайзер и Вице-премьер КНР Лю Хэ провели очередной раунд переговоров, затем господин Лю в очередной раз встретился с Трампом. Ранее американская делегация 14-15 февраля наносила визит в Пекин. В столицу КНР приезжали и другие официальные лица, как делегация под руководством вице-президента Торгово-промышленной палаты М. Бриллиант (Myron Brilliant), где состоялась встреча с Ван И.

24 февраля, за несколько дней до конца 90-дневного «перемирия», президент США Д. Трамп «продлил дедлайн» с Китаем (о чем писали аналитики центра сразу после заключения 90-дневного торгового перемирия), заявив, что переговоры идут хорошо, а «цифры» не являются магическими. Также глава Белого Дома сообщил о возможной предстоящей встрече с председателем КНР Си Цзиньпином.

Переговорный процесс, по сообщениям нескольких источников, находится в продвинутой стадии, существует 150-страничный проект договора (а не меморандума, как говорилось ранее, и о чем просил Трамп господина Лайтхайзера), затрагивающий регулирование принудительной передачи технологий и их кражи, защиту прав интеллектуальной собственности для иностранных компаний, работающих в КНР, вопросы с манипулированием валюты, нетарифные барьеры в торговле, доступ на рынок продукции сельского хозяйства.

На данном этапе наиболее важная проблема – механизм контроля за выполнением будущего договора. США получают право на ряд односторонних действий, а Пекин – нет. КНР не готова соглашаться на эти условия, по словам Ван Шоувэня «стороны должны иметь равные права» (заявление сделано в марте).

К самому концу февраля Л. Кадлоу заявил, что стороны проделали огромную работу и удалось достигнуть большого прогресса в переговорах. За день до этого Р. Лайтхайзер указал на то, что еще рано делать какие-либо прогнозы, указав, что Китай является самой большой угрозой США за всю ее историю торговой политики.

В то же время фоном к переговорам служат заявления госсекретаря США М. Помпео, который предупредил американских союзников о рисках использования оборудования Huawei. 1 марта господин Помпео высказался схожим образом в Маниле, заявив, что американские компании не смогут работать там, где используется оборудование Huawei.

В ответ на это Huawei пытается проводить рекламную кампанию, скупая место в американских газетах, где призывает не верить тому, что говорят о Huawei недоброжелатели. Также Huawei подал в суд США на американское правительство, чтобы снять запреты «нечестной конкуренции».

Китай – Канада

1 марта Власти Канады приняли решение об экстрадиции Мэн Ваньчжоу.

Внутренняя политика

Экономика

Премьер КНР Ли Кэцян сделал предупреждение центральному банку о потенциальных рисках рекордного числа кредитов на внутреннем рынке. В январе число таких займов было почти в три раза больше чем в декабре и составило 3.23 триллиона юаней (476 миллиардов долларов США). Также это превысило показатель прошлого года равный – 3.06 триллионов юаней.

Экология

Загрязнение воздуха на севере и северо-востоке Китая выросло на 16 процентов (в чем автор мог убедиться лично), ввиду роста индустриальной активности.

В феврале ООН опубликовал доклад, согласно которому Пекин не вошел в 100 самых загрязненных городов мира.

Технологии

Китайская полиция проводит тестирование разработок китайского стартапа Watrix, которые позволяют распознавать человека по его походке.

Вывод

В отношениях России и Китая в этом месяце можно отметить несколько важных деталей. Стороны далее планомерно двигаются к закреплению устойчивого сотрудничества во всей Евразии, а возможный механизм встреч министров обороны России, Китая и Индии позволит укрепить «качество» российско-китайского сотрудничества.

Продолжается качество роста двухсторонней торговли. Торговый конфликт США и Китая продолжает открывать новые возможности для России, они продолжат появляться вне зависимости от возможного торгового договора между Вашингтоном и Пекином. В этих условиях интересны высказывания президента РФ В. Путина, который в Обращении к Федеральному Собранию РФ призвал оснастить все школы в РФ высокоскоростным интернетом, а компании Huawei готовить кадры в РФ.

В вопросе торговой сделки стороны близки к договору, однако он будет постоянно проверятся на прочность. Особое внимание здесь стоит обратить на события, прямо не связанные с торговлей. Однако, если договор заключат, можно будет утверждать об относительно нескольких спокойных месяцах, когда даже при возникновении спорных вопросов, стороны будут стараться уладить все в рамках подписанного документа. Далее договор будут ждать серьезные проверки на прочность.

С другой стороны, продление дедлайна дает возможность и Вашингтону, и Пекину подготовиться к дальнейшему противостоянию. К концу прошлого года стороны пришли к заключению 90-дневнего перемирия ввиду того, что такие факторы, как рынки обеих стран негативно реагировали на конфликт и подъемы тарифов. Сейчас рынки стали более адаптивны к происходящему – у них было время подготовиться, поэтому, возможно, стороны по окончании продления дедлайна ни к чему не придут.

В переговорах между США и КНДР, которые произошли в Ханое в конце февраля, уверенно выиграл Ким. Не только тем, что он уже два раза встретился с президентом США, но и оказался бенефициаром в центре американо-китайской торговой войны.

Если бы Трампу удалось договориться с Кимом (а точнее достигнуть хотя бы меморандума о намерениях), то у него бы появился такой нужный ему внешнеполитический успех, что стало бы поводом для оказания еще большего давления на Китай в торговых переговорах. Сейчас стороны обсуждают возможность получения США права на односторонние повышения тарифов против КНР, если американская сторона не увидит проведения реформ, обещанных Китаем. Ранее было известно о подобных механизмах, однако после Ханоя китайская сторона стала требовать равных прав. Интересно, что решение об экстрадиции в США приняли также сразу после Ханоя (дело не в дате, а в решении, что, возможно, является простым совпадением).

Торговый конфликт уже продемонстрировал, что Китай скорее «торгует, а не воюет», а США наоборот «скорее воюют, чем торгуют». В тон этому звучат заявления сторон – в США видят противостояние с Китаем через призму опыта Холодной войны, а в Китае – нет, там ситуацию видят как тяжелые переговоры.

России нужно стараться держаться в стороне от конфликта, так как американо-китайское противостояние бьет не только по Вашингтону и Пекину, но и ставит многие другие страны в положение «выбирающих сторону». У США уже была не лучшая репутация в ряде стран, а теперь и КНР приобретает негативные баллы (Канада, Австралия, не связанная с торговым конфликтом Киргизия и т.д.).

В дальнейшем это позволит Москве играть большую роль при куда более меньших затратах и максимизировать выгоды.

П. Прилепский

Турция: февраль 2019 г. (дайджест)

В феврале Турция была особенно активна на внешнеполитическом направлении – состоялся ряд важных встреч по ключевым вопросам с российской стороной, а также трехсторонний саммит в Сочи по сирийскому урегулированию. Отношения с США и странами Европы в целом остаются на том же уровне, однако с Вашингтоном Турция по-прежнему пытается выстроить линии взаимодействия по Сирии.

Внутриполитическое направление характеризуется активной подготовкой к предстоящим выборам. В феврале стало известно имя нового премьер-министра Великого национального собрания Турции, а также появилась информация о проведении государством крупных военно-морских учений и разработке новой военной техники. Экономическая ситуация, в свою очередь, стабильностью по-прежнему не отличается.

Отношения с Россией

Российско-турецкие отношения по-прежнему характеризуются интенсивностью контактов. 11 февраля в Анкаре состоялись переговоры министра обороны России с министром национальной обороны Турции, в большей степени посвященные обсуждению ситуации в Идлибе и Манбидже, однако главным событием месяца на российско-турецком направлении стало проведение очередного раунда трехсторонних переговоров по Сирии. 14 февраля президенты России, Турции и Ирана встретились в Сочи для обсуждения перспектив урегулирования сирийского конфликта. Стоит отметить, что встреча в подобном формате стала уже четвертой.

По итогам переговоров лидеры трех государств провели совместную пресс-конференцию, где дали оценку результатам проведенной встрече. Судя по заявлениям, сделанным главами России, Турции и Ирана, стороны остались довольны работой саммита. Так, В.В. Путин отметил, что саммит прошел в конструктивном ключе и позволил сторонам определить «ключевые направления дальнейшего взаимодействия». Особое внимание в ходе переговоров, как пояснил президент России, было уделено гуманитарным вопросам. В частности, обсуждались вопросы возвращения беженцев, а также дальнейшие меры по оказанию помощи сирийскому населению. По завершении переговоров стало известно, что стороны условились продолжать реализацию договоренностей, предусмотренных заключенным ранее меморандумом о стабилизации обстановки в зоне деэскалации в Идлибе. Также стороны сошлись во мнении, что вывод войск США из Сирии однозначно является позитивным шагом, а президент Турции, в свою очередь, заявил о том, насколько важно не допустить образования «вакуума власти» на территориях, которые вскоре покинет американский военный контингент. Весьма неожиданным стало предложение лидера Турции о включении в астанинский процесс для повышения его эффективности Ирака и Ливана, которое, однако, не было встречено другими странами-гарантами с энтузиазмом. По итогам встречи также стало известно, что в следующий раз лидеры трех стран соберутся в Турции, а встреча в астанинском формате, где особое внимание планируется уделить процессу запуска Конституционного комитета, будет проведена в апреле. Следует отметить, что в начале месяца вопрос создания комитета уже обсуждался представителями России и Турции в Анкаре. В состав российской межведомственной делегации вошли спецпредставитель президента по сирийскому урегулированию А. Лаврентьев и замминистра иностранных дел С. Вершинин. Сторону Турции, в свою очередь, представлял замглавы МИД С. Онал.

Кроме того, на полях саммита состоялась повторная встреча министра обороны России С. Шойгу с его коллегой Х. Акаром. Главное темой переговоров стало обсуждение последних событий в Сирии. Судя по всему, России и Турции действительно есть что обсуждать – согласно заявлению главы МИД России С.В. Лаврова, сделанному 24 февраля, у России и Турции «нет единого понимания того, кого среди курдов считать террористами». При этом немного позже его слова были опровергнуты Р.Т. Эрдоганом, который, в свою очередь, назвал их ошибочными. 28 февраля С.В. Лавров обсудил сирийскую проблематику со своим коллегой М. Чавушоглу в ходе телефонных переговоров.

Среди других контактов можно отметить состоявшиеся 26 февраля телефонные переговоры президента Турции с главой России, в ходе которых В.В. Путин поздравил президента Турецкой Республики с 65-летием, а также обсудил подготовку предстоящих в апреле встреч. Ранее помощник президента России Ю. Ушаков сообщил о том, что на первую половину апреля запланирован очередной визит президента Турции в Москву. 27 февраля Р.Т. Эрдоган также провел телефонные переговоры с премьер-министром России Д. Медведевым, обсудив аспекты торгово-экономического сотрудничества двух стран.

Отношения с Западом

Отношения Турции с Соединенными Штатами практически на протяжении всего месяца были определены взаимными обвинениями и дебатами вокруг желания турецкой стороны закупить у России системы С-400. В начале месяца агентство по сотрудничеству в сфере обороны и безопасности Пентагона сообщило о том, что госдепартамент США одобрил сделку с Турцией по продаже систем противоракетной обороны Patriot на сумму 3,5 миллиарда долларов. Однако позже из Вашингтона начали поступать заявления, в которых выражалось требование отказаться от С-400; в противном случае под угрозой могли оказаться поставки систем Patriot, а также истребителей Lockheed Martin F-35. Немного позже Р.Т. Эрдоган заявил, что Турция никогда не откажется от контракта с Россией, и что о сделке на таких условиях не может быть и речи. При этом Турция периодически продолжает напоминать США о своих претензиях по вопросу выдачи Ф. Гюлена. Так, 15 февраля президент Эрдоган заявил, что в этом вопросе Соединенные Штаты ведут себя «неискренне». Кроме того, 15 февраля лидер Турции призвал США взять ответственность за убийство саудовского журналиста Д. Хашогги, пригрозив передать всю информацию по делу в международный суд. При этом с американской стороны ответа на подобные заявления так и не последовало. Еще одним недружественным жестом со стороны Анкары по отношению к Вашингтону стал отказ от участия в инициированной США и прошедшей 13-14 февраля Варшавской конференции по Ближнему Востоку, которую в некоторых СМИ уже окрестили «антииранской».

Несмотря на ряд разногласий, Турция стремится выступить в качестве посредника между США и Россией по вопросу ДРСМД, призывая стороны продолжить диалог относительно сохранения договора, а американо-турецкие контакты на разных уровнях при этом продолжаются. 5 февраля в Вашингтоне состоялось заседание турецко-американской рабочей группы, в котором приняли участие заместитель МИД Турции С. Онал и Заместитель госсекретаря США по политическим делам Д. Хейл. В ходе встречи обсуждался ряд вопросов – начиная от ситуации в Сирии и борьбы с терроризмом до двусторонних судебных и консульских проблем и вопросов обороны. По завершении переговоров был озвучен их главный итог – понимая стратегическое значение двусторонних отношений, США и Турция договорились сотрудничать «как союзники». 21 февраля для обсуждения сирийской проблематики и региональных вопросов Соединенные Штаты посетила турецкая делегация, включающая в себя министра национальной обороны Х. Акара, а также начальника Генштаба Я. Гюлера. 22 февраля на фоне информации о планах Турции и США создать буферную зону на северо-востоке Сирии главы двух государств провели телефонные переговоры, после которых глава Турции выразил желание встретиться с Д. Трампом в период после 31 марта, а спустя несколько дней, 28 февраля, Р.Т. Эрдоган принял в Анкаре старшего советника президента США Д. Кушнера.  Также 26 февраля стало известно, что глава США выдвинул дипломата М. Саттерфилда на пост посла в Турции, однако данная кандидатура еще не была одобрена Сенатом.

На турецко-европейском направлении понимания между сторонами по-прежнему нет. Турция стремится выстраивать отношения с отдельными государствами Евросоюза, как, например, с Грецией, с премьер-министром которой глава Турции даже провел 5 февраля переговоры и договорился сотрудничать в целях снижения напряженности в регионе Эгейского моря. В остальном Эрдоган, оскорбленный нежеланием ЕС принимать в свои ряды Турцию, обвиняет ЕС в невыполнении обязательств по визовой либерализации и продолжает искать причины такого поведения в исламофобии европейских государств, а они, в свою очередь, уже не отвечают на провокационные высказывания лидера Турции. В особенности Турцию «задела» озвученная комитетом по международным делам Европарламента рекомендация о необходимости приостановления переговоров с Турцией о ее вступлении в Евросоюз. 21 февраля представитель МИД Турции Х. Аксой заявил, что Турецкая Республика считает такие предложения «неприемлемыми». На этом критика Европейского Союза не закончилась – 26 февраля Р.Т. Эрдоган достаточно жестко высказался об участии стран-членов Европейского союза в организованном днями ранее в Египте саммите Лиги арабских государств (ЛАГ), заявив, что пока страны ЕС принимают приглашения от государства, где продолжаются казни людей, ни о какой демократии в Европе речи идти не может.

Ближний и Средний Восток

На Ближнем Востоке, в частности в Сирии, Турция продолжает вести борьбу с терроризмом. По итогам трехстороннего саммита в Сочи президент Турецкой Республики подчеркнул, что военные России и Турции ведут активную работу по выполнению договоренностей по Идлибу. 7 февраля президент Р.Т. Эрдоган, выступая на американо-турецком совете, заявил о намерении взять на себя ответственность за борьбу с террористическими группировками в районах Сирии, откуда впоследствии будут выведены американские войска. При этом лидер Турции подчеркнул, что в настоящее время самыми спокойными в САР являются те районы, где Турция проводила свои военные операции – «Щит Евфрата» и «Оливковую ветвь». Кроме того, позднее, возвращаясь из Сочи, лидер Турции заявил, что не исключает возможности проведения новых военных кампаний в регионе – на этот раз в Идлибе и совместно с Россией, однако позже глава МИД России С.В. Лавров заявил, что подобных операций не планируется. При этом осталось неизменным требование Турции вывести курдские формирования с северо-востока Сирии, о чем 17 февраля заявил министр национальной обороны Турции Х. Акар во время Мюнхенской конференции по безопасности. В то же время очередной проблемой для Турции остается вопрос беженцев – 19 февраля на одном из митингов в Стамбуле Эрдоган заявил о том, что государство больше не в состоянии принимать беженцев и предложил создать в Сирии специальные города с помещениями контейнерного типа. Кроме того, президент Турецкой Республики продолжает призывать к созданию дополнительных зон деэскалации в целях стабилизации обстановки в регионе.

Отдельным поводом для беспокойства Турции стало обострение индо-пакистанских отношений. Так, в своем заявлении от 27 февраля министр иностранных дел Турции М. Чавушоглу выразил беспокойство в связи с ситуацией в Кашмире и призвал стороны конфликта к сдержанности, при этом отметив, что в случае необходимости Анкара готова внести свой вклад в урегулирование данной проблемы.

Внутриполитическая обстановка

До запланированных на 31 марта муниципальных выборов остается меньше месяца, в связи с чем в Турции продолжается активная подготовка к столь важному дню. Активно принимаются меры по поддержанию безопасности: только в первой половине февраля прокуратура Турции выдала ордер на задержание 57 лиц, подозреваемых в связях с FETO. Что касается самих выборов, то феврале стало известно, что представитель правящей ПСР О. Челик заявил о возможном расширении «Народного альянса» с Партией националистического движения (ПНД) еще на 20 провинций. При этом, как подчеркнул О. Челик, стороны также намереваются провести митинги в Анкаре и Стамбуле.

18 февраля премьер-министр ВНСТ Турции Б. Йылдырым официально объявил о том, что уходит в отставку. Напомним, что данное решение связано с его намерением баллотироваться на пост мэра Стамбула. Спустя почти неделю, 24 февраля, состоялись выборы на пост нового премьер-министра. Известно, что после проведения выборов в работе ВНСТ будет сделан перерыв. Так, Парламент Турции не будет собираться 26-28 февраля, а также 5-7 марта. Кандидатом от Партии справедливости и развития (ПСР) на этот пост стал депутат от Текирдага М. Шентоп, от Народно-республиканской партии (НРП) – депутат от Стамбула Э. Алтай, Хорошая партия, в свою очередь, выдвинула депутата от Газиантепа И.Х. Фелиза, а Демократическая партия народов (ДПН) – С. Кемальбай, которая является депутатом ДПН от Измира. Выборы проходили в три тура: в первом ни один из кандидатов не смог набрать необходимых 400 голосов – при условии, что 6 парламентариев воздержались, М. Шентоп получил 322 голоса, Э. Алтай – 120 голосов, С. Кемальбай – 45 голосов и И.Х. Фелиз – 35 голосов, в связи с чем было принято решение о проведении второго тура, в результате которого ситуация, однако, в значительной степени не изменилась. В третьем туре, где кандидатам было необходимо набрать хотя бы 301 голос, победу одержал получивший 336 голосов (из 542 возможных) кандидат от ПСР М. Шентоп, который был поддержан большинством.

Говоря о биографии новоиспеченного премьер-министра, можно отметить, что М. Шентоп – курд по происхождению – родился в деревне Арыджа (Кэфрэ), провинции Батман, где впоследствии окончил среднюю школу. Высшее образование он сперва получил в стенах Анкарского университета, окончив факультет политических наук, а затем отправился в Университет Эксетера в Англии, получив в 1993 году степень магистра по направлению «финансы и экономика». По возвращении в Турцию М. Шентоп на протяжении трех месяцев работал в «Etibank», однако в середине 2000-х гг. перешел в «Merrill Lynch», где даже добился определенных успехов. В 2007 году он оставил данную работу в связи с избранием на пост депутата ПСР от Газиантепа, а также стал правительственным министром, ответственным за казначейство (в 2009 году, в связи с некоторыми изменениями, начал работу в Министерстве финансов). При этом в разные периоды Шентоп, который, к слову, является членом Совета по национальной безопасности, в разные годы занимал должность руководителя Координационного совета по экономике и кредитам, а также трудился во многих других государственных учреждениях. С 2015 года, после всеобщих выборов, он приступил к должности вице-премьера Турецкой Республики.

27 февраля в СМИ появилась новость о том, что для повышения уровня подготовки Турция начала масштабные учения военно-морских сил под названием Mavi Vatan 2019, которые будут проводиться вплоть до 8 марта. Отличительной особенностью этих учений стало то, что они впервые проводятся в акваториях сразу трех морей – Черного, Средиземного и Эгейского. Известно, что в них принимают участие 103 корабля ВМС Турции, а также боевые вертолеты, самолеты военно-воздушных сил и беспилотные летательные аппараты. Вместе с тем Турция активно развивает военную технику – в феврале вице-президент государства Ф. Октай сообщил, что к 2023 году Турция намерена завершить разработку своего нового истребителя 5-го поколения, а к 2026 – провести первый испытательный полет. Предполагается, что речь идет о проекте истребителя TF-X, разрабатываемого компанией Turkish Aerospace Industries (TAI) и призванного снизить зависимость Турецкой Республики от Соединенных Штатов, поскольку в будущем проектируемые истребители вполне могут стать заменой американским F-16.

Экономическая ситуация

В феврале со стороны правящих кругов Турецкой Республики прозвучал ряд заявлений касательно внешнеэкономической деятельности государства.

Так, например, 5 февраля, выступая в Парламенте, Р.Т. Эрдоган заявил о том, что Турция больше никогда не обратится за помощью к МВФ за кредитом, а неделей ранее министр финансов и казначейства Б. Албайрак сообщил о том, что государство преодолело тяжелый экономический период, связанный с санкционной политикой США. В ходе встречи с президентом Ирана на полях саммита в Сочи лидер Турции заявил, что Турция заинтересована в развитии экономического взаимодействия с этим государством и готова создать двусторонний механизм для расчетов с Ираном – аналогичный европейской системе SPV. Кроме того, в феврале стали известны некоторые подробности продажи «Сбербанком» турецкого «Denizbank». Согласно годовому отчету по международным стандартам финансовой отчетности, продажа дочерней компании немного откладывается и ожидается в первом полугодии 2019 года.

На внутриэкономическом направлении месяц начался для Турции с не очень приятных новостей. 4 февраля статистический институт TurkStat опубликовал данные о повышении годовой инфляции, которая составила 20,35%, что было вызвано ростом потребительских цен в январе. Еще одной проблемой экономики Турции в последнее время является безработица (в ноябре ее уровень достиг 12,3%). 18 февраля данная ситуация заставила Правительство Турции запустить кампанию по росту занятости, основанную на поддержке бизнеса, о чем заявила министр семьи, труда и социальных услуг З.З. Сельчук. В тот же день Центральный банк Турции принял решение снизить нормы обязательных резервов в целях обеспечения большей ликвидности на рынках страны. Тем не менее, в конце месяца TurkStat опубликовал данные о снижении на 72,5% (в годовом исчислении) дефицита внешней торговли, а также индекса потребительского доверия (до исторического минимума), в связи с чем можно предположить, что снижения экономического спада в ближайшее время ожидать не стоит.

***

Внешнюю политику Турции за февраль можно охарактеризовать интенсивностью контактов. Турецкая Республика продолжает развивать сотрудничество с Россией по ряду направлений, а встречи на разных уровнях являются лишь подтверждением того, что позиции двух государств, в том числе по сирийской проблематике, во многом совпадают: оба государства ведут активную работу по обеспечению стабильности в Идлибе, обе стороны нацелены на скорейший запуск Конституционного комитета, а главное – и Россия, и Турция, осознают, что достижение всех этих целей невозможно без конструктивного двустороннего диалога. В этом плане российско-турецкому сотрудничеству в значительной степени уступает турецко-американское, где Вашингтон по-прежнему стремится реализовать лишь свои интересы, не взирая на замечания Турции. Несмотря на ряд встреч, они все еще не приносят своих плодов – остается открытым вопрос по Манбиджу и кооперации в Сирии в принципе, не говоря уже об обширном списке других неразрешенных двусторонних проблем «стратегических союзников». С Европейским Союзом взаимодействие Турции складывается ничуть не лучше – в феврале отношения в формате Турция-ЕС характеризуются лишь взаимными обвинениями и претензиями.

На внутриполитической арене практически завершена подготовка к местным выборам, а все выступления турецких политиков, в частности Р.Т. Эрдогана, на организованных митингах сводятся к громким речам об эффективности проделанной партиями работе и не менее громким обещаниям, нацеленным на увеличение числа избирателей. Вместе с тем стоит отметить, что ни одна из партий, в том числе правящая, пока не предложила варианта выхода из тяжелого экономического положения, усугубление которого в настоящий период времени политические элиты Турции, увлеченные организацией предвыборных кампаний, предпочитают не замечать.

В. Аватков, А. Сбитнева

Арабские страны: февраль 2019 г. (дайджест)

Несмотря на свою непродолжительность, самый короткий месяц в году для стран Арабского Востока выдался крайне насыщенным.

Основные события в феврале развернулись вокруг крупных мероприятий и саммитов, прошедших в ОАЭ, Египте, России и Польше. Особое внимание мирового сообщества привлекли совпавшие по времени проведения саммиты в Сочи и Варшаве.

Несмотря на военный бэкграунд, гуманитарные ситуации в Сирии и Йемене вызывают всё большее беспокойство. Успехи консультационных встреч сторон йеменского конфликта в Швеции, к сожалению, не подтверждаются на практике в самом Йемене.

Межпалестинские переговоры в Москве остались без итогового документа из-за принципиальной позиции ХАМАС и «Исламского джихада».

В Судане, спустя почти два месяца с начала массовых протестов, наконец-то введён режим чрезвычайного положения.

ОБЪЕДИНЁННЫЕ АРАБСКИЕ ЭМИРАТЫ

3-5 февраля в столице ОАЭ Абу-Даби прошла Всемирная межрелигиозная конференция «Человеческое братство», организованная Советом мусульманских старейшин при широкой поддержке министра толерантности шейха Нахайяна ибн Мубарака Аль Нахайяна.

В работе конференции приняли участие представители множества конфессий. Однако внимание СМИ было сосредоточено на визите Папы Римского Франциска. Во-первых, это стало первым в истории посещением Аравийского полуострова понтификом Ватикана. Во-вторых, Папу Франциска в торжественной обстановке лично встречал наследный принц Абу-Даби шейх Мухаммад ибн Зайд Аль Нахайян, что, естественно, не могло остаться без внимания прессы. Ранее, 2 февраля, министерство образования ОАЭ объявило выходные дни в школах на время проведения конференции.

Центральной темой всей межрелигиозной встречи стало противодействие распространению религиозно-мотивированного экстремизма. 4 февраля Папа Франциск и верховный имам крупнейшего мусульманского университета Аль-Азхар – шейх Ахмад ат-Тейиб –договорились активизировать совместные усилия для борьбы с экстремисткой идеологией, подписав соответствующий документ.

17-21 февраля в Абу-Даби состоялась 14-ая Международная оборонная выставка IDEX-2019. Крупнейший на Ближнем Востоке оружейный салон, тем не менее, прошёл без сенсаций. Россия, будучи постоянным участником IDEX с 1993 г., продемонстрировала более 50 предприятий отечественного оборонно-промышленного комплекса и заключила с принимающей стороной ряд контрактов на сумму в $77,2 млн. При этом общая сумма всех сделок по закупке вооружений ОАЭ, по данным Jane’s Information Group, составила $5,5 млрд, что приблизительно соответствует итогам предыдущей выставки IDEX-2017. Многие эксперты и наблюдатели отметили, что повышенный интерес эмиратских властей к современному вооружению связан, в первую очередь, с участием страны в йеменском конфликте, а не с модернизацией армии, как это было в начала 2010-х гг.

САУДОВСКАЯ АРАВИЯ

14 февраля палата представителей США приняла (248 представителей проголосовали – за, 177 – против) резолюцию о прекращении поддержки Саудовской Аравии в Йемене. Впервые об этом решении в Вашингтоне заговорили ещё осенью 2018 г. после начала расследования убийства журналиста Джамаля Хашукджи, однако реальный шаг был предпринят только сейчас. Резолюция, прежде всего, предполагает сокращение американо-саудовского сотрудничество по военно-технической линии. Тем не менее, документ ещё предстоит провести через американский сенат, после чего у президента США Дональда Трампа будет 30 дней для подписания указа и соответствующих распоряжений.

20 февраля стало известно, что комитет по надзору палаты представителей США инициировал расследование с целью установить, пытался ли Д. Трамп организовать переговоры по передаче мирных ядерных технологий Эр-Рияду. Поводом тому стала встреча, прошедшая 12 февраля, американского президента с представителями атомной индустрии США. И хотя власти королевства уже не первый год заявляют о намерении развивать мирный атом в стране, некоторые эксперты испытывают опасения, что Саудовская Аравия может использовать полученные сведения в военной промышленности для производства термоядерного оружия. В целом же большинство аналитиков полагают, что расследование является очередной кампанией демократов по подрыву репутации Д. Трампа. Однако, с иранской точки зрения, дела обстоят куда серьёзнее. 20 февраля глава МИД Ирана Мохаммад-Джавад Зариф заявил, что «расчленённый журналист» и «незаконная продажа ядерных технологий» являются звеньями одной цепи, которая «полностью отражает лицемерие США».

24 февраля в истории саудовской дипломатии произошло знаковое событие. Король Салман ибн Абд аль-Азиз издал указ, согласно которому принцесса Рима бинт Бандар была назначена на пост посла в США. Стоит отметить, что принцесса Рима стала первой женщин-послом в истории Саудовской Аравии. В целом же данный шаг стоит расценивать исключительно как демонстративный. Вся кампания по «эмансипации» саудовских женщин выглядит скорее как показательное выступление перед Западом, призванное подчеркнуть либеральный характер реформ в рамках программы «Видение-2030».

ОМАН

18 февраля в Москве состоялись переговоры главы МИД России Сергея Лаврова с оманским коллегой Юсефом ибн Аляви. Во время встречи министры обсудили развитие двусторонних отношений, развитие торговли, а также общую ситуацию на Ближнем Востоке.

На совместной пресс-конференции Ю. ибн Аляви впервые озвучил официальную позицию султаната по членству Сирии (заморожено в ноябре 2011 г.) в ЛАГ. Так, Оман пополнил ряды тех немногочисленных сторонников, что ратуют за возвращение САР в организацию. После данного заявления глава оманского МИД выразил поддержку принципа инклюзивности политического урегулирования йеменского конфликта, за который выступает Россия.

Также Ю. ибн Аляви особо подчеркнул «заинтересованность Израиля в установлении мира в регионе». Примечательно, что такой риторический приём официальный Маскат ввёл в употребление после не анонсированного визита израильского премьер-министра Биньямина Нетаньяху в Оман по приглашению султана Кабуса ибн Саида 26 октября 2018 г.

ЙЕМЕН

16-17 февраля стороны йеменского конфликта в ходе очередной консультационной встречи договорились о первом этапе передислокации войск в рамках Стокгольмских соглашений, достигнутых ещё в декабре 2018 г. Об этом 18 февраля на заседании Совета Безопасности сообщил спецпосланник ООН по Йемену Мартин Гриффитс, уточнив, что отвод войск от гуманитарных объектов в портовых городах Ходейда, Салеф и Рас-Исса будет происходить под командованием датского генерал-лейтенанта Лоллесгаарда. Однако успех на дипломатическом направлении был омрачён дальнейшим развитием событий.

В 20-х числах февраля в порте Ходейды вновь вспыхнули бои, в результате чего был перекрыт доступ к хранилищам зерна и складам гуманитарной помощи. 25 февраля в Совбезе призвали все стороны конфликта прекратить огонь и немедленно вывести войска, как это было оговорено прежде. При этом координатор чрезвычайной помощи ООН Марк Локок вновь обратил внимание международного сообщества на то, что гуманитарная ситуация в Йемене остаётся крайне тяжёлой, 80% населения страны по-прежнему нуждаются в помощи, а более 10 млн человек находятся на грани голода.

26 февраля в Сану прибыл Мартин Гриффитс, где провел переговоры с лидером «Ансар Алла» (хуситов) Абд аль-Маликом аль-Хуси. На следующий день, 27 февраля, враждующие стороны отступили из порта. Таким образом, под наблюдением специальной миссии ООН в Ходейде (UNMHA) впервые с сентября 2018 г. сотрудники Всемирной продовольственной программы получили доступ к складам, где, по последним данным, сохранилась 51 тысяча тонн пшеницы, что позволит обеспечить продовольствием около 4 млн человек на протяжении месяца.

Что касается действий арабской коалиции, возглавляемой Эр-Риядом, то, не считая стычек в приграничных районах Йемена, за февраль произошёл лишь один крупный инцидент. 24 февраля в результате авиаудара саудовских ВВС по одному из пригородов Саны по меньшей мере погибло 4 человека, около 10 получили ранения.

ЕГИПЕТ

20 февраля в Каире был приведён в исполнение смертный приговор в отношении девяти человек, причастных к убийству генерального прокурора Египта Хишама Бараката, совершенного 29 июля 2015 г. Стоит отметить, что среди казнённых 20 февраля был сын одного из лидеров ассоциации «Братья-мусульмане» – Ахмад Таха. По официальной версии, остальные 27 человек, которых приговорили по этому делу к высшей мере наказания, также имеют отношение к «Братьям-мусульманам».

Примечательно, что новость о казни вызвала гораздо больший резонанс в Турции, нежели в самом Египте. 22 февраля в ряде турецких городов прошли массовые демонстрации, участники которых выступали против действий египетских властей и скандировали: «США, ас-Сиси – убийцы». По мнению ряда экспертов, эти акции нельзя назвать народными или стихийными. Вполне вероятно, что к их организации приложили руку либо правительственные, либо проправительственные структуры. 24 февраля президент Турции Реджеп Тейип Эрдоган, выступая по телевидению, резко высказался о действующем руководстве АРЕ. В частности, турецкий лидер заявил, что не собирается встречаться с главой Египта Абд аль-Фаттахом ас-Сиси до тех пор, пока в стране не будет объявлена масштабная амнистия всех политзаключённых (читай – «Братьев-мусульман»), а казнь «девяти парней» назвал «неприемлемой». Ас-Сиси от ответных выпадов воздержался. Возможно, по той причине, что исчерпывающе его взгляды были изложены тем же днём генеральным секретарём Лиги арабских государств Ахмад Абу аль-Гейт.

24 февраля, выступая на открытии саммита ЛАГ и ЕС, Ахмад Абу аль-Гейт назвал действия Турции и Ирана вмешательством, «которое провоцирует и разжигает кризисы в регионе». Здесь стоит отметить, что арабо-европейский саммит, состоявшийся в курортном городе Шарм-эш-Шейх на юге Синайского полуострова, стал первым мероприятием такого формата, собравшим лидеров, глав правительств, министров иностранных дел и других официальных лиц порядка 50 государств двух регионов. На повестке встречи ЛАГ-ЕС были такие темы, как сирийский, йеменский, ливийский и иракский кризисы, а также отношения с Ираном, борьба с терроризмом и нелегальная миграция. По мнению генсека Лиги арабских государств, урегулирование палестино-израильской проблемы является «кратчайшим путём для стабилизации региона». По итогам переговоров было решено проводить арабо-европейские саммиты на постоянной основе. Как ожидается, следующая встреча формата ЛАГ-ЕС должна пройти в 2022 г. в Брюсселе.

ПАЛЕСТИНА

3 февраля премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху заявил, что вдоль границ Сектора Газа началось строительство нового «наземного барьера» длиной в 65 км и высотой в 6 м. Согласно сообщению Б. Нетаньяху, стена заменит ограждения из металлической сетки, которые оказались уязвимыми при постоянных попытках прорыва на израильскую территорию.

17 февраля после ранения израильского военнослужащего ЦАХАЛ провели наземную операцию, задействовав танки, на севере Сектора Газа. Как проинформировала пресс-служба Армии обороны Израиля, удар был нанесён по двум военным постам ХАМАС. В результате ночных столкновений девять палестинцев получили ранения. О погибших сведений не поступало.

22 февраля 48-ая пятничная акция «Великого марша возвращения» традиционно завершилась столкновениями палестинских демонстрантов с израильскими солдатами. В министерстве здравоохранения Палестины заявили, что пострадал 41 человек, и погиб 12-летний ребёнок. Позже, 25 февраля, обращаясь к участникам саммита ЛАГ-ЕС, прошедшем в Египте, председатель ПНА Махмуд Аббас призвал страны Европейского союза отреагировать на «незаконные действия» Израиля и оценить степень его приверженности мирному процессу. Тем не менее, заявление М. Аббаса вряд ли можно расценивать как реакцию на случившееся в Секторе Газа, контролируемом его оппонентами из ХАМАС. Особенно учитывая, что палестинский лидер в конце своего обращения выразил надежду, что ЕС направит своих наблюдателей на предстоящие выборы в Палестине.

Что касается межпалестинского урегулирования, то 11-13 февраля в Москве состоялась долгожданная встреча представителей основных политических фракций Палестины на площадке ИВ РАН. 12 февраля глава МИД России С. Лавров, выступая перед делегатами, заявил, что российская сторона поддержит любые договорённости, которые будут достигнуты в ходе переговоров. При этом, министр выразил сомнения, что «сделка века», предложенная администрацией Д. Трампа, полностью гарантирует жизнеспособность будущего палестинского государства.

В целом же межпалестинская встреча проходила в конструктивной атмосфере. Однако 13 февраля делегаты палестинских фракций были вынуждены аннулировать итоговое заявление под предлогом «отсутствия консенсуса по ряду пунктов». Как позже сообщил представитель Демократического фронта освобождения Палестины (ДФОП) Муатасим Хамад, члены ХАМАС и «Исламского джихада» выступили против формулировки, что столицей Палестины должен стать Восточный Иерусалим, т.к. их принципиальная позиция заключается в том, что столицей должен стать весь город без деления на западную и восточную части.

27 февраля в Москву для встречи с президентом России Владимиром Путиным прибыл Б. Нетаньяху. Почти сразу осведомлённые источники рассказали прессе, что на повестке переговоров российского и израильского лидеров будет создание многосторонней группы по демилитаризации Сирии. Накануне Б. Нетаньяху также заявил, что контакты России и Израиля способствуют стабильности и укреплению безопасности на Ближнем Востоке как в политическом, так и в военном плане. Позже, 28 февраля, В. Путин сообщил прессе, что группа по демилитаризации Сирии будет создана, а её основной задачей станет «окончательная нормализация уже после подавления последних очагов терроризма» в САР.

СИРИЯ

Важнейшим событием февраля на сирийском треке стала трёхсторонняя встреча России, Турции и Ирана. 14 февраля в Сочи состоялась встреча В. Путина, Р. Эрдогана и Х. Роухани. Четвертый по счёту саммит на высшем уровне стран-гарантов астанинского процесса был сконцентрирован на вопросах гуманитарной ситуации в Сирии и координации действий по политическому урегулированию. Главы государств «астанинской тройки» окончательно согласовали итоги работы по созданию конституционного комитета САР, о завершении которой С. Лавров объявил ещё 4 февраля.

Примечательно, что встреча в Сочи прошла на фоне варшавского саммита по Ближнему Востоку, состоявшемся 13-14 февраля. Многие СМИ назвали это попыткой «заглушить» переговоры России, Турции и Ирана. Глава МИД ИРИ Мохаммад-Джавад Зариф даже назвал министерскую конференцию в Варшаве «мертворождённой», заявив, что всё происходящее в Варшаве является «новой попыткой США продолжить свою линию необоснованной одержимости в отношении Ирана».

Что касается военной обстановки в Сирии, то начало февраля отличалось положительной, по сравнению с предыдущим месяцем, динамикой, однако в последнюю неделю количество зафиксированных случаев нарушения огня резко возросло:

  • 114 нарушений – 2-9 февраля
  • 90 нарушений – 9-16 февраля
  • 210 нарушений – 16-23 февраля

Согласно данным российско-турецкой комиссии по Единому соглашению о прекращении огня, абсолютное большинство случаев уже традиционно пришлись на Алеппо, Идлиб и Хаму. Основные бои по-прежнему происходят в Хаме между правительственными войсками САР и группировкой «Тахрир аш-Шам», а также в Дейр эз-Зоре между Сирийскими демократическими силами (СДС) и яростно сопротивляющимися остатками ИГ.

26 февраля постпред России при ООН Василий Небензя заявил о необходимости эвакуации беженцев из лагеря «Эр-Рукбан» на сирийско-иорданской границе, назвав это «выходом из сложившейся ситуации» и «устойчивым решением проблемы». 27 февраля в министерстве обороны России сообщили, что США препятствуют выходу людей из «Эр-Рукбана», распространяя среди них ложные слухи о «разрухе, насильственном призыве в армию и арестах» на территории, контролируемой сирийским правительством. При этом ранее, 16 февраля, руководство САР предложило открыть два новых коридора для доставки гуманитарной помощи в «Эр-Рукбан» и выхода беженцев из лагеря. Однако американские военные пропустили по ним лишь несколько конвоев под эгидой ООН.

СУДАН

22 февраля, спустя почти два месяца с начала протестов, президент Судана Омар аль-Башир в прямом эфире национального телевидения объявил о введении в стране режима чрезвычайного положения на один год. Необходимость режима ЧП О. аль-Башир обосновал необходимостью стабилизации обстановки и проведения экономических реформ, которые позволят вывести страну из затяжного экономического кризиса.

Тем не менее, на следующий день, 27 февраля, О. аль-Башир призвал парламент отложить рассмотрение поправок к конституции, нацеленных на выработку механизма диалога между властью и оппозицией. 28 февраля в Хартуме и ещё нескольких городах Судана прошли массовые протестные акции против введённого режима ЧП.

***

В целом ситуация в регионе по основным своим направлениям и тенденциям не сильно изменилась по сравнению с предыдущим месяцем.

На фоне вынужденной сдержанности Эр-Рияда из-за расследования убийства Дж. Хашукджи и сокращения военно-технического сотрудничества между Саудовской Аравией и США, свою политику в регионе активизируют ОАЭ. В частности, временный «оружейный вакуум», который наметился в саудовских вооружённых сил в Йемене, может быть спокойно восполнен за счёт армии эмиратов, которая заключила многомиллиардные контракты на прошедшей в Абу-Даби военной выставке IDEX-2019.

Однако о серьёзном кризисе в отношениях между Вашингтоном и Эр-Риядом говорить не приходится. Кейс с передачей ядерных технологий явно демонстрирует, что антисаудовская риторика американского истеблишмента, в первую очередь, ориентирована на внутриполитическую повестку, т.к. все нападки палаты представителей на Белый дом хорошо вписываются в конфликт демократов и республиканцев.

Несмотря на то, что военная ситуация в Йемене гораздо тяжелее, чем в Сирии, оба конфликта на данном этапе объединяет то, что основное внимание приковано, прежде всего, к гуманитарным вопросам. Примечательно, что межйеменские переговоры в Стокгольме приносят свои плоды хотя бы на уровне договорённостей. Вероятно, при контроле ООН соглашения между враждующими сторонами будут реализованы, т.к. от них напрямую зависит положение мирных жителей страны, большая часть которых находится на грани голода.

Межпалестинские переговоры в Москве, хотя и остались без конкретных результатов, но, тем не менее, сам факт их проведения следует расценивать как явный успех российской дипломатии на направлении ближневосточного урегулирования, т.к. противоречия между палестинскими фракциями на фоне грядущих выборов обострились донельзя, и присутствие их делегаций за одним столом свидетельствует о доверии к посреднику в лице российской стороны.

Введение ЧП в Судане и конфликт О. аль-Башира с парламентом вновь обострили ситуацию в стране, спровоцировав очередную волную массовых протестов. Многие прогнозы по развитию ситуации в Судане поставлены под вопрос.  Однако запас прочности режима О. аль-Башира пока что не исчерпан.

В. Останин-Головня

Где собака зарыта? Как прошел минувший год в американо-китайских отношениях

В ночь на 5 февраля 2019 года в Китае наступил Новый Год по лунному календарю. Вскоре после этого в Пекин (11 февраля) должна отправиться американская делегация переговорщиков во главе с торговым представителем США Р. Лайтхайзером, где стороны продолжат обсуждать детали будущей возможной сделки.

К началу предыдущего года (года Собаки) в американо-китайских отношениях, несмотря нарастающие противоречия, ещё не было тарифов, а президент США Д. Трамп во время визита в Пекин обвинял своих предшественников в сложившимся торговом дисбалансе. Так каким же образом Вашингтон и Пекин перешли к полноценному торговому (и не только) конфликту?

В январе 2018 года не было никаких сомнений относительно того, что в американо-китайских отношениях углубятся всевозможные противоречия (о чем писали наши эксперты). После того, как в Национальной оборонной стратегии США, вслед за чуть ранее опубликованной Стратегией национальной безопасности Китай был провозглашен стратегическим противником, а президент США Д. Трамп в своем обращении “О состоянии Государства” охарактеризовал Пекин как одну из угроз, главным становился вопрос: какие сферы двухсторонних отношений будут затронуты и насколько далеко, до каких стадий может дойти конфликт.

К этому времени у сторон было два визита на высшем уровне (Си был в США в апреле, “ответный” визит Трампа состоялся в ноябре) и 100-дневный план по урегулированию вопроса торгового дисбаланса в рамках проводимой президентом США политики “справедливой торговли”. Ни сто дней этого плана, ни визит Трампа к началу нового года не смогли решить всех имеющихся противоречий.

С таким “багажом” китайский главный торговый переговорщик, вице-премьер КНР Лю Хэ (刘鹤), посетил Вашингтон, прибыв на место под подписание Д. Трампом указа о введении пошлин на алюминий и сталь. Эти ограничения не были направлены только против КНР, однако первые шаги в сторону “торговой войны” (贸易战) были сделаны.

По всей видимости, господин Лю не был достаточно убедительным, и в марте президент США Д. Трамп ввел первые торговые ограничения против Китая на 60 млрд. долларов, а Мнучин и Лайтхайзер получили задания проработать дальнейшие ограничения в торговле и инвестициях.

В марте президент подписал принятый ранее Конгрессом США Taiwan Travel Act, разрешающий официальным лицам США встречаться со своими тайваньскими коллегами, как и принимать их в США.

С этого момента можно считать, что торговый конфликт начал свое поступательное движение. Параллельно с ним начался общественно-политический процесс ограничения “китайского влияния”. Уже к концу марта власти США обязали Институты Конфуция регистрировать себя как “иностранных агентов”. Несколько позже официальный Вашингтон заявил, что Пекин использует проект “Пояс и Путь” для слежки за иностранными правительствами и компаниями.

В начале апреля, после ряда визитов (например, к Ли Кэцяну (李克强) приезжали представители республиканской партии во главе с Стивом Дэниэлсом), Таможенная комиссия по тарифам Госсовета КНР приняла решение приостановить действие пониженных тарифов на некоторые американские товары.

Ухудшалась атмосфера в американской экспертной и политической среде. В профессиональных журналах, посвященных внешней политике, стали появляться публикации, лейтмотивом которых становилось американо-китайское противостояние в различных сферах (к примеру, публикация в Foreign Policy о модели “китайского авторитаризма” и более поздние). Постепенно складывался двухпартийный консенсус, направленный против Китая, а сенатор М. Рубио еще весной предлагал внести некоторых китайских чиновников в “Список Магницкого”, то есть ввести против них персональные санкции.

В апреле стало известно о тенденциях падения прямых инвестиций в США со стороны Китая и избавления китайских граждан от собственности на территории США. Также этот месяц запомнился санкциями против китайской компании ZTE и началом расследования против Huawei.

В мае стороны продолжили переговорный процесс. И если 3-4 мая в Пекине переговорщики не пришли к положительным итогам, то неожиданно результатом переговоров в Вашингтоне 17-18 числа (китайскую делегацию возглавлял Лю Хэ) стало “заключение сделки”, условия которой трактовались по разному США и Китаем.

Конкретным результатом той встречи стало снятие санкций с ZTE (в обмен на штраф и изменения в руководстве компании). Это решение тут же раскритиковала часть американских сенаторов во главе с двумя партийными лидерами.

К концу месяца стало очевидно, что стороны не смогли достичь результатов. 29 мая Белый дом заявил, что США поднимут тарифы на 25 процентов на товары, стоимость которых оценивается в 50 млрд. долларов США, включая программу “Сделано в Китае 2025”. Список конкретных товаров был опубликован 15 июня, а тарифы начали действовать с 6 июля (в два этапа). В ответ на это Пекин ввел ограничения на тождественную сумму.

Несколько позже Белый дом подчеркнул свое решение 36-страничным докладом “Как китайская экономическая агрессия угрожает технологиям и интеллектуальной собственности США и всего Мира” (How China’s Economic Aggression Threatens the Technologies and Intellectual Property of the United States and the World). В нем достаточно сжато, но одновременно подробно рассматриваются практики китайского правительства, которые, по мнению авторов доклада, используются для незаконного овладения технологиями США и применения их в целях развития экономики и военного сектора Китая (краткий обзор в виде таблицы дан на странице 21).

Особое внимание стоит придать разделу “нетрадиционного сбора информации”, где под подозрения в шпионаже попадают все лица китайской национальности, работающие в технологическом секторе или проходящие обучение в американских учебных заведениях. По данным доклада, китайское правительство имеет широкий пул инструментов для получения информации и имеет возможность стимулировать своих граждан, начиная от поощрения, заканчивая угрозами (здесь необходимо обратить внимание на то, что подобная формулировка обвинений в дальнейшем будет часто фигурировать в американской прессе и аналитике). Также описаны инструменты покупки передовых американских компаний, кибершпионажа, кражи интеллектуальной собственности и т.д.

В докладе есть выдержка из слушаний Комитета по разведке Сената США от февраля 2018 года. Сенатор. М. Рубио задавал вопросы директору ФБР К. Рею по поводу рисков национальной безопасности, связанных с китайскими студентами. Тот ответил, что почти в каждом городе, где у ФСБ есть представители, было замечено использование нетрадиционных методов сбора информации, особенно в академической среде. Далее Рей добавил, что, по его мнению, угроза идет не только от правительства Китая, но и от всего общества, и что США нужно отвечать не правительству, а обществу.

11 июля администрация президента США решила ввести новые пошлины в 10 процентов на товары из Китая на сумму 200 млрд. долларов США. Вместе с тем господин Трамп заявил, что готов ввести пошлины на весь экспорт КНР, если в Пекине будут вводить ответные меры. По плану ограничения начнут действовать с 24 сентября, а с 1 января 2019 года они поднимутся до 25 процентов.

Тем не менее американские власти рассчитывают продолжать переговоры с Пекином. 21 июня Министр финансов США Стивен Мнучин отметил, что Вашингтон готов к торговому соглашению с Пекином при условии, что китайские власти поменяют свой подход к торговле.

08 августа Офис торгового представителя США Роберта Лайтхайзера опубликовал список китайских товаров, которые попадают под пошлины в 25 процентов. Список содержит товары с объемом поставок на 16 млрд. долларов США в год. В ответ в Пекине заявили, что введут аналогичные тарифы на такую же сумму.

10 августа впервые на официальном уровне в ООН был поднят вопрос “массового ущемления прав уйгур и других меньшинств, проживающих на территории СУАР”. Пекин на тот момент не признал существование так называемых “лагерей перевоспитания”, о которых активно сообщали различные источники и СМИ. Сложно не связать “раскручивание” этого вопроса с общей волной возрастающего американского давления на КНР.

16 августа президент США Дональд Трамп заявил, что Пекин не смог предложить Вашингтону приемлемых условий для заключения торговой сделки, добавив, что переговоры между США и КНР продолжаются.

23 августа вступили в силу тарифные пошлины двух стран на сумму в 16 млрд. долларов США.

24 августа заместитель министра коммерции Китая Ван Шоувэнь (王受文) встретился с заместителем министра финансов США по международным делам Дэвидом Малпассом. Судя по заявлениям сторон, переговоры не привели ни к каким договоренностям.

Осенью попытки двух стран прийти к какому-то консенсусу в торговле продолжались, однако в центре событий все же была политика, где отношения двух стран ухудшились. Кульминацией стала программная речь вице-президента США М. Пенса о политике администрации Д. Трампа по отношению к Китаю. Примерно тогда же Л. Кадлоу рассказал журналистам о формировании “торговой коалиции” против Китая.

Показательной стала заочная “перепалка” между председателем КНР Си Цзиньпином (习近平) и вице-президентом США М. Пенсом на Форуме АТЭС, прошедшем в Папуа-Новой Гвинеи. Оба не стали слушать речи друг друга и оба – явно и неявно – критиковали политические курсы страны-оппонента.

Господин Пенс в своей речи указал, что США готовы вводить 25-процентные ограничения до тех пор, пока КНР не изменит “несправедливые” торговые практики. Также вице-президент предупредил страны региона о последствиях кредитной зависимости от Китая, а также призвал “не получать кредитные займы, которые могут подорвать суверенитет”. В свою очередь, председатель КНР Си Цзиньпин заявил, что “протекционизм ведет к провалу”.

Но, несмотря на это обострение, стороны продолжили диалог. Л. Кудлоу отмечал, что у администрации Д. Трампа нет задачи подготовить новую сделку. Определенную ясность должна была внести встреча двух лидеров на Саммите G20 в Аргентине в начале декабря. Перед саммитом фигурировала информация, что Пекин заранее предложил Вашингтону проект торгового соглашения.

Встреча на самом высоком уровне между США и КНР завершилась согласованием 90-дневного периода, в течении которого стороны обязываются договориться по спорным вопросам и не поднимать торговые тарифы с 1 января 2019 года.

Оптимизм от соглашения достаточно быстро ушел вместе с арестом финансового директора Huawei (华为) Мэн Ваньчжоу (孟晚舟). Выдержав небольшую паузу, США и Китай не стали связывать вместе два этих вопроса, а премьер-министр Канады Дж. Трюдо указывал на отсутствие политики в данном аресте.

Пекин ответил арестом нескольких канадских граждан в Китае: М. Коврига и М. Спавора. Обоим были предъявлены обвинения в действиях, подрывающих национальную безопасность КНР. Несколько позже третьему гражданину Канады, ранее осужденному за распространение наркотических средств на территории Китая, была изменена мера наказания на смертную казнь.

Также “фоном” к перемирию 19 декабря президент США Д. Трамп подписал закон, который запрещает китайским чиновникам въезд в США, если те ограничивают въезд американцев в Тибет, что, очевидно, явилось раздражающим фактором в американо-китайских отношениях.

В январе переговоры продолжились. 7-9 января они прошли в Пекине. Замминистра коммерции КНР Ван Шоувэн принимал американскую делегацию, возглавляемую заместителем торгового представителя США Дж. Джерришем. Та встреча не завершилась каким-то конкретным результатом, но стороны говорили о “положительном результате”. К слову, подобное можно было наблюдать в течение всего года, когда переговорщики после очередного раунда в Вашингтоне или в Пекине говорят о том, что “все отлично”, а на деле страны вводят друг против друга торговые ограничения.

По доброй традиции, завершая год так же, как его начал, 30-31 января Лю Хэ прибыл в Вашингтон. Американская сторона также “отдала дань традиции”, встретив китайских переговорщиков уголовным делом против Huawei. Главным итогом встречи стало продолжение переговорного процесса уже после Нового Года по лунному календарю.

Самый главный факт, который необходимо отметить при анализе американо-китайских отношений за весь год в целом, заключается в том, что Пекин поддался давлению со стороны Вашингтона.

Во-первых, в течение года китайцы соглашались на все больший ряд условий. Если кратко: китайцы все больше открывают свои рынки, в том числе и ценных бумаг, для иностранцев, меняют патентное право (но с оговорками), как минимум не отвергают предложение американцев проверять ход реформ в Китае, в то время как власти США прорабатывают возможность ограничения деятельности китайских компаний, открывают уголовные дела против Huawei и т.д.

Во-вторых, Китай пока что не смог ответить на давление США на ZTE и Huawei. Первая компания выплатила 1,4 млрд. долларов, поменяла руководство, а стоимость ее акций резко упала вниз, даже после снятия ограничений. Против второй открыты уголовные дела. В итоге уже сейчас Huawei, которая предлагала передовые технологии 5G по всему миру, оказалась политически выдавлена с рынков многих стран. Теперь, признавая успешность такого способа, американцы могут надавить на любую китайскую компанию. Возможно, что это произойдет уже в течение года Свиньи.

В-третьих, Китай, в довесок к имеющимся к нему вопросам, получил ситуацию с уйгурами в СУАР и международную кампанию за освобождение канадских граждан (не говоря о том, что почти полностью потеряли смысл попытки Китая зайти на рынки США со стороны Канады). Это в целом не добавило положительного имиджа Китаю.

Возвращаясь к сделке, нужно отметить, что стороны, скорее всего, придут к соглашению, но в дополнительное время. Явный сигнал в подтверждение этому пришел от Трампа, который на совместной конференции с Лю Хэ после последних переговоров в Вашингтоне подчеркивал, что соглашение будет достигнуто только после его личной встречи с председателем. Теперь американский президент говорит, что такая встреча в феврале вряд ли состоится (не в последний же день торгового перемирия встретятся президенты 1 марта).

Американцы достигли достаточно большого прогресса для себя в переговорах, а самое главное – сделали важные для себя шаги в ограничении Китая как технологического лидера, что и вызывало опасение у многих политиков в Вашингтоне. Сейчас для сторон важно получить кратковременный результат: продление срока перемирия или сделка в какой-либо форме поможет снять накопившееся, прежде всего, экономическое напряжение в двух странах в связи с торговыми ограничениями.

Однако в целом это не снимает вопрос о технологической конкуренции, которая будет продолжаться. У американцев будет велико искушение внеэкономическими методами снова ограничить китайские компании не только на своем рынке, но и на рынках “стран-союзников”. Китайским компаниям для выживания, возможно, придется предлагать свои технологии по ценам, ниже рыночных. На это России стоит обратить особое внимание.

С другой стороны, “мягкое побеждает жёсткое”. Несмотря на “отступление”, Пекин сделал важные шаги в сторону большей автономности от американского рынка (но еще очень далек от того, чтобы отойти от него). Председатель Си сейчас много говорит об “опоре на собственные силы”, развивает торговые отношения с другими странами, снижает торговые тарифы для других государств по многим пунктам, правительство КНР снова тратит деньги внутри государства для стимуляции рынка, с этой же целью проведена налоговая реформа.

Говоря о новом Годе Свиньи, стоит отметить, что сейчас, после ряда изменений, в администрации Д. Трампа находятся люди, которые близки ему и его видению политики. А значит, в год Свиньи Белый дом должен действовать более последовательно, в том числе и на китайском направлении.

Нельзя не сказать о сложившемся двухпартийном консенсусе республиканцев и демократов против Китая и нарастании антикитайской “истерии” у американской элиты.

Россия, которая уже получила некоторые положительные результаты от американо-китайской торговой войны, должна продолжать продвижение своей продукции на рынок Китая, пользуясь ростом спроса среди населения. Возможная торговая сделка с американцами повысит уровень конкуренции, что, безусловно, станет вызовом для российского экспорта. В дальнейшем стоит ожидать ухудшения отношений Вашингтона и Пекина. Москва должна воспользоваться такой возможностью и увеличить предложения там, где это можно сделать. Немаловажно следить за судьбой китайских технологических компаний, ограничение работы которых в ряде стран мира может способствовать большей ценовой гибкости в вопросах продажи высоких технологий.

П. Прилепский

Турция: январь 2019 г. (дайджест)

В списке значимых событий на внешнеполитическом направлении за январь необходимо отметить переговоры лидеров России и Турции, в ходе которых состоялся обмен мнениями по вопросам сотрудничества в различных сферах, двусторонние контакты Турции с США, в основном по вопросу урегулирования ситуации в Сирии, а также встречу Р.Т. Эрдогана с лидером Хорватии и телефонные переговоры с главой Венесуэлы на фоне развития последних событий, происходящих в этой стране.

Центральным событием во внутренней политике остаются муниципальные выборы, в том числе выдвижение новых кандидатур, вопросы безопасности, а также изменения, произошедшие на внутриэкономическом направлении.

Внешняя политика

Поскольку изначально запланированный на январь трехсторонний саммит формата Россия – Турция – Иран в итоге был перенесен на 14 февраля, одним из главных событий на российско-турецком направлении стал однодневный рабочий визит президента Турции Р.Т. Эрдогана в Россию, совершенный 23 января, получивший статус первого зарубежного визита главы Турецкой Республики в этом году, а также ставший своего рода «сверкой часов» в преддверии трехсторонней встречи.

В ходе визита лидер Турции встретился с президентом России В.В. Путиным. Переговоры, которые в целом длились 3 часа, предполагали сначала беседу глав государств с глазу на глаз, а затем – в расширенном составе с участием министров. К слову, в состав сопровождающей президента Турции делегации вошли министр иностранных дел М. Чавушоглу, министр обороны Х. Акар, глава Национальной разведывательной организации Х. Фидан, а также министр энергетики и природных ресурсов, министр сельского и лесного хозяйства, пресс-секретарь президента и глава управления по связям с общественностью администрации президента. Темы переговоров были вполне ожидаемы – как и всегда в центре внимания находились сирийский вопрос, в том числе проблема создания Конституционного комитета, двусторонние отношения стран, сотрудничество в области безопасности и совместные экономические проекты.

На пресс-конференции по итогам переговоров В. Путин подчеркнул, что основная работа по созданию Конституционного комитета ведется в двустороннем российско-турецком формате без участия Женевы. Что касается ситуации вокруг Идлиба, то Россия и Турция договорились продолжать координацию совместных действий и контролировать процесс возвращения сирийских беженцев. При этом вопрос создания буферной зоны на турецко-сирийской границе по-прежнему остается открытым – переговоры и консультации на эту тему состоятся в ближайшем будущем при участии министров обороны двух стран. Помимо этого, лидеры государств не обошли стороной вопрос вывода американских войск из Сирии. В особенности данный вопрос волнует Турцию, которая, вероятно, стремится занять позиции США после того, как американские подразделения покинут Сирийскую Арабскую Республику. Именно по этой причине Р.Т. Эрдоган особенно подчеркнул, насколько важной задачей является предотвращение образования «вакуума» на территориях, некогда подконтрольных американским войскам. В отношении дальнейших двусторонних контактов стало известно, что в 2019 году состоится сессия совета Россия-Турция по сотрудничеству, однако точная дата ее проведения пока не уточняется.

На американо-турецком направлении почти все двусторонние контакты обусловлены попытками разрешить ряд противоречий, в частности, по вопросу ситуации в Сирии.

На фоне появившейся 11 января информации о том, что Турция продолжает подготовку одной из самых масштабных военных операций в Сирии и активно проводит учения в районе Яйладагы, президент США Д. Трамп 14 января в своем аккаунте Twitter заявил о начале вывода своих войск и предупредил Турцию о том, что ей следует ждать экономических санкций в случае ударов по курдским формированиям. Однако спустя день, 15 января, состоялись телефонные переговоры лидеров двух стран, по завершении которых президент Эрдоган заявил, что США и Турецкая Республика достигли понимания по вопросу ситуации в Сирии. 17 января М. Чавушоглу сообщил, что Соединенные Штаты и Турция продолжают переговоры о создании зоны безопасности в регионе, а 24 января эти же вопросы обсуждались в рамках визита спецпредставителя госсекретаря США по Сирии Д. Джеффри в Анкару. Тогда министр обороны Турции Х. Акар заявил, что Анкара ждет от западных партнеров выполнения дорожной карты по Манбиджу и прекращения сотрудничества с курдами.

Помимо Сирии, камнем преткновения в американо-турецких отношениях по-прежнему остается вопрос закупки Турцией российских ЗРК С-400. Вашингтон продолжает высказывать опасения по поводу российско-турецкой сделки и всячески пытается инициировать переговоры с представителями оборонной промышленности Турецкой Республики с целью повлиять на решение своего союзника по НАТО, однако Анкара остается непреклонна – 10 января глава МИД Турции четко дал понять США, что Турция не возражает против закупки ЗРК Patriot, однако если условием заключения контракта станет отказ от С-400, то сделка не состоится.

Говоря о других двусторонних контактах, необходимо отметить, что 16 января в столице Турецкой Республике состоялись переговоры Р.Т. Эрдогана с президентом Хорватии К. Грабар-Китарович. И хотя в ходе встречи в основном обсуждались аспекты двустороннего взаимодействия, широкое внимание общественности привлекло высказывание Эрдогана на совместной пресс-конференции по итогам переговоров о необходимости пересмотра Дейтонских соглашений, которые, по словам лидера Турции, не решают проблемы Боснии и Герцеговины.

Кроме того, 23 января пресс-секретарь Р.Т. Эрдогана И. Калын сообщил о том, что президент Турции провел телефонные переговоры с лидером Венесуэлы, в ходе которых выразил поддержку Н. Мадуро в связи с попыткой осуществления военного переворота в стране.

Внутриполитическая обстановка

Главной темой внутриполитической повестки января по-прежнему остаются муниципальные выборы, до которых остается чуть больше, чем два месяца. Как сообщил глава Высшего избирательного совета Турции, по состоянию на конец января в Турецкой Республике уже было зарегистрировано приблизительно 57 миллионов избирателей.

Помимо того, что 23 января появилась новость о том, что в процессе переговоров представители двух главных оппозиционных блоков Турции – Народно-республиканской партии (НРП) и Хорошей партии – достигли понимания и преодолели все разногласия относительно условий выдвижения кандидатов в некоторых районах, по-настоящему всколыхнуло не только турецкие, но и мировые СМИ известие о новом кандидате, который принял решение баллотироваться на пост мэра Алании в марте 2019 года. Им оказалась Анастасия Петрова-Четинкая – именно так зовут очередного кандидата на грядущих муниципальных выборах Турции. Известно, что женщина является русской по происхождению, но проживает в Турции и имеет двойное гражданство. На выборы А. Петрова-Четинкая баллотируется как независимый кандидат под лозунгом «Перемены в тебе», а в случае своей победы планирует сконцентрироваться на развитии туризма в регионе. Кроме того, 28 января в турецких СМИ появилась информация о том, что кандидаты от Демократической партии народов (ДПН) не будут представлены на выборах в Стамбуле, Анкаре, Измире, а также в Газиантеп, Шанлыурфа, Адане и Мерсине.

Вместе с тем в конце января спикер парламента Турции Б. Йылдырым подтвердил, что вскоре уходит в отставку с целью выдвижения на пост главы муниципалитета Стамбула и даже обнародовал конкретную дату – Бинали Йылдырым официально завершит свою деятельность в качестве спикера ВНСТ Турции 18 февраля.

Интересно также и то, что в Турции продолжают приниматься меры по укреплению безопасности. Так, например, 17 января Турция депортировала из страны голландского журналиста, который подозревается в связях с террористическими организациями, а днем ранее правоохранительные органы Турецкой Республики арестовали 42 человека по тем же причинам. К слову, министр внутренних дел Турции С. Сойлу сообщил, что накануне и в день выборов меры безопасности также будут усилены, в частности, будет задействована береговая охрана, а также вертолеты и беспилотники. Представители Центральной избирательной комиссии Турции, в свою очередь, сообщили, что 31 марта, в день проведения местных выборов, до 18:00 будет запрещено проведение мероприятий, в том числе свадебных, а также под запретом будет возможность делать какие-либо прогнозы относительно результатов голосования на телевидении и радиоканалах.

Экономическая ситуация

Вопросы внешней торговли и внешнеэкономических отношений обсуждались президентами России и Турции в ходе вышеупомянутой встречи в конце января. В частности, лидеры двух стран затронули тему газопровода «Турецкий поток». По итогам переговоров президент России В.В. Путин выразил надежду на то, что работы по укладке сухопутной части газопровода будут вестись настолько же активно, как до этого осуществлялась работа на морской части. Кроме того, глава России заявил, что проект с наибольшей степенью вероятности будет запущен до конца 2019 года. Также в январе стало известно о том, что торговую политику двух стран затронут некоторые изменения. 18 января глава Министерства сельского хозяйства Российской Федерации сообщил о том, что Турция намерена выделить России квоту в объеме 5 тысяч тонн, которая позволит Российской Федерации ввозить говядину с нулевой ставкой ввозной пошлины, а размер объема, как уточнил министр, впоследствии может быть увеличен.

Помимо экономических проектов с Россией, Эрдоган, судя по всему, переживает за торговые отношения с Европой, в частности, с Великобританией, которая в скором времени готовится осуществить выход из Европейского Союза. Так, 16 января, по завершении переговоров с президентом Хорватии Р.Т. Эрдоган заявил, что Турция продолжит переговоры с Великобританией для того, чтобы выход государства из ЕС не оказал негативного влияния на двусторонние экономические отношения.

На внутриэкономическом направлении январь начался с достаточно резкого падения лиры к доллару, что было вызвано разногласиями Турции и США по вопросу сирийских курдов. В то же время некоторые экономисты выражают опасения, что почти любой информационный повод и высказывание Д. Трампа, как, например, угрозы об «экономическом истощении Турции», могут нанести серьезный удар по итак ослабленной лире. В связи с этим 16 января состоялось заседание Центробанка по вопросам ставки. Еще до начала заседания было очевидно, что ЦБ Турции с наименьшей долей вероятности решится смягчить денежно-кредитную политику и понизить ставку, и эти догадки подтвердились – ставка была сохранена на том же уровне – 24%, после чего курс лиры к доллару укрепился на 1%, составив 5,38.

Через день после этого, 17 января, парламент Турции принял решение наделить президента Турецкой Республики особыми полномочиями. Отныне в компетенцию Р.Т. Эрдогана входит принятие мер по стабилизации экономической ситуации в том случае, когда существует угроза всей финансовой системе. Кроме того, парламент поддержал идею создания Комитета по финансовой стабильности и развитию, который должен быть сформирован под контролем Министерства финансов. И хотя правильность принятого решения – вопрос достаточно спорный, в непростой экономической ситуации, которую переживает Турция, могут стать хороши почти все методы. К тому же, обнародованные 30 января прогнозы Центрального банка Турции относительно экономического положения в стране не являются утешительными – по предположениям, к концу текущего года уровень инфляции в стране составит 14,6%, что является весьма высоким показателем, а значит для устаревших финансовых механизмов и методов Турции точно пришло время перемен.

***

Внешняя политика Турции в январе не претерпела особых изменений – она, прежде всего, охарактеризована укреплением контактов с Россией. Переговоры В.В. Путина и Р.Т. Эрдогана показали, что на повестке дня двух стран находится ряд принципиально важных обеим сторонам тем – стратегически важные вопросы безопасности, в том числе координация действий и сотрудничество в Сирии, проблема формирования Конституционного комитета и экономические проекты, что говорит о широко развитых областях взаимодействия государств. В настоящий период времени Р.Т. Эрдогану особенно выгодно сотрудничать с Россией на фоне заявлений Соединенных Штатов о выводе войск из Сирии – Анкаре представляется жизненно важной задача занять позиции своего западного партнера, однако она понимает, что об условиях нахождения там турецких войск прежде необходимо договориться с Россией. Для Российской Федерации, в свою очередь, важно повлиять на Анкару таким образом, чтобы даже укрепившись в Сирии, Турция вела максимально ориентированную на Россию политику.

Американо-турецкие отношения, как и все двусторонние контакты, напротив, обусловлены необходимостью разрешить накопившиеся противоречия или хотя бы поддерживать диалог, чтобы разногласия по отдельно взятым вопросам не вылились в открытую конфронтацию. В этом случае такие вопросы, как сотрудничество Турции и США в Сирии и реализация дорожной карты по Манбиджу отходят на второй план. В то же время Эрдоган пытается примерить на себя роль вершителя мировых процессов, то периодически высказываясь о неверно заключенных Дейтонских соглашениях, то поддерживая такие государства, как Венесуэла, к слову, недружественные по отношению к США.

Во внутренней политике Турция начинает серьезную подготовку к приближающимся выборам – теперь, когда все противоречия между партиями и союзами партий разрешены и все кандидаты известны, власти приняли решение сосредоточиться на мерах обеспечения безопасности и небезосновательно, ведь количество арестов граждан по подозрению в связях с террористическими группировками возрастает с каждым месяцем. Что касается экономики, то в то время как развиваются внешнеторговые связи, в том числе с Россией, прогнозы экономистов и даже ЦБ Турции позволяют сделать обратные выводы об экономическом благополучии внутри страны. Лира по-прежнему зависима не только от доллара, но и от политики США в целом. По всей видимости, принимая во внимание тот факт, что ситуацию так и не удалось стабилизировать до конца со времен кризиса, разразившегося в августе прошлого года, парламент Турции решил дать шанс исправить ситуацию лично Эрдогану, однако, насколько эффективным станет такое решение предположить сложно, учитывая, что президент страны имеет свой взгляд на экономические процессы и выступает ярым противником повышения процентных ставок, что зачастую идет вразрез с методами ЦБ.

В. Аватков, А. Сбитнева

Китай: январь 2019 г. (дайджест)

Внешняя политика КНР за январь традиционно характеризуется как активная. Необходимо отметить два раунда американо-китайских торговых переговоров, продолжающееся давление американцев и их союзников на Huawei, дальнейшее ухудшение китайско-канадских отношений, визит лидера КНДР в Китай.

Во внутренней политике внимание стоит уделить экономике и нарастающему напряжению вокруг Тайваня.

Внешняя политика

Россия – Китай

30-31 января в Пекине прошла встреча пятерки стран, обладающих ядерным оружием (“ядерная пятерка” – Россия, Великобритания, Китай, США, Франция). По словам заместителя главы МИД России Сергея Рябкова, Россия и Китай намерены укреплять сотрудничество в сфере стратегической стабильности.

В начале января Центральный Банк РФ опубликовал отчет о деятельности по управлению активами в золоте и в иностранной валюте. Согласно документу, доля Юаня в активах ЦБ РФ увеличилась в 147 раз, с 0,1 процента от общей суммы, до 14,7 процентов.

США – КНР

О двух раундах американо-китайских торговых переговоров и событиях, связанных с ними в течении всего января можно прочитать в отдельной статье.

29 января, за день до официального начала переговоров, Министерство юстиции США официально предъявило обвинения китайской компании Huawei Technologies и его подразделениям, а также финансовому директору компании Мэн Ваньчжоу, задержанной в Канаде в начале декабря 2018 года. Как заявил и.о. Генерального прокурора США М. Уитакер, Huawei обвиняют “почти в двух десятках преступлений”.

В ответ на обвинения Министр Иностранных дел КНР Ван И выразил мнение, что “использование политики для дискредитации бизнеса, не только не честно, но и аморально”.

Официальный представитель МИД КНР Гэн Шуан заявил, что Китай против односторонних действий Соединенных Штатов в отношении Венесуэлы. В Пекине поддержали Мадуро как президента страны.

Китай – Канада

В январе продолжилась тенденция к ухудшению китайско-канадских отношений. Китайский посол в Канаде Лу Шае (卢沙野) заявил, что канадскому правительству стоит прекратить набор сторонников против ситуации вокруг Huawei и канадских граждан. Также посол охарактеризовал международную кампанию по призыву к освобождению двух канадских граждан как “превосходство белой расы”.

Китай — Польша

В начале января польские власти обвинили в шпионаже в пользу Китая директора по продажам польского отделения концерна Huawei Ван Вэйцзина. Вместе с ним арестовали польского гражданина, который ранее работал в государственных структурах Польши. Несколько позже, 12 января, Huawei уволил задержанного в Польше сотрудника.

В конце января Huawei предложила польскому правительству доступ к своим исходным кодам, что даст возможность их проверки с точки зрения безопасности.

Китай – Северная Корея

С 7 до 10 января состоялся визит Ким Чен Ына в Китай. Лидер КНДР встретился с председателем КНР Си Цзиньпином. Безусловно, главной темой переговоров должна была стать предстоящая встреча господина Кима с президентом США Д. Трампом. Однако есть и другая важная проблема, на которую стоит обратить внимание.

А именно, куда в этот раз приехал господин Ким. Фармацевтический завод – это явный намек на то, что северокорейский лидер сильно заинтересован в медицинских технологиях.

Если обратиться к истории модернизации так называемых “азиатских тигров”, то все они начинали с того, что привлекали иностранный капитал через экспорт продукции сельского хозяйства. В этом отношении Северная Корея может предоставить дешевые и экологически чистые продукты, что достаточно высоко ценится в современном мире.

Возвращаясь к визиту, необходимо также отметить определенную известность корейских лекарств на основе трав, для чего и нужны медицинские технологии. Учитывая особенности Азии, это может стать одной из статей экспорта Северной Кореи в будущем.

Северная Корея, по всей видимости, готовится к началу процесса снятия санкций, о чем и будет разговор между Д. Трампом и Ким Чен Ыном во Вьетнаме в конце февраля.

Подтверждает эту версию завершение строительства пляжного курорта в районе Вонсан-Калма на восточном побережье Корейского моря, который ориентирован на иностранного туриста.

Россия должна способствовать выводу Северной Кореи из-под санкций, а также процессу получения взаимных многосторонних гарантий для Северной Кореи в случае ее дальнейшего разоружения от пятерки стран (Россия, США, Китай, Япония, Южная Корея). Это позволит Москве получать преимущества и реализовывать экономические проекты на территории КНДР в таких сферах, как энергетика, торговля, ж-д транспорт, развитие сельского хозяйства и в прочих.

Китай – АТР

В январе получила подкрепление тенденция к пересмотру оценки китайских инвестиций. И если Австралия уже не первый месяц на уровне властей пытается разными способами “ограничить” китайское влияние (нельзя не вспомнить “борьбу” с китайским студенческим влиянием), то Малайзия резко поменяла отношение после прихода премьера Махатхира.

С января власти Австралии будут усилено проверять все слияния и поглощения, которые имеют отношения к Китаю, так как Канберра рассматривает даже частные китайские компании как несвободные от влияния Пекина.

В случае с Малайзией новый Премьер-министр решил отказаться, по словам малазийской стороны, от убыточного проекта железной дороги стоимостью в 20 млрд. долларов. Еще в конце 2018 года Махатхир заявил о непрозрачности выбора подрядчиков при строительстве железной дороги. Добавить сюда надо январское расследование The Wall Street Journal, в котором утверждается, что китайские власти обещали всемерную помощь прежнему руководству Малайзии, в обмен на осуществление проекта железной дороги.

Дело явно не связано с конфликтом Китая с США. Если даже зависимая, в известной сфере от Китая, Мьянма пересматривает китайский инфраструктурный проект, то можно сделать вывод о невыгодности данных проектов для правительства данных стран. Таким образом продолжает разрушаться миф о “волшебных” китайских инвестициях, что может привести к торможению проекта “Один пояс — Один путь”. А он является основой внешней политики Си Цзиньпина, его позиционирования для внешнего мира. На фоне неясности в американо-китайских переговорах, внутренних экономических проблемах, подрыв проекта “Пояса и Пути” и уменьшение “историй успеха” может отразится на всей внешней политики КНР.

Безусловно, причины Австралии и Малайзии имеют разную природу, однако стоит обратить внимание на общее “торможение” китайской внешней политики в регионе.

Внутренняя политика

Тайвань

2 января в заседании в честь сорокалетия «Обращения к тайваньским соотечественникам», председатель Си подчеркнул, что “независимость Тайваня” противоречит ходу истории.

В ответ Президент Тайваня Цай Инвэнь обратилась к мировому сообществу с просьбой защитить Тайвань от Китая.

Также в январе стало известно, что Тайвань также готовится ввести ограничения на деятельность китайских компаний на острове. Помимо уже традиционного списка из Huawei и ZTE, туда может войти ряд компаний, занимающихся поставкой различного оборудования.

Завершает своеобразный ряд новостей решение властей в Тайбэе принять новую конституцию, чтобы подчеркнуть “национальную идентичность”

Экономика

В январе китайское правительство продолжает стимулировать экономику и внутреннее потребление. Если в начале 2018 года Пекин занимался проблемой внутреннего кредитования, пытаясь сократить долги регионов и компаний, то к концу года и в начале нового можно наблюдать обратные явления. Новые экономические реформы направлены на большую доступность кредитов, особенно для местных властей, что означает увлечение внутреннего долга провинций и домохозяйств.

Сокращение налоговой нагрузки на население в январе также направлено на стимуляцию роста потребления. Кроме экономических целей, реформа имеет и политический подтекст, правительство КНР таким образом сокращает разрыв между богатыми и бедными, в первую очередь освобождая от налоговой нагрузки наименее обеспеченную часть населения.

Китайская комиссия по регулированию ценных бумаг предоставит иностранным инвесторам более легкий доступ к рынкам ценным бумаг КНР (торговым и облигационным), правда в рамках утвержденных правительством КНР квот.

Борьба с коррупцией продолжается, несмотря на то, что Си в речи, посвященной 40-летию реформам и развитию, высказывался, что она побеждена. 11 января председатель опубликовал список из 6 задач, в которые входят уже привычные продвижение партийного духа 19-ого съезда, укрепление партийного строительства и т.д.

Вывод

Январь выдался достаточно сложным для внешней политики КНР. Пекин несколько переоценил свои силы и в январе можно было увидеть своеобразное “отступление” Китая.

Во-первых, торговые переговоры, которые завершились 31 января. Судя по всему, китайцы готовы пойти на ряд мер – от сокращения торгового дефицита вплоть до проверок со стороны Вашингтона за ходом реформ в КНР (эта тема, как минимум, точно обсуждалась на переговорах).

Во-вторых, Китай пока внятно не смог ответить США на их кампанию против Huawei (ранее ZTE, по сути, откупилась, заплатив штраф 1 млрд. долларов США и еще 400 млн. в качестве взноса за возможные будущие нарушения). Китайские власти проводят реформы для создания условий равной конкуренции на китайском рынке, американцы инициируют уголовные дела, а администрация президента готовит указ об ограничении деятельности китайских кампаний на американском рынке.

Единственная страна, против которой КНР выступил открыто, стала Канада, которая совсем не искала конфликта с КНР. В итоге после ареста двух канадских граждан и пересмотра приговора еще одному, Пекин получил международную кампанию за освобождение двух граждан Канады, что, конечно, не сказалось положительно на имидже страны.

В-третьих, главный внешнеполитический проект Си Цзиньпина –инициатива “Пояса и Пути” – получил очередные “истории неуспеха”. На этом фоне тревожным видится активизация риторики Си о “воссоединении Родины”.

Времена, когда закрепился раскол между КНР и КР давно прошли. Военная мощь КНР возросла до третьей-второй армии мира. Напомнить стоит, что КНР не побоялась развязать военные кампании против СССР на острове Даманском, а также против Вьетнама десятилетием позже. В обоих случаях армия КНР была очевидно слабее армии СССР (которая была союзником Вьетнама и могла вступить в конфликт) и не обладала сегодняшней мощью.

В 2018 году кампания по лишению Тайваня дипломатического признания ряда стран была успешной. Тайвань сегодня может рассчитывать только на поддержку США. Большой вопрос, готов ли Д. Трамп, который высказывался против 5 статьи устава НАТО, пойти на реальную защиту Тайваня.

Судя по изменению внутренней экономической политики, КНР действительно испытывает ощутимое напряжение в экономике в связи с торговым конфликтом с США. Однако не стоит недооценивать “прочность” экономики КНР. Она продолжает демонстрировать устойчивый рост, несмотря на накопившиеся структурные проблемы роста. Напомнить стоит, что ее крах предрекают чуть ли не с самого основания в 1949 году, нынешней же модели – с момента символического старта в 1978 году.

Кроме опоры на внутренние силы, о чем много говорит председатель Си, нужно отметить политику внешнеполитической переориентации на новые рынки. Здесь и рост торговли с Россией, сотрудничество с Индией и Японией, чтобы не допустить окончательной консолидации двух этих стран с США.

С другой стороны, мягкое побеждает жесткое, поэтому пока рано делать окончательные выводы. Следующая промежуточная дата – окончание 90-дневного торгового перемирия 2 марта.

П. Прилепский

Hasta la vista or I’ll be back. Чем закончились американо-китайские переговоры в Вашингтоне?

Одним из главных итогов переговоров стало то, что они продолжатся

Визит команды китайских переговорщиков во главе с членом Политбюро ЦК КПК Вице-премьером Госсовета КНР Лю Хэ (刘鹤) в Вашингтон 30-31 января подводил двухмесячную черту в торговом перемирии, а значит мог привести к значительным результатам. Пока стороны договорились о продолжении консультаций, однако уже сейчас можно сделать некоторые выводы.

Поездка господина Лю Хэ в Вашингтон “началась” в Пекине, где в начале января китайские переговорщики во главе с Замминистра коммерции КНР Ван Шоувэнем (王受文) принимали американскую делегацию, возглавляемую заместителем торгового представителя США Дж. Джерришем. Кроме них на встрече можно было увидеть заместителя министра финансов США по международным делам Д. Малпасса и самого вице-премьера КНР.

Переговоры, изначально запланированные на 7-8 января, продлились три дня вместо двух. Министерство Коммерции КНР отметило положительные итоги переговоров, как и президент США Д. Трамп, рассказавший об этом в Twitter.

И если официальный представитель Министерства Коммерции КНР господин Гао Фэн (高峰), отвечая на вопрос журналиста о темах встречи, дал общую характеристику, Bloomberg же выделил семь главных тем переговоров, среди которых необходимо выделить: доступ на финансовые рынки КНР, высокие технологии и Huawei.

Главным результатом переговоров 7-9 января стала дальнейшая работа над соглашением и подготовка к новому раунду консультаций в Вашингтоне. На момент окончания переговоров стороны не объявили о конкретных результатах, кроме как об обещании китайской стороны закупить больше.

19 января стало известно, что Вашингтон внес предложение о регулярных проверках соблюдения условий торгового соглашения. В первую очередь это предложение касается обеспечения равного доступа для американских компаний на китайском рынке. Пекин не оценил данного предложения, однако это не стало причиной прекращения диалога.

Для получения полной картины американо-китайских отношений необходимо обратить внимание на некоторые события, напрямую не относящиеся к ходу переговоров, но очевидно влияющие на их процесс.

Так, 19 января Bloomberg сообщил, что Администрация президента США разрабатывает указ, который может ограничить присутствие на рынке таких компаний, как Huawei (к слову, итак имеющие очень низкие продажи в США) и ZTE (которая уже выплатила 1 млрд. долларов США штрафа и внесла 400 млн. долларов США залога в счет возможных будущих нарушений), а также компаний, аффилированных с вышеуказанными.

22 января Администрация президента США Дональда Трампа отклонила предложение провести в США подготовительные переговоры перед очередным раундом торговых консультаций, намеченных на 30-31 января.

24 января глава Национального экономического совета Белого дома Л. Кадлоу заявил, что США готовы экспортировать “как сумасшедшие” в КНР, если китайская сторона “откроет свою экономику”, то есть снимет экономические барьеры, ограничивающие американские компании. Кадлоу также добавил, что предстоящая встреча будет важной, но неокончательной.

В этот же день один из участников переговорного процесса –министр торговли США У. Росс – выразил мнение, что стороны очень далеко от заключения сделки. Как подчеркнул господин Росс: “честно говоря, это не должно быть сюрпризом, у США и Китая достаточно вопросов”.

29 января, за день до официального начала переговоров, Министерство юстиции США официально предъявило обвинения китайской компании Huawei Technologies и его подразделениям, а также финансовому директору компании Мэн Ваньчжоу, задержанной в Канаде в начале декабря 2018 года. Как заявил и.о. Генерального прокурора США М. Уитакер, Huawei обвиняют “почти в двух десятках преступлений”.

Это уже не первый раз, когда Лю Хэ прибывает в Вашингтон под “определенным давлением” со стороны США. В феврале 2018 года Вице-премьер посетил столицу США практически сразу после введения Д. Трампом пошлин на сталь и алюминий.

В этот же день глава Минфина США С. Мнучин заверил, что американо-китайские торговые переговоры и уголовные дела в отношении Huawei никак не связаны.

Китайцы тоже подошли к переговорам “подготовленными”. Китайская комиссия по регулированию ценных бумаг предоставит иностранным инвесторам более легкий доступ к рынкам ценным бумаг КНР (торговым и облигационным), правда в рамках утвержденных правительством КНР квот.

В состав китайской делегации, возглавляемой Лю Хэ, вошли Председатель Народного банка Китая И Ган, замглавы государственного комитета по реформам и развитию Нин Цзичжэ, Замминистра финансов Ляо Минь, Замглавы МИД Чжэн Цзэгуан, Замминистра промышленности и информационных технологий Ло Вэнь, Замглавы министерства сельского хозяйства Хань Цзюнь и Замминистра коммерции Ван Шоувэнь. С американской стороны участвовали глава делегации Р. Лайтхайзер, ранее упомянутые С. Мнучин, У. Росс, Л. Кадлоу и Руководитель Национального совета по торговле Белого дома П. Наварро.

В первый день переговоров С. Мнучин охарактеризовал происходящее как “хорошие переговоры”, а господин Кадлоу заверял об оптимистичном настрое Д. Трампа.

По итогам переговоров стороны достигли “прогресса и понимания”, назвав их успешными. Реальным результатом стала договоренность о продолжении переговоров после китайского Нового года по лунному календарю (в ночь с 4 на 5) в Пекине. В них уже точно примут участие Р. Лайтхайзер и С. Мнучин.

Если обратиться к опубликованному на сайте американского Белого Дома  отчету о совместной пресс-конференции президента США с главами переговорного процесса Лю Хэ и Р. Лайтхайзером, то нельзя не обратить внимание на то, что господин Лайтхайзер повторял слово “принуждение” (enforcement), показывая наиболее значимую тему переговоров стороны американской делегации.

В тоже время господин Лю указал на другие темы переговоров, отрядив проблематику технологических трансферов в последнее место из трех. И любезно “подыграл” Трампу, назвав количество тон сои, которое Китай закупает каждый день.

Трамп также указал на то, что завершением переговоров должна стать его личная встреча с Председателем КНР Си Цзиньпином, в ходе которой президент США планирует обсудить самые сложные вопросы.

Китайское новостное агентство Синьхуа опубликовало более подробный отчет о переговорах. Из наиболее важных тем нужно выделить балансировку двусторонней торговли, защиту прав интеллектуальной собственности, создание условий для равноправной конкуренции на рынке двух стран. Кроме того, были упомянуты “новые механизмы сотрудничества” для последовательной реализации возможной сделки.

Итоги:

Стороны продолжают переговорный процесс, уже утверждён новый раунд торговых консультаций в Пекине. Вашингтон и Пекин спешат охарактеризовать переговоры как успешные и продуктивные, хотя реальных результатов практически нет.

Судя по тому, как торопится Лайтхайзер с новым раундом переговоров, прогресс есть, но для реализации его потребуется еще большое количество времени. Возможно стороны и не успеют договориться к окончанию 90 дней, которое наступает 2 марта в 12:01 по Вашингтону. Учитывать нужно высказывания Трампа, который до переговоров жестко указывал на дедлайны, а после уже говорил о возможной малой сделке для продолжения переговорного процесса. В пользу сделки играют и краткосрочные выгоды на американском и китайском финансовом рынке. Благодаря всему этому можно предположить, что стороны возьмут дополнительное время после 2 марта для продолжения переговоров.

На текущий момент китайская сторона готова открыть свои финансовые рынки (но с оговорками), готова менять свое патентное право и механизмы сотрудничества по трансферу технологий (отмену принудительного трансфера, но с оговорками, что в любой момент китайское правительство сможет его осуществить, внося компенсацию, что по сути никак не защищает американские патенты).

Пекин также готов больше закупать у США, в первую очередь продукцию сельского хозяйства и энергоресурсов. Это не удовлетворит американскую сторону – “сделка” на подобных условиях была “заключена” в мае и просуществовала всего несколько дней.

Равный доступ на рынки двух стран также достаточно мало реализуемый пункт, ведь перед началом переговоров Администрация Президента работала над указом по ограничению китайских компаний, а 29 числа власти США предъявили Huawei почти два десятка обвинений в рамках двух уголовных дел.

Пока не очень ясно, как на практике будут реализовываться “новые механизмы сотрудничества”. Вероятно, в том числе имелись ввиду предложения американской стороны о проверке результатов реформ в Китае.

На данным момент можно предположить, что стороны все-таки ближе к заключению сделки, но в “дополнительное время”. Такая “полусделка” поможет Китаю успокоить инвесторов и потребителей из-за разгорающейся дискуссии насчет снижения экономического роста Китая (по предположению автора – излишне негативной), а президенту Трампу предъявить “успехи” на фоне отчета о расследованиях Мюллера и президентских выборов 2020 года. Однако уже в краткосрочной перспективе такая “полусделка”, скорее всего, будет разрушена американской стороной.

Возможен также вариант, когда стороны возьмут дополнительное время и не договорятся, но решат краткосрочные проблемы с помощью нового дедлайна.

России следует учитывать все возможные результаты американо-китайских переговоров. В том случае, если стороны договорятся, Пекин увеличит объем закупок продовольствия и энергоресурсов из США, что может нанести удар по российско-китайской торговле и перспективам ее роста. Однако принимая во внимание тот факт, что все противоречия между США и Китаем решить практически невозможно, можно утверждать, что уже в среднесрочной перспективе Россия получит возможность увеличить экспорт продовольствия и ресурсов в Китай.

П. Прилепский

Турция: ноябрь 2018 г. (дайджест)

Внешняя политика Турции в ноябре охарактеризована проведением большого количества встреч и мероприятий, среди которых: переговоры на министерском уровне с Россией, церемония по случаю завершения строительства части «Турецкого потока», очередной раунд астанинских переговоров, политический диалог высокого уровня с Евросоюзом и ряд других.

Главным событием во внутренней политике стала новость о возобновлении «альянса» ПСР и ПНД и оглашение кандидатов от ПСР, которые примут участие в муниципальных выборах.

Внешняя политика

Ноябрь отмечен интенсивностью российско-турецких контактов: так, например, 2-4 ноября в Анталье состоялся Российско-турецкий форум общественности, министр обороны России С. Шойгу провел переговоры со своим коллегой Х. Акаром и главой Национальной разведывательной организации Х. Фиданом в Сочи, состоялся очередной раунд астанинского процесса, однако центральным событием на российско-турецком направлении в этом месяце стал визит В. Путина в Турцию по случаю завершения строительства морской части газопровода «Турецкий поток».

19 ноября в Стамбуле лидер России встретился президентом Турции Р.Т. Эрдоганом. В ходе встречи главы государств обсудили вопросы развития двусторонних отношений, международную проблематику, а также приняли участие в церемонии, приуроченной к завершению достаточно важного этапа в реализации совместного проекта. Стоит отметить, что вместе с президентом России на церемонию прибыл глава «Газпрома» Алексей Миллей, а с турецкой стороны, в свою очередь, на мероприятии присутствовал гендиректор «BOTAŞ» Бурхан Озджан. В ходе церемонии В. Путин и Р.Т. Эрдоган совместно дали команду на укладку последней части морского участка трубопровода, а также обратились с речью к присутствовавшим. Эрдоган, подчеркнув техническую сложность проекта, обратил внимание на то, что Россия остается принципиально важным партнером и поставщиком газа для Турции, а совместный проект стран является взаимовыгодным. В целом Эрдоган прав – «Турецкий поток» действительно освободит Турцию от энергетической зависимости и даст возможность России развивать свою деятельность в регионе, однако важно помнить, что в настоящее время Турция также реализует другой не менее важны для нее проект – TANAP, который в том числе может уменьшить ее зависимость и от российского газа.

Как уже отмечалось, еще одним важным этапом внешнеполитической повестки месяца стало проведение 11-го раунда международных переговоров по Сирии, прошедших в Астане 28-29 ноября. И хотя по итогам переговоров спецпосланник ООН по Сирии подчеркнул, что за 10 месяцев стороны так и не достигли прогресса по вопросу состава конституционного комитета, а волну пессимизма, инициированную С. де Мистурой, подхватили почти все западные СМИ, А. Лаврентьев данную точку зрения не разделил. Проблемы по вопросу того, кто будет представлять третью часть комитета, учитывая, что первые две будут сформированы правительством Сирии и оппозицией, действительно сохраняются и пока что стороны не пришли к консенсусу, однако странами-гарантами предпринимают все усилия для того, чтобы решить этот вопрос в ближайшее время. Вместе с тем, в ходе встречи стороны обсудили условия возвращения беженцев, вопрос зоны деэскалации в Идлибе, призвали вооруженную оппозицию отмежеваться от террористических формирований, а также осудили применение химоружия в Сирии, потребовав расследования ситуации от ОЗХО. Следующая встреча в таком формате запланирована на конец января.

Что касается западного направления, то 22 ноября в Брюсселе впервые за полтора года возобновился политический диалог высокого уровня в формате Турция-ЕС, где, в частности, обсуждался вопрос вступления Турции в Евросоюз, взаимодействие с Таможенным Союзом и ряд других вопросов. В ходе встречи М. Чавушоглу прямо заявил о намерении Турции вступить в Европейский Союз, подчеркнув, что 11 декабря Турцией планируется провести второе заседание Группы действий по ускорению демократических реформ (первое состоялось в августе). Впрочем, реакция верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности Ф. Могерини, как и комиссара по вопросам расширения ЕС Й. Хана, была весьма сдержанной. ЕС продолжает предъявлять претензии Турции по вопросу несоблюдения необходимых критериев, в том числе, – антидемократическим арестам журналистов. Наряду с этим, точки соприкосновения у Турции и ЕС по некоторым вопросам все же есть. Не говоря о необходимости сотрудничества по сокращению потоков беженцев, стороны разделяют точку зрения по иранскому вопросу, заявляя о необходимости сохранения СВПД и получения Тегераном экономических выгод. Кроме того, страны ЕС поддерживают меморандум России и Турции по Идлибу.

Для турецко-американских отношений месяц начался позитивно – в начале ноября стороны отменили взаимные санкции. Так, США отменили санкции в отношении министра юстиции и главы МВД Турции, а Турецкая Республика, в свою очередь, сняла ограничения с генерального прокурора и министра внутренней безопасности США. Кроме того, 1 ноября стороны уже во второй раз осуществили совместную патрульную миссию в сирийском Манбидже. И хотя глава МИД Турции заявил, что дорожную карту по Манбиджу планируется реализовать до конца текущего года, Турецкая Республика по-прежнему продолжает обвинять США в поддержке террористических формирований, а США выражают недовольство закупкой Турцией российских комплексов С-400, что в значительной степени затрудняет двустороннее сотрудничество. Говоря о других турецко-американских контактах, президент Турции Эрдоган и глава США Д. Трамп имели возможность пообщаться в рамках мероприятий в Париже, посвященных 100-летию со дня окончания Первой мировой войны, однако, по сообщениям пресс-секретаря Белого Дома С. Сандерс, ввиду того, что накануне Турция передала аудиозаписи убийства Д. Хашогджи США, Франции, Великобритании, Германии и Саудовской Аравии, в ходе беседы лидеры двух стран сосредоточились на обсуждении дела саудовского журналиста. В частности, стоит отметить, что в ходе телефонных переговоров глав Турции и США, Турция подала запрос Соединенным Штатам об экстрадиции лиц, причастных к убийству.

Среди других международных контактов можно отметить участие президента Эрдогана в саммите G20, который продлится до 4 декабря, а также участившиеся в последнее время турецко-катарские контакты. Так, 9 ноября эмир Катара нанес визит в Турцию, а 26 ноября в Стамбуле было проведено 4-е заседание Высшего комитета стратегического сотрудничества Турции и Катара, в рамках которого состоялись переговоры президента Турецкой Республики и эмира Катара. В результате заседания стороны также подписали протокол о стратегическом сотрудничестве в различных сферах, в том числе – в области экономики, торговли, культуры и транспорта.

Внутриполитическая обстановка

Внимание внутриполитической ситуации в Турции в последнее время акцентировано на подготовке к местным выборам. И хотя выборы пройдут только в конце марта следующего года, кандидаты, намеренные выдвинуть свою кандидатуру на муниципальных выборах, должны пройти регистрацию в Центральной избирательной комиссии Турции до 1 декабря.

21 ноября лидер Партии справедливости и развития Р.Т. Эрдоган провел встречу с лидером Партии националистического движения Д. Бахчели. Напомним, что партии шли на летние парламентские выборы в альянсе, однако осенью они официально объявили о прекращении сотрудничества. По всей видимости, внутриполитические реалии заставили лидеров партий задуматься о целесообразности такого шага. Главной темой, которая обсуждалась на проведенной встрече, к удивлению многих, стал вопрос о возобновлении «Народного альянса». Чем конкретно было вызвано подобное решение – не пояснялось, однако можно предположить, что причина кроется в неуверенном положении ПСР перед выборами и в снижении поддержки избирателей ввиду нестабильной экономической ситуации в стране. Стоит отметить, что практически сразу после объявления данного решения последовала реакция главы «Хорошей партии» М. Акшенер, которая сама начинала политическую карьеру в ПНД и крайне неодобрительно высказалась о желании националистов поддержать правящую партию. При этом в таких условиях «Хорошая партия», вероятно, сохранит контакты с НРП. Спустя несколько дней после объявления о возобновлении союза ПСР и ПНД произошла другая встреча – на этот раз глав Народно-республиканской партии и исламистской «Партии счастья», обеспокоенные лидеры которых также заговорили о возможном союзе.

Вместе с этим, в последнее время широко обсуждается список кандидатов от Партии справедливости и развития на пост мэра Анкары и Измира, который был оглашен Р.Т. Эрдоганом. Всего лидер ПСР объявил о 40 кандидатах, которые примут участие в муниципальных выборах. В соответствии с объявленными данными, на пост мэра Анкары был предложен помощник генерального секретаря ПСР М. Озхасеки, а на пост Измира – бывший министр экономики Турции Н. Зейбекчи. Ранее сообщалось, что президент также должен был назвать кандидата от Стамбула, однако этого не произошло. Если верить СМИ, то в информационном пространстве всерьез обсуждается кандидатура Б. Йылдырыма, который, предположительно, в скором времени покинет пост спикера ВНСТ. Что касается кандидатов от других партий, то в турецких СМИ также существует масса предположений по этому поводу, однако официальных заявлений от их представителей пока не поступало.

Среди других событий можно назвать памятные мероприятия, прокатившиеся по всей стране и приуроченные к 80-й годовщине смерти основателя Турецкой Республики М.К. Ататюрка. 10 ноября тысячи человек собрались возле мавзолея Ататюрка, неся в руках национальные флаги и портреты «отца-основателя». В частности, в мероприятиях принял участие и действующий президент Турции Р.Т. Эрдоган. Он по традиции посетил мавзолей, возложив цветы к могиле Ататюрка, после чего его двери были открыты для других граждан.

Экономическая ситуация

По-прежнему не отличается стабильностью экономика Турецкой Республики. 5 ноября Турецкий статистический институт (TurkStat) опубликовал неутешительную статистику: годовая инфляция в Турции достигла 25%. И пока в экспертных кругах началась паника относительно того, что будет с турецкой экономикой дальше, министр экономики Б. Албайрак сохраняет подозрительное спокойствие, которое, однако, не разделяют как турецкие, так и мировые экономисты. Албайрак уверен, что запущенная программа «Тотальная борьба с инфляцией» еще принесет свои плоды и в декабре инфляция должна существенно замедлиться. Тем не менее, по данным Европейского банка реконструкции и развития, ожидается, что в 2019 году Турция может возглавить список стран с наихудшей экономикой.

В то же время стоит отметить, что позитивных изменений в сфере экономики происходит мало, но все же они есть. Так, в начале ноября, после того, как Вашингтон объявил, что Турция вошла в список стран, которым временно разрешается вести торговлю с Ираном, курс турецкой лиры к доллару укрепился, составив 5,34. Кроме того, курс национальной валюты Турции продолжил свой рост и в конце месяца, чему, в частности, способствовала новость о завершении строительства части трубопровода «Турецкий поток». Тогда лира подорожала на 2,34%. В то же время в Турции впервые за несколько месяцев отметили увеличение индекса экономической уверенности, что позволяет говорить о незначительном улучшении ситуации.

***

В ноябре Турция продолжила развивать контакты с Россией, остающейся для нее приоритетным партнером – об этом свидетельствует не только успешная реализация проекта совместного трубопровода, но и ряд важных политических контактов. Со странами Запада отношения Турции остаются стабильными: контакты с Европейским Союзом, в первую очередь, обусловлены тем, что несмотря на все противоречия, главным из которых остается вопрос вступления Турции в ЕС, стороны осознают необходимость взаимодействия друг с другом для решения большого количества других, волнующих как Турцию, так и Европу проблем. США, периодически заявляющие, что Турция остается стратегическим партнером, были вынуждены снять введенные ранее санкции, однако дали Турции понять, что на мгновенное потепление отношений во всех областях рассчитывать не стоит: прохладные турецко-американские отношения прослеживаются, прежде всего, на ближневосточной арене, где ни одна, ни другая сторона, в силу ряда разногласий, не хотят идти на уступки.

Что касается внутренней политики, то решение о возобновлении альянса ПСР и ПНД, как и на июньских выборах, является, скорее, стратегическим взаимовыгодным ходом, нежели намеком на долгосрочное партнерство по причине расхождений во взглядах по некоторым политическим вопросам. В условиях, когда даже новая экономическая политика Турции и другие инициативы Албайрака не внушают доверия, а экономика по-прежнему остается нестабильной, правящая Партия справедливости и развития осознает, что в настоящий период времени ей как никогда нужен «союзник» на грядущих выборах, и отказываться от такой возможности будет в крайней степени нерационально.

В. Аватков, А. Сбитнева

Арабские страны: ноябрь 2018 г. (дайджест)

Ноябрь 2018 г. ознаменовался критическим обострением гуманитарной ситуации в Йемене. Не лучшим образом дела обстояли и вокруг оказания помощи беженцам в лагере «Эр-Рукбан» в Сирии, в создании конституционного комитета которой, тем не менее, был достигнут значительный прогресс.

Октябрьская эскалация напряжённости в секторе Газа получила своё продолжение, палестинская проблема вновь оказалась на повестке международного сообщества. Саудовская Аравия столкнулась с новыми обвинениям в связи с действиями арабской коалиции в Йемене и ходом расследования убийства журналиста Дж. Хашукджи.

 

ПАЛЕСТИНА

Несмотря на достигнутое 27 октября при посредничестве Египта соглашение о прекращении огня, в ноябре ситуации вокруг сектора Газа продолжила стремительно ухудшаться. 9 ноября на границе с Израилем возобновились акции в рамках «Великого марша возвращения», в результате которых, по сообщениям министерства здравоохранения Палестины, от боевых пуль пострадали 25 человек.

12 ноября после заявлений пресс-службы ЦАХАЛ об убийстве израильского офицера в ходе перестрелки и перехвате двух ракет, выпущенных со стороны Газы, Армия обороны Израиля провела масштабную операцию, в ходе которой было атаковано более 70 объектов ХАМАС и «Исламского джихада». Агентство WAFA сообщило о гибели шести палестинцев в городе Хан-Юнис на юге анклава, о других жертвах данных не поступало. После полудня стало известно, что Биньямин Нетаньяху решил прервать свой визит в Париж «в связи с ситуацией на юге страны».

13 ноября глава ПНА Махмуд Аббас обратился к мировому сообществу с просьбой вмешаться в ситуацию на границе сектора Газа, а также через официального представителя запросил срочное заседание ЛАГ для обсуждения текущего положения. Наперекор лидеру Палестины руководство ХАМАС пригрозило сосредоточить ракетный огонь на израильских городах Ашдод и Беер-Шева, если ЦАХАЛ продолжит атаковать их объекты. Тем не менее, призыв генсека ООН Антониу Гутерреша к сторонам конфликта «проявить максимальную сдержанность» в совокупности с посредническими усилиями Египта возымел успех. Вечером того же дня было опубликовано совместное заявление группировок палестинских радикалов, в котором говорилось, что они готовы придерживаться режима прекращения огня, если Израиль поступит так же.

Казалось бы, возврат к октябрьским договорённостям должен был хотя бы на время успокоить стороны конфликта. Однако, 14 ноября министр обороны Авигдор Либерман сложил с себя полномочия и сообщил о выводе депутатов партии «Наш дом Израиль», которую он возглавляет, из правящей коалиции. Это в очередной раз продемонстрировало, что политические противоречия существуют не только внутри палестинского лагеря, но и среди израильской элиты. Такой поворот событий вызвал определённую тревогу во многих кругах, и лишь ХАМАС приветствовал отставку А. Либермана, назвав её «политической победой сектора Газа».

Хрупкое перемирие вновь оказалось под угрозой срыва 19 ноября, когда в результате пограничного инцидента на Западном берегу реки Иордан израильские военные ранили четырёх палестинцев. Тем же днём выступая на заседании Совбеза ООН спецкоординатор по ближневосточному урегулированию Николай Младенов заявил, что ситуация в секторе Газа критическая и может вновь «взорваться» в любой момент. Однако резкого обострения не последовало, и 21 ноября, неожиданно для многих, ХАМАС согласилась направить делегацию в Каир для обсуждения межпалестинского примирения и прекращения блокады Газы. Спустя два дня, 23 ноября, руководство организации заявило о безрезультатности прошедших переговоров и инициировало новые акции «Великого марша возвращения». В результате протестов на границе анклава пострадало более 100 палестинцев.

28 ноября глава политбюро ХАМАС Исмаил Хания ответил согласием на приглашение МИД России посетить Москву, что во многом может способствовать налаживанию внутрипалестинского диалога. Министр иностранных дел Палестины Рияд аль-Малики также отметил, что И. Хания высоко ценит усилия российской стороны в палестинском вопросе. Тем не менее, точной даты визита не называлось, и, в свете того, что 30 ноября стало известно о намерении США вынести в понедельник, 3 декабря, на рассмотрение Генассамблеи ООН проект резолюции по осуждению деятельности ХАМАС и «Исламского джихада», дальнейшее развитие событий видится весьма неопределённым. Как известно, руководство Газы крайне болезненно реагирует на нападки со стороны американцев и их демарши. Остаётся надеяться на их сдержанность и успех визита в Москву.

 

СИРИЯ

После того, как 31 октября генсек ООН А. Гутерреш окончательно утвердил кандидатуру опытного норвежского дипломата Гейра Педерсена в качестве будущего приемника Стаффана де Мистуры на посту спецпредставителя по Сирии, основным в рамках сирийского урегулирования стал вопрос о формировании конституционного комитета.

19 ноября С. де Мистура, оценивая ряд прошедших после саммита «стамбульской квадриги» двусторонних переговоров, выразил надежду, что первое заседание конституционного комитета Сирии по «третьему списку» удастся провести уже в декабре этого года. Позже спецпосланник генсека ООН принял участие в саммите, прошедшим в Астане 28-29 ноября. Во встрече приняли участие страны-гаранты (Россия, Турция и Иран), делегации сирийского правительство и вооружённой оппозиции, а также Иордания в роли наблюдателя. В целом, астанинский формат в очередной раз подтвердил свой конструктивный характер. Стороны не только обсудили широкий комплекс вопросов по текущей ситуации в Сирии, но и значительно продвинулись в формировании конституционного комитета. Специальный представитель президента РФ Александр Лаврентьев отметил, что работа в этом направлении близка к завершению, а список кандидатов будет согласован и представлен Дамаску в обозримой перспективе.

В то же время в ноябре военная ситуация в Сирии продемонстрировала обратную по сравнению с октябрём динамику. Центр по примирению враждующих сторон отметил резкий рост количества провокаций в ряде районов страны:

  • 23 нарушения – 3-10 ноября
  • 31 нарушение – 10-17 ноября
  • 81 нарушение – 17-24 ноября

При этом наибольшее количество случаев нарушения режима прекращения огня пришлось на провинцию Алеппо, что во многом может быть связано с намерением России и Турции включить эту область в будущую идлибскую зону деэскалации и пристуствием там курдских боевиков.

В провинции Эс-Сувейда при активной поддержке ВКС России сирийской армии удалось окружить боевиков ИГ. 12 ноября поступило сообщение о том, что сирийские военные продвинулись на 2 км вглубь позиций джихадистов, а в результате продолжавшегося 13-14 ноября штурма было уничтожена порядка 30 боевиков. 17 ноября террористы окончательно покинули южную часть страны. Тем не менее, по некоторым данным, примерно 1000 уцелевших боевиков ИГ смогли уйти из окружения и скрыться на востоке мухафазы Хомс.

В Дейр эз-Зоре также велись активные боевые действия. 4 ноября на востоке провинции смертник на заминированном автомобиле въехал в блокпост «Сил демократической Сирии» (СДС), в результате атаки 20 бойцов было ранено, 12 погибли. 7 ноября международная коалиция нанесла авиаудары по позициям ИГ в населённом пункте Хаджин. Согласно сообщениям, было уничтожено порядка 45 джихадистов. Позже сирийское правительство заявило, что из-за удара по Хаджину погибли 26 мирных жителей и направило официальную жалобу в Совбез ООН. Дамаск призвал взять международное сообщество принять «серьёзные и немедленные действия» с целью недопущения подобных инцидентов. Тем не менее, уже 11 ноября командование СДС объявило об очередном наступлении на позиции ИГ при поддержке с воздуха силами коалиции. 24 ноября боевики ИГ провели контратаку, убив 47 бойцов СДС и захватив в плен по меньшей мере 10 человек. На текущий момент обстановка в Дейр эз-Зоре остаётся весьма напряжённой.

Что касается гуманитарной ситуации в Сирии, то в ноябре в центре внимания снова оказался лагерь беженцев на сирийско-иорданской границе «Эр-Рукбан», который стабильно испытывает нехватку продовольствия и медикаментов. 3 ноября российская военная полиция обеспечила безопасность международного гуманитарного конвоя. Вклад военных из России высоко оценили ООН и США, хотя последние преждевременно обвинили 2 ноября российскую сторону в отказе поддержать доставку гумпомощи из Дамаска в лагерь временно перемещённых лиц.

11 ноября в Аммане прошла встреча представителей РФ и США при посреднической роли иорданской стороны, в результате переговоров был достигнут ряд договорённостей по доставке гуманитарных грузов в «Эр-Рукбан». 12 ноября российские военные из Центра примирения враждующих сторон в Сирии отчитались о том, что в лагерь прибыл новый конвой с продовольствием и медикаментами. Однако, несмотря на усилия сторон ситуация в «Эр-Рукбане», по сообщениям ООН, близка к катастрофической. Российская сторона склонна возлагать ответственность на США, которые, по заявлению официального представителя Минобороны России в Женеве Юрия Тарасова, «используют гуманитарные проблемы лагеря беженцев для легитимизации своего военного присутствия на юге Сирии».

 

ЙЕМЕН

Не лучшим образом дела в ноябре обстояли и в Йемене. 2 ноября в ходе пресс-конференции генсек ООН А. Гутерреш заявил, что самый серьёзный гуманитарный кризис в мире сегодня происходит именно в Йемене, который находится на грани полномасштабного голода. 15 ноября глава Всемирной продовольственной программы Дэвид Бисли описал увиденное в йеменской столице как настоящую катастрофу, рассказав об ужасном положении истощённых детей и отчаявшихся родителей. При этом Д. Бисли указал, что такая ситуация, в первую очередь, вызвана непрекращающейся осадой портового города Ходейда, через который проходило 70% всех гуманитарных грузов.

Ранее, 5 ноября, президент США Дональд Трамп заявил, что Саудовская Аравия «неумело использует» в Йемене оружие, поставляемое американцами. 10 ноября официальный представитель Пентагона сообщил о намерении Штатов прекратить помощь авиации арабской коалиции с дозаправкой в небе, на что в тот же день саудовцы заявили, что сами отказались от «услуг» США. Позже, 16 ноября, несколько американских сенаторов предложили законопроект, предполагающий новые санкции против Эр-Рияда, которые будут включать и запрет на продажу оружия КСА. Однако вероятность его принятия, учитывая финансовые объёмы американо-саудовского сотрудничество в военно-технической сфере, вызывает больше сомнения. Также стоит отметить, что, по заявлению самих сенаторов, их предложение, прежде всего, обусловлено ситуацией вокруг убийства журналиста Джамаля Хашукджи и систематическим нарушением прав человека властями Саудовской Аравии как на территории королевства, так и за его пределами.

16 ноября координатор чрезвычайной гуманитарной помощи ООН Марк Локок, выступая перед Совбезом, заявил, что «катастрофически ухудшающуюся» ситуацию с продовольствием в Йемене можно решить только через скорейшую активизацию мирного процесса. 19 ноября неожиданно для многих повстанцы-хуситы через руководство движения «Ансар Алла» сообщили, что прекращают атаки «против государств-агрессоров США, Саудвоской Аравии, ОАЭ и их йеменских союзников» с целью лишить арабскую коалицию возможности оправдывать «агрессию и блокаду». Позже правительство Йемена согласилось принять участие в мирных переговорах в Швеции.

23 ноября по итогам посещения Ходейды спецпредставитель генсека ООН по Йемену Мартин Гриффитс заявил о необходимости передачи портового города под международный контроль. Его инициатива была поддержана Соединёнными Штатами. Однако в сообщении Госдепа формулировка была немного изменена, и, вместо «международного контроля», в нём говорилось о передаче Ходейды «нейтральной стороне». 28 ноября А. Гуттереш анонсировал дату мирных переговоров в Швеции – 6 декабря, а также выразил готовность провести предварительную встречу с наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммадом ибн Салманом, чтобы обсудить ситуацию в Йемене.

 

САУДОВСКАЯ АРАВИЯ

12 ноября состоялся официальный визит главы МИД Соединённого Королевства Джереми Ханта в Саудовскую Аравию. Ключевой темой переговоров Дж. Ханта с саудовским монархом Салманом ибн Абд аль-Азизом стало мирное урегулирование йеменского конфликта. Вслед за США Великобритания выступила за немедленное начало мирного процесса и начало диалога между саудовцами и хуситами. Тем не менее, основные внешнеполитические усилия Саудовской Аравии в ноябре были направлены на нейтрализацию ущерба, нанесённого ситуацией вокруг убийства Дж. Хашукджи.

15 ноября, после призывов госсекретаря США Майка Помпео привлечь к ответственности виновных в убийстве журналиста, генеральный прокурор КСА запросил смертную казнь для пяти подозреваемых по делу и возложил вину на главу группы, созданной для «возвращения в страну» Дж. Хашукджи. Согласно заявлению главы прокуратуры, чиновник отдал приказ о ликвидации журналиста в случае провала операции. Однако в сообщении не было сказано ни слова о том, кто разработал и инициировал операцию. Тем же днём министр иностранных дел Саудовской Аравии Адель аль-Джубейр без каких-либо пояснений отклонил требование Анкары о международном расследовании, обвинив при этом СМИ Катара и Турции в антисаудовской кампании.

В таком контексте в 20-х числах ноября состоялось первое турне Мухаммада ибн Салмана по «дружественным арабским странам», в рамках которого наследный принц посетил ОАЭ, Бахрейн, Египет и Тунис. Первый визит, продлившийся с 22 по 25 ноября, выглядел скорее дружеским, нежели деловым. На повестке переговоров были весьма общие темы, конкретика почти не присутствовала, а их итогом стало подтверждение общих интересов и «особых связей братских государств». 25 ноября на Байхрейне М. ибн Салман встретился с королём Хамадом, который заявил, что его государство с осуждением относится ко всем попыткам очернить репутацию Эр-Рияда.

Наиболее интересным и продуктивным в серии визитов наследного принца стало посещение Египта 26-27 ноября. По результатам его встречи с Абель Фаттахом ас-Сиси было объявлено об ускорении реализации предыдущих экономических соглашений на общую сумму $16 млрд. и создании Саудовско-египетского инвестиционного фонда. Прибытие М. ибн Салмана в Тунис было встречено многочисленными акциями протеста, организованного как гражданскими активистами, так и представителями ряда оппозиционных партий. Тем не менее, среди правящей элиты многие политики выразили солидарность с Саудовской Аравией в связи с расследованием дела Хашукджи.

Также весьма любопытным событием в этом месяце относительно КСА стало подписание 26 ноября контракта с США на поставку системы ПРО THAAD. Стоит отметить, что о заключение саудовско-американского контракта прессе стало известно лишь после официального визита М. Помпео в Эр-Рияд. Примечательно, что сделка состоялась на фоне обвинений со стороны Вашингтона по делу Дж. Хашукджи и резкой критики действий Саудовской Аравии в Йемене. Это явно демонстрирует, что на данном этапе «раскол» между саудовцами и американцами имеет место быть лишь на уровне риторики, а не в пересмотре существующих двусторонних связей.

 

***

 

Развитие событий вокруг Газы в ноябре в очередной раз доказало, что одним из ключевых элементов ближневосточного урегулирования является примирение внутри палестинского лагеря. Если лидер ФАТХ и глава ПНА Махмуд Аббас по-прежнему апеллирует к международному сообществу, то ХАМАС предпочитает вести диалог посредством оружия, по большому счёту, признавая лишь посреднические усилия Египта. Однако демонстративный уход в отставку министра обороны Израиля Авигдора Либермана показал, что серьёзные внутренние противоречия присущи обеим сторонам конфликта.

На сирийском треке значительный успех был достигнут в сфере политического урегулирования. Вероятнее всего, «третий список» будущего конституционного комитета, в формировании которого наиболее активную роль сейчас играют государства-гаранты астанинского процесса (Россия-Турция-Иран), удовлетворит Дамаск. Однако ситуация в лагере «Эр-Рукбан» напомнила, что, помимо послевоенного политического процесса, крайне сложным является вопрос сирийских беженцев, которые пока не могут вернуться домой, а оказание им гуманитарной помощи то и дело встречает препятствия на своём пути.

Что касается ставшей катастрофической по своему характеру гуманитарной ситуации в Йемене, то ключевым событием в рамках её нормализации станут мирные переговоры в Швеции, начало которых назначено на 6 декабря. Важнейшим здесь будет вопрос о контроле над портовым городом Ходейда, пропускавшим до блокады 70% всего продовольствия и медикаментов. При этом критика действий арабской коалиции, возглавляемой Саудовской Аравией, со стороны США выглядит скорее, как попытка продемонстрировать свою позитивную роль в процессе стабилизации Ближнего Востока, нежели оказать реальное давление на Эр-Рияд, т.к., несмотря на все громкие заявления, 26 ноября между странами был подписан очередной многомиллиардный военный контракт.

Также стоит отметить, что в контексте усилившегося на фоне расследования убийства Дж. Хашукджи давления со стороны ряда стран Саудовская Аравия стремится защитить своей имидж и сохранить позиции в регионе, о чём свидетельствует ноябрьское турне наследного принца М. ибн Салмана по «дружественным арабским странам».

 

В. Останин-Головня

Турция: октябрь 2018 г. (дайджест)

На внешнеполитическом направлении Турция отметилась осуществлением ряда политических визитов и контактов на разных уровнях. В их числе четырехсторонний саммит в Стамбуле, где приняли участие главы России, Турции, Франции и Германии; Визит Р.Т. Эрдогана в Венгрию, а также переговоры между министрами иностранных дел Турции и Госсектретаря США.
Во внутренней политике произошел так называемый раскол союза ПСР и ПНД, а также прошли празднования по случаю 95-летия со дня основания Турецкой Республики. Кроме того, впервые за несколько месяцев начала налаживаться экономическая ситуация в стране.
Отношения с Россией
В октябре главным событием на российско-турецком направлении стал четырехсторонний саммит лидеров России, Турции, Франции и Германии, который стартовал 27 октября в Стамбуле. Важность проведенной встречи демонстрирует участие в ней не только делегаций, возглавляемых лидерами государств, но и спецпосланника ООН по Сирии Стаффана де Мистуры.
Незадолго до начала саммита, который проводился в подобном формате впервые, президент Турции Р.Т. Эрдоган провел ряд двусторонних встреч с канцлером Германии А. Меркель, президентом Франции Э. Макроном, а также с главой России В.В. Путиным, однако переговоры проходили за закрытыми дверями. Кроме того, на полях саммита прошла встреча министров обороны России и Турции, а также министров иностранных дел двух государств, которые обсуждали аспекты урегулирования сирийского кризиса, в том числе вопрос реализации соглашения по Идлибу. В ходе саммита, который был посвящен сирийскому урегулированию и продлился 3 часа, стороны обсудили ряд вопросов, связанных с сирийской проблематикой, а по завершении переговоров приняли итоговое заявление. Незадолго до саммита Россия и Турция также начали обсуждать создание демилитаризованной зоны в Идлибе и даже определили ее границы. 10 октября, Министерство обороны Турецкой Республики сообщило о завершении выводы тяжелой техники из буферной зоны, а неделей позже Россия и Турция проинформировали ООН о том, что срок действия соглашения по Идлибу будет продлен. На стамбульском саммите Президент Турции Эрдоган выразил надежду на то, что все стороны, принявшие участие в саммите, будут вовлечены в процесс мирного разрешения сирийского кризиса. Важным итогом также стало то, что стороны подтвердили важность договоренностей по Идлибу, достигнутых ранее между Турцией и Россией, и условились прикладывать все усилия для того, чтобы перемирие приобрело долгосрочный характер. На пресс-конференции по итогам саммита лидер Турции сообщил, что Турецкая Республика будет контролировать радикальные группировки, а Россия, в свою очередь, будет ответственна за то, чтобы правительственные сирийские войска не осуществляли наступление на территории, упомянутые в достигнутом в Сочи соглашении. Что касается зоны деэскалации в Идлибе, то Путин и Эрдоган подтвердили ее временный характер. Президент России также заявил, что Россия сохраняет за собой право оказывать помощь Сирии в случае продолжения каких-либо провокаций со стороны боевиков. Также стороны затронули вопрос о создании Конституционной комиссии, которая, по их мнению, должна быть сформирована до конца текущего года. Помимо этого, стороны не исключили возможность расширения формата саммита в дальнейшем. В частности, на это обратили внимание президенты России и Турции, а Р.Т. Эрдоган при этом отметил, что данный саммит не подменяет собой встречи астанинского формата.
Помимо саммита в Стамбуле, где российская и турецкая стороны смогли обсудить волнующие их вопросы, в октябре также стали известны некоторые подробности поставок Россией С-400 в Турцию. По словам вице-премьера Ю. Борисова, Турецкая Республика получила право на дополнительные поставки ЗРК С-400 после выполнения их основной части. При этом получить свои первые зенитно-ракетные комплексы Турция должна где-то через год, в октябре 2019-го.
Отношения с Западом
В то время как со странами Евросоюза у Турции постепенно налаживаются отношения, то с когда-то ближайшим союзником США двустороннее взаимодействие все еще остается достаточно напряженным. Улучшение отношений со странами ЕС подтверждается рядом контактов, включая вышеупомянутый саммит, а также визит Эрдогана в Венгрию в начале октября, в ходе которого премьер-министр Венгрии В. Орбан поддержал турецкого президента по вопросу вступления Турции в Евросоюз. С США дела обстоят немного иначе.
В октябре стало известно о том, что суд Турции вынес решение об освобождении американского пастора Э. Брансона из-под домашнего ареста, после чего он отправился домой в США. Учитывая, что несколько месяцев назад именно арест Брансона стал предлогом для стремительного ухудшения турецко-американских отношений, данное решение турецкой стороны должно было стать одним из шагов для потепления на турецко-американском фронте, однако нормализации двусторонних отношений не случилось. Мгновенной отмены санкций не произошло (хотя Турция открыто заявляла, что ожидает этого), однако стороны как минимум начали обсуждать этот вопрос. В частности, санкционная политика двух государств в отношении друг друга стала предметом для обсуждения на переговорах министра иностранных дел Турции М. Чавушоглу и его коллеги из США М. Помпео в ходе визита последнего в Анкару 17 октября. Тогда стороны сошлись во мнении, что санкции необходимо отменить, поскольку они препятствуют развитию двусторонних отношений, однако ни одна из сторон этого так и не сделала. Причин для такого поведения США может быть несколько: во-первых, США по-прежнему не устраивает политика Турции, которая все больше сближается с Россией, Ираном, некоторыми странами Евросоюза, при этом не считаясь с США по ряду вопросов. Так, например, США могло «оскорбить» проведение четырехстороннего саммита в Стамбуле, куда Соединенные Штаты, которые считают себя одним из главных игроков на Ближнем Востоке и в Сирии, приглашены не были. Турецкая сторона, в свою очередь, разочаровалась в сирийской политике США и видит с Россией, Францией и Германией гораздо больше точек соприкосновения. К примеру, Турция и США по-прежнему только договариваются по вопросу совместного патрулирования Манбиджа, однако существенного прогресса на данном направлении достигнуто так и не было, а Турция уже не раз выражала недовольство американской стороной в вопросе выполнения Америкой ее обязательств. В частности, неудовлетворение реализацией соглашения по Манбиджу выразил Эрдоган Трампу в ходе телефонных переговоров двух президентов, попутно заявив, что США по-прежнему продолжают поддерживать курдов. На этом фоне успешная реализация соглашения по Идлибу России и Турции выглядит более выигрышным и является более полезным на практике, что частично признал даже советник Д. Трампа по национальной безопасности Д. Болтон, подчеркнув важность российско-турецкого соглашения. Помимо этого, на данный момент Турция и США имеют разные взгляды по вопросу убийства саудовского журналиста: в то время как Турция критикует Запад за весьма сдержанную реакцию, США твердит о том, что позиция Анкары по этому вопросу, напротив, слишком жесткая. Кроме того, Турецкой Республике стали очевидны «двойные стандарты» американского руководства – если Турция по любому поводу критикуется США за «антидемократические меры» внутри страны, то убийство журналиста не стало поводом для обвинений Саудовской Аравии в подобном.
Ближний Восток
Что касается ближневосточной политики Турции за последний месяц, то помимо сотрудничества с Россией в Идлибе, Турецкая Республика вновь пытается оказывать сопротивление сирийским курдам.
Так, в конце октября в турецких СМИ появилась информация о том, что армия Турции нанесла удары по курдским формированиям в сирийском районе Зор Магар. Спустя несколько дней президент Турции Р.Т. Эрдоган объявил о начале очередной военной операции, направленной против сирийских курдов. Напомним, что анонсированная турецким лидером военная кампания станет уже третьей по счету на сирийской земле. Так, в 2016 году Турция проводила операцию под названием «Щит Евфрата», в январе 2018 – «Оливковую ветвь» в Африне. На этот раз Турция вновь намерена бороться с курдами на востоке от Евфрата. При этом интересно, что Турция таким образом в очередной раз пытается продемонстрировать свою военную мощь и независимость от Запада, как бы намекая США на то, что с курдами она может разобраться и без помощи Запада. И хотя пока об официальной реакции Вашингтона на новую операцию Турции объявлено не было, предположить, что Соединенные Штаты, как минимум, будут не слишком довольны, можно уже сейчас.
В октябре также немного пошатнулись дружественные турецко-саудовские отношения. Причина тому – убийство саудовского журналиста. 2 октября в Стамбуле в здании консульства Саудовской Аравии при достаточно странных обстоятельствах бесследно исчез оппозиционный журналист Д. Хашогджи родом из Саудовской Аравии. В то время как официальный Эр-Рияд не торопился расследовать дело и утверждал, что система наблюдения консульства ничего не зафиксировала, одной из первых на исчезновение Хашогджи отреагировала Турция, заявив, что обязательно выяснит подробности произошедшего и начнет расследование. Стоит отметить, что совместная команда Турции и Саудовской Аравии провела обыск в консульстве Саудовской Аравии в Стамбуле, после чего Турция стала заявлять о якобы имеющихся доказательствах пыток и последующего убийства журналиста. Как заявляли представители Турции, им удалось получить аудиозапись допроса пропавшего журналиста с его наручных часов, и Турция даже была готова предоставить доказательства, однако этого так и не случилось. Немного позже факт гибели подтвердил и Эр-Рияд, а генпрокуроры двух стран провели несколько встреч с целью обсуждения обстоятельств произошедшего, однако, как впоследствии отмечала турецкая сторона, существенного продвижения в деле Хашогджи данные переговоры не обеспечили. В конце октября генеральная прокуратура Стамбула опубликовала заявление, в котором вновь был отмечен факт убийства, однако по-прежнему не фигурировали какие-либо существенные доказательства. И хотя окончательных итогов расследования мировой общественности, судя по всему, ждать придется еще долго, реакция Турции и ее желание расследовать данное дело вполне объяснимы. Саудовская Аравия является центром исламского мира, а значит автоматически приобретает статус одного из конкурентов Турции, которая в рамках своей неоосманской политики также позиционирует себя одним из лидеров исламского мира на региональной арене. Ситуация с убийством оппозиционного Эр-Рияду журналиста как никогда выгодна Турции: у Турецкой Республики есть шанс настроить часть стран Запада против недемократичного режима наследного принца, и в то же время получить какие-либо выгодные для себя уступки от Эр-Рияда в том случае, если доказательства его причастности действительно имеются. В настоящее время Турция манипулирует относящимися к делу Хашогджи фактами, хотя и достаточно сомнительными, будто бы выжидая каких-то действий или, возможно, компенсаций за молчание от Саудовской Аравии, которая совершенно не заинтересована в обнародовании доказательств о причастности наследного принца к делу убитого журналиста. Как бы ни было на самом деле, тот факт, что официальный Эр-Рияд достаточно скромно отвечает на обвинения Турция, отказывается огласить список лиц и передать подозреваемых по делу Анкаре для суда на территории Турции, вместо этого приглашая турецкую делегацию во главе с генпрокурором И. Фиданом обсудить ситуацию в королевстве, может говорить о многом.
Внутриполитическая обстановка
1 октября президент Турции Р.Т. Эрдоган выступил на открытии сессии парламента. Речь президента в основном была посвящена внешней политике, причем особое внимание он уделили развитию отношений с Россией. Таким образом парламент Турецкой Республики начал работу осенней сессии, а незадолго после этого между его главными партиями, наметился «раскол».
Как известно, правящая ПСР и ПНД шли на июньские выборы в качестве альянса и по результатам выборов смогли сформировать большинство. Однако настоящего «союза» между партиями, судя по всему, не получилось. В октябре между ПСР и ПНД возникли первые разногласия. Так, партии не смогли договориться сразу по двум вопросам – по поводу законопроекта об общей амнистии, который не нашел поддержки среди депутатов ПСР, и введении клятвы, с которой должны начинаться занятия в школах. После этого стало известно о том, что ПСР и оппозиционная ПНД по причине ряда разногласий официально прекращают сотрудничество, что подтвердил в том числе и президент страны Эрдоган, а члены ПНД вдруг резко стали голосовать против инициатив ПСР в парламенте. Когда Высшая избирательная комиссия Турции сообщила, что общенациональные местные выборы в Турции пройдут 31 марта 2019 года, стало известно, что Партия националистического движения и Партия справедливости и развития будут представлены на выборах отдельно. В целом такой исход можно было предположить заранее, поскольку взгляды двух партий на многие вещи действительно не совпадают. При этом союз ПСР и ПНД был нужен в свое время как одной партии, так и другой для прохождения в меджлис на парламентских выборах, однако теперь, когда общие цели достигнуты, каждая из партий стала преследовать свои личные, которые, как выяснилось, не слишком пересекаются друг с другом.
29 октября в Турции также отмечался день 95-летия республики. По всей стране проходили масштабные мероприятия, посвященные празднованию годовщины. В связи с этим событием президент страны Р.Т. Эрдоган лично открыл новый аэропорт под названием «аэропорт Стамбул», который в будущем претендует на звание самого крупного аэропорта в мире. Самолет Эрдогана стал первым судном, осуществившем посадку в новом аэропорту. При этом в ходе своей речи по случаю открытия аэропорта, президент Турции отметил, что аэропорт имени М.К. Ататюрка продолжит функционировать до полного введения в строй аэропорта Стамбула, что планируется осуществить уже к столетию республики, в 2023 году. После этого аэропорт Ататюрка будет закрыт для коммерческих рейсов, а всю нагрузку возьмет на себя новый аэропорт. В настоящее время площадь аэропорта составляет 76,5 миллиона квадратных метров. Первое время большая часть рейсов будет осуществляться по внутренним направлениям – в Анкару, Анталью и Измир. Первые международные рейсы, в свою очередь, должны будут отправиться в Баку и на Северный Кипр.
Экономическая ситуация
После летнего кризиса экономическая ситуация в Турции постепенно начинает налаживаться, хотя говорить о каких-то значимых достижениях в этой области по-прежнему рано.
Прошло больше месяца с того момента, как министр экономики и финансов Турции представил новую экономическую программу. В начале октября Б. Албайрак сообщил о том, что частный сектор Турции согласился снизить цены на товары и услуги на 10% в рамках предлагаемой правительством программы по борьбе с инфляцией, однако тогда курс лиры не только не возрос, но, наоборот, немного ослаб. При этом почти тогда же президент страны, выступая перед активистами ПСР, заявил о том, что Турция больше не будет брать кредиты у МВФ и будет решать экономические вопросы своими силами. Немного позже Турецкая Республика проинформировала ВТО о том, что с 17 октября введет импортные квоты на сталь в целях защиты своих производителей. Тем не менее, внутренние меры не слишком сильно помогли укрепить национальную валюту. Изменения в турецкой экономике, как и предполагалось, произошли после освобождения Турцией Э. Брансона. Так, почти сразу после этого события, с 12 октября лира укрепилась на 7% и, по состоянию на конец октября, ее показатели по отношению к доллару стали самыми высокими за последние несколько месяцев и были равны 5,52. Такое развитие событий заставило министра экономики и финансов Турции Б. Албайрака сделать заявление о том, что турецкая экономика пережила этап нормализации, а также заверить инвесторов в том, что им больше нечего опасаться.
Что касается внешнеэкономического направления, то Турция продолжает развивать энергетическое партнерство, на этот раз с Азербайджаном. Так, например, 19 октября лидеры Турции и Азербайджана открыли проект нефтяной компании Азербайджана – нефтеперерабатывающий завод (НПЗ) Star в турецком Измире. Предполагается, что завод будет обеспечивать приблизительно 25% потребностей Турции в нефтепродуктах посредством производства дизельного топлива с низким содержанием серы, сжиженного газа и ряда других продуктов. При этом его перерабатывающая мощность будет равна 10 миллионов тонн продукции в год.
Кроме того стали известны некоторые подробности строительства одного из главных российско-турецких проектов – газопровода «Турецкий поток». В своем пресс-релизе «Газпром» сообщил о том, что на конец октября построено уже 95% морской части газопровода, а в общей сумме уложено уже 1775 километров труб.
***
В настоящий период времени внешняя политика Турецкой Республики по-прежнему основана на сотрудничестве с Россией и, как показали результаты четырехстороннего саммита в Стамбуле, с некоторыми странами Евросоюза. Турция действительно старается выработать эффективный механизм работы в Сирии для урегулирования кризиса, но при этом не отказывается от своих неоосманских амбиций, периодически объявляя о подготовке новых военных операций на сирийских территориях в ответ на неудовлетворительную политику Вашингтона.
Расхождение во взглядах между правящей ПСР и ПНД во внутренней политике прослеживалось почти всегда, поэтому решение партий идти на местные выборы по отдельности и отказаться от альянса, скорее, стало следствием разных целей, которые преследуют партии. Что касается начала экономического подъема Турции, то на данный момент Турецкая Республика действительно почти восстановила экономические показатели, которые были до кризиса с США, однако, во-первых, не по всем параметрам (согласно прогнозам, уровень инфляции, как ожидается, еще будет возрастать), во-вторых, это произошло благодаря, прежде всего, политическому маневру, а не внутриэкономическим мерам, которые с момента начала кризиса в августе, к сожалению, были практически неэффективны.
В. Аватков, А. Сбитнева